Чёрт!
Соски под спортивным лифом затвердели и заметно выперлись, и я поторопилась отвернуться. Только этого ещё не хватало, чтоб я возбуждалась от этого педанта.
– На две группы распределились, – послышался свист, и профессор отдал команду.
Так, надо вспомнить о моей практике, чтобы остыла, а не думать о том, как прохожусь языком по горячему торсу экономиста.
Вот же чертовщина!
– Загорская! – окликает меня предмет моего внезапного возбуждения. – Тебе отдельное приглашение нужно? Шевелись! – поставив руки в бока, он смотрел на меня выжидательно.
От этого взгляда, от влажности в трусиках по его вине и оттого, что направил внимание всех присутствующих на меня, хотелось послать его в тёплое путешествие, но сдержалась.
Присоединилась к одной из групп, но настроение и предвкушение игры упала ниже плинтуса. Разозлилась на чёртового профессора, который такой непробиваем, ни черта его не берёт! Ни моя выходка с сосланием потока с лекций, ни моя язвительность. И на себя злюсь, на свою реакцию на него, на затвердевшие соски, и в принципе на тело, что предало, реагируя совсем не на того человека.
Играла на автомате, не думая о игре, а об этом учителе, который указывает, в какую сторону бежать, и свистит этим чёртовым свистком между губами. Невольно представил, как вместо пластмассовой игрушки он держит во рту мой сосок. По телу прошла приятная дрожь, и в этот момент меня сбивает с ног Митрофанова, овца такая.
Нога скользит по траве, и я падаю как мешок картошки, подвернув лодыжку. Боль пронзает всё тело, но я этого никак не показываю, опускаю голову и жмурюсь.
– Всё нормально? – слышу голос профессора, и меня ещё больше злит вся это фигня.
– Отлично, – скрипя зубами, встала на ноги.
– На скамейку, – рукой указал он в левую сторону.
– Чёрта с два! – отмахиваюсь и бросаю взгляд на Митрофанову, даю понять, что она за это ответит.
– Хватит материться, – с нажимом в голосе сказал Сергей, мать его Андреевич. – Не забывай, где находишься.
Я не удержалась и засмеялась.
– В зоопарке нахожусь, – отворачиваюсь и возвращаюсь в игру.
Свист, и матч начался. Мяч летает от одной к другой, пока я не забираю его, ухожу от нападающих. Бегу к воротам и тут мне навстречу выходит Митрофанова с явным намерением помешать забить гол. Ну что же, два зайца за раз, значит.
Смотрю исподлобья на противницу, разгоняюсь, удар локтем, и Митрофанова с визгом падает на землю, а я забиваю гол. Мои девочки бегут ко мне, кричат, обнимают, что-то говорят. А я смотрю на профессора и ликую внутрь от того, что я по-любому сделала по-своему.
Митрофанова лежит и держаться за нос, из которого хлещет кровь. Её окружили ребята из её команды и суют салфетки, пока она корчится от боли.
– Ты мне нос сломала, идиотка! – рыдает она.
– Бывает. – пожимаю плечами. – Производственная травма, – усмехаюсь и иду к скамейкам.
– Митрофанова, ты в норме, может, врача? – спросил подошедший к ней профессор.
– Нет, я сама дойду, – бурчит та и с помощью Вакарчук поднимается с земли.
Все расходятся, кто в раздевалку, кто к парковке, я же достаю сигарету из пачки, что оставил на скамейке, и прикуриваю. Беру рядом лежащий телефон и набираю сестру.
– Д-да, – голос дрожит.
– Всё в порядке? – насторожилась я.
– Да, всё хорошо, – уже более бодро ответила сестрёнка.
– Ты дома? – спросила, смотря вслед профессору, который зашёл в здание.
– Э-э-эм, нет, я с Оксаной, в кафе зашли после лекций.
– Понятно, я через час заберу тебя, – дождалась ответа и отключилась.
Потушила сигарету, забрала пачку и направилась в раздевалку, принять душ и поехать. В помещение уже никого не было, так показалось на первый взгляд. Из душевой слышались звуки льющейся воды, и я поняла, что-то кто-то ещё не уехал. Разделась, взяла полотенце и зашла. Ждала кого угодно, но не голого профессора с телом аполлона. Пару минут сидела и наблюдала, как он намыливает свои мышцы. Руки зачесались самой провести ладонями по накаченному прессу и вниз, пока не дойду до члена, который и в спящем режиме выглядит впечатляюще.
Сама не поняла, когда сдвинулась с места и как оказалась в пару сантиметров от профессора, очнулась, когда он развернулся ко мне лицом и удивлённо округлил глаза.
***
Серёжа
Не могу сказать, что первая тренировка прошла успешно. Я ожидал от Загорской какую-нибудь выходку, но был уверен, что в мою сторону. Нет, без внимания она меня не оставила, но сломать нос члену команды, вот к этому я не был готов. Естественно, такое случается в игре, но я видел, что Загорскую задел поступок соперницы, и она специально её ударил. А говорят девушки изящные и хрупкие, но видимо, когда эти качества раздавали, Загорская стояла в мужской очереди.
Зашёл в душевую и встал под горячими струями воды, после того как убедился, что все члены команды в порядке и уехали. Загорская только остался, но с ней точно всё в нормально, и она, как я видел, не торопилась.
Неожиданно почувствовав чьё-то присутствие рядом, обернулся.
– Какого хрена?! – ору на Загорскую, которая стоит, блять, голая в моей душевой кабинке.
Но она смотрит на меня и не издаёт ни звука, потом делает шаг, и я инстинктивно подаюсь назад, пока не оказываюсь у кафельной стены.
– Ты что творишь, Загорская? Вышла отсюда, быстро! – поднимаю руки, чтобы оттолкнуть её, но она тут же их ловит, опускает вниз и держит.
Дожил, от женского пола отбиваюсь. Но она моя студентка, а я преподаватель, это не допустимо.
– Тебе это кажется смешно? – продолжаю я, уверенный, что это очередная её идиотская шутка.
Не сомневаюсь, что мои вещи загадочным образом исчезли, или где-то стоит камера и записывает, как голая Загорская стоит со мной под душем, а завтра это видео будет гулять по всему интернету.
– Я повторять… – договорить не успеваю, эта особа прижимается губами к моему рту.
Засовывает язык по самые гланды и с напором целует меня. Меня!
По телу проходит дрожь, как от удара током. Сердце начинает биться в бешеном ритме. В висках молотком долбит. Мои руки давно освободили, но я не отталкиваю её, а стою и позволяю себя целовать. Загорская наглым образом прилипает к моему телу вплотную, припечатав меня к стене. Чувствую исходящий от неё жар и самого в пекло бросает.
Она вдруг резко отскакивает от меня и, тяжело дыша, смотрит мне в глаза, потом опускает взгляд вниз к моему члену. Я делаю тоже самое.
Твою мать! Стоит. Чёртов член стоит колом, блять!
Загорская ухмыляется, разворачивается и уходит, а я остался в оцепенение, не в силах двигаться и здраво мыслить.
Какого чёрта сейчас произошло? И какого хрена у меня встал?
Чёртова сучка! Ненавижу!
В спешке заканчиваю водные процедуры, переодеваюсь и, убедившись, что никого нет, а конкретно одной стервы, уезжаю.
Еду в клуб, мне надо выпить, забыть всю эту чертовщину. И так Загорская мне спать нормально не даёт, а теперь так вообще из головы хрен выгонишь.
– Добрый вечер, Сергей Андреевич, – здоровается со мной бармен Женя.
– Добрый, – киваю я. – Виски, двойной, – говорю и сажусь на барный стул.
Выпиваю залпом и протягиваю стакан, чтобы парень повторил. В клубе тихо играет музыка, работники шуршат по залу, скоро начнут люди приходить.
– Серёженька, – слышу голос Алины, и её рука ложится на моё плечо. – Ты не предупредил, что заедешь, – говорит она и садится рядом.
– Это мой клуб, с чего я должен предупредить о своём приходе? – грубо обращаюсь я к ней.
– У тебя всё в порядке? – щурит глаза.
– Всё отлично, – поднимаю стакан и осушаю его одним глотком.
– Сколько он уже выпил? – спрашивает она Женю.
– Достаточно, – отвечает тот тихо, но я всё прекрасно слышу.
– Серёженька, давай поднимемся в кабинет, – берёт меня за локоть и пытается поднять.
– Алина, иди займись своими делами, – с нажимом в голосе говорю я.
– Ну, Серёж…
– Я сказал, иди! – повышаю тон, и она тут же убирает руку.
С гордо поднятой головой она уходит, а я толкаю стакан к бармену, он смотрит на меня, намекая, что уже хватит.
– Уволю, – мотаю головой я, и парень наполняет круглую ёмкость спиртным.
Наполненный людьми зал я уже видел, как через туман. И когда меня взяли за локоть и куда-то потащили, я с лёгкостью подался. По хрен кто и куда меня ведёт, главное, чтобы это была не Загорская. Не нравится мне всё это, не нравится.
Почему, мать вашу, у меня член встал? И какого хрена она вообще ко мне полезла? Она же меня бесит! Придушить хочу!
Но красивая, да Серёжа! Её можно в гламурном журнале на обложку или на рекламу нижнего белья, или куда-нибудь ещё. Глаза тёмно-зелёного цвета, острый подбородок, ямочки на щеках…
И когда я это всё успел запомнить? А губы, такие мягкие, полные, вкусные…
Ёб твою мать! Хватит о ней думать!
– Вот сюда, – как через толстый слой ваты слышу знакомый голос. – Спасибо, можете идти.
– Где мой стакан?
– Серёж, хватит тебе. – Алина гладит меня по голове. – У тебя что-то случилось? Ты ведь не пьёшь…
– Отсоси, – перебиваю я её.
– Что? – спрашивает она удивлённо.
– Член мой пососи, – повторяю и расставляю ноги по шире.
Мне надо убедиться, что днём стояк был из-за воздержания, а не из-за Загорской.
– Серёжа…
– Алина, делай хоть раз без нытья, что говорят.
Она тяжело вздыхает, но я уже чувствую тонкие пальцы на своём паху. Слышу звук открывающей ширинке, и как тёплая ладони охватывает вялый член. Как горячий язык скользит по головке, пухлые губы касаются мягкой коже, и девушка начинает активно работать головой. Но её манипуляций меня не трогают, ничего не чувствую. Нет того бешеного сердечного стука, в висках не пульсирует, и член так и висит в полусонным состояние.
– Такси мне вызови, – отталкиваю её и застёгиваю брюки.
– Серёж, что случилось? – наседает она.
– Алина, – выдыхаю. – Между нами всё кончено, – встаю с дивана и иду к двери.
– Ты что такое говоришь? – Девушка идёт за мной. – Как это кончено? Ты не можешь вот так взять и бросить меня, после всего, что…
– Я всё сказал, – бросаю я и на ватных ногах спускаюсь вниз.
Чёртова студентка, убить её на хрен и дело с концом! Чтобы не маячила перед глазами, и чтобы голос её больше не слышать. На кой чёрт я поплёлся именно в этот университет?! В городе их полно, мог бы найти и менее престижный.
– Такси мне вызови и кофе покрепче сделай, – присел на стул возле барной стоики.
Пока такси приехало, успел прийти в себя немного и до дома почти протрезвел.
Только переступил порог квартиры, как зазвонил телефон.
– Алло, – ответил с неохотой.
– Серёжа, радости не слышу, – раздаётся знакомый голос на том конце, и я отрываю телефон от уха и смотрю на экран.
– Марат? – щурюсь, чтобы рассмотреть номер.
– Он самый.
***
Кристина
Сестра ждала меня около кафе, я остановилась, и она села в машину.
