– Я не могу, – еле слышно произнесла пожилая женщина, с сумкой в руках, задыхаясь в удушающей ауре Лиона. Даже я чувствовала её нарастающую мощь, несмотря на то, что всё это время гладила его, прикасаясь к коже.
– Всё будет хорошо, – уверяла я, потянув её за руку. – Прикоснитесь к нему, и вам станет легче, – почти умоляла я. – Лир, и ты тоже.
– Впервые… сталкиваюсь с такой силой. – Недоверчиво глянув на меня, он всё же прислушался и положил ладонь Лиону на плечо.
– Нет, я…, я должна идти, – подытожила врач.
– Что? Нет! Вы должны помочь ему, – вспылила я. – Возьмите себя в руки, – совсем позабыв о леденящем ужасе, который окутывал нас с головы до пят, крикнула я. Женщина тяжело дышала, в онемении поглядывая по сторонам. – Говорите, что делать! Просто говорите, что делать, – снова взмолилась я.
– П-переверните… его, – еле слышно ответила она. Врач была растеряна и сбита с толку ужасом, который она испытывала по непонятным для неё причинам.
Сглотнув, Лир нерешительно заставил себя двигаться, поддев плечо Лиона.
– Так странно, – начал он, – головой я понимаю, что всё как обычно, но тело не слушается, – подметил он. – Даже дышать тяжело…
– Что дальше? – спросила я, когда Лир, удерживая Лиона за бедро и предплечье, перевернул его на себя.
– Нуж… нужно достать пули, – чуть ли не теряя сознание, прошептала женщина. – Обработать раны…
– Райан! – крикнула я, теряя терпение. – Иди сюда! Да помоги же ты, – завывала я, вынимая из окоченевших пальцев женщины лямку сумки с инструментами. – Чем, – обратилась я к ней, – это делается?
Райан взял женщину под руки, не отрывая взгляда от брата.
– Сосредоточьтесь! – привлекла я её внимание, быстро натягивая перчатки. – Лир, разрежь простыни. – Ненавистные курсы оказания первой медицинской помощи, были сейчас как раз кстати, но вот нас не учили, что делать при пулевых ранениях. Я вытянула перед ней несколько удлинённых инструментов. Врач указала на металлические тонкие щипцы. – Райан, ты должен держать брата. Лир, ты тоже. Лион, тебе придётся потерпеть, – в панике предупредила я, взбираясь на кровать.
Я не знала, услышал ли он меня. Его сознание порой ускользало… угрожающе покидая нас на долгие минуты.
Мои пальцы дрожали, касаясь окровавленного тела, словно предчувствуя угрозу, но я не могла позволить себе сломиться. Раскрытые раны на плече пульсировали, и на долю секунды я замерла. Чувствуя невообразимую вину, я молилась, чтобы его боль стала моей.
Я принялась за работу, которая сопровождалась мучительными стонами Лиона. Не в силах терпеть боль, он плохо сдерживал судорожные вздохи и проклятья, когда приходил в себя.
– Прости, прости меня, – шептала я, сосредоточившись на поиске металла. Не имя в этом никакого опыта, я даже не понимала, на что ориентироваться.
– Кажется, меня сейчас стошнит…, – предупредил нас Райан.
– Не смотри, – отвлёк его Лир. – Просто не смотри.
Страшное шипение Лиона сковало мои пальцы.
Мне нужно было просто достать их, просто избавить его тело от пуль, и он сможет о себе позаботиться. Моя кожа покрылась холодным потом, а сердце билось так сильно, будто стучалось в унисон с его собственным.
– Первая есть, – удивляясь собственному успеху, огласила я.
– Не прикасайтесь… перестаньте… – с трудом простонал Лион. – Из-за вас… только хуже…
– Отойдите – Я тут же поняла, что он имел в виду. – Он чувствует ваши эмоции, – спешно кинула я, продолжая причинять Лиону боль.
– Что? – удивился Райан, тут же отпустив брата.
Лир сделал шаг назад, делая глубокий вдох.
Не знаю, как я выглядела со стороны, но чувствовала я себя премерзко. Словно в тумане я была сосредоточена на каждом движении, каждом шипении, каждом вздохе Лиона. Это была моя вина, и я должна была всё исправить. Я не могла сдержать восклицание облегчения, когда следующая пуля увидела свет.
– Последняя. Лион, осталась последняя, – чуть более уверенно сказала я.
И тут, я почувствовала, как иглы боли пронзили моё тело, душу… и разум. Замерев, мои лёгкие застыли. Райан закашлялся, отшатнувшись от брата. Лир, простонав от боли, подхватил врача, которая рухнула в обморок.
Превозмогая испепеляющую ауру Лиона, я приложила всю имеющуюся во мне волю, чтобы отыскать последнюю пулю. Я вынула её, когда перед глазами уже плясали чёрные пятна, а в ушах стоял белый шум.
***
Я пришла в себя, испытывая блаженное благоговение и лёгкость. Мне было не нужно открывать глаза, чтобы с уверенностью заявить, что прямо сейчас, в это мгновение, я была невероятно счастлива. Наслаждаясь всем и сразу, меня пропитывало тепло и безграничная свобода.
Поддавшись чуть вперёд, я улыбнулась, почувствовав знакомую бархатистость кожи Лиона. Проскользнув ладонями вдоль его груди, я нежно обняла его за шею, зарывшись пальцами одной руки в волосы. Нежные объятья, полные самых светлых эмоций, были невероятным сочетанием лучших из всех возможных чувств.
– Лион…, что ты делаешь? – чуть усмехнувшись, спросила я, благодарно улыбаясь.
Его клыки приятно поцарапали мою шею, после чего с силой погрузились в неё.
Мышцы Лиона подо мной напряглись, когда он сделал первый глоток. Сладкий стон вырвался из его груди, стоило ему сделать ещё укус, а затем ещё, и ещё. Я не могла сдержать восхищённый вздох, ощущая, как его губы нежно прикасаются к моей коже, вызывая дрожь по всему телу. Казалось, я схожу с ума, чувствуя его рядом, наслаждаясь его теплом, его присутствием, его любовью. Сейчас, рядом с ним, я была полностью и абсолютно счастлива.
– Прости меня…, – прошептал он, облизнув места укусов, которые мгновенно зажили. – Прости меня, Ати…, – повторил он, снова погрузив в меня клыки.
Моя кожа покрывалась мурашками от его прикосновений, от его горячего дыхания, от его страсти, которая проникала в каждую клеточку моего существа. Я прижалась к нему ещё сильнее, позволяя нашим телам чувствовать друг друга. В этот момент всё остальное исчезло, оставив лишь наше взаимное притяжение, желание и любовь. Никто и никогда не сможет отнять у нас это счастье, это чувство полноты и вечности.
***
Я пришла в себя, в панике тут же ухватившись за шею.
– Ати? – обратил на себя моё внимание Лион, в объятьях которого я сидела.
– Что? Что это было? – не могла я отличить реальность ото сна. – Как ты? – в панике осматривая его, спросила я. – Ты в порядке? – Я привстала на коленях, чтобы заглянуть ему за спину.
Не увидев прежних ран, я с облегчением выдохнула.
– Спасибо, – виновато произнёс он, приподняв меня, чтобы уткнуться лицом в мой живот.
– Прости меня, Лион. Это всё моя вина, – тихо сказала я. – Твоя аура… – Я огляделась и прикрыла рот рукой, увидев замеревших на месте Райна, Лира и женщину на полу. – Что с ними?
– Я… подчинил их разум.
– Что? – Я удивилась отсутствию эмоций на лицах всех троих.
– Как только отпущу их, они придут в себя.
– Отпустишь? Значит, вот твоя истинная сила. Подчинять умы…, – прошептала я, взглянув ему в глаза.
– Ати, сколько себя помню, я не испытывал ни страха, ни тревог, – нежным глубоким голосом начал Лион. – Я был пуст. Лишь следовал правилам, подражая другим. Но чувства к тебе изменили что-то во мне. Я был намерен защитить тебя от боли, а не становиться её причиной. Я думал, так будет правильно. Поэтому не сказал тебе об эксперименте. Только поэтому, – извинялся он. – И я обещаю. Обещаю, что сделаю всё, что в моих силах, чтобы остановить Земной Эксперимент Мироздания и Локальных Явлений.
– Правда? – ошарашенно прошептала я.
– Я смогу полюбить в тебе всё, кроме твоего отсутствия. Поэтому, пожалуйста. – Он крепко обнял меня. – Не отвергай меня. – Его шёпот нежными волнами мурашек прокатился по моему телу.
– Лион, – не могла я поверить в услышанное, – ты правда сделаешь это?
– Сделаю всё, что ты скажешь, поэтому прошу, смотри на меня, как прежде…, – подытожил он, отстранившись, чтобы взглянуть мне прямо в глаза.
Что из увиденного заставило его встать на сторону землян? Я не могла поверить, что свидание в Аковаме сработало…
– Ты ещё столького не видел… – Мои мысли метались, путаясь между собой.
– Чтобы осознать бедственное положение твоего мира, мне хватило и первых десяти минут. – Лион был серьёзен. – Понадобятся десятилетия, чтобы всё наладить. Но прекратить эксперимент нужно немедленно, отказавшись от усугубления, и без нашего вмешательства, ужасной участи землян.
– Думаешь, есть шанс всё прекратить? – Моё сердце замерло, когда этот вопрос повис в воздухе.
– Да.
– И ты поможешь мне? Поможешь нам? – Я всё ещё не могла поверить в его слова.
– Обещаю, – тихо сказал он.
– Не могу поверить… – Мне не хватало воздуха.
Я боялась, что всё это какой-то сон, наваждение, иллюзия. Мужчина, взгляд которого принадлежал только мне, был готов на всё ради нас. Я не могла поверить, что этот миг – реален. Зная силу его заботы о людях Верума, разве было место состраданию кому-нибудь из нас? Разве остановка эксперимента на Земле не значила ухудшение жизни на Веруме? Чем он был готов пожертвовать, чтобы стать моим героем?
– Спасибо, – расчувствовавшись, ответила я. – Спасибо, Лион…
– Могу я поцеловать тебя, Ати? – нежно спросил он.
Я улыбнулась и подалась вперёд, чтобы безмолвно принять его предложение. Я хотела этого, хотела, чтобы он был тем, кто спасёт людей, тем, кому мы не безразличны. Если бы всё это было правдой, я могла бы с облегчением выдохнуть, встав за спину того, кто обещал меня защитить.
– Лион…, – прошептала я ему прямо в губы, прежде чем с упоением коснуться их. – Я так скучала, – призналась я ему и себе.
Он так крепко обнял меня, будто я была его триумфом. Моя близость была его наградой, ценностью, мечтой… Он целовал меня так, словно больше ничего вокруг не существовало. Не знаю, о чём он думал, но, не сдерживаясь, его руки сжимали мои бёдра, талию и спину. Мы целовали друг друга, восполняя то тепло, которого нам обоим так не хватало. Все эти дни, расстояние между нами причиняло боль. Вынужденно злые взгляды и резкие фразы, ранили меня настолько же сильно, как и его. Снова поддаваясь чувствам, я наконец-то была на своём месте.
– Я люблю тебя, Ати, – прищурившись, будто от боли, сказал Лион. – Я люблю тебя, – хватая воздух губами, он не мог насытиться мной.
Повторяй он это признание тысячи раз, моё сердце пропускало бы удары снова и снова. Его слова имели силу, со стойкостью которой нельзя было поспорить. Пытался ли он все эти дни отказаться от нас? Намеревался ли забыть меня? Думал ли о расставании всерьёз? Я не знала. Но сейчас, это не имело значения.
Лион не мог наглядеться на меня, словно видел впервые так близко. Растворяясь в его чёрных глазах, мне казалось, что я проиграла. Я больше не смогу злиться на него, узнав, что отныне он будет на моей стороне.Чуть отстранившись, мы тяжело дышали, влюбляясь друг в друга ещё сильнее. Я мечтала о нём, хотела его, думала о нём перед сном и поутру. Поглаживая его скулу, а затем бровь, я гадала о том, кого же я хотела обмануть, так дерзко отказаываясь от него.
– Лион. – Я постаралась строго на него взглянуть. – Обещаю сделать всё, что в моих силах, чтобы простить тебя.
Его клыки блеснули, когда он широко улыбнулся.
– Договорились.
– Что теперь? – спросила я, обернувшись на позабытых нами безмолвных зрителей нашего примирения. – Выглядят они не очень.
– Лириадор, проводи врача туда, где вы её нашли, – сказал Лион, а его глаза загорелись красными переливами.
Испугав меня, Лир и врач медленно зашаги в сторону двери. Они выглядели нормально, но вот лицо Лира было необычно спокойным и беспристрастным. Зная его, никогда бы не поверила в подобную покорность, да ещё и в сложившихся обстоятельствах.
– Ты можешь управлять людьми?!
Глава 8
(Если любите читать под музыку, настроение этой главы:
talking to the moon slowed reverb – omgkirby)
Разговаривая с братом, Райан всё ещё был очень напряжён. Взяв свои эмоции под контроль, Лион впервые в жизни мог быть честным с самым близким ему человеком. Мы с Лиром стояли поодаль, делая вид, что нас совсем не волновал их разговор по душам.
– Значит, это маска? – Райан пристально рассматривал брата, усевшись прямо на журнальный столик напротив дивана, на котором скучающе развалился Лион.
– Да, – сухо ответит тот.
Я предполагала, что Райан будет зол на брата. Почему-то, мне казалось, что Лион столкнётся с презрением и насмешками с его стороны, но вместо этого, его младший брат выглядел очень расстроенным и подавленным.
– Сделай это, – Райан указал на своё лицо и покрутил пальцем, намекая на внешность.
Лиона не пришлось просить дважды.
Думаю, его сейчас переполняли эмоции, которые ему было трудно контролировать.
Выпуская на волю пугающую до дрожи ауру, его кожа, как по волшебству, поддалась мраку, окрашиваясь в чёрный.
Лир цокнул языком и вздохнул, выйдя из комнаты в коридор. Он был очень недоволен могуществом естества сына советника. Нам ещё предстояло обсудить тайну Лиона, но позже.
– Брат, – прошептал Райан, когда Лион медленно приблизился к нему, – все эти годы… ты был совсем один, – его голос дрогнул.
– Я не мог рассказать, – виновато почти шёпотом выдавил из себя Лион, и глаза Райана округлились. И его можно было понять. Слышать в голосе самого безэмоционального и сухого человека на свете намёки на чувства – удивительно и даже странно. – И я никогда не был один, ведь у меня был ты. Прости, что не мог многого с тобой разделить, но если бы не ты… – Лион неуверенно, но нежно погладил брата по волосам, будто впервые позволяя себе нечто подобное. – Даже думать об этом не хочу. Мой способ выглядеть нормально – полный отказ от эмоций, поэтому я такой…, каким ты меня знаешь.
В этот момент в глазах его ошарашенного младшего брата пронеслись миллион воспоминаний, которые были не тем, чем казались.
– Значит, вот почему мама… – Райан стал выглядеть ещё более подавлено.
– Да. В надежде скрыть меня от чужих глаз, она решилась на переезд в ту глушь. Именно из-за меня, ты всё девство был один, когда нуждался в её любви большего всего. – Лион прикрыл глаза, стесняясь показать всю глубину своей вины перед братом. – Она должна была отказаться от меня, но не смогла…
Значит, вот что крылось за надменностью и язвительностью Райана… Одиночество. Как же ему приходилось себя вести при маме, чтобы заслужить хоть капельку её внимания и любви? Что ему приходилось делать, чтобы стать для неё таким же важным человеком, как его старший брат? Я взглянула на его прямолинейность и скандальность под другим углом…
– Не говори так! – тут же прервал его Райан. – Теперь… я понимаю. Но почему ты не рассказал мне? Ты доверился даже ей, – он указал на меня через плечо, – а мне нет?
– Это не то же самое, – усмехнулся Лион.
– Не говори мне, что умеешь смеяться! Нет. Этого человека я не знаю. Всё же, мне стоит сдать тебя мутантам, – кинул Райан, поднявшись на ноги. Лион встал вслед за ним, и братья крепко обнялись. Сжимая Райана в мощной хватке, Лион впервые мог, поддавшись чувствам, выразить всю свою любовь. – И я не хочу, чтобы ты думал, что я ненавижу тебя. Разве что, только в детстве.
– И я тебя не ненавижу, – глядя брату прямо в глаза, ответил Лион улыбаясь.
