Перейти к содержанию

Космический Мусорщик: Беглецы

Автор:

4,8 50+ оценок читателей Рунета
Категория
Космическая фантастика
Год издания
Издательство
Автор
Возрастное ограничение
12+
Обновлено
25.09.2026

Аннотация

Капитан космических мусорщиков Ариадны Ричард Шейлео был на рядовой миссии на Иргадиаре, когда его вызвали во дворец. Личный приказ императора - не та вещь, которую можно игнорировать. Что ему сулит эта встреча? И почему, после более двадцати лет молчания, император снова обратился к нему? Кажется, дело серьёзное.

Читать «Космический Мусорщик: Беглецы» — Сокол Анис онлайн

Страница 5 из 19

Картинка головизора снова переместилась в студию, на всё ещё одного диктора. Тот улыбнулся менее натянуто и обратился к зрителям.

– Большое спасибо нашим дорогим гостям и прямому включению от Дворца. Оставайтесь с нами, и после небольшой рекламы мы обсудим с приглашёнными экспертами, действительно ли могли быть наследный и ненаследный принцы замешаны в покушении на императора.

По экрану головизора пошла традиционная заставка рекламы.

– Вот теперь можно начинать нервничать. – спокойно проговорил Шон, сворачивая портативный компьютер и переводя взгляд на сидящую с прижатой ко рту рукой Габриэллу. – Принести ли мне выдержанный кьярский настой?

– Вы видели новости? – в столовую влетел Варфоломью. Волосы медика были растрёпаны, а брови сокрушённо заломлены. Весь его вид говорил о крайней степени нервозности. – Что мы будем делать?

– По протоколу купол будет накрывать Дворцовый комплекс четыре дня. Ричард должен был приземлиться там, – Габриэлла бросила взгляд на Криса.

– Десять часов назад. – отрапортовал андроид. – Обновившаяся база Порта, к которой у меня появился доступ несколько минут назад, после того как мастер Шринер смог подключить межгалактический спутник, сообщает, что корабль капитана Шейлео был внутри на момент прерывания связи с Дворцом. Судя по журналу, он приземлился около шести часов назад.

– Значит, мы делаем вывод, что капитан внутри. – кивает Габриэлла. – И вот здесь начинаются скорее плохие новости, чем хорошие.

– Капитан же не станет устраивать дебош? – Шон в надежде поддержки смотрит на медика, а затем переводит взгляд на девушку.

– Варф, твой прогноз?

– Капитан улетал взмыленный и злой, потому что вы снова поспорили насчёт предстоящего через пару месяцев торжественного мероприятия по случаю годовщины победы. Это минус. Мы все помним, что он в последнее время менее отходчивый. – Шон скривил губы на слова медика, а Габриэлла закатила глаза.

– Я давно говорю, что нам пора в отпуск. Срок был ещё в прошлом году. – попытался вклиниться механик.

– Астероидный поток пошёл не по намеченному курсу, и он облетел лишние звёзды, но спускался на планету и вывез хлам с Иргадиара. Это нейтрально. Судя по пришедшим оттуда благодарностям, Ричард был в отличном настроении. – медик кивнул на согласно закивавших андроидов.

– Мистер Каранник звонил в ночные часы, ругался, что капитан снова спихнул на него какого-то ребёнка. Правда, ругался шёпотом и скорее восхищённо, потому что говорил по видеосвязи, которая у него уже лет десять не работала. – подтвердила слова медика Хельга.

– Однако, – продолжил Варфоломью, – император «нарушил» режим их радиомолчания и выслал личное приглашение капитану в обход системы уведомления Мусорщиков. Глава гильдии был не в курсе отсутствия Ричарда, когда вчера я отчитывался об итогах квартала. И когда я уточнил, необходимо ли нам официально запросить данные, выяснилось, что в базе гильдии пометка о вызове была, только она обошла все высшие инстанции.

– Жарги? – с интересом уточнила Габриэлла, отнимая руку от лица и поднимая на медика заинтересованный взгляд.

– Судя по тактично закончившему зачитывать извещение на середине работнику гильдии – мадам Давуали, либо лично император. Ты знаешь, он бывает настойчив, когда ему что-то становится необходимым. – Варфоломео прокомментировал привычки императора без улыбки.

– Двадцать лет он про нас не вспоминал, и тут… – Габриэлла возмущённо всплеснула руками.

–Ты не права, Габ. – поправил её Шринер, сцепив руки в замок и поднося их ко лбу. – Приглашения за личной подписью Его Величества приходят нам регулярно.

– Сухая канцелярщина! – Габриэлла отмахивается от слов механика.

– Напоминание, Габ. – упрямо и убеждённо парирует Шон.

– Вы закончили? – Варфоломью качает головой. Габриэлла и Шон по-детски синхронно показывают ему языки. – Если вам неинтересно моё предсказание, я могу вернуться к себе и дальше…

– Ладно, сдаёмся. Прости и продолжай. – девушка капитулирует первая.

– Спасибо. – Варфоломью кивает. – Итак, вызов императора и семь дней лёта до Дворца. А это – колоссальные расходы топлива и перегрузки. Заглядывал ли он в Порт? – медик переводит взгляд на Криса.

– Судя по записям системы прилет-отлета – нет. – андроиду нет необходимости заглядывать в планшет, так как материалы он просматривает напрямую через систему. – Без стыковки получил метку и сразу отправился в Дворцовый комплекс.

– Не похоже на него. – Шон хмурится. Леди Габриэлла оборачивается к механику, взглядом прося объяснить. – Мне кажется, капитан не преминул бы возможностью встретиться с кареглазкой.

– Прямой приказ императора срочно явиться во Дворец. – пожимает плечами Габриэлла. – Учитывая темперамент Ричарда и исполнительность Джи-Джи, не уверена, что он даже перед посадкой в Дворцовом комплексе на автопилот Красотки переходил.

– Склонен согласиться с Габ, Шон. – медик согласно качнул головой. – Предполагаю, что он сразу полетел во Дворец. Кроме того, непонятно, успел ли он избавиться от мусора на станции перед прыжком, или нет.

– Судя по данным, успел. – андроид снова обращается к сети, отчего диоды его глаз на несколько мгновений меняют цвет с синего на жёлтый. – Там не ведут внешний учёт прибытия, но я проанализировал время и планетарные притяжения в том секторе. Нырять в межгалактический коридор капитану Шейлео было удобнее от станции переработки.

– Тогда это в плюс, потому что ему должны были заплатить и заправить. – кивнул медик.

– О да, императорские письма открывают такие двери. – Габриэлла азартно улыбнулась. – Значит, расходов в этом месяце чуть меньше.

– Итог: предполагаю, что во Дворец капитан прибыл нейтрально сосредоточенный и готовый ко всему. Возможно, благодаря Джираилу, не слишком уставший. Но изоляция на четыре дня выведет его из себя, даже если это будет комфортабельный номер со всеми удобствами. Так что Габ, из Дворца может прийти счёт.

– И что мы будем делать? – слишком потерянно для андроида спросила Хельга, которая всё это время просто наблюдала за другими членами экипажа.

– Молиться каждый своему Богу, чтоб Ричард не наделал дел, – себе под нос проговорила Габриэлла, но тут же одёрнула себя и решительно поднялась из-за стола. Её взгляд стал серьёзен и сосредоточен, прямая спина и напряжённая поза свидетельствовали о собранности и внезапной злости – Прогноз по сектору не видели? Маяки все работают? Спутники исправны? База блестит чистотой? – подобный рабочий энтузиазм не мог сулить ничего хорошего. Когда Габриэлла подходила к делу столь решительно, всегда существовала вероятность получить ни за что в профилактических целях, либо обнаружить себя нагруженным лишней работой. А сейчас заместитель капитана собиралась отвлечься работой, и отвлечь работой остальных, чтобы места для сложных мыслей ни у кого не осталось. – Скоро Схождение, у нас накрылось четыре спутника из десяти, а оставшиеся шесть едва транслируют сигнальные метки. Если Ричард выпрыгнет из Дворца едва опустится купол, в чём я не сомневаюсь, этот шельмец попадёт в самый эпицентр творящейся здесь вакханалии. Так что за работу мальчики и девочка. И не стоит забывать про границу! – суровый и лишённый эмоций голос подстегнул замерших от новостей остальных членов команды к движению – Да, мы тут двадцать лет не были никому нужны, но и смуты во Дворце не было. Пора закинуть на линию новые, пылящиеся на складе радары.

Столовая, до того замершая в оцепенение, пришла в движение. Ричард Шейлео не зря всегда был уверен в своей команде. И хоть те его гиперопекали, в своей, душащей манере, работать без него они тоже умели, и со своими обязанностями справляли лучше большей части встреченных Шейлео по жизни людей.

***

Незнакомый советник был невысок, хмур, коротко стрижен и отталкивающ. Не то, чтобы у Шейлео было предубеждение насчёт незнакомых тюремщиков, или представителей каких-либо рас. Джираил называл предчувствия капитана статистической погрешностью, однако всегда их брал в расчёт и никогда не игнорировал. Ричард Шейлео выходил живым из таких ситуаций, какие любой здравомыслящий робот посчитает проигрышными и летальными. И если ему в это помогала какая-то непросчитываемая погрешность, искусственный постоянно развивающийся интеллект робота предпочитал учитывать её в своей картине мира, а не игнорировать. Может, именно благодаря этому Джираил до сих пор оставался функционален, цел и относительно свободен, чего не скажешь про всех его братьев и сестер.

Калипи Ув Дан. Без знатного происхождения, богатых родственников или покровителей. Этот мужчина был одет в темно-фиолетовый сюртук с длинным подолом, расшитый неброскими, но ценными камнями. Ни знаков отличия, ни знаков рода или другого дома, ни штриха принадлежности к каким-либо орденам, союзам, религиозным ответвлениям. Этот мужчина появился во Дворце после смерти Императрицы, и Ричард знал про него только то, что император отобрал его лично среди нескольких сотен кандидатов по оценке умершей жены. Третий советник, протеже Императрицы, тёмная лошадка в самом сердце Альянса. Почему Шейлео должен ему доверять?

С Жарги Жагри, выполняющем функции по обеспечении безопасности императора, курировавшем военные ведомства, Ричард вместе воевал в Последнюю Галактическую. Собственно, после своего ухода Шейлео и распределил свои обязанности на троих, оставив Жарги Жагри, Финлитана Ду и Калеба Эрду себе на смену. Жарги дошёл до советника, Финлитан остался его замом, Эрда прослужил императору ещё десять или пятнадцать лет, Ричард точно не помнил, и тоже покинул Дворец, отправившись наемничать.

Дейдра Давуали, роковая дама времён Последней Галактической была из отряда самого императора, и осталась при нём и после коронации. Заведовала она делами внутренней безопасности, разведки, и следила за политической обстановкой в целом. Ричард всерьёз считал её вторым лицом Альянса, так как ни одно решение Августиара не проходило без её прямого или косвенного участия. Дейдра была визу – представитель малочисленной, очень скрытной, живучей и хитрой расы. Шейлео был рад, что каким-то случайным образом эта шикарная и ужасная одновременно дама оказалась в неоплатном, по её мнению, долгу перед императором, и поклялась не то защищать того, не то помогать ему всю свою жизнь. Оказаться во врагах у Давуали – означало подписать себе смертный приговор.

И этим двум советникам Ричард доверял всецело. Они помогали Августу, не душа того, слушая и мягко направляя.

Третий советник, появившийся позже, и рекомендованный иллирианкой, для Ричарда оставался тёмной лошадкой. Келиолиец долго присматривался, изучал и пробивал протеже Императрицы. Благо его связям могла иногда позавидовать даже ушлая Давуали. И то, что Шейлео не нашёл ничего, было скорее плохими новостями, а не хорошими. Советник Калипи Ув Дан был безлик. Он говорил правильные слова, делала верные вещи, советовал верные решения, был эмоционально скрыт, холоден и, казалось, предан императору. Однако чутьё капитана мягко намекало, что всё не так просто.

– Вам выдвинуто обвинение автоматической системы безопасности дворца в участии в заговоре против императора! – серые глаза советника были внимательны, холодны и без эмоциональны. Он не смотрел принявшему сидячее положение Шейлео в глаза, остановился в центре комнаты и расправил голографический планшет, с которого зачитал. – Согласно протоколу, мы пройдём к дознавателям, где с вами проведут беседу, дабы выявить прецедент и решить его. – мужчина свернул планшет и направился к выходу из «камеры».

– Мои слова… – начал капитан, но был остановлен волной чужой злости резко замершего, развернувшегося и отвесившего ему ощутимую пощёчину советника. Со стороны это должно было выглядеть комично, так как при своих габаритах, даже сидя, келиолиец головой был на уровне шеи советника. Ричарда, неожидавшего подобного, мотнуло в сторону. Удар был неожиданным и неслабым. Советник если и был человеком по расе, то явно имел в своём теле определённые модификации, усилившие его физические способности. Джираил, тут же сорвавшийся с места, чтобы ответить на подобное нарушение протокола советником Калиппи, был остановлен не столько направленными на него электромагнитными посохами стражи, сколько подавшим рукой знак капитаном. Страже и посторонним точно не стоит знать, что электромагнитный импульс не способен отключить робота. Но это было не единственной причиной, почему Шейлео остановил своего помощника.

– Молчать! – всё тем же тихим голосом приказал советник. Шейлео чувствовал злость и ненависть, бурлящие в этом невзрачном человеке. И все эти эмоции были направлены на него. Когда он успел так сильно перейти дорогу этому человеку? – Ваши слова не имеют никакой силы, капитан. Офицеры!

Ричард даже усмехнулся, насколько отношение офицеров к нему разительно отличалось от отношения советника. Шёл Шейлео сам, и даже подбадривающе улыбался явно чувствующим себя неудобно караульным. Нет, внешне те никак не выражали своего неудобства или неудовольствия оттого, что вели капитана. Но ведь Ричард был эмпатом. Слабым, «недоделанным», как любила напоминать его мать, но эмпатом. И эмоции людей он чувствовал слишком хорошо.

Привели капитана в менее радостные условия, но и те не стали для него неожиданностью. Одноместная допросная, изолированная от внешнего мира, имеющая и выдвижную койку в углу, и стол для особо «приятных» бесед. И ни одного знакомого по дороге. Ни людей Давуали, ни подчинённых Жарги. Ричард, впрочем, всё ещё не удивлялся. И даже то, что Джираила отвели в какое-то другое место, не стало сюрпризом. Келиолиец сам поражался, почему ему удавалось держать эмоциональный фон ровным. Советник сейчас нарушил с несколько десятков официальных правил, а то, что тот его ударил, так и вовсе могло обернуться скандалом.

В комнате, где его оставили одного, свет был приглушён до ночного. И мариноваться, как в собственной голове это называл Ричард, его оставили где-то на сутки. Смешно было то, что, кажется, келиолиец узнал протокол. Мягкое запугивание, где после достаточно грозного вступления жертву оставляют наедине с собой. Только обычно при этом должен быть какой-то давящий на психику звук, который, собственно, словно по велению мыслей капитана начал медленно нарастать где-то со второго часа его пребывания к комнате. Шейлео старательно сдержался от усмешки и тяжёлого выдоха, лёг на узкую для его габаритов кушетку и закрыл глаза. Ему оставалось только ждать.

Шейлео даже в какой-то мере был благодарен подобному казусу, коим считал своё нахождение здесь. Он впервые за очень долгое время отлично выспался, без кошмаров, мучительно раскалывающей сознание головной боли и остаточных физических приступов, обычно за этой болью следующих. Комната была изолирована и экранирована от внешнего мира, рассчитанная в том числе и на эмпатов, к коим относилась раса Ричарда.

Дознаватель появился по истечении тридцати шести часов. Шейлео набросил несколько баллов профессионализма за бесшумность, так как тот появился в комнате, пока капитан спал. Однако его присутствие не оказалось для капитана неожиданностью. Как и личность. Он знал этого безупречного обладателя самой стабильной причёски Альянса. За столом сидел Лавир Куара – один из преданных людей Дейдры Давуали, когда-то тоже служивший в отряде императора, и вернувшийся во Дворец лет пять назад.

Насколько знал Ричард, тот закончив личную кругосветку по обитаемым мирам альянса, в которую отправился сразу после окончания войны. Ричард помнил Лавира ещё со времён своей учёбы в Академии, где впервые и увидел этого незаурядного юношу. Оставаясь представителем человеческой цивилизации, Куара обладал фотографической памятью, живым умом и очень высокой скоростью реакции. Ричард даже одно время специально просил его о тренировках, чтобы поднатаскаться и себя, и свой отряд.

Куара сидел в неизменном светлом камзоле, а среди уже знакомых нашивок Шейлео бросились в глаза несколько знаков отличия очень далёких секторов космоса. Если Ричард не ошибался, а обычно он бывал прав, они были связаны с боевыми искусствами и коммуникативными навыками. Необычайно светлые и густые волосы мужчины по верхней половине головы были собраны в высокий хвост, оставляя нижную часть строгим водопадом спускаться по спине. Неизменные очки в тонкой оправе, как успел заметить капитан по бегающему изредка взгляду Лавира, были подключены к коммуникационной сети и могли показать ему любую электронную информацию, но тот упрямо листал, по всей видимости, личное дело Шейлео, распечатанное перед ним в бумаге.

– А я смотрю, ты всё также любишь подкрадываться. – келиолиец удивился, что его голос не звучал хрипло после долгого молчания, принимая сидячее положение. Отдохнуть удалось спорно, но приемлемо. Он дважды получал пищу и воду, однако, судя по размеру порций, провёл он тут больше времени, чем отсчитали внутренние часы. Тем не менее Ричард впервые за долгое время не видел смысла куда-то спешить или чего-то требовать. Протокол, которому тут всё было подчинено, был не изменён в любом случае. И ему оставалось только ждать.

– Они такие идиоты, Шейло. – фыркнул Лавир. – Я не знаю, где почившая Мать откопала этого «советника», однако его желание доказать императору, что он способен тебя заменить, иногда переходит всякие границы.

– Полегче, брат. – Ричард поднялся, разминая шею, корпус и ноги. Койка не была рассчитана на его широкие плечи и высокий рост. Келиолиец подошёл к столу, устраиваясь на небольшом стуле напротив «дознавателя».

– Этот идиот посмел ударить тебя, брат. – Куара поднял на мусорщика взгляд, полный злости и возмущения. Ричарду было приятно, что практически двадцать пять лет, которые они не виделись, не изменили между ними абсолютно ничего. Военные, особенно служившие в одном подразделении, всегда очень трепетно и остро реагировали, когда задевали кого-то из своих. – Если бы здесь была Дэ-Дэ, или Имп это увидел, этого идиота лишили бы руки.

– Август уже давно не тот взрывной неотёсанный юнец, и никогда не был чрезмерно жесток. Даже те года, что я был здесь, очень изменили его. – не согласился Шейлео. – Итак, мы с тобой здесь, потому что…

– Система считает, что могла быть эмпатическая атака на императора. В момент покушения старшего принца. – Куара отложил личное дело и снял очки, посмотрев на Ричарда напрямую. – Мы зафиксировали всплеск. Есть подозрение, что кто-то хотел подчинить Августиара.

– Нас, – Ричард кивнул на предполагаемое место, где должны были размещаться наблюдатели. – видят?

– Советника Калипи там нет. – Лавир отвёл взгляд, давая понять, что там не все свои. Значит, Шейлео не мог быть откровенен насчёт своих мыслей, если не хотел.

– Мы же с тобой взрослые люди, Куара. И думаю, Его Светлость господин Белигнор, отлично осведомлен о том, что мне нет причин лгать, как и о том, что именно я предупредил Жагри и главу Гильдии Мусорщиков о том, что чувствую негативные нагнетания. Уж не знаю, что это были за эманации, потому что, если бы знал, не смог бы к императору и на десяток шагов подойти. Однако, думаю, что все присутствующие также осведомлены, что согласно отчётам и ежегодному детектирующему осмотру, мои способности остались абсолютно неизменны. Эти данные есть во всеобщей базе Гильдий, к которой у господина Белигнора, как и у советника Жагри есть доступ. По случайному стечению обстоятельств, я как раз проходил данное обследование месяц назад, а значит, данные могут быть релевантны и приложены к вашему «расследованию», – на последних словах Шейлео скривился. – Посему я не смог бы осуществить, как вы выразились, эмпатическую атаку. Прошу финансовые извинения за нанесённый моральный и физический ущерб вычесть лично из жалованья советника Калипи Ув Дан, и направить на мой счёт в течение трёх дней.

Глаза Лавира смеялись, но улыбку он позволить себе не мог. Он снова надел очки, вслушиваясь в то, что ему передавали из «центра». Судя по довольному выражению лица, там просили подождать.

– Итак, Лавир, – Шейлео праздно улыбнулся, хотя его улыбка сейчас скорее напоминала оскал, и откинулся на спинку скрипнувшего под ним стула. Его тёмно-красная кожа контрастировала с белым безликим столом, но на фоне тёмно-серых стен он должен был смотреться не так броско. То, что на нём до сих пор оставалась изрядно примятая, но парадная форма, капитана не смущало. Всё равно теперь её придётся перерабатывать в новый комплект. – как твои дела? Как поживает брат? В каком крыле тебя поселили? Вас всё ещё заставляют трижды в день есть вместе с Его Величеством и остальными пышными снобами, или ты нашёл занятия поинтересней? И главное, где, чёрная дыра её побери, мадам Давуали?

Лавир Куара отличался отличной выдержкой, но противостоять желанию старого приятеля развлечься, он не мог, потому позволил себе лёгкую усмешку.

– Давуали в первом, и, видимо, последнем отпуске. Мне разрешили опаздывать или не появляться на обедах. А про дела расскажу подробнее. – Куара отзеркалил оскал капитана, принимая правила игры. – Брат чувствует себя отлично, он осел на небольшой планетке в одиннадцатом направлении. Ты бывал на Гальшаф, Ричард? – Шейлео отрицательно покачал головой. – Нет? О, тебе обязательно стоит выбраться туда в отпуск. Там такие потрясающие виды.

***

Белый купол, оградивший Дворцовый комплекс, из окна комнаты Дилариона, наследного принца, старшего сына императора Августиара Валенсия Гериона I, был слишком ярким и вот уже третий день не давал хозяину комнаты заснуть. Разумеется, не мог спать принц не только из-за легко убираемого портативными занавесками света. Третий день принц пытался осмыслить то, что произошло на благотворительном приёме, где отец объявил о заключении мира с Вак-Гариолуну. Приёме, где он в порыве неконтролируемой злости, выстрелил из лука в собственного отца. И на него одиночество и изоляция, в отличии капитана Шейлео, так благосклонно не действовали.

Головизор, транслирующий новости на половину стены, все три дня работал без перерыва – вопреки информационной изолированности Дворца куполом, новости из внешнего мира поступали исправно.

– Напомним нашей аудитории, – ведущий вежливо откашлялся, прерывая очередные дебаты псевдоспециалистов, последние несколько часов рассуждавших, что же произошло. – что вот уже третьи сутки Дворец находится в состоянии полной изоляции по велению его святейшества императора Августиара Валенсия Гериона I. После сообщения о попытке мятежа, служба безопасности дворца активировала протокол защиты, и пока император лично не деактивирует режим, дворец остаётся отрезанным от остального мира.

Диларион мысленно внёс коррективы в формулировки каждого предложения. Купол активировался системой автоматически, и скрыл Дворец в тот же момент, как брат заслонил его от транквилизаторов Стражи. Никакого специального приказа отца для этого не требовалось. Изоляция Дворца тоже было полной только внешне. Свежие фрукты и овощи, доставленные на завтрак, явно были переданы вчера на кухню, а не три дня назад.

– Как все мы помним, ещё в первый день вечером из дворца вышел на связь пресс-секретарь императора, и сообщил, что подобный протокол был активирован не из-за учебной тревоги, а действительно из-за угрозы безопасности его святейшему Императорскому Величеству. Также пресс-секретарь сообщил, что припасов внутри Дворца достаточно и системы жизнеобеспечения работают в штатном режиме. В таком состоянии Дворец может функционировать без ущерба для его обитателей около месяца. Одним из пунктов в заявлении пресс-секретарь было сообщение о том, что жизни императора ничего не угрожает, и все заговорщики уже вычислены. Не оставляем мы без внимания и информацию из приближённых к Дворцу источников, что в попытке госпереворота замешаны прямые потомки императора, наследный и ненаследный принцы. Наш специальный корреспондент, дежурящий около дворца с прямым включение прямо сейчас, расскажет вам о последних новостях.

На экране появился мужчина, одетый в яркий жилет, обозначающий его принадлежность к репортёрской братии. Это был уже человек, а не тот танурией, что вещал в первые дни и брал глупые интервью. Принцы смотрели их в записи. В большинстве своём, Знать, высказывающаяся по межгалактическим новостям, была очень далека от дворцовой реальности, а многие из них ни разу с принцем лично и не говорили, несмотря на то, что близнецы их всех знали.

Диларион, стоящий у окна и гипнотизирующий взглядом купол, даже не обернулся на смену картинки по головизору, а вот его брат, Патирион, не покидавший близнеца с момента инцидента, перевёл едва ли любопытный, а скорее уставший взгляд на сменившееся изображение. Его рука в очередной раз потянулась к пульту, в попытке прервать очередную порцию бреда.

– Оставь. – обронил Диларион не оборачиваясь. Иногда их братская связь была особенно остра, и тогда им удавалось считывать и понимать действия друг друга не глядя.

– Может, хватит изводить себя, Дил? – в очередной раз пытается завести разговор Патирион, но оказывается оборванным очередным безапелляционным «Оставь», из уст брата.

– Здравствуйте, дорогая аудитория. Вот уже третьи сутки я нахожусь, около дворца, который изолирован от внешнего мира самой современной системой. Хочется отметить, что всех желающих проникнуть за это биоэлектрическое поле за моей спиной, постигают, как выразился пресс-секретарь императора – все кары небесные. Например, коллеге с нашего любимого канала «13 оборотов вокруг звёзды» не далее как вчера, при попытке пересечения барьера парализовала всю правую сторону тела. И он бедный так и застрял в этом импровизированном заборе. А ушлым зевакам из Межгалактического Первого не далее как пару часов назад, едва не оторвало головы, так как эти любознательные гуманоиды решили просто просунуть голову за забор. – репортёр кровожадно усмехнулся, явно собираясь продолжить, но ведущий из студии его остановил.

– А что известно насчёт того, как Дворец общается внешним миром?

– Доподлинно известно, что в Императорский Дворец и весь комплекс придворцовых сооружений сейчас никак не попасть. Тем не менее здесь дежурит несколько бригад Сверхзвуковой помощи для желающих испытать силу поля, а стражи порядка из Императорской гвардии, что остались по это сторону ограждения, денно и нощно продолжают нести караул.

Ведущий из студии:

– Скажите, есть ли прямая связь с дворцом? Знаете ли вы, что там происходит?

Репортёр у дворца:

– Неведение всех нас порождает грязные инсинуации и слухи, коллега. Мы доподлинно знаем, что у начальника караула остался канал связи со службой безопасности дворца. Кроме того, в ближайшее время ожидается очередное заявление.

Ведущий из студии:

– Расскажите поподробнее. Ваш источник во дворце всё ещё на связи? Появились ли какие-то подробности случившегося? Знаем ли мы, кто хотел низвергнуть нашего святейшего императора?

Репортёр у дворца:

– Ну как вам сказать. По моим данным, во дворце сейчас проходят чистки личного состава придворных. Также нам передали, что в попытке переворота всё же замешаны наследный и ненаследный принц, как заявлялось раньше нашим коллегой. Кроме того, проверенные источники сообщают по меньшей мере о трёх смертях.

Ведущий из студии:

– Какой ужас! Знаете ли вы, кто стал жертвами и жертвами, собственно, чего?

Репортёр у дворца:

– Я не обладаю подобной информацией.

Ведущий из студии:

– А что насчёт принцев?

Репортёр у дворца:

– Источник сообщает, что вот уже около нескольких часов в личных покоях императора проходит экстренное заседание. По проверенным данным, суд будет внутренним, и детали широкой общественности разглашать не будут.

Ведущий из студии:

– Так, а известно хотя бы из-за чего была попытка переворота?

Репортёр у дворца:

– Эта информация крайне секретна и сейчас не подлежит распространению.

Лёгкого щелчка пальцев хватает для того, чтобы выключить прямую трансляцию галактических новостей. Диларион и Патирион одновременно вздрагивают, так как подобного звука в комнате услышать не ожидают, оглядываясь на стоящего на пороге.

– Я, конечно, учил вас следить за информацией, но не смотреть же этот бред. – голос императора звучит недовольно и даже оскорблённо. «Оба в мать», с тёплой печалью думает он, внимательно оглядывая сыновей. Простояв в арке прохода в комнату старшего близнеца без малого полчаса, оба брата, так увлечённые собственными переживаниями и переслушиванием новостей, кажется, по пятому кругу, не заметили его присутствия. «И это будущие наследники», снова мелькает печальная мысль в голове императора. А сейчас, испуганные его внезапным появлением, не ожидавшие встречи, принцы смотрели на него слегка удивлённо, но твёрдо. Император заметил и как Патирион дёрнулся в сторону брата, едва понял, кто стоит на пороге. – «Такие же непокорные и бунтующие. Только уже не в мать.»