– Пришел Сергей Курахов. Пускать?
По неровному дыханию Алины женщины поняли, что на нее гость произвел нешуточное впечатление.
– Валяй, запускай!– Валентина Дмитриевна снисходительно махнула рукой. А уже через мгновение дверь снова распахнулась, и в кабинет вошел Сергей. На нем был синий костюм от “хьюго”, который идеально сидел на его мужественной фигуре. Верхняя пуговица на воротнике голубой рубашки была расстегнута и открывала взорам женщин крепкую шею.
Он сделал несколько шагов и остановился посреди кабинета:
– Здравствуйте!
– Доброго! – почти хором отозвались обе женщины.
Кира немного отъехала на кресле от стола и сделала широкий жест в сторону гостя:
– Знакомьтесь, Валентина Дмитриевна, это-Сергей Курахов, специалист по логистике и по совместительству мой будущий зять. Итак, прошу любить, но не баловать.
Валентина Дмитриевна расплылась в приторной улыбке:
– Ооочень приятно, Сережа … как отчество?
– Павлович…
Директор выскользнула из-за стола и затупилась к Сергею. Она твердо, по-мужски, пожала ему руку.
– Очень приятно, Сергей Павлович, Кира Леонидовна мне вас тут отрекомендовала уже, поэтому я уверена, что мы с вами поработаем.
– Так собеседования не будет?– немного разочарованно спросил Сергей.
– Нет, я уже знаю твой уровень, и в курс дел тебе входить не надо. Итак, ты можешь прямо сейчас браться за работу. Валентина Дмитриевна покажет тебе рабочее место, а возможно и выделит и кабинет – все зависит от того, насколько ты ей пристанешь по душе.
– Сейчас пойдете в отдел кадров и напишете заявление.– Валентина Дмитриевна похлопала Сергея по плечу, – попросите секретаршу, чтобы она показала, где у нас кадры.
Сергей вышел. Женщины переглянулись. Валентина Дмитриевна подняла вверх большой палец:
– Парень-во! Ставлю лайк.
Кира криво улыбнулась:
– Не забывай, что я тебе сказала – бдить! Ну, бывай, мне сейчас к дочери в больницу надо. Заберу ее покататься. Надо платье выбрать, ресторан…
– Карина на хранении?– немного обеспокоенно спросила директор.
– Так. Но с ней все будет в порядке.
– А на Новый год ее из больницы отпустят?
– Не знаю… как по мне-пусть в больнице побудет. Нам сейчас ребенка родить, свадьбу отбыть… а Новый год-то каждый год бывает…
– Ну, как знаешь. В любом случае – удачи тебе!
Женщины обнялись, и Кира вышла из кабинета. Она медленно шла по коридорам офиса, разглядывая вокруг хозяйским глазом: все здесь-плод кропотливого труда Киры и ее отца… " а все начиналось лишь с нескольких стареньких вагонов…”
В сумочке зателялся телефон. Кира не спеша огляделась в поисках укромного места для разговора. Она заглянула в одну дверь, в другую – везде работали люди. Наконец она зашла в небольшой, но совершенно пустой конференц зал, прошла в самый отдаленный угол, уселась в кресло и вытащила телефон::
– Слушаю вас…
– Кира!!! Кира!!! – заверещал в трубку Алик, – помоги мне, Кира!!!
– Да не визги так… – Кира отняла трубку от уха, – что случилось, Алик?
– Меня похитили, Киро! Слышишь?! Вы-кра-ли! И сейчас будут пытать!!!
– Не визги же так, говорю … Кто тебя похитил, Алика? Для чего?!
– Потому что меня … потому что я вляпался, Киро! Я так вляпался! Но я же не знал, слышишь, я не знал, что это дочь самого Кушнира! Она сама меня затащила в гостиницу! Слышишь? Сама! А там те ребята…
– Аааа… так ты опять за свое взялся? Да еще и с дочерью Кушнира… ты, Алика, настоящий идиот.
– Да, я идиот, я действительно, идиот, Киро! Но помоги, Киро, умоляю помоги мне! Я клянусь … слышишь? Клянусь! Более никогда в жизни… пожалуйста, Киро, помоги мне!
– Ты там сам? Чей это телефон?
– Руслана телефон, Руслана – того парня, что меня … он куда-то на гору пошел, небось сейчас вернется… Ой! Киро! Он возвращается! Что делать?!
– Дай ему трубку, и скажи, что твоя женщина звонит, что она Кушнира знает и сейчас с ним договорится..
Алик так и сделал. Дрожащей рукой он протянул Руслану трубку:
– Умоляю, поговорите с моей женщиной – она господина Кушнира знает и сейчас с ним договорится…
Руслан мрачно взял трубку –
– говорите!
Еще раз посмотрев на Алика, он медленно развернулся и пошел по лестнице наверх.
Алику показалось, что его не было целую вечность. Но минут через двадцать Руслан вернулся.
– Повезло тебе сегодня…
С этими словами он снова заклеил Алику рот скотчем и разв'зал его:
– Надевай бороду, шапку и топай за мной…
Алик впопыхах натянул бороду и шапку и побежал за Русланом. Наверху Руслан уже ждал его у открытого багажника:
– Лезь!
Алик быстро фыркнул внутрь. Руслан и второй парень уселись в машину и выехали со двора. На этот раз поездка пролетела для Алика как одно мгновение.
"Эскалейд" подъехал к служебному входу горсовета и остановился. Алика вытащили из багажника завели внутрь здания и потащили за руку, словно непослушного школьника, по темным коридорам. Они то спускались, то взбирались по широкой лестнице, проходили в одни, а выходили в другие двери, пока не пришли к огромным двустворчатым дубовым дверям с латунной табличкой “Аркадий Семенович Кушнир. Приемная”. Из-за колонны рядом вышла Кира. Она словно сошла с картины “незнакомка”: черная норковая шуба и элегантная норковая шляпка с черной вуалью, черная замшевая сумочка и такие же полуботинки. "Боже, какой же я идиот …" – нахмурился Алик. Он опустил глаза и кивнул Кире, потому что рот его до сих пор был залеплен скотчем. Кира вежливо поздоровалась с ребятами:
– Поздравляю, господа! Кто из вас Руслан?
Руслан подошел к Кире. Она придирчиво взглянула на него:
– Пойдем, Аркадий Семенович ждет.
Кира с Русланом скрылись за дверью, а второй парень остался охранять Алика.
Алику уже не было страшно, и он смело разглядывал колонны и лепнину под потолком.
В приемной не было никого, и Кира с Русланом прошли в кабинет Кушнира. Там тоже не было ни души.
И в этом не было ничего удивительного, потому что господин Кушнир, вместе с дочерью Соней, женой Аллой и кучей других родственников уже неделю как катался на лыжах где-то в Швейцарии. Но это, казалось, нисколько не расстроило визитеров. Они уселись в торце длиннющего стола для заседаний, Кира открыла сумочку, вытащила конверт и протянула его Руслану:
– Благодарю вас, ребята, получилось просто замечательно!
– И вам спасибо, Киро Леонидовна, мы еще никогда так не веселились!
Руслан засунул руку в карман пиджака пошарил там с минуту, и вытащил черную пластиковую флешку:
– Вот, еще флешка с фотками из гостиницы…
– О, еще раз спасибо!
Кира бросила флешку в сумочку, и посмотрела на часов:
– Надо еще минут десять здесь посидеть. Для убедительности.
Руслан принес большую хрустальную пепельницу и они молча закурили. Незаметно бежали минуты. Кира потушила окурок, встала и пошла к двери. Руслан тоже встал и направился за ней. Они вновь прошли через пустую приемную, потом вышли в коридор.
– Поздравляю, Дед мороз, он же Алик, он же Дон Жупан. Ты-свободен.
Ребята захохотали, отдали Алику его телефон и мешок и ушли прочь, оставив Киру с Аликом в одиночестве. Кира взяла Алика за руку:
– Пойдем, герой-любовник…
Они вышли на улицу. Смеркало, огни на елке уже запылали яркими звездочками, с мрачного неба трусил легкий снежок. Алик залез под бороду и оторвал скотч:
– Благодарю тебя, Киро. Если бы не ты, меня бы сегодня…
– Оставь, Алика, что было, то было… надеюсь…
– А как ты уговорила Кушнира? Он так желал моей крови, но все же отпустил…
– Ну, если тебе интересно, то уговорить его было не просто… кроме физической расправы, он хотел, чтобы тебя вышвырнули из Университета. Навсегда. Без права обновления и без права заниматься преподавательской деятельностью где угодно…
– И что же ты ему сказала?
– Я сказала, что скандал может выйти из-под контроля, ведь там фигурирует его дочь, и далеко не в выгодном свете. О ее похождениях очень быстро будет знать не только Универ, но и весь Харьков, потому что они же собирались отрезать тебе только яйца, а не язык…
Алик нервно глотнул воздуха.
– А еще я предложила ему помощь в одном гешефте… ну то такое… тебе не обязательно об этом знать.
– А ты сказала ему, что ты моя жена? … бывшая жена…
Кира с укором посмотрела ему в глаза:
– А как ты думаешь?
Алик понурился. А Кира продолжила:
– Конечно же нет. Мне стыдно было об этом говорить… как, собственно и о том, что мы с тобой вскоре ждем рождения внука…
Они стояли рядом-элегантная Кира с гордо поднятой головой и угрюмый Дед мороз Алик. Оба думали о своем: Кира – об удачно проведенном новогоднем спектакле с укрощением Алика (о фотках она, кстати, пока решила молчать, оставив их как запасной козырь); Алик-о своих маленьких сыновьях, которых он сегодня снова пытался предать с первой попавшейся студенткой.
Кира прервала долгую паузу. Она уже достигла всех желаемых эффектов, по крайней мере ей так казалось, и решила утешить подавленного Алика.
– Слышь, Алика, у меня есть замечательная идея: ты сейчас в этом шикарном костюме поедешь к своим карапузам и Ольке и пригласишь их к нам, вернее ко мне, на празднование Нового года, Карину и Сергея я беру на себя – они тоже придут. Я думала было оставить Карину в больнице, но все же вытащу ее в люди – пусть к детям привыкает и забавляется пока с твоими карапузами. Поэтому, у нас будет веселая новогодняя ночь в семейном кругу! Как тебе?
– Замечательно … действительно замечательно, Киро… но…
– Никаких но!
Кира полезла в сумочку и вытащила пачку двухсотгривневых купюр:
– Вот, держи! Купи елку, украшений, подарки на свой вкус…
– Киро … Послушай … я понимаю, что ты много сделала для меня.– Алик сделал паузу, – Очень много… и я очень благодарен тебе за все, но…
Кира не сводила с него глаз, и с каждым мгновением все больше понимала, что ошиблась и в своих расчетах, и в своих надеждах…
Глава одиннадцатая
Алик на секунду замолчал, собрался с духом и продолжил:
– Я наконец понял, Киро, насколько запутался в своих чувствах и желаниях. Но так не может продолжаться до бесконечности: я решил вернуться к тебе, потому что изменял Ольке; я начал изменять ей с тобой, а сегодня предал и тебе, и Ольке, и снова должен был бы вернуться к тебе, чтобы изменять с тобой Ольке, а иногда-с Олькой тебе, потому что она тоже мне не равнодушна, как и я ей … разве это нормально? Скажи мне, Киро, это нормально? У меня двое замечательных сыновей, и я, наконец, должен остановиться. Ради них. Ради самого себя. Потому что самое худшее в том, что среди своих женщин я потерял самого себя… поэтому извини, Киро… я возвращаюсь к своим сыновьям … к своей семье … к самому себе, в конце концов … …
Как же же хотелось Кире сейчас кричать, умолять, что она тоже ждет ребенка, что она тоже обманутая женщина, что она тоже хочет получить свое семейное счастье и уют в этой жизни… но она понимала, что все это поздно… Кира проиграла эту партию. Проиграла еще позавчера, когда не доверила Алику своей тайны. Потому что настоящие отношения начинаются с доверия … с доверия, которого у них не было видимо никогда…
– Бывай…
Алик не оборачиваясь пошел прочь, и через полминуты его уже не было видно за завесой кружащего снега… слезы катились по Кириным щекам, но никто не видел их за элегантной черной вуалью…
Морозец, начавший подкрадываться Кире под шубу, вывел ее из оцепенения: “Ну что ж.. Любовь прошла … вернемся к плану А … " она сняла перчатку и замерзшими пальцами вытащила из сумочки мобилку:
– Такси? Машину, пожалуйста, от горсовета до первого родильного. Когда будет? Хорошо, спасибо…
