Ликование было не долгим, стоило только войти в здание, как раздался громовой голос Сандэрса.
– ТАРКС!!!
Винс аж присел от неожиданности, да что там Винс, весь участок присел от испуга. Такого вопля ещё не слышали в стенах нашего участка.
Отдав стакан обратно Винсу, вошла в кабинет полковника Сандэрса.
– Доброе утро, господин полковник. Вызывали?
– Да, Таркс, вызывал. Садись. Ты уже наверняка в курсе, что Иглс отозвали обратно в министерство.
– Да, господин полковник.
– А перед тем, как уйти, он составил рапорт. Вот, можешь ознакомиться, – мне протянули тонкую папку.
– Можно воды? – дочитав, попросила я.
– Что, опасаешься сахарного диабета? – хмыкнул Сандэрс.
– Ну, конечно. Столько патоки, – отложив папку, сказала я. – Неожиданно, если честно. Я ожидала другого.
– Все ожидали другого.
– А вы уверены, что в министерстве такой же отчёт?
– Да. Мне уже позвонили. Я не знаю, как вы это провернули Таркс, и какой была цена… но я зол.
– Я не совсем понимаю. О чём вы?
– Ты всерьёз считаешь, что я не смог бы решить вопрос с Иглсом?
– Господин полковник. Я повторю ещё раз, я не знаю о чем вы говорите. Я не причастна к уходу Иглса и его возвращению в министерство.
– Ты уверена? – в меня вперился тяжелый взгляд.
– Абсолютно.
– Ладно. Иглс уже не наша проблема, – усаживаясь на своё место, сказал Сандэрс. – Что скажешь про Грасса?
– М–м–м… он толковый, очень толковый. Видна хорошая подготовка. Хорошая интуиция, острый ум. Хороший аналитик. Терпеливый. Скрупулёзный. Внимательный, правильно интерпретирует улики. Про таких как он говорят – одинокий волк, но он хорошо подстраивается под ситуацию. Умеет расположить к себе, с ребятами нашел общий язык, почти сразу.
– Как считаешь, сработаетесь?
– Да. Думаю, сработаемся. Он хорош. А известно откуда он?
– И да, и нет…
– Х–м–м… это то, о чём я думаю?
– Да, он личная просьба моего друга. Очень хорошего друга.
– Господин полковник… – приподняла бровь. – Он?..
– Да, – короткий ответ на невысказанный вопрос.
– Это многое объясняет…
– Отлично, раз с этим разобрались… Что–то раскопали на отравленного, и что там с Шустриком Тули?
– Я ещё не успела выяснить, вы меня вызвали. Очень громко вызвали, господин полковник.
– Я был зол. И сейчас тоже зол.
– Господин полковник, я могу идти?
– Да, иди. Работай. Держи меня в курсе.
– Так точно, есть, держать в курсе.
***
Кабинет встретил тишиной и тремя любопытными взглядами. Молча прошла к своему столу.
– Можете начинать.
– Что? – спросили три голоса.
– Становиться на колени, биться головой о пол, причитая что–то в роде: «О наша госпожа, мы твои верные слуги, готовы исполнить любой твой приказ.»
Глухой грохот, и три клоуна стоят на коленях, с поклонами бормоча:
– О наша госпожа, мы твои верные слуги, готовы исполнить любой твой приказ…
– Ух ты! Как у тебя тут здорово! Я не удивлён, что Клаус так хочет быть похожей на тебя, – хохотнул Томас Грин.
– Скажешь ей об этом, и я тебя убью.
– Не–а, не убьёшь, Клэр расстроиться.
– Подъём, клоуны.
– Спасибо, о госпожа! – проорали в три глотки.
– А где твой кнут? – продолжал шутить Томас.
– Сегодня обойдёмся без порки, но если будут плохо работать… – насупила брови и погрозила пальцев. – Ты что–то хотел?
– Да, я принёс тебе подарочек.
– Дай угадаю, у нас второй случай «убийства» без тела?
– Да, – ухмыляясь ответил Томас. – Проницательная ты моя.
– Где на этот раз? – листая папку спросила я.
– Собственная ванна.
– Да ладно… когда?
– Заявление о пропаже пришло сегодня. Коллеги заявили.
– А жена? – спросил Винс.
– В отпуске, с двумя детьми и родителями жертвы, – ответил Томас.
– А он не мог сбежать? – начал размышления Грон.
– Нет, не думаю. Криминалисты собрали около трёх литров крови.
– Ну, да. С такой кровопотерей сложно сбежать… – нахмурился Грасс.
– А «привет» где обнаружили?
– А привета нет, – пожал плечами Томас.
– Не поняла?
– Я вчера пообщался с коллегами из других управлений… и нашел ещё семь дел, – наливая кофе, сказал Томас. – Семь, похожих на эти. Есть места преступлений, есть улики, есть литры крови, указывающие на убийство. И всё это только за последних полтора года, дела не раскрыты, но нигде нет «приветов»… мучает одна мысль…
– Могли не заметить «приветов»? – подсказал Грасс.
– Да, – кивнул Томас. – А если мы не заметили…
– Тогда, получается, у нас серия… – сказала я.
– Дерьмо! – выругались в три голоса Грон, Винс и Грасс.
– Да уж… не то слово… Томас, ты отправил запрос на те дела? – поднялась я.
– Да. Отправил. Ребята, я не хотел вешать на вас серию. – поднял руки Томас.
***
Через полчаса я готова была проклясть всё на свете. От кофе уже подташнивало, а в отпуск хотелось всё больше и больше.
– Это не серия, – сказала я.
– С чего такой вывод? – поднял бровь Томас.
– Смотри, серийные убийцы – в простонародье «маньяки» – самые опасные и пугающие преступники в истории. Кого называют серийным убийцей или маньяком? Правильно. Маньяк – человек, преследуемый манией убийства. А чем выделяются серийные убийцы?
– Убийствами с определенной периодичностью, – ответил Грон.
– И это тоже правильно, умничка, садись, «пять», – сказала я. – Как мы помним, одна из главных особенностей серийных убийц – это патологическое стремление удовлетворить извращенные желания, связанные с убийством и различными формами насилия. А я не вижу, ну не вижу характерных черт. Какие черты присущи маньякам?
– Психопатия, садизм, сексуальные извращения различного вида…
– Регулярность и периодичность убийств, от трёх убийств, интервалом от одного месяца…
– Выработка фирменного «почерка» при подготовке и совершении убийства…
– Характерные типажи жертв…
– Хранение определенных атрибутов, вещей, частей тел жертвы, создание «алтаря» с ними, посещение мест преступления и захоронения тел − для погружения в воспоминания об убийстве…
– Да, и главная черта маньяков–убийц – психопатия, то есть, это физическая неспособность к сопереживанию и раскаянию, эмоциональная поверхностность и отрицание, непринятие общественных норм морали, – закончил череду ответов Грона и Грасса Винс.
– А у нас тут только почерк. Только, якобы, фирменный почерк. Пропавшие и кровь. Очень много крови, – сказала я. – У нас нет ни одного «типа». А это говорит о том, что у нас кто–то работает под серийника.
– Но рано или поздно дела бы объединили, – расхаживая по кабинету, рассуждал Винс. – Скорее поздно, чем рано, все преступления в разных городах. В разное время года. Типажи не совпадают. С места преступления ничего не похищали…
– Или наоборот…
– Что наоборот? – остановился Винс и посмотрел на меня.
– Кровь. Почему так много крови? – отложила очередную папку я.
– Чтобы все были уверены, что это убийство. Только зачем? – сказал Грасс. – Ведь невозможно выжить с такой кровопотерей.
– Так, зайдём с другой стороны, – развесив фото на доске, продолжил рассуждать Грон. – Что ещё объединяет всех этих «убитых»?
– Место работы? Любимый сорт кофе? Спортклуб? Ювелирный? Страховая? Брэнд одежды? Туристические маршруты? Марка автомобиля…
– Стоп, – перебила я Винса, листая дело. – Страховка… Они были застрахованы?
– Да, все были застрахованы, – кивнул Грасс.
– Одна страховая? – схватил бумаги Винс. – Нет, страховые разные. Суммы? Суммы приличные, от пяти миллионов, но тоже разные.
– А кто получатели? Супруги? Дети? – листая другую папку спросил Грасс.
– В каждом случае по–разному, есть даже родители и кузены, но у всех родственников, без исключения, просто непробиваемое алиби, всех проверяли не по одному разу, – ответил Грон.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
