– Ну да, а потом и внуки, – Сашка важно вышла из лифта. – Я сказала, он может немного подумать, но недолго. А то мало ли, еще покупатели на рынке найдутся, ПО востребованное.
– Прямо вижу, как он удивляется твоей наглости, – тепло улыбаюсь, вспоминая тихого Костю.
– Пфф, я ж его не заставляю. Не хочешь, не женись. А я хочу, так что имею полное право искать того, кто этого тоже будет хотеть. Короче, он даже не думал, завязал у меня на пальце шнур от зарядки и утащил в постель. Кольцо обещал позже, – Саша открывает дверь кафе, заходя внутрь первой. – Ой, смотри… А кто это у нас тут?
– Анастасия, – Саша опускается за небольшой столик у стены. – А что это мы ели? – ее взгляд цепко осматривает тарелку, по которой явно размазан белковый крем и рассыпаны крошки.
– Салат овощной с отварной грудкой, – скороговоркой от зубов отскакивает у Насти. И смотрит на нас обеих, не дрогнув, главное.
– Да ну, – присаживаюсь рядом с Сашей, – а картина преступления выглядит совсем иначе, – тыкаю пальцем в тарелку. – Калорий на пятьсот больше, чем обозначенный салат.
– Недоказуемо, – не растерявшись, Настя сует проходящей официантке тарелку в руки. – Нет тела – нет дела.
– Уууу, – Саша тянет. – А это что такое? – на стол между нами ставят ванильный раф и медовое пирожное. – У нас тут срыв намечается?
– Нет, мне подкинули, я не заказывала, – Настя аккуратно подталкивает кофе и пирожное к нам. – Но раз уж принесли, что пропадать? Правда?
– Мне кофе, – забираю себе высокий стакан с пенкой. – Раф тут офигенный.
– Правда? – Настя сглатывает. – А мне неинтересно. Я на диете. Молодой человек, можно вас на секунду? – она возвращает официанта. – Еще один кофе, я так понимаю, – кивает она Саше, – а мне… Что бы тут заказать у вас такого, что мне можно, – посматривает на нас поверх меню. – Давайте вот это пирожное. Оно без сахара, без глютена, без лактозы. Это не кусок воздуха будет?
– Там сто грамм.
– Ох, балуете вы посетителей. Целых сто грамм. Но несите, рискну. И еще чай, – Настя вздыхает, – который полезный. Он еще зеленый такой, на болотную грязь похож.
– Матча? – на лице официанта не отразилось ни одной эмоции.
– Он. Точно, – она с улыбкой отдает меню.
– А мне наполеон, два куска, – добавляю вдогонку.
– Два? Куда тебе два? – Настя возмущенно взмахивает рукой.
– У меня сегодня пять тренировок, а у тебя одна была.
– Я пять не потяну. Даже после одной доползла только сюда.
– Но красивой какой-то слишком доползла, – оцениваю ее образ. Глазки накрашены, румяна, даже помада.
– Угу, у половины группы случился приступ неполноценности, – Саша хмыкает, – волосы смотри, как красиво уложила. Это тебе не обычный хвостик, которым она Тимура отпугивает.
– Да вот что-то захотелось, – Настины щеки покраснели. Ладони начали оглаживать идеальное каре.
– У нее засос на шее, – Сашка взрывается смехом мне в плечо. – Я еще на тренировке заметила. Это Настя так от него внимание отвлекает.
– Это не засос, – она шипит Сашу, сама судорожно поправляя волосы. – Я взрослая приличная женщина! Я мать!
– Последнее прямо железобетонный аргумент, – покатываюсь от смеха. Боже, некоторые люди умеют поднять настроение одним фактом своего присутствия. – Так и что это? Расскажи нам, приличная взрослая мать.
– Это, – Настя повинно свешивает голову, локти на стол, ладони театрально взмахивают, – Ева сразу поняла что это.
Перед нами ставят тарелочки и чашки, которые отвлекают нас от беседы. Настя фыркает на матчу и с интересом осматривает десерт. Внешне красивый, многослойный кусок торта, только маленький.
– Я думала будет хуже, – отпивает она матчу и морщится, – а нет, как и предполагала.
– Так и что твой ребенок? – Саша не собирается выпускать жареную новость из лапок.
– Это был вампир, – заявляет Настя с серьезным выражением лица. Правда, глаза при этом огромные, а рот сморщился в изюминку, чтобы не выдать улыбку. – Он ночью прокрался в нашу с Иваном спальню и укусил меня за шею, чтобы высосать кровь.
– Су…. – Саша падает лицом на сложенные на столе руки и громко ржет. – Боже, как же я хочу ребенка. Даже на стендап ходить не придется.
– А как же Иван? – кошусь на плачущую от смеха Сашу. – Разве он не должен был защитить тебя от вампира?
– Так он спал, – Настя хмыкает. – Ему ж на работу вставать в шесть.
– А ну да, логично, – киваю.
Настя добирается до своего десерта. Осторожно отрезает кусочек и кладет себе в рот.
– Боже, какая гадость, – она отодвигает от себя тарелку, сморщившись. – Он из чего? Из детского пластилина, посыпанного сахарозаменителем?
– Мне кажется, так и есть, – дернув бровками, Саша принимается за медовик и кофе.
– Здоровый образ жизни не для меня, – вздыхает Настя и подпирает кулаком щеку. – Приятного аппетита.
– Держи, – подталкиваю ей тарелку с наполеоном. – Такой ветреной девчонке, как ты, – пальчиком указываю на засос, – так уж и быть, можно.
– Спасибо, – ожив, она подтягивает к себе десерт и уже без стеснения указывает официанту на мой раф, чтобы принес и ей такой же. – Может, о вас книгу написать? Вы у меня классные.
– Не надо, – Саша закашливается.
– У меня затык, – Настя поникает плечами. – Измены достали, тройни от боссов тоже, нечаянная беременность от богатого мужика, который через три года и не вспомнит, что с тобой спал, тем более.
– Не вспомнит?
– Угу, зато обязательно скажет: «Почему у твоего ребенка мои глаза?» – Настя страдальчески складывает брови домиком. – Киньте мне идею. Какую-нибудь бомбу! Ну, чтобы я заработала и годовой абонемент сразу на все в вашем центре купила.
– А ты умеешь мотивировать, – печально улыбаюсь. – Напиши про обычную девочку, которая как две капли похожа на звезду инстаграма.
– Так… дальше, – Настя в сторону отставила свой торт.
– И вот девушка под видом звезды на одном из мероприятий сблизилась с мужчиной, который давно ей нравится. Влюбилась, они даже были вместе.
– А потом явилась звезда и забрала себе властного богатого красавчика.
– Да, – в груди начинает тяжелеть от боли, – а он даже не заметил подмены.
– Ну, – Настя жмет плечами, – заметить-то заметил, по себе знаю. Но, естественно, отказался в это верить.
– Только не говори, что в твоей жизни было что-то подобное, – у Саши челюсть отвисает.
– Без звезд и миллионеров, намного тривиальнее. Но да, было, – она вздыхает. – Ощущения, скажу вам, самые идиотские, – отклонившись на стуле, Настя сложила руки на груди, – никакого секса. Просто, чтобы вы не ждали, – выставляет она ладошку вперед. – Я познакомилась с парнем на сайте знакомств. Мне тогда двадцать или чуть больше исполнилось. Никаких тиндеров, только хардкор, Мейл.ру знакомства. У нас было четыре свидания, одно из которых мне понравилось больше остальных. Парень на нем был какой-то другой, более веселый, интересный, живой. Не такой, как на предыдущих двух. Вообще я собиралась с ним расстаться, не зацепил, но после третьего удачного свидания пошла на четвертое. Мне казалось, что мы просто нашли контакт. Я копнула глубже, раскрыла его душу. И теперь мы будем общаться именно так.
– Но было не так? – цепляю пальцами бумажную салфетку, которую начинаю нервно теребить.
– Угу, – она тяжело выдыхает, – опять появился какой-то дискомфорт. Внутренний. Я пыталась спрашивать, что у него случилось, но Саша только больше нервничал. А потом и вовсе выпалил, что у него есть брат-близнец. Честно, я сначала не поняла, к чему он это… А потом мне стало плохо и страшно даже. Я убежала и забанила его везде.
– Зачем он признался?
– Наверное, приревновал и разозлился, потому что я очень часто вспоминала прошлое свидание, – Настя отвлеклась на кофе, который ей принес официант. – Со временем я бы догадалась. Они же реально разные были, хоть и косили друг под друга.
– Или продолжала бы думать, что у него просто меняется настроение.
– Или так, – Настя поежилась, – но это самый жуткий вариант. В любом случае, если бы началось что-то серьезное, пошли бы проблемы. Я бы захотела познакомиться с его семьей, увидела брата. И вот там все стало бы очевидно. Я бы догадалась и поубивала их обоих.
– Кровожадная ты наша, – Саша хмыкнула.
– Я? Нет, – она рассмеялась, – наоборот. Это же меня вампиры кусают, ты забыла?
Настя с Сашей еще долго болтали, но я практически не участвовала в разговоре. Меня мучили мои мысли и страхи. Богдан, если узнает, будет в ярости. Он будет чувствовать себя обманутым и одураченным. Сможет ли он поверить мне? Захочет ли продолжения наших отношений? Может, на правде все и закончится, как это было у Насти.
Стоит ли вообще игра свеч?
Рабочий день закончился в десять. Все время тренировок я честно старалась не думать о Богдане. Дышала, делала асаны, болтала с девочками. Написала заявление об увольнении, которое начальница отложила. Ей со мной прощаться не очень хотелось, поэтому она предложила подумать.
А что думать?
Выйдя из центра, я вдохнула теплый вечерний воздух полной грудью. В метро села не в ту сторону и поехала не домой. Мне очень хотелось пережить хотя бы один счастливый момент, связанный с Богданом. Поэтому я приехала в кинотеатр. Сон мне этой ночью не светил, так что почему бы не попробовать отвлечься на что-нибудь веселое.
Сегодня была ночь комедий. Я купила попкорн, колу и заняла тот самый ряд. Даже место. Первых два фильма не сразу, но увлекли меня, а потом все закончилось.
– Привет, – Богдан стоял ко мне практически вплотную.
Глава 06
– Привет, – пальцы судорожно снимают ведерко с попкорном. – Что ты здесь делаешь?
– Это кинотеатр, пришел посмотреть фильм, – он осматривается в темном помещении, в его руках также ведерко с попкорном и напиток. На экране начинают идти титры очередного фильма.
– Ночью?
– Да, – он прикусывает нижнюю губу. На меня смотрит настороженно и удивленно. Тоже не ожидал здесь встретить. И сказать, что это просто случайность, невозможно. Мы оба в том же самом месте, где нам было хорошо. – Я присяду?
– Нет, – упрямо отворачиваюсь от него. Я здесь для того, чтобы внутренне отпустить наши несостоявшиеся отношения. Не хочу снова попасться в его сети. Но тянет. Богдан как обычно невозможно красив, притягателен. Опасен для меня. – Здесь куча свободных мест, выбери себе другой ряд.
– Ладно, – он качнулся на пятках, развернулся и утопал куда-то в сторону. Минута, еще одна. Правая щека горит, сердце колотится. Оборачиваюсь… и точно. Богдан сидит на следующем ряду за мной на пару сидений правее. Краснею, когда мы встречаемся взглядами, и тут же отворачиваюсь.
Фильм идет вовсю, на экране шутят, в зале смеются. Но все мимо меня. Тело горит, ладони и лоб в испарине. Притом, что на мне тонкая майка.
Не надо было приходить. Не надо.
– Тебе не нравится? – раздается практически над ухом.
– Что? – оборачиваюсь на Богдана, который пересел ко мне совсем близко. Он жует попкорн с совершенно блаженным счастливым видом. – Нравится.
– Я и вижу, – в его голосе слышен скептицизм.
– Ты, – твердо припечатываю его тяжелым взглядом, – мешаешь.
– Оу, простите, – ерничает, откидываясь в своем кресле. Обнимает ведерко и закидывает горсть попкорна себе в рот. На меня смотрит с легкой усмешкой.
Резко отворачиваюсь к экрану. Фильм, каким бы он ни был хорошим, зацепить мое внимание не в состоянии. Но я упрямо смотрю на экран. Жую попкорн, пью колу.
Мне хочется сбежать, но совершенно по-детски я не хочу выглядеть проигравшей. Пусть Богдан знает – мне все равно, я его забыла. Вот так! Совершенно случайно заглянула именно сюда ночью и это ничегошеньки не значит.
– Там было плохо видно, – раздается справа. Богдан нагло опускается рядом со мной на соседнее кресло. – Хочешь? Я взял шоколадный.
– Нет, – поджимаю губы.
– Но если передумаешь, бери, – попкорн опускается в подстаканник между нами. Богдан расслабленно откидывается на сиденье и его колено словно невзначай касается моего.
– Ты ударил меня током, – дергаюсь, рассыпая немного содержимое своего ведерка.
– Нет, не я. Это ты вся наэлектризованная, вот и ударила, – жмет плечами, зачерпывая горсть попкорна. – Мили, расслабься. Давай просто посмотрим кино.
Что нельзя говорить напряженному человеку? Верно. Ему нельзя говорить «расслабься», поскольку это ведет к совершенно противоположному эффекту. Я напрягаюсь. Словно струна.
И да, совершаю детский поступок, отсаживаясь от Богдана на одно кресло.
– Знаешь, – он опять садится рядом, переставляя попкорн, – мне кажется, эти двое просто обязаны помириться. Ты посмотри, как между ними искрит.
– Это дешевая американская комедия. Конечно, они помирятся. В таких фильмах хеппи-энд автоматически подразумевается.
– Думаешь? – озадаченно вздохнув, Богдан забирает мой попкорн и сует мне в руки свой. – Попробуй, тебе точно понравится.
– Богдан, что тебе нужно? – спрашиваю напряженно.
– Поговорить, – на его лице появляется робкая улыбка. Она такая приятная, что я тут же таю. Понимаю, нельзя так реагировать, тем более на него. Но ничего с собой сделать не могу. Я безнадёжна. – Тебе не кажется странным, что мы оба пришли именно в этот кинотеатр? В одно и то же время. Может, это какой-то знак свыше?
– Знак? Не думаю. У меня обычная бессонница и я вспомнила об этом месте, – бормочу скороговоркой.
– А я сегодня трижды проезжал мимо по работе. Трижды. И каждый раз хотелось зайти. Вспоминал, как ты краснела, когда начали показывать эротику.
И я краснею, снова....
От тембра голоса, которым Богдан это говорит, в груди разливается тепло. Действительно, он здесь не просто так. У Богдана наверняка есть свой домашний кинотеатр. Он приехал сюда потому, что захотел, что-то подтолкнуло его к этому решению. И кроме нашего свидания, больше нечему.
Во мне снова оживает надежда. Любовь сладким ядом начинает течь по венам. Голосок в голове нашептывает: "Люба, а вдруг… Попробуй. В мире есть место чудесам. Ты заслуживаешь кусочек счастья. Совершила ошибку, но кто их не делает? Богдан обязательно поймет".
