Страница 6 из 9
***
В прошлой жизни я не имел доступа к развитой медицине или целителям в силу их отсутствия. При этом проблем и угроз здоровью хватало. Скудная еда, отравленная почва и воздух, болезни… Хочешь или нет, но если собираешься протянуть лишний месяц, то обязан позаботиться о себе теми способами, которые есть. Единственное, что мне было доступно, – это алхимия.
Поэтому работать с человеческим организмом я умел, но делал это совсем не так, как целители.
Шаг первый – обеспечить себя и Катю должным количеством энергии. Сделал замер и убедился, что по закону подлости в этом месте энергии дефицит. При этом я точно знаю, что во дворце есть насыщенные места.
Минут пять ушло на то, чтобы сформировать манок и направляющие.
– Можете разнести это по дворцу? – спросил я Ольгу Владимировку. – Я добавил эффект свечения. Чем оно сильнее, тем более подходящее место.
– Что это?
– Что-то вроде электропроводов, только не для электричества, а для энергии мира. Ещё нужно отправить кого-то ко мне в мастерскую. Там почему-то бардак, но неважно. Нужны вот такие штуки, – показал я стандартную заготовку.
Я их специально обрабатывал и подготавливал для внедрения печатей. Одна такая плашка способна повысить эффективность от десяти до пятидесяти процентов в любой алхимической работе. Таскать их было неудобно всё это время, но жить захочешь и не так раскорячишься.
– Ольга Владимировна, вы ведь помните, что каждая секунда на счету? Мы с вами обязательно обсудим происходящее, но давайте потом, когда Кате станет полегче?
Женщина молча исчезла. Вернулась через минуту, без плашек.
– Так быстро справились? – глянул я на неё, продолжая возиться с печатями.
– Софии задачу передала.
Кажется, она не хочет оставлять дочь одну. Ну да ладно.
– Мне будет спокойнее, если ты объяснишь, что делаешь, – сказала женщина.
Я вздохнул. Поднялся и глянул на Катю. Мертвецки бледная, с проявившимися на лице старческими морщинами. Её кожа будто из глины, которая вот-вот потрескается и осыплется.
– Мои силы не берутся из ниоткуда. Каждое действие требует своей платы. Универсальную валюту я называю энергией мира. Также эта энергия пронизывает всё вокруг и является необходимой… Для всего, в принципе.
– Это метафора или реальная энергия?
– Я с помощью этой энергии материю преобразовываю, куда уж реальнее.
– Прости, что-то я никак с мыслями собраться не могу.
– Вы присядьте. Пусть вам водички принесут, – предложил я, постаравшись скрыть сарказм.
Я понимал и разделял беспокойство женщины о здоровье дочери, но… достала она, если честно. Во всех остальных делах она предельно адекватный человек, но, когда дело касается Кати, здравомыслия лучше не ждать. Не то чтобы она мне сейчас мешает, скорее, сам факт присутствия кого-либо беспокоит. Умом понимаю, что попытки что-то скрыть могут лишь рассмешить после того, что я показал при куче свидетелей, но, видимо, привычка въелась, раз продолжаю осторожничать.
– Я лучше послушаю, что ты делаешь, – ответила Ольга.
Тоже эмоции сдерживала. В её глазах я видел боль и страх за Катю, поэтому и не ругался.
– Плашки, которые я вам отдал, послужат направляющими для этой печати, – указал на пол, который закончил преобразовывать. – Энергия потечёт сюда с округи, что и для Кати полезно само по себе, и мне поможет провести дальнейшую работу.
– И как? Получается?
– Как разместят плашки, можно будет говорить о каком-то эффекте. А пока что глухо. Поверьте, я не пытаюсь от вас что-то скрыть. Лучше бы помогли Софии, чем меня контролироваит, – не удержался я от того, чтобы пожурить женщину.
Та нахмурилась, бросила взгляд на Катю, но всё же исчезла. Вот и ладно. Пусть лучше делом займётся, чем нервы себе трепать.
– Что с тобой сделали? – подошёл я к девушке и коснулся её руки. Холодная.
Следующее, что я установил – печать сбора энтропии. Или разрушительной, грязной энергии, которой накопилось в теле Кати. Просто так от неё избавиться нельзя было. Нужно собрать и куда-то перенаправить. Ещё одна плашка, специально под это оставленная, и процесс начался.
В прошлой жизни я с этим видом энергии часто имел дело. Самое жуткое, что видел, – это энтропийные бури. Но это я сейчас так красиво называю – энтропией. А тогда это были просто бури разрушения. Без укрытия их невозможно пережить. Да и потом, когда выбираешься наружу, приходится постараться, чтобы выйти из зоны поражения и очиститься.
Спасибо темным алхимикам, которые разрушили мир.
Пятнадцать минут прошли в гнетущем ожидании. Я особо ничего не делал, отслеживая динамику. К сожалению, нельзя быстро взять и вытянуть негативную энергию. Это чем-то похоже на очистку сложной канализации, когда одновременно надо тянуть плохое и вливать хорошее. Если делать слишком быстро, то трубы разорвёт или образуется затор. На практике это означает резкое ухудшение здоровья.
– Соколов! – поздоровалась София, когда заглянула ко мне и скинула груду заготовок. – Как Катя?
Ольга Владимировна тоже появилась. Я ответить девушке не успел, как она следом переместилась. То, что направляющие для энергии мира установлены, я заметил по тому, как этой энергии прибавилось в комнате.
– Пока хорошо. Ты сама как? – задав вопрос, я забрал материалы.
Пора приступать к следующей части. Ничего особенного. Займусь улучшением того, что есть. Поработаю над эффективностью.
– Я-то в порядке. Говорят, драка знатная вышла?
– София! – шикнула Ольга Владимировна.
– Что? – округлила та глаза. – Если Эд здесь, я уверена, с Катей всё будет хорошо.
На это женщина только вздохнула и глаза закатила.
– Что делаешь? – поинтересовалась София.
Я бросил на неё осуждающий взгляд. Они сговорились, что ли, любопытством своим на меня наваливаться?
– Что? – посмотрела та в ответ. – Твои действия выглядят как мистика какая-то, а объяснение сводит градус мистичности и успокаивает нервную систему…
– Это ты у тёти научилась?
Ольга Владимировна приподняла бровь, но и на этот раз промолчала. Приятно, когда человек растёт над собой.
София тоже примолкла. Ещё пару раз спрашивала, но я проигнорировал, сосредоточенный на расчётах и работе.
– Мне нужна кровь, – повернулся я к женщине, когда закончил со следующим этапом.
– Зачем? – насторожилась Ольга.
– Я уже объяснял своё виденье того, что произошло с Катей. Вы ближайший родственник. Следовательно, ваша кровь должна быть схожа по некоторым параметрам. Ближайший аналог того, что я хочу сделать – это переливание крови.
– Насколько это опасно?
– Не опасней, чем бездействие. Я улучшил ситуацию. Сами посмотрите, цвет кожи улучшился. Тело перестаёт быть холодным. Если пару часов подождать, станет ещё лучше. Но я не хочу рисковать и довольствоваться малым результатом. Хочу помочь девушке восстановиться. Или вы хотите, чтобы она осталась инвалидом в мире бесов?
– Насколько это вероятно?
– Повторюсь, но сейчас она ощущается скорее как обычный человек, нежели как бес.
– Как такое возможно? – спросила София. – Что с ней сделали? Я помню, в каком виде мы её нашли…
– Кровь, – перебил я. – Мне нужна кровь. Лучше и твоя тоже, София, чтобы было, с чем сравнить.
Ольга Владимировна смотрела очень внимательно. Она уже знала, что кровь даёт мне большую власть. Думал, что-то скажет, но нет. Молча протянула руку и взяла нож, который я создал специально для этого. Надрезала ладонь и дала набежать алой жидкости. Рана тут же закрылась, так что выбежало не так уж много. Я создал два металлических блюдца, вложив в них сразу печати, и собрал образец. То же самое сделал и с кровью Софии.
Они не знали, что я умудрился добыть образец того мужчины, которого уничтожил. Также у меня был образец крови Каниса. Если ещё и кровь рыцаря предоставят, то… Это откроет очень заманчивые перспективы.
Но сейчас я работал не ради собственной выгоды. Единственное, что меня интересовало – помощь Кате.
Раз всё необходимое собрано, то пора браться за дело.
Глава 5. Точка напряжения
Князь переместился к себе в кабинет. Предыдущие полчаса ушли на беседу с Томасом Кнайтом.
В помещении его уже ждал советник.
– Как прошло? – спросил Игнат.
– Кнайт утверждает, что был не в курсе похищения и никогда бы не одобрил такие методы. От их клана есть новости?
– Пока молчат. Удалось выяснить, что Кнайты вообще у подземного комплекса забыли?
– Да, – князь прошёл по кабинету, сел за свой стол, достал бумагу и записал несколько мыслей. – Говорит, что комплекс находится на его земле. Без подробностей. О нападении им сообщил Канис, и они не могли проигнорировать его.
– Заявлять, что они ни при чём, – это верх наглости, – зло фыркнул Филинов.
– Согласен. Но я не исключаю, что так и есть. В данном случае они могли выступить мышцами, в то время как голова находилась совсем в другом месте.
– Настолько влиятельный клан на побегушках у Каниса?
– Канис тоже пешка. У меня всё из головы не выходит тот мужчина. Его сила…
– Да что там произошло-то? – подался вперёд Игнат. Он был в курсе произошедшего в общих чертах, но без подробностей.
– Представь, что твоё тело перестаёт слушаться, и зверь внутри требует подчиниться, упасть на колени.
– Насколько сильно это чувство?
– Половина гвардейцев успела опуститься. Кто-то даже навёл оружие на своих же. Кто знает, чем бы это закончилось, если бы Соколов не вмешался.
– Ясно, – Игнат подошёл к окну, посмотрел вдаль и резко повернулся. – Так и что? Какой-то аристократ с сильным родовым даром. История знает схожие примеры. Думаешь, он главарь?
– Скорее всего. Их организация достаточно сильна, чтобы отправить куда надо могущественный клан Кнайтов.
– Ставлю на то, что Томас сам состоит в этой организации.
– Возможно. Думаю, так и есть, – согласился князь.
– А значит, он причастен.
– Да, но это не отменяет сложности ситуации. Что мне делать, старик? Ты уже составил своё мнение?
– Десять минут назад я получил доклад по Белогрудовым. Сам он захвачен и сейчас в допросной. Вся семья тоже у нас, не считая сына. Союзников пока не трогали, но я бы прошёлся по ним, чтобы дать всем понять, что их ждёт в случае действий против государства. Сейчас они притихли. Вообще, в стране тихо, что радует. Это первая хорошая новость. Мы показали свою силу. Вторая вещь, в которой ты принял активное участие, – захват комплекса, всех ценностей и победа над армией Кнайтов. Пленных мы там тоже много захватили, и сейчас Родион трудится, чтобы выбить информацию. Что касается твоего вопроса – надо тянуть время. Если Канис уничтожен, как и его хозяин, то есть шансы, что Кнайты так и не поймут, с кем сражались.
– Они были не в курсе. Но я бы не уповал на то, что их неведение продлится долго.
– Ну да, – кивнул старик. – Наивно ожидать чуда. Но в нашем случае даже пара часов может изменить ситуацию кардинально. Войско в боевой готовности и отлично себя проявило. Союзники тоже готовы выступить в любой момент. Быть может, нам не помешает ещё несколько драк, чтобы закрепить успех. Если победим, дадим понять всему миру, что к нам лучше не лезть.
– И тем самым спровоцируем врагов на ещё большую агрессию. Они ведь не дураки, учтут опыт и придумают что-нибудь. Да что говорить, мы и так знаем, что у них есть технологии запредельной разрушительности.
– Которые они уже применяли против нас. Да и куда ещё больше агрессии? Похищение детей – это дно, которое сложно пробить. Так что единственное, чего стоит опасаться – это массированности атаки.
Князь кивнул. Внутренне он был согласен со своим советником. Но также мужчина не забывал, что в его деле малейшая оплошность приведёт к колоссальным потерям. Которые не факт, что удастся восполнить. Поэтому он обдумывал все риски, прикидывая, что делать в каждом из случаев.
– Моё мнение – надо идти к Соколову. Запереть его в надёжном месте, чтобы опять не увели, и вежливо попросить. – На этих словах Игнат не удержался от усмешки. – Чтобы он срочно сделал ещё одну партию артефактов. Нам бы по паре сотен блокираторов и защиты от пуль. Тогда можно будет дать такой бой, что весь мир затрясёт.
– Я всегда думал, что задача советника – сдерживать агрессию правителя, – вежливо улыбнулся князь.
– Анастас, – сказал с жаром Игнат, – Они пошли на убийство детей и на похищение. За что пострадал сын Кротова? А Катя? Она сейчас лежит в коме, и дай бог, ей помогут. Твоей дочери сильно повезло, что она выбралась целой. А если это повторится? А если в следующий раз не окажется ушлого Соколова? Мы крепко облажались с этим похищением и должны компенсировать. Чтобы дать понять всем, как опасно с нами связываться. Чтобы по утрам смотреть себе в глаза и не отворачиваться. Предлагаю дождаться и посмотреть, что предпримет враг, а пока пригласить союзников и рассказать им все, как есть. Пусть знают, что происходит. Пусть будут готовы выступить. И тогда посмотрим, кто победит в войне.
– Мы пока не готовы к полноценной войне. Один успех не показатель.
– К войне никогда нельзя быть готовым. Кнайты это сегодня доказали ещё раз.
Разговор перебил стук в дверь. В помещение вошёл Родион.
– Ко дворцу прибыл Коршунов, – сразу начал он. – Передал эту папку и скрылся раньше, чем его остановили.
– Коршунов? – нахмурил брови князь. – Опять он…
– В папке его записи о Канисе. Где тот бывал, с кем общался, какие договорённости заключал. Если информация верна, мы можем накрыть многих причастных, – пояснил Родион, что именно принёс Роман.
– О как, – удивился Игнат.
– Ты говорил про союзников? – глянул на старика князь. – Что ж, кажется, твой план только что приобрёл новые детали. И кто-нибудь мне скажет, что на уме у этого Коршунова? Проклятая семья, всё никак успокоиться не может.
Вопрос остался безответным. Родион передал папку, и князь вместе с Игнатом заглянули внутрь.
***
