На следующий день Марианна увидела Люсию в холле, возле ресепшена. Люсия откинув руку на диван и закинув ногу, сидела, и видно, что заметила Марианну, сидящую на другом диване.
Марианна подошла к Люсие:
– Привет.
– О… привет, – заглянув внутрь через глаза Марианны, улыбнулась Люсия.
– Я думала ты не выживешь… – Люсия. Марианна заметила, что от взгляда голубых глаз Люсии переворачивается всё внутри, это похоже на страх, и будто тебя видят со всеми твоими мыслями и ничтожной слабостью.
– Ну ты вчера творила…
– А что я делала?
– Такое вытворяла…
Марианна представила себя, участвующей в невероятном шабаше. О боже… что же я делала, стыдно сказать, что я ничего не помню.
– Да, ладно… хороша была, как вспомню… – и Люсия начала смеяться.
Наверное я была как сумасшедшая вчера, дальше и спрашивать не буду (мысль Марианны).
Люсия проворачивает ленту своего телефона.
Марианна достала свой мобильник и вошла в папку фото:
– Как ты думаешь, эту фотку выложить или эту, в инсту. Кажется здесь я не очень в купальнике.
– А дай посмотреть! – Люсия, пролистывая фотки и хихикая: – А, прикинь, если все твои фотки попадут в интернет. У меня такое было, всё что писала, все фото улетели в соцсети, просто глюк в телефоне, вся информация выложилась и всё. Мои друзья обхохотались.
– Да ну его, я так не хочу. Там такое в телефоне.. – Марианна.
С Люсиёй было интересно общаться. Марианна сама не осознавала, но к этой женщине тянуло, и вечерами и просто заходя в ресторан, Марианна натыкалась взглядом на Люсию и подходила к ней.
***
Марианна, уже придя в номер, расположившись на кровати, нашла в Гугле ассоциацию психологов. Пролистав фамилии членов ассоциации не нашла фамилии Люсии. Это наверное какая – то секретная организация, подпольная, конечно я не найду этой Люсии Ляшинской, а фамилию запишу на листике, действительно завтра и не вспомню с моей памятью.
Среди ночи Марианна несколько раз просыпалась в липком поту, и прислушивалась к колотящемуся сердцу. Она при этом открывала глаза, то смотрела на маленькую свою икону, то на экран телефона и шептала: – Алекс, ты со мной, я знаю, и мне будет легче…
Доктор Бадья
Марианна задержалась на пляже. Шарм Эль Шейх. Как обычно ни одного облачка, прёт египетская жара. На голову закрутила чурбан или тюрбан из парэо. Кажется всё тело её прогрелось на солнышке. Пора идти в отель, и Марианна с ветерком шарма, идёт по асфальтированной дорожке, длинные воланы платья обдувает ветерок. Марианна поглядывает сверху на море и Солнце. Остановившись, она смотрит на Солнце вверх. Марианне стало горячо внутри, как огненная лава Солнца была внутри, в груди. Что со мной? Всё хорошо… даже иконка Казанской рядом, лава не отпускала, это кусок огненной плазмы – был внутри. Марианна вытягивает зеркальце, смотрит в свои глаза: в глазах два раскалённых жарких Солнца, та же лава, что и внутри, огонь, безумный всесжирающий огонь. Марианну отрезвил голос:
– Вы не хотите фото… фото…
– Вы классно выглядите.
Это фотограф араб, Марианна узнала его.
– Нет, спасибо, – отнекавшись, и быстро стараясь пройти мимо него, Марианна двинулась дальше по дорожке.
Доходит до холла отеля.
Меня трусит… руки дрожат, дрожит всё изнутри, мне плохо…
Марианна проходит мимо столика, где сидят гиды. Гид араб, который агитировал ехать в Израиль стоит около столика лицом к Марианне. Другой гид сидит за столом, уткнулся вниз. Что делать… одна мысль. Марианна подходит быстро ближе к гиду:
– Мне плохо…
– Вы бледновата, идите к врачу, – и махнул рукой, куда идти.
Марианна быстро пошагала по паркету холла отеля. Внизу разглядела кабинет врача.
Заходит садится на стул, её продолжает колбасить. В кабинете араб – доктор Бадья, говорили он из Сирии.
Врач щупает пульс, обеспокоен. Рядом медсестра.
Марианна с трудом говоря:
– Это телефон, – показывает на бумажку, – если со мной что-либо случится.. на бумажке надпись: Настя, и цифры её номера телефона.
– Тахиаритмия, – разобрала Марианна среди английской речи, что доктор говорил медсестре, набирая из ампулы лекарство.
Доктор вводит Марианне укол в руку, дальше шарит по полкам, ищет, ещё ампулу, и видать не находит нужного лекарства, растерян.
– Do you speak English?
– No, – Марианна покачала головой.
Эх… читалось по выражению лица доктора Бадьи.
Марианна сидит на кушетке. Страх смерти не отпускает, ноги свесила с кушетки
Я как глухонемая, ничего не пойму что он говорит… (мысли Марианны). Доктор продолжал суетится и мерять пульс через пять минут.
Кажется попустило…
В переводчике Марианна поняла, что доктор сказал ей приходить сюда каждый день. Что это со мной… это всё Солнце…
Чтобы жить
В ресторане было обилие еды, разносили креветки, на вертеле жарилось мясо, возможно это баран. Я совсем не хочу есть, надо себя заставить. Чтобы жить, я должна хоть что-то съесть. Утром я впихнула в себя яичницу. Сидела и жевала, засовывала по кусочку её в рот, и говорила себе: это надо, чтобы жить. Смешно… заплатить за семь дней тура в Египет, и ничего не попробовать. Хорошо хоть жива.
Нет тебя
Мне тебя услышать,
Там, где нет тебя..
Заревом потише —
Вспыхнула заря.
Скажешь :– Где ты бродишь?
Я скажу – в ответ..
Вот ты рядом – вроде,
Но, тебя там – нет…
Это – безрассудство,
Это – миражи.
Нет тебя – как будто,
Сердце – вырежи..
Леди в профиль
Египет. Отель «Гранд Роял». На стуле за столиком в кафе сидело существо. Это была Марианна. Она смотрела кукольным взглядом вдаль, туда за горизонт, где море, где начинается ветер. С её фигуры можно писать картину. На её теле облегающе сидело платье, это её самое красивое платье с розами. Марианна сделала несколько фоток, точнее попросила девушку сфотографировать её, и можно выкладывать себя на Фейсбук, задумчивую леди в профиль. Если бы знали, те читатели её Фейсбука, как она себя чувствует…
и что скрывается за её масковидным призрачным лицом; если б они знали, что я не могу есть, не могу спать, и хожу к доктору Бадье, потому что чуть не умерла. Выложив фото на Фейсбук, Марианна подумала: я не уверена что хорошо выгляжу, наверное видят все в городе меня страдающую и очень грустное лицо, устремлённое вдаль. Хотя нет, прилетел комментарий мамочки моего пациента: «Уважаемая Марианна Ивановна! Вы очень красивая! Хорошего отдыха!»
Не любовь
Запорошены следы в этот зимний вечер…
Ты сказал мне – не любовь, эти наши встречи.
Закружилась голова, что ж это такое?
Не хочу искать слова, верю я в другое.
Где – нибудь,
Когда – нибудь,
Заново родиться!
Закружиться голова,
Взмою вольной птицей!
Я свободна от оков!
Вкус любви не нужен!
Птицею парить средь снов,
От любви всё хуже!
Кто придумал, ту любовь?
Хочется напиться!
Я свободна от оков,
Взмою вольной птицей!
День звонков
Марианна сидит на веранде отеля Шарм Эль Шейха. Ещё бешено колотится сердце и трясутся руки. Опять плохо спала и совсем не хочется есть. Как не вовремя…
Сообщение от турагента из Семиветринска в Вайбере: «Как ты там? Как доехала, устроилась».
Прийдётся ответить. Марианна дрожащими руками пишет: «Всё хорошо, отель хороший».
– Хорошего отдыха, – в ответ. Вот звонок: это Евгении. Марианна берёт трубку.
– Привет, как ты там?
– Хорошо, – тихим голосом Марианна. Если б они знали, как мне здесь нехорошо… сама не своя.
– Была где – нибудь? – доносится голос Евгении: – Сходи там в православный храм.
– Да не знаю, это в город надо ехать, возможно брать такси, – подумавши Марианна.
– Привези мне что – нибудь, если будешь в храме, привези крестик мне или иконку.
– Хорошо, если попаду.
– Ну пока, хорошего отдыха.
Потом пришло сообщение в Вайбер от Главного администратора с работы:
– Как отдыхается?
– Хорошо, жарко очень. – отвечает Марианна.
– Ищите спасения в мужчинах.
В мужчинах… что она имеет ввиду… Хотя, варианты есть, может и впрямь поможет…
Мефистофель и Эрос
Шарм Эль Шейх. Днём я запланировала погулять по окрестностям возле отеля. Странно, нет нигде людей, одинокие здания справа и слева от дороги, красивые каменные в арабском стиле, и абсолютное безлюдье, как вымерли… Впереди несколько лавок, кажется они открыты. Продавцы – арабы махая руками приглашают посетить именно их лавку. Иду смотрю.
Сразу у входа в лавку я замечаю висящие кресты, они разные, с распятием. Я же обещала Евгении купить крестик… Снимаю крестик с гвоздика. Крестик средних размеров, симпатичный, в середине на красном фоне – распятый Христос.
– Сколько стоит?
– Три доллара.
– О… это много…
– Ну, два, – показывает пальцами араб.
– Хорошо.
Смотрю дальше, выбираю бирюзового жука – скоробея и магнитики.
Продавец начинает считать.
– Десять долларов.
Я киваю головой в знак не согласия: – Давай восемь за всё.
– Ну, семь с половиной, – продавец
– Ладно… что он там так много насчитал.
Я всматривалась в образ этого продавца. Да почему же я, как окаменелая смотрю на него: он сутулившись, прищуренные глазки и острая бородка, лукавый вид, перебирал своих жуков скоробеев и ещё разные безделушки. Меня осенило: он похож на Мефистофеля или беса. Движения быстры и он всё время врёт. Торгуюсь с ним, а он всё равно норовит обмануть. Это точно лукавый, бес…
