– Закончила. Объясняй Джею все примочки – и мы отчаливаем.
Пыльцы на шее. На голове. Губах.
– Жаль, я бы повеселилась еще~
Хватит.
– Мне не весело.
– О, поверь, я вижу ~
Хватит.
– Мы в расчете. Сейчас подойду к Джейчику~
И хриплый смех в ухо. Не повторять.
Хватит.
***
– Автовзлом – это значит, я могу хакнуть любую систему? Просто посмотрев на нее?
– Ну, не любую, а только низкого уровня защиты. И не просто посмотреть, ты должен будешь распутать узел~
– Распутать узел?
– Поймешь, когда увидишь.
– А скан биокомпонентов?
– Сможешь определить состав любого вещества
– А группу крови?
– И ее~
Джессика просто стоит в стороне. Шея еще горит от недавних махинаций руками. Как будто снова ножом полоснули. Ее подташнивает, и она мечтает быстрее свалить с этого места, так что разговор ученика с Кири, почти пролетает мимо ее ушей.
Наемница что-то ловит о слежении за каждым движением врага и предугадывании атак, но ей банально плевать. Убраться подальше от блондинки – вот все, что ее волнует.
То, чем ей пришлось заплатить…вовсе ее не радует. Ощущение, будто над ней надругались. А ведь казалось, что она к этому привыкла… какого же было ее заблуждение.
Кожа все еще раздражена от прикосновений, хочется смыть с себя этот позор, разодрать поврежденные участки в кровь, всю эту мерзость – выдрать.
Если бы только он был жив. Тогда, возможно, ей бы не довелось испытать это. Все это. Если бы только…
– Джессика, ты слышала? Я могу увидеть объект за три километра, просто увеличив…
Краст рассеянно кивает. Слова все еще не достигают ее. Кожа горит. Больно.
Этого бы не случилось с ней. Она не оказалась бы вновь на улице, и не стала бы свободником. Плевать, что тем самым, она нарушила обещание, данное Шейну. Плевать даже на то, что он оказался прав.
Корпорации. Не стоит к ним присоединятся. Не стоит становится наемником, что предан только одному названию.
– А еще, я могу в темноте…
Чуть что, и тебя выбросят.
Они заставят тебя выполнять все – у тебя не будет прав отказаться.
Но он был не таким. Он не был. И за это, его и…
–… круто, да? – радостно вопрошает Джей, непонятно каким образом, успевший подойти к ней.
Убили только за это. За то, что он пытался изменить мир. Вернуть его к истокам, разрушив саму концепцию нынешних полей и корпораций.
Непростительно. Его…
– Джек…
– Что…?
Она застывает, понимая, что произнесла это вслух. Джейсон смотрит на нее с замешательством во взгляде. Ее просчет. Она так долго старалась не думать о нем, что стоило только мыслям зайти в то русло, как имя, само вырвалось из ее губ.
– Я Джей, вообще-то, – неуверенно поправляет парень.
– Я так и сказала, – быстро, пока не начал задавать вопросов, – уходим, мы уже задержались, а нам нужно оттачивать навыки.
– А? Д-да, пошли. Спасибо за помощь с глазом, мисс!
Кири что-то произносит им вслед, сверкая ехидной ухмылкой, но Джессика уже ничего не видит и не слышит, сбегая наверх. Мутная пелена перед глазами и быстро бьющееся сердце – последствие невыносимых воспоминаний.
О том дне, когда она решила стать частью корпорации.
О том дне, когда у нее отобрали все.
О том дне, когда…
– Джесс, погоди, я не успеваю за тобой!
Когда погиб Джек.
Глава корпорации «Офион».
О дне, когда ей пришлось заплатить за нарушенное обещание.
Глава 14 – Офион
Не становись наемником корпорации.
Последние слова, сказанные умирающим Шейном – это все, что от него осталось, не считая полуразрушенной хибарки около Центра и его великолепной катаны, с полностью черным лезвием.
Джессика лежала на прохудившейся кровати, онемевшими от холода пальцами, пробегалась по острому лезвию. Ничего не чувствуя.
Шейн умер девять дней назад. Или уже десять? Она потеряла счет времени. Глупая, глупая смерть. Как такое вообще произошло? Он столько раз выходил победителем из таких невероятных битв, что просто не укладывалось в голове, как он мог погибнуть так легко. Просто не заметив, как кто-то подобрался к нему со спины, обхватил сзади и вонзил острый клинок в живот. Кишки наружу. Его вспороли, как свинью.
Да, их было много. Но он справлялся раньше – побеждал! Убивал каждого, при этом умудряясь скакать по полю боя, как заведенный болванчик, уклоняясь от совершенно безумных атак.
Она пришла слишком поздно. Когда все уже кончилось. Да, он победил. Убил даже того парня, что вскрыл его. Но какой смысл? Рана на животе была слишком глубокой, чтобы это победа, была оправданной.
Это не назвать победой, когда ты умираешь.
Умираешь, истекая кровью, пытаясь удержать кишки внутри.
Умираешь, лежа на сырой от крови земле.
Умираешь, пока твоя приемная дочь, со слезами на глазах, отчаянно пытается тебя спасти.
Поздно. Ты опоздала, Джессика.
Если бы пришла на пять минут раньше – то успела бы. Но ведь ты считала, что нет такой опасности, с которой Шейн бы не справился. Потому и не торопилась. Он не мог проиграть. Только не в твоих глазах. Сильнейший наемник поля – не может умереть от рук какого-то дилетанта.
Но он умер. Извиваясь, хрипя от боли, с отчаянием вцепляясь пальцами в ворот твоей куртки. Ему не было страшно. Он не хотел умирать, но не боялся смерти.
Все, что его страшило…
Оставайся свободником. Не присоединяйся к корпорациям.
Он все повторял одну эту фразу, даже когда она говорила ему помолчать, поберечь силы. А толку? Это бы не спасло его.
Он все повторял, и повторял. Его голос слабел, а он продолжал зачитывать эту мантру.
Оставайся свободной.
Вот и все, что он ей завещал. Даже о Масамунэ, не было и речи.
Кровь капает на лезвие. Но она ничего не чувствует. Все тело, будто один большой кусок льда. А сердце – выжженная пустошь. Как поверхность.
Шейн умер по твоей вине. Ты убила его. Своей непоколебимой верой в него, своим восхищением. Он нуждался в твоей помощи. Ты же знала, насколько беспечным он может быть? Особенно, когда ужрется до икоты.
Но не-е-ет, он же сражался с Выравнивателем, Убивакой, Лилит и многими другими, сверхсильными наемниками – и побеждал. Кучка мелких сошек – не убила бы его.
Но убила. Какая ирония…
Джессика медленно встала с кровати. Кровь закапала на пол. Она так сильно разодрала клинком ладонь, что рана, никак не желала затягиваться. Но ее это совершенно не волновало.
Девять…нет, десять дней, с его смерти прошло. Она не могла позволить себе просто лежать и бездумно смотреть в потолок. Даже если ей некому мстить, даже если у нее нет дальнейшей цели…нужно жить дальше. Она свободный наемник, и ей жизненно необходимо взяться за работу.
К счастью, она знает, где ее найти.
***
Выследить и убить – проще простого. Даже если рядом с целью, постоянно находится охрана, ей ничего не стоит положить пару-тройку человек. Сказочно повезло, что никто не взялся за это задание раньше, и гильдия свободников, с радостью поручила это дело ей.
Может, как дань уважения Шейну. Все так смотрели на нее, когда она вступила на порог. И замолкли даже самые ожесточенные споры. Джессику встретила пугающая тишина и беглые взгляды.
Гончая явилась после смерти Волка.
Она медленно шла к стойке выдачи заданий, старалась ступать как можно тише, но каждый ее шаг, отдавался эхом в ушах. Ей не нужна была жалость. Но во взглядах свободников – ее было хоть отбавляй. Хорошо, что все они молчали, иначе, кто-то точно лишился бы головы.
Убить независимого ученого, что украл разработку у корпорации.
Как просто. Джессика саркастично фыркнула и поставила электронную подпись рядом с заданием.
Охраняем. Скрывается в бункере около заброшенных шахт.
Плевать, разберется.
За возврат украденного, полагается дополнительная плата.
Отлично.
Заказчик – корпорация «Офион». Подписано новым главой корпорации —
Тут она перестала читать. Ее не особо волновало то, какой там новый президент у заказчика. Что потрясло ее, так это то, что наниматель именно «Офион». «Офион»!
Губы Джессики, расплылись в ядовитой усмешке. Офионцы злятся на воровство, серьезно? У них же самих, слава наглых воров, что ни одной вещи не изобрели сами.
И жесточайших ублюдков.
Джесс мало что помнит из лекций Шейна о корпорациях, но в памяти, отчетливо осела фраза: «Офионцы кинут даже своих, если что-то пойдет не так. А уж если причина в какой-никакой экономической выгоде…у-у-у, прирежут только так. На виду у всех».
Но видимо дело серьезное, раз им понадобилась помощь свободника. Что ж, так тому и быть. Наемница приняла это задание и собиралась выполнить его идеально. Найти, убить, вернуть разработку.
Легкое дело.
Провалилось из-за одного человека.
***
Зажженная сигарета выпала изо рта и свалилась в мусорную яму. Джессика проводила ее безразличным взглядом.
Холодно. Она просидела в засаде уже больше десяти часов, а цель, так и не вылезла из бункера. Прячется, крыса.
Наемница подкинула в руке пистолет, что-то сосало под ложечкой, мешая ей сосредоточиться на задании. Тоска по Шейну? Нет, она зарыла всю скорбь за те десять дней, что пролежала дома. Что тогда? Что это за необъяснимое чувство тревоги? Оглядевшись по сторонам, она еще раз убедилась в том, что вокруг никого. Странно. Вся охрана в бункере?
Масамунэ за спиной будто тоже дрожал от гнетущего волнения, она чувствовала это на подсознательном уровне. У мечей есть душа. У Мурамасы – это потребность к защите.
