Перейти к содержанию

Девочка с дырой в душе. Как преодолевать детские травмы во взрослой жизни

Автор:

4,9 40+ оценок читателей Рунета
Категория
Современная русская литература
Год издания
Издательство
Автор
Возрастное ограничение
16+
Обновлено
25.09.2026

Аннотация

Я знаю, что у тебя иногда болит в душе. Потому что и у меня частенько болит. Я тоже имею травматичный опыт и стереотипы, которые мешают жить. Не всегда могу с ними справиться, но постоянно ищу инструменты и расту над собой. И я хочу превратить свой внутренний конфликт во что-то полезное для других людей. Полезное для тебя. Я расскажу свою историю: как на меня повлиял уход из семьи отца и как я с этим справляюсь. Эта книга поможет понять, что ты не одна, что рядом есть другие люди, которые проживали подобные ситуации. Давай попробуем вместе разобраться в себе и проанализировать переживания и мысли, поищем новые пути для решения старых проблем и двинемся дальше в счастливую жизнь.

Читать «Девочка с дырой в душе. Как преодолевать детские травмы во взрослой жизни» — Анастасия Мурашка онлайн

Страница 3 из 4

Большой мамонт, отыщись! Услышь мой зов, приди и меня непременно найди. Маленького мамонтенка больше не пугают ни волны, ни ветер. Я здесь, я готова, я жду. Давай уже разберемся с этим окончательно. Ведь так не должно быть на свете, чтоб были потеряны маленькие Мурашки.

Глава 8. Когда боишься темноты

Все мои взрослые психологические проблемы, как, наверно, и у большинства людей, родом из детства. Уход отца из семьи и негативные последствия смелого путешествия на остановку продолжают омрачать мою жизнь сегодня. Но есть еще кое-что, с чем я не могу до сих пор справиться. Это детский страх, о котором стыдно рассказывать, когда тебе уже больше тридцати лет. Я боюсь темноты и оставаться одна ночью.

***

Часы пробили полночь, я выключаю свет и забираюсь под одеяло. Сегодня я осталась в квартире одна, и от этого мне не по себе. Вроде взрослая девушка, но до сих пор боюсь темноты. Вдруг из-под кровати выскочит бабайка и утащит меня в свое царство. Отгоняю пугающие мысли, стараюсь поскорее заснуть.

Хочется перевернуться на другой бок, но мне страшно пошевелиться. Тогда монстры точно меня найдут. Они уже затаились в каждом темном углу и ждут малейшего шороха. Но я это знаю и не выдаю своего присутствия. Меня здесь нет, в этой комнате пусто, под одеялом – никого.

Как назло, заснуть не получается. Я осторожно открываю глаза и смотрю на окно. Из-под темных штор просвечивает лучик света. Тонкая желтая полоска. Это фонарь или фары машины? Нет, не похоже. Лучик становится все больше и больше. И вдруг шторы разлетаются в разные стороны и на подоконнике появляются четыре силуэта. Темные высокие тени с длинными конечностями и овальной вытянутой головой. Я понимаю, что это пришельцы. Они пришли за мной. Кричу.

Тут же просыпаюсь. Это все мне приснилось. Никаких инопланетян в окне, только свет уличного фонаря пробивается через шторы. Я в безопасности. Переворачиваюсь на другой бок и замираю. Бабайка все еще прячется под кроватью – нужно быть осторожной. Я все еще одна в квартире, и здесь нет никого, кто мог бы меня защитить.

***

Мы переехали в Сатку из Екатеринбурга, когда мама второй раз вышла замуж, а я только-только пошла в первый класс. Сначала жили в съемной однокомнатной квартире. Места было немного, но мне выделили целую комнату: небольшой кусочек пространства два на три метра, который отгораживался от остального помещения большущим шкафом. Там еле умещались раскладной диван и стеллаж с игрушками, но мне этого вполне хватало. Остальная часть квартиры принадлежала маме и отчиму: на их стороне стоял большой спальный диван, телевизор, вязальная машинка, и можно было хоть чуть-чуть развернуться.

С того периода я помню не так много, но кое-что крепко засело у меня в мозгу. Мама и отчим были тогда совсем молоденькими и, конечно, любили ходить в гости и веселиться с друзьями. Часто меня брали с собой, но иногда приходилось оставаться одной дома. И в такие дни неизбежно наступала ночь.

Я боялась ложиться спать на своем диванчике и ждала, когда вернутся мама и Костя. Но спать хотелось. Тогда я устраивалась на родительской кровати, включала кассету с музыкой или смотрела телевизор (отчетливо помню, как показывали КВН и фильм «Иван Васильевич меняет профессию»). Свет в комнате, естественно, оставался гореть. Таким образом мне хоть как-то удавалось преодолеть страх, и я засыпала. Потом возвращались родители, будили меня, и я перебиралась в свою комнатку.

***

Видимо, в этот период и сформировался мой страх темноты и ночи. Оттуда же, как мне кажется, вырос страх одиночества. Я не только боюсь оставаться одна, мне еще жутко страшно пойти куда-то одной. Там ведь не будет никого знакомого и в каком-нибудь шкафу обязательно окажется бабайка, которая обидит. Гораздо проще сидеть в своем маленьком домике и не высовываться. Или таскать на все мероприятия подружку.

Но на то мы и стали взрослыми, чтобы научиться справляться с детскими страхами. Я не могу заставить солнце светить круглосуточно. И не могу найти кого-то, кто будет находиться со мной всегда и везде. Поэтому приходится защищать себя самой.

Расскажу механизм, как это работает. Угадай, кто в нас испытывает страх? Те девочки из детства, которые оставались дома в одиночестве и их некому было защитить. Но я уже давно выросла и могу постоять не только за себя, но и за маленькую Мурашку. И помогает мне в этом образ кенгуру, который я придумала. Я представляю, что моя маленькая Мурашка, которая хочет закрыться от ужасной бабайки под одеялом, находится в кармашке кенгуру-мамы – большой взрослой Мурашки. Малышка смотрит на мир из своего укрытия, чувствует себя в безопасности и перестает бояться. А когда совсем становится страшно, она прячет голову внутрь кармана.

– Тише, моя милая, – говорит большая Мурашка. – Я с тобой, я тебя защищаю. Никто не посмеет к тебе подойти, пока я рядом, даже беспардонные пришельцы. А я буду рядом всегда!

Так я успокаиваю напуганную маленькую Мурашку, она перестает паниковать, и мы начинаем делать важные и нужные дела. Или спокойно засыпаем.

Глава 9. Страшная тайна

Вот я и рассказала о начале жизненного пути маленькой Мурашки. Но время не стоит на месте. Так подросла и наша необыкновенная девочка.

Мурашка-подросток стала незаурядной, но противоречивой, драматичной и проблемной личностью. Чего она только не устраивала! Пыталась выгнать из школы нерадивого учителя, а в перерывах между общественной деятельностью страдала от одиночества, чувствовала себя никому не нужной в этом мире. Чуть позже один прекрасный паренек доказал ей, что она ошибалась, и в ее жизни случилась необыкновенная романтическая история. Но любовные глупости отходили на второй план, когда она думала об учебе и покорении великих вершин. В один прекрасный момент она поднялась настолько высоко в небо, что почувствовала себя настоящей звездой. Но задержаться там надолго не удалось, и возращение на землю было очень болезненным.

В следующих главах я расскажу четыре истории о подросшей Мурашке – будет много повествования и капелька спецэффектов. Надеюсь, тебе понравится. Я постаралась быть максимально искренней.

А сейчас хочу поделиться ужасным эпизодом из начальной школы. Долгое время (лет двадцать) я никому не рассказывала об этой страшной тайне, бесславном поступке, за который мне до сих пор стыдно. Но это был отличный урок, который я выучила на всю жизнь.

***

Второклассники сидели на корточках в школьном кабинете и играли в фишки. Каждый по очереди бросал на пол стопку ярких круглых картонных пластинок. Те, что перевернутся, считаются выигранными, их можно забрать себе.

Катина попытка была успешна, две фишки с покемонами перекочевали из стопки к ее коленкам. Оксана осталась ни с чем. Настала моя очередь. Я собрала фишки тыльной стороной вверх и приготовилась бить. Я была еще достаточно молода (мне только исполнилось восемь лет), но уже азартна. Удар!

Две фишки перевернулись. Но именно их я и поставила в начале игры.

– Эх, опять только свои отыграла, – расстроилась я.

А мне так хотелось выиграть такие же красивые кэпсы8, как у Кати. Новенькие, блестящие, с переливающимся слоем. Не то что у меня – хорошенькие, но обычные и немного потрепанные, блеклые. Но удача не хотела поворачиваться ко мне лицом. Катя сделала очередной удар, все фишки перевернулись, и игра закончилась.

Тогда, в восемь лет, я впервые осознала, что завидую. Это злостное чувство захватило меня и не отпускало. И однажды оно нашло выход.

Школьники шумной толпой вывалились из кабинета и направились на урок музыки. Наш класс считался гимназическим, и мы занимались не в здании школы, а в отдельном помещении на территории детского садика, а дополнительные творческие занятия проходили в школе искусств. До нее нужно было идти несколько кварталов, и классная руководительница раз в неделю водила нас туда.

Так сложилось, что в тот раз я не пошла с однокашниками. Свою пятерку я уже получила, преподавательница отметила мои отличные успехи в четверти и разрешила не приходить на последний урок. Я проводила глазами подружек и оглядела пустой класс. Идея созрела мгновенно.

Какое-то время я выжидала. Потом, оглядываясь на дверь, подошла к парте, за которой сидела Катя. Вот и ее портфель, фишки должны быть там! Я нашла их в боковом кармашке. Яркие! Красивые! Новенькие! Быстро пролистала картонки и несколько забрала. Взяла всего семь штук, чтобы Катя не заметила пропажи.

Успешно провернув операцию, я села за парту в блаженстве. Теперь у меня было целое состояние! Крутые блестящие фишки с покемонами! Я торжествовала, что получила желаемое.

Но кэпсы не принесли мне радости. Я не могла играть ими с друзьями, боялась, что все узнают о моем поступке и осудят. А отдать фишки обратно Кате было слишком стыдно. Я с сожалением и раскаяньем смотрела на свое сокровище. Меня мучила совесть, и я решилась на отчаянный шаг. Открыла окно, разорвала каждую фишку на кусочки и выкинула на улицу.

***

Мне стыдно за мой детский поступок. Но хорошо, что я совершила его в столь юном возрасте, сразу раскаялась, сама себя наказала и сформировала моральные ориентиры, которых придерживаюсь сейчас.

Глава 10. Уроки школы

Если я проиграю, то это не будет значить,

что нельзя было победить. Многие потерпели

поражение, стараясь достичь вершины Эвереста,

и в конце концов, Эверест был побежден.

Эрнесто Че Гевара

Учителя физики школы № 5 города Сатки менялись с незавидным постоянством. Каждый год приходил новый преподаватель, а то и два. Надолго никто не задерживался. Мы, ученики 7 «Г» класса, нисколько не переживали по этому поводу. Пока не пришла эта тетка. Любовь Ивановна.

Она не была учителем от Бога. Она не рассказывала с придыханием о физических явлениях, не рисовала на доске векторы, не объясняла, как решать задачи. Она заставляла нас просто читать учебник, делать конспекты и что-то тихо бубнила себе под нос. Нас она никогда не хвалила, наоборот, мне казалось, что она даже смотрит на учеников как-то недоброжелательно. Мы взаимно друг друга не любили.

В один прекрасный день я (а мне было тогда всего двенадцать лет) получила тетрадь с домашним заданием и ужаснулась. Четверка! Мой ответ подчеркнут красной пастой. Я перепроверила решение – все правильно, ошибки нет. Все как должно быть – и четверка! Ничего не понимаю! Я взяла тетрадь и подошла к злобной мегере.

– Любовь Ивановна, подскажите, почему у меня четверка за домашнее задание? – спросила я.

– Наверно, потому что ты неверно решила задачу, – учительница листала журнал и даже не подняла на меня глаза.

– Ответ верный! Я проверяла. Посмотрите. Может быть, вы ошиблись? – я протянула ей тетрадь. Она в ответ зыркнула недобрым взглядом из-под овальных очков и нехотя уставилась в мое решение.

– Тут у тебя что написано? – ручка с красной пастой указывала на мой ответ.

– 0,001 метров кубических!

– Это неверный ответ!

– Как неверный? – не понимала я. За идиотку она меня держит? Что за бред? – Объем – это масса, деленная на плотность. Я поделила, вот, смотрите! 0,001 получается! Это верный ответ.

– Нет! – резко ответила она, не дав мне договорить, и стала выводить цифры в тетради. – Правильный ответ – десять в минус третьей степени. Вот что у тебя должно быть написано!

– Но это же одно и то же! – взбунтовалась я.

– Нет! Это физика! Будь добра следовать ее законам и записывать ответы правильно. Иди, не мешай, мне надо готовиться к уроку!

Я отошла от учительского стола и в прострации села за парту. Конечно, я расстроилась из-за оценки. Это было несправедливо. Немыслимо! Ситуацию отягощало еще и то, что я была отличницей до мозга костей: всегда выполняла домашние задания, к каждому уроку читала параграфы учебника, могла ответить на любой вопрос учителя. Ответственная, аккуратная, дотошная. Получить четверку для меня было равносильно провалу. Тогда я еле сдержала слезы, люто возненавидела физичку и задумала месть. Во мне созрел мятежник.

Я решила написать петицию о защите прав униженных и оскорбленных учеников 7 «Г» класса и дойти с ней до директора. Воплотить идею в жизнь помогла мама. Мамы ведь всегда поддерживают революционеров и бунтарей, особенно когда их деточек обижают. Мы набрали текст обращения в программе Microsoft Word, прикрепили к документу список учеников моего класса и распечатали петицию в трех экземплярах. Это сейчас сайт change.org9 есть, где можно сделать все с помощью одного клика, а раньше приходилось создавать петиции ручками на бумаге.

Я с воодушевлением помчалась в школу, приехала на маршрутке с другого конца города (мамина работа находилась так далеко), вбежала в класс до начала урока и стала собирать подписи школьных товарищей.

– Юль, это петиция по отказу от учителя физики. Подпиши! – обратилась я к однокласснице.

– Ничего себе ты придумала, – сказала блондинка Юля. – Давай подпишу.

– Отлично! Кать! Катя, подпиши во имя Родины?

– За Родину – хоть жизнь отдам, – усмехнулась спортсменка Катя. – Ага, готово.

– Пашка! Пашка Цветков! Иди сюда. Подпиши петицию.

– Что это тут у вас? – спросил самый известный хулиган в классе.

– Петиция! Надо подписывать. – Мальчик несколько замешкался, но все же поставил свою закорючку в документе. На этом революционное движение было пресечено.

– Что происходит?

Учительница биологии зашла в класс раньше, чем прозвенел звонок. Я не успела спрятать листок бумаги, и она выхватила его из рук одноклассника.

– Что тут у нас? Петиция! «Директору школы номер пять Барановой Елене Юрьевне. Мы, ученики 7 «Г» класса, отказываемся от учителя физики Любовь Ивановны Ивановой. Она плохо ведет уроки, не объясняет материал, не рассказывает, как решать задачи. Все это сказывается на нашей успеваемости и знании предмета. Просим предоставить нам более компетентного преподавателя». Хм, – молоденькая учительница биологии оглядела класс и уставилась на меня. – Мурашка, это твоих рук дело? Пойдем прогуляемся до кабинета завуча.

Мы прошли в небольшой кабинетик, который находился на втором этаже рядом с лестницей. Завуч Ольга Игоревна, один из самых уважаемых учителей в школе, напряженно стала разглядывать мою петицию. Я сидела рядом и ожидала жестокой головомойки.

– Анастасия Викторовна, кто это придумал? – наконец спросила она.

– Я придумала. Я сделала. Одноклассники ни при чем, – я как истинный революционер старалась взять всю вину на себя и обезопасить сторонников.

– А зачем?

– У нас слабый учитель по физике. Она ничему не учит, только заставляет самостоятельно читать учебник. Глупости всякие рассказывает. Неуважительно разговаривает. А еще она занижает оценки! Это несправедливо!

Ольга Игоревна пристально посмотрела на меня.

– Настя, – начала она, – я надеюсь, что ты поймешь. Я думаю, ты знаешь, что у нас печальная ситуация с учителями физики. Постоянного, хорошего преподавателя для средних классов в школе нет. И его достаточно непросто найти. Мы уже несколько лет не можем нанять такого специалиста, – она вздохнула. Ольга Игоревна не была злой или раздраженной, скорее, в ее голосе слышались нотки усталости. – И поскольку ты умная девочка, я скажу тебе то, что не должна говорить ни одному ученику. Я согласна: Любовь Ивановна не самый лучший вариант. Да, она где-то несправедлива. Да, она не блистает на уроках. Но она хоть как-то преподает физику. Другого учителя у нас нет. Выбор сегодня такой: либо она, либо никто.

Ольга Игоревна несколько секунд помолчала и взглянула мне прямо в глаза.

– Я понимаю твои эмоции, и мы возьмем этот вопрос на заметку. Но прямо сейчас ни ты, ни я не сможем ничего сделать. И петиция директору школы – ничего не решит. Ты осознаешь это?

– Да, – ответила я, потупив глаза. Я все прекрасно поняла. Я ведь и правда умненькая девочка.

Бунт подавили на самом корню. Я больше не писала петиций, не требовала смены власти. Я подстроилась под Любовь Ивановну. Приспособилась. И свою пятерку в четверти заработала. К концу года физичка даже начала меня хвалить. Я воспринимала это с усмешкой, она навсегда осталась для меня притеснителем вольных душ, угнетателем прав и свобод.

На следующий год я приспособилась к еще одному физику – бородатому мужчине. Его звали Артем Викторович. Прикольный преподаватель, но жутко требовательный, оценку у него можно было получить только на контрольных, а их надо было умудриться написать. Он продержался полгода (по слухам, ушел не сам, его забрали в армию). Потом была еще одна физичка, потом еще одна. И так до десятого класса, пока нас не передали постоянному учителю физики – прекрасному, достойному преподавателю.

В той детской борьбе я проиграла. Не дошла до вершины горы, свалилась вниз, когда подул сильный ветер. Но научилась быть более гибкой. Научилась адаптироваться к любым обстоятельствам. И это пригождается мне во взрослой жизни.

Возможно, это была не моя вершина, не мой путь, не мое сражение. А мой заветный Эверест, ради которого стоит залезть на баррикады или уйти в подполье, еще впереди.

P. S. Некоторые имена в тексте изменены.

Глава 11. Когда никто не любит

Учителя физики, естественно, были не самой важной моей проблемой в подростковом возрасте. Гораздо больше жизненных сил съедало чувство одиночества. Оно образовалось еще в глубоком детстве из-за ухода отца из семьи или еще чего-то, что стерлось из моей памяти, а по мере взросления расцветало все больше и больше. Единственный способ выплеснуть горе наружу и полечить душу, который у меня был, – это творчество.

Никто меня не любит, никто меня не ждет.
Быть может, я слова плохие вдруг сказала?
А за окном идет – все дождик льет и льет.
И вот снежинка на асфальт упала.

Такие стихи я писала после перепалок с родителями. Мне было пятнадцать, что с меня взять. Мы ругались из-за дурацких, незначительных вещей: бардака на столе или невымытой посуды. Вроде мелочи, но тогда я ощущала себя глубоко несчастной. Чувствовала, что никто меня не любит, никто не понимает.

Помню, я запиралась в комнате, забивалась в угол и рыдала. Мне казалось, что весь мир меня ненавидит, не принимает такой, какая я есть. Я могла плакать всю ночь. А на утро вставала с опухшими глазами. Отек спадал только к середине дня, а страдания надолго оставались в душе.

Иногда ночью я садилась на подоконник и смотрела на улицу. Ждала, что вдруг появится волшебник в длинном черном плаще и фиолетовом носке и заберет меня на другую планету. Но он так и не появлялся. Приходилось возвращаться в кровать и пытаться заснуть.

Никто меня не любит, никто меня не ждет.
Мне надоели россказни, притворства, игры, сказки.
Опять мне не поможет никто и не поймет,
А так хотелось хоть немножко ласки.

Кроме творчества от одиночества спасала учеба, так мне тогда казалось. Она не заглушала боль, не лечила ее, но хорошо отвлекала. Я была отличницей по всем предметам, перфекционисткой, использовала проверенный механизм: делай, делай, делай! Не думай, делай! Я загоняла себя так, что не оставалось ни времени, ни сил на страдания. А еще где-то глубоко внутри я надеялась, что своими достижениями и упорным трудом смогу заслужить любовь, которой мне так не хватает, закрыть бесконечную черную дыру в душе. Но дыра почему-то не затягивалась.

Чувство одиночества подогревало отсутствие парня. Как я от этого страдала! Мне казалось, что прекрасный абстрактный мальчик сможет притупить мою боль, если будет меня любить (еще одна патовая стратегия). Я смотрела на девчонок, у которых были кавалеры, и завидовала им. Мне нравился Стасик Морозов из моего класса, потом Лешка Осипов, но они совершенно не обращали на меня внимания. Внешне я оставалась спокойной, ничего не показывала, умела скрывать свои чувства. Но внутри пылал пожар.

Опять никто не любит, опять никто не ждет.
Завидую любви в смазливых сериалах.
Но почему же мне все так же не везет?
Наверно, о взаимных чувствах зря мечтала.

В чуть более сознательном возрасте, перечитывая детские стихи, я поняла: когда кто-то говорит, что его НИКТО не любит, это значит, что ему не хватает любви КОНКРЕТНОГО человека. И я стала искать этого несчастного, чтобы предъявить ему претензии. Кто такой-сякой меня недолюбил? Кто виноват, что я чувствую себя несчастной? Я думала, если найду первоисточник, то мне станет легче. Или просто хотела снять с себя ответственность.