Волною золотою не застынут.
Люблю смотреть, как струйкою сухою
Скользит песок, чтобы, почти в полете,
Воронкою помчать в круговороте
С поспешностью, уже совсем людскою.
Песчинки убегают в бесконечность,
Одни и те же, сколько б ни стекали:
Так за твоей отрадой и печалью
Покоится нетронутая вечность.
Я, по сравненью с этими часами,
Эфемерида. Без конца и края
Бежит песок, на миг не замирая,
Но вместе с ним мы убываем сами.
Все мировое время в струйке этой
Я вижу: череду веков за гранью,
Что в зеркалах таит воспоминанье,
И тех, что смыла колдовская Л
Огонь и дым, рассветы и закаты,
Рим, Карфаген, могила на могиле,
И Симон Маг, и те семь футов пыли,
Что сакс норвежцу обещал когда-то, —
Все промелькнет и струйкой неустанной
Бесчисленных песчинок поглотится,
И – времени случайная частица —
Как время, зыбкий, я за ними кану.
Хорхе Луис Борхес "Песочные часы"
В детстве я считала бабушку волшебницей. Она говорила мне, что жизнь это большой котёл чудесами. Их нужно только время от времени помешивать, чтобы не подгорели. Вот наша задача – задача человеческих существ, которые с каждым днём перестают верить в магию. Бабушка являла собой замкнутую систему, получающую энергию из таинственных источников, заключённых внутри неё самой. Её дыхание напоминало шорох гальки на морском берегу, от неё всегда пахло морем и сладкой выпечкой и её руки всегда были тёплыми. Но с каждым годом я замечала новые морщины на её лице, её уставший болезненный вид. Бабушка старела. Я помню, как она сказала мне: "Будь я всамделишной волшебницей, я бы была бессмертна, но это отнюдь не так".
И вот однажды я села в поезд, идущий на юг, в совершенно мрачном и траурном настроении. Я ехала проститься, проводить бабушку в последний путь. Люди уходят физически и из нашей памяти, как бы мы не старались сберечь воспоминания о них, сохранить их смех, голос, теплоту дыхания. В день прощания я нашла в доме бабушки её дневник, который воскресил её для меня, открыл её любовь к жизни, её юмор и причуды, манеру мыслить и писать. Она писала о нас троих. О нашей тайне. О нашем бесконечном лете. И это было сродни волшебству. Наше прошлое пряталось в этом дневнике, и, открыв его, я выпустила наружу те счастливые дни. На щеке заблестела дорожка слез. "Здравствуй, ты меня узнаешь?, – спрашивала я у каждой вещи в бабушкином доме. Здравствуйте белая скатерть, голубые занавески с цветочным узором, пустой противень, скучающий по бабушкиному печенью, бутыли со смородиновым вином, огромный клетчатый плед, гитара, Брэдбери…Здравствуйте, вишнёвое дерево в саду, тележка для бидонов, зелёная трава, щекочущая ноги, голубое небо с плывущими в неведомые дали к бабушке-волшебнице облаками. Здравствуй, калитка, подглядевшая мой первый поцелуй. Здравствуй море. Вы меня помните? А в ответ лишь ветер донес до меня запах соли и грустные крики чаек. Прощайте!
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
