Страница 10 из 21
Ты бы отчалил по яркости – синим
Небом из лёгкой картины – во мрак.
Как испросить эту чашу на воле
В жажде её необычной риторики,
Ты остановишь пути этих лет,
Жадно испив свой ментальный полёт.
Слов пронеся истощение – в мире,
Гибнет апостроф под наледью – сам,
Как на прибрежной равнине умов -
Ты открываешь пути бесконечности.
Верить им можно, но гордость во тьму
Сон отпускает и мысли на льдине,
Чтобы их страсть покорять – на виду
Лёгкой материи в сложном аду.
Небо придумало этот строптивый
Миф идеальности ветра – под новым,
Лёгким намёком быть нервом вампира,
Стройным умом на понятии – нам.
Жадностью видеть свой свет и мотивы,
Рук тождество отпускать и поэтому -
Ты различаешь те меры – пустыне
В долгой проталине сна ледяного.
Верит им небо и также – не ново
Стало за страхом внутри – открывать,
Землю искусственной воли сжимать -
Каждое утро под тяжестью мысли.
Вечный парад из под малой тоски,
Верностью права нам тащит – от тыла
Маску культуры и мысли по ним,
Автора ли – или света вампира?
Не в прицеле фантастики мир
Разобщает в себе нигилизм,
Он пустой объяснения точки -
Уникальный ответ между длин
И скупой поведенческий стиль.
Поднимает внутри не один
Стихотворный манер этой ночью,
Чтоб фантастику встретить взамен
И найти идентичный ей – мир.
В подопечном прицеле слились
Утончённые розы в той песне,
Нигилизму они поднялись
На застенчивый образ из звёзд.
Чтобы лучше в прицеле понять
Утопический возраст под личным,
Идеальным манером скакать
Без привычек в потерянной точке.
Где же эта забытая суть
Изъяснила матёрый упрёк,
Что когда – нибудь солнце умрёт
И поникнут прозрачные ночи,
По которым ты только молчишь,
Изъясняешь потерянный ветер,
А потом в подопечном шагу
Не узнаешь свой новый мотив?
То фантастики смертный ответ
Над догадкой о сущности времени,
Ей желанные дни повторяет сюжет,
Чтобы видеть, что старились мы
В подопечной иллюзии черт,
За изношенной маской любви
И её откровений сегодня прочесть
Утончённые строки – к уму.
Он – фантастики новый испуг,
За своим нигилизмом не знает,
Что оставил писателя в свете разлук
И прочтённой свободы в утерянной нише,
Где и ты разобщаешь миры,
По которым вновь стало светлее
Поднимать иллюзорные тени внутри,
Объяснить те пути нигилизма.
Что же делать на скромный манер,
Если время фантастики терпит длину
И её категория численных сфер -
Необъятна для слова прочтения?
Как создать в нигилизме отчётливый путь,
По которому стынет природа игры
И её незабвенные розы – о суть
Поведения масти на ногах нигилизма?
Всё то было и страхом отчётливо – пусть
Не страшит эту осень ментально – внутри,
Ты напишешь историю малого – в грусть
И свои объяснения мук нигилизма.
До фантастики вдоволь напряг города,
Эту вольность устать и спросить – потому,
Как изжить на прицеле отчётливо нам
Проведённую жизнь на конечном счету?
Если сущностью нет ей – вины,
Нет отчётливой рамки и снега потерь,
Что же стало до новой войны,
Как её разобщить и оставить – теперь?
Ты не пишешь в прицеле – за роль,
А писателя маска опустила стихи,
Чтобы внутренне стать нам – дорогой,
По которой идёт – та фантастики дверь.
Раскрывает свой счёт – по уму,
Неприкаянно в сердце из будущей маски,
Нам ли ищешь ту волю – вину,
Из нутра объективности – жить потому?
Петухи в фиксированной пустоте
