Страница 4 из 7
И после этого она просто переехала жить к нему.
Мама Серёги, Розочкиного жениха, была рада. Она очень надеялась, что женитьба и сама Роза изменят его. Ну ладно, не изменят, но, может быть, чуток успокоят. Потому что будущая свекровь, Наталья Петровна, прекрасно представляла, что за фрукт её сыночек. Весь в папашу!
Наталья Петровна отца Серёги, конечно же, любила. Так любила, так любила, но точно так же и ненавидела. Потому что жизнь он ей исковеркал и, слава богу, что помер, иначе она бы сама его убила. Хотя она и страдала и никак не могла его простить за это.
А сынуля был весь в папашу. К семнадцати годам его уже отлично знали все участковые милиционеры и гаишники. Его постоянно вылавливали пьяного за рулём и вызывали Наталью Петровну вытаскивать сы́ночку из обезьянника.
В общем, Наталья Петровна, честно говоря, была рада, когда к ним пришла жить Роза и что они решили пожениться. Вот исполнится Серёге восемнадцать, рассуждала она, поженятся и всё, пускай сами разбираются. Она даже готова была разменять свою трёшку, лишь бы не мешать молодым, да и самой пожить в тишине и спокойствии.
А через месяц Розочка забеременела, и Серёга затих. Сидел рядом со счастливой и пухленькой Розой. А Наталья Петровна не могла нарадоваться и молилась, чтобы он угомонился. Даже предложила сходить в загс и договориться о том, чтобы их расписали раньше.
Но молодые решили сделать всё по закону. Расписались, когда у Розы уже пузо на глаза лезло. Но она всё равно фату и платье белое, как положено, себе купила. Свадьба получилась хорошая. Отгуляли, подарков получили много.
Но через пару недель после рождения дочери, после очередной бессонной ночи, Серёга сбежал из дома.
Наталье Петровне позвонили из участка и попросили забрать сына.
– Розочка, – Наталья Петровна зашла в комнату к невесте, – давай я с внучкой посижу, а ты иди, забирай мужа.
А ещё несколько дней Наталья Петровна предложила разменять квартиру. Молодым – однушку, а себе Наталья Петровна с доплатой выменяла двухкомнатную. И наконец, вздохнула.
Правда, ненадолго. Через год квартиру молодых пришлось продать за Серёгины долги, и они снова переехали к Наталье Петровне. Точнее, переехала Роза с дочерью, а Серёга…
– Хорошо, Роза, что у тебя дочь родилась, – плакала на похоронах сына Наталья Петровна. – Что отец, что Серёга – оба непутёвые.
Роза долго не могла прийти в себя после смерти мужа. Не могла понять, ведь она всё для него делала, бегала за ним – вытаскивала его из чужих постелей, дралась за него с мужиками, а он взял – и под кайфом повесился. Чего не хватало?
Через полгода Наталья Петровна снова разменяла квартиру на две однокомнатные в разных концах города.
А у Розы случилась любовь. Мужчина был положительный, разведённый и даже старше её на пять лет. Роза в мечтах уже рисовала себе идеальную жизнь с этим мужчиной. Мама Розы по ночам плакала, надеясь, что теперь-то у её дочери всё сложится.
Они уже планировали свадьбу, Роза познакомила его и с мамой, и с бывшей свекровью. Всё было хорошо. Платье Роза решила выбрать на этот раз уже не белое, с бежевым оттенком, но очень-очень светлое.
Новый жених Розы, Андрей, со всех сторон положительный мужчина, перед свадьбой вдруг стал дико ревнив. Розе это нравилось. Поначалу. Потому что в браке с Серёгой такого не было. Серёга был патологически не ревнив. Он, конечно, пару раз давал в морду слишком заинтересованным ухажёрам, но только потому, что так было надо.
А Андрей ревновал страшно и пытался контролировать Розу во всём. Куда пошла? С кем говорила? А зачем тебе общаться со свекровью? А мама что, без тебя не справится? Подружки? Зачем?
И Роза отменила свадьбу ровно за месяц. И выгнала Андрея из квартиры. Он обозлился, потом запил, пьяный вышиб дверь в квартиру Розы, обещая, что больше такого не повторится. Роза вызвала милицию.
Но Андрей не сдался, пришёл через два дня трезвый, с цветами – поговорить.
– О чём? – Роза обиженно посмотрела на него, ковыряя пальцем развороченный косяк двери.
– Я исправлю. Поставлю новую дверь. Железную. И сделаем ремонт в квартире. А потом я денег подкоплю, и мы поменяем на двушку.
– Не верю, – тяжело вздохнула Роза.
Но так хотелось верить. Так хотелось любви, заботы и простого счастья.
– Я докажу! – Андрей отодвинул Розу от двери и прошёл на кухню. – Вот тебе розы, такие же, как ты, красивые и с шипами. Ладно, – спохватился он, – не могу без тебя жить.
Роза стояла с огромным букетом алых роз и смотрела на Андрея.
– Я на всё готов ради тебя! – он схватил кухонный нож со стола. – Это будет моё доказательство, – и полоснул себя по мизинцу.
Побледнел, понял, что не получилось так эффектно, как представлял. Положил руку на край стола и рубанул по месту надреза.
Роза тихо сползла по стене и отключилась.
Андрей спокойно посмотрел на неё и вызвал скорую.
– Дура ты, Розка, – воспитывала её свекровь, – бежать от такого надо!
– Но он же из-за любви ко мне такое сделал!
– Мизинец, конечно, жалко, но он псих, – строго сказала Наталья Петровна. – Ты своей жизнью можешь распоряжаться, но не забывай, что у тебя есть дочь, и она моя внучка!
Но Роза была под таким впечатлением от поступка Андрея, что согласилась выйти за него замуж.
Бывшая свекровь и мать Розы единственный раз были солидарны друг с другом и кричали на Розу целый вечер. Мать пообещала лишить её родительских прав и отобрать внучку.
– Надо было ещё первый раз, когда ты замуж собиралась, выпороть тебя хорошенько! – взъярилась она. – Где ты этих идиотов находишь?
– Сватушка, я, конечно, с тобой согласна, – поджала губки свекровь, – но не забывай всё-таки, что ты и о моём сыне говоришь.
Мать поперхнулась и посмотрела на Наталью Петровну:
– Прости.
– Да ладно, – вздохнула Наталья Петровна, – чего уж там, что отец, что Серёга, ты права, идиоты. Но всё равно их люблю.
Роза слушала, соглашалась, пообещала бросить Андрея, но внутри всё сжималось от гордости, что ради неё он пошёл на такой поступок. Страшный, но ради любви же!
Мать посмотрела на Розу и коротко сказала:
– Дура, потом ко мне не приходи со слезами и соплями.
И поэтому Роза пошла к бывшей свекровке.
– Я его боюсь, – она приехала поздним вечером с дочерью. – Можно я у вас переночую? Даже в туалет нельзя без его разрешения ходить. Приходит с работы и всё проверяет, вынюхивает мою одежду, Настьку расспрашивает, с кем мама разговаривала, когда мы гуляли! Я уже даже с соседями не здороваюсь! А то он позавчера Петровича кулаком в лицо! Только за то, что он сказал, что Настенька у нас такая же красавица растёт, вся в маму!
Роза сняла, наконец, ботинки с дочери и села в коридоре на банкетку и заплакала.
– Я сбежала, пока он на работе. Что делать, не знаю?
– А я тебе говорила! – не удержалась Наталья Петровна. – Ладно, ладно, прости, Роза. Волнуюсь я за вас. Настенька, иди на кухню, там блинчики, сейчас будем чай пить!
Рано утром в окно квартиры с дребезгом влетел камень.
– Выходи, Роза! – кричал Андрей. – Я знаю, что ты там!
Роза с Настей спрятались под кроватью.
– Мама, я боюсь его!
Наталья Петровна вызвала милицию, Андрея забрали.
– Он пить стал в последнее время, – жаловалась Роза, – и вот, – она подняла рукав блузки и показала синяки.
– В общем, так, – решительно и строго сказала Наталья Петровна, когда вечером пришла с работы, – у тебя есть пятнадцать суток, пока любовь всей твоей жизни их отбывает за хулиганство.
– Откуда вы знаете? – обрадовалась Роза.
– Деточка, у меня после Сергея остались такие связи в ментовке, – она горько усмехнулась, – правда, я думала, что они мне уже не пригодятся. – Она посмотрела на Настю и сказала: – Пойдём, поговорим на кухне.
По плану, который они разработали со свекровью, Роза с дочерью, собрав только самое необходимое, уехали в соседнюю область в небольшой городок, где их приютил на время знакомый Натальи Петровны.
– Моя первая любовь, – тяжело вздохнула Наталья Петровна. – И чего я за него замуж не вышла сразу? – она усмехнулась и посмотрела на Розу. – Потому что такая же, как ты, дура непутёвая была! Он вот до сих пор меня ждёт! А я за этого идиота, Серёгиного папашку, выскочила! Он ведь меня умолял за него выйти, даже с ребёнком замуж звал! Эх. Да что уж там…
Розе городок понравился. Тихий, чистый. Она, с помощью свекрови, выменяла свою однушку на двухкомнатную в этом городке. И решила, что всё, больше никаких мужчин в её жизни не будет!
И вышла замуж через полгода за тихого, скромного бухгалтера. Но через год их мирной и вполне скучной семейной жизни бухгалтер напился и поднял руку на Розу. Они развелись через год невыносимых скандалов, пьяных гулянок тихого когда-то бухгалтера. Роза выменяла квартиру в областной город, потеряв одну комнату.
Потом снова вышла замуж. Развелась. Поменяла квартиру. Потом опять, но замуж не вышла, решив, что мужиков портит штамп в паспорте. Расстались через семь месяцев. Роза поменяла квартиру на Север, уехав за две тысячи километров. Может, там нормальные мужики есть? Вышла замуж, развелась.
Настя за это время выросла и поступила учиться в родной город, переехав к бабушкам.
– Достала! – на прощание сказала матери. – Сколько можно бегать по стране? Может, уже пора угомониться? Тебе почти сорокет, а ты всё взамуж невтерпёж!
Роза проревела неделю, а потом махнула на юг, в отпуск, лечить разбитое сердце. Вернулась в свою пустую квартиру одна. И через месяц поняла, что беременна.
На УЗИ, когда было уже семь месяцев, врач улыбнулась:
– Ну, можете поздравить папу! У вас будет мальчик!
– А папы-то у нас нет, – ответила Роза, любовно поглаживая свой живот. – Зато есть бабушки.
За месяц она нашла обмен в свой родной город, переехала перед самыми родами.
– Ну вот, – улыбнулась Роза, выйдя на ступеньки роддома, где её встречали бывшая свекровь и мама, – теперь у меня есть мужчина, который будет меня любить всегда.
«ПОЦЕЛУЙ СМЕРТИ»
– Вадик, прекрати выть! – рявкнула учительница. – Вот тебе два больших помидора, представь, что это девочка, и учись целоваться! Я проверю!
Агния Павловна вздохнула и погладила Вадика по плечу.
– Давай, давай, ничего страшного. Девки – они такие оторвы иногда бывают, тебе вот не повезло.
Вадику и правда не повезло. Он учился в лучшей гимназии города, выигрывал все олимпиады по физике, астрономии, математике и был заучкой и ботаном.
В вечно коротких штанишках и клетчатой рубашке. Даже только что отглаженная, она моментально становилась мятой. Ещё он постоянно потел.
Мама даже водила его к врачу. Врач посмотрел и скучающе произнёс:
– Ну и что вы хотите, мамаша? У мальчика началось половое созревание.
На этих словах Вадик покраснел до самой макушки, где у него слиплись волосы от слишком тёплой шапки, долгого ожидания в очереди и от волнения.
– Да-да, – врач посмотрел Вадику в глаза. – Это нормально. Ты будешь потеть, у тебя будут расти волосы в подмышках и там тоже, – он показал пальцем куда-то ниже ремня брюк. – Тебе будут сниться возбуждающие сны и будет происходить поллюция, – он строго посмотрел на мать Вадика. – Вы, мамаша, что, ребёнку не рассказывали об этом? Смотрите, он сейчас в обморок грохнется от такой неожиданности!
Вера Степановна смотрела на врача расширенными глазами.
– Да, похоже, и мама у нас тоже в обморок упадёт, – вздохнул врач. – Люда, – он крикнул медсестру, – давай две порции нашатырки, у нас впечатлительные.
– Ага, – в кабинет зашла молоденькая медсестра. – Опять довели до инфаркта пациентов? – строго сказала она. – Смотрите, нажалуются на вас опять главврачу.
– Я в четырнадцать уже девственности лишился, а этот, лоб, в двенадцать ещё и не догадывается, что у него волосы расти будут!
– Дмитрий Сергеевич, – осуждающе посмотрела на врача Люда и обратилась к Вере Степановне. – Вы простите, у нас нормальный врач на больничном уже второй месяц, и теперь из стационара присылают на замену кого смогут. Дмитрий Сергеевич очень хороший врач, правда, венеролог, но очень хороший.
– Я поняла, – пискнула Вера Степановна и схватила Вадика за руку. – Спасибо.
– Вы, мамаша, мальчику объясните, что его ждёт в ближайшие лет пять, надо же подготовить пацана. Вы, поди, его одна воспитываете?
– До свидания, – мама дёрнула Вадика за руку. – Быстро пошли отсюда!
– Ну вот, – хихикнула Люда, – опять на вас нажалуются, Дмитрий Сергеевич.
– Быстрее выгонят из этой богадельни, – вздохнул врач.
После этого Вадик, не дожидаясь объяснений мамы, прочитал всё сам в библиотеке. Поначалу, правда, попытался найти это в интернете, но сразу закрыл, только увидев первую картинку по запросу.
А в четырнадцать лет Вадик первый раз поехал один на олимпиаду по астрономии. Ну как один? Без мамы. Но с ребятами из своего города и учительницей Агнией Павловной.
Мама, провожая его у поезда, выдала Агнии Павловне список, что Вадику можно, чего нельзя, во сколько его надо укладывать спать и что он любит на завтрак.
Агния Павловна была опытным педагогом, поэтому не разорвала в клочья бумажку со списком от мамы Вадика, а сказала:
– Конечно, не волнуйтесь, – и положила бумажку в паспорт, чтобы Вера Степановна не переживала за своего мальчика.
А про себя подумала, что больше, будь он даже гением, этого ребёнка с собой брать не будет.
Но Вадик оказался беспроблемный, вёл себя тихо, слушался. И с готовностью отзывался на просьбы помочь.
В гостинице, где поселили детей, приехавших на олимпиаду, было весело, шумно. Они заселились уже вечером, после ужина. В столовой надо было получить сухпаёк на всю команду.
– Вадик, Серёжа и Миша, пойдёте со мной, – скомандовала Агния Павловна.
