Страница 9 из 13
Берут под белы рученьки.
– Давай уже, делай последний вздох и пошли.
Никак связь с телом не теряется.
– Верните меня, верните меня!
– Пошли уже, пошли, разбор полетов делать будем. Ты просто не исправим!
Вышли, наконец, из тела! Тело отдаляется. Идем. Голова кружится.
– Мы так долго тебя ждали. И всё смотрели, долго ты будешь еще играть.
Двенадцать членов кармического совета напротив, идет следующий диалог с тобой:
– Ну, давай, нам сейчас расскажи, за что ты так ненавидишь этих людей.
– А назовите хоть оду причину, за которую я должен их любить? Это же просто людишки! Это же просто «мясо», «чернь».
– Гордыня твоя просто неизмерима никакими человеческими мерками. Посмотри, посмотри, может так тебе сверху будет лучше видно. Что ты сделал? Что ты сделал для своего народа? Ничего! Сколько ты жил, не закралось ни единой мысли чтобы сделать для них что – то… Сплошная ненависть… Пытки. Издевательства. Люди страдают! Но тебе этого мало. Мы даже не можем понять толком, чего ты хочешь?! Такое ощущение, что ты просто наслаждаешься происходящим «злом»!
– Вы правы, мне это нравилось.
Узурпатор, одним словом. Запрашиваю урок на воплощение.
Мне необходима полная картина происходящего, чтобы максимально точно его озвучить.
Итак…
– Ты сын царя. Отец очень властный. Издевается над матерью (женой). Издевается над мальчиком, пытается вырастить из него достойного последователя. Цитирую:
– Ах ты, сопляк! Никакой сопляк не достоин быть царем. Ты не должен быть сопляком, если хочешь быть полноправным правителем!
– Я ненавижу тебя, я ненавижу тебя! – плачет малыш.
Глубинная детская травма. Есть.
– Когда я встану на ноги, стану мужчиной – ты за всё это жестко поплатишься! И твой народ будет смотреть, как ты умираешь! И твой народ скажет мне «спасибо» за смерть узурпатора!
– Посмотрим еще, сын, каким будешь ты! (отец)
Отца он, конечно, убивает. Очень страшным способом. Отца привязывают к деревянному кресту и возят перед всем народом туда, сюда, обратно.
Двойная карма – сначала он обрекает на смерть отца, а потом уже возят его самого перед народом.
Отца долго били специально обученные люди, вижу раны, кровь сочится. Специально не сняли корону, так к кресту и привязали.
– Посмотрите на этого царя! Я даю власть каждому плюнуть ему в лицо за все ваши страдания!
Но видя всё это, люди испытывают жалость к прежнему представителю власти. Даже искренне сочувствуют, не понимая, зачем уж такая жестокость. Ученик превзошел своего учителя. И в это момент, это просто удивительно – он хотел увидеть на лицах людей уважение, он хотел увидеть уважение и любовь к себе.
– Я даю вам власть сейчас поквитаться с мучителем.
Но увидел другое – жалость. Люди не желали возмездия. И он возненавидел их за эту жалость. Они не воздали ему должного уважения за предоставленный шанс мщения. Он не получил удовлетворения от собственного поступка. Непомерная гордыня. И непомерная детская боль. Как так? Он хотел максимально сделать больно отцу. Я вижу, что распятый на кресте человек, которого провозят средь толпы, мысленно благодарит каждого, кто не тронул его, будто соединяясь с каждой душой в своей благодарности. Распятый страдалец был по-настоящему благодарен, что его не растерзали. За сочувствие. А обиженный мальчик кипел внутри от боли и злости. Как так? Он хотел его максимально во всех смыслах распять, но этого не произошло. Слезы, гнев, ненависть. Он разворачивается, уходит, махнув плащом. Удаляется вглубь дворца. И где – то там, падая на колени, по-детски плачет навзрыд.
Внутренняя боль требует отмщения, требует сатисфакции, он больше почувствовал собственную слабость во всем этом, нежели какую – то свою силу.
– Ты слабак! – звучат в голове слова отца.
И он чувствует себя абсолютно обессиленным, уязвленным при всей своей власти и могуществе. Чувствует СЕБЯ ГОЛЫМ и униженным. Он не смог до конца сломить волю сурового родителя.
– Я покажу, какой я «слабак»!
Видимо в этот момент он окончательно встал на темную сторону. Душа наливается чернотой. И сердце полностью закрывается, блокируется даже телесная боль.
Он сделал себя каменным. Стал мстить людям направо и налево, жестко и хладнокровно.
Косил… Как машина, просто отдавал приказы. Ничто не трогало его. В его окружении даже нет ни одной живой души. Колонны, залы и он, один среди всего великолепия. Всё в золоте.
Умер молодым. Он ничего не успел сделать. Умер в 24 года.
Опустошенный и нищий среди несметных богатств.
– Даже шикарное наследие отца не приносит никакого удовольствия. Я думал, когда я приступлю к власти – я буду счастлив.
Далее. Заговор. Местная знать, видя все эти репрессии, принимает решение убрать его, пока все не зашло слишком далеко. Вижу момент казни. «Будет предан мукам за все свои прегрешения».
Привязанный толстой бечевкой за шею к колеснице, он обречен испытать еще большие муки, чем отец. Его медленно провозят средь рядов людей, чтобы теперь его могли ударить, оплевать все, кто имел на то желание.
Его перекрывает гнев, ненависть. Солнце на небе становится черным.
– Я даже не буду воспринимать то, что вы хотите сделать мне больно.
Больше ничего не слышит. Только видит черное солнце. Колесница тащит его по песку и камням, кожа сходит с тела, нет чувствительности…. Всё равно…
И каждый человек в этой очереди – на этот раз пинает, харкает в лицо.
Всё равно…
Только солнце наливающееся чернотой….19 энергия переходит в минус.
Мы посмотрели, благодарим за просмотр. Снова идем в божественный дом на разбор полетов.
Сидит этот молодой мужчина. В нем просыпается обиженный мальчик. Серьезная детская травма поднимается на свет.
Неспособность переварить. Человек не смог принять той участи, которую ему приготовило высшее Я и воплотил земной отец. Это тоже один из основных уроков. Переключился на ненависть, стал хуже.
– Если бы отец хоть каплю любил меня, все было бы по-другому.
Мать вообще не вижу. Был один эпизод. И потом детская память стирается. Насилие рождает насилие.
– До 4 класса я детства своего вообще не помню (клиентка).
– Серьезно? Блокировка до 4 класса?
Видимо ЭГО заблокировало большой объем информации, чтобы избежать страдания психики.
Приступаем к исцелению.
Поднимается чувство вины.
Вижу, что тонкий план включил в точку сборки в текущем воплощении весь комплекс вины. Постоянно плачет.
– Разве я такая плохая?
Поднимаем импринт вверх, на трансформацию в более высокие сферы.
– Чувствую запах мертвого тела (клиентка).
– Мертвечина. Я еще утром почуяла запах смерти и тошноту.
Проводим процедуру прощения душ на вселенском уровне, чтобы получить прощение за содеянное.
В том числе прощения себя, чтобы полностью освободить клиентку от чувства вины. На что начинает реагировать сердце. Очень больно в груди.
– Будешь сейчас еще больше плакать, трансформация идет через вину, боль, через слезы, через смерть.
– Я итак всю жизнь плачу…
Работаем снова на 7 уровне плотности, всё вокруг белое. Я вижу совмещенные аватары клиентки и предыдущей ее версии, молодого правителя – два в одном.
Да… Есть отсылки к древнему Египту, на парне характерный для египетской культуры головной убор. Чистка идет через винтовые разнонаправленные потоки, вверх и в низ. Очень негативные чувства у парня, серьезная травма, глубокая обида на отца и народ, он даже не раскаивается и не хочет собственного исцеления. Он хочет только сатисфакции. Исцеляем чувства мальчишки. Ангелы поют вокруг нас, помогая растворению боли.
– Всю жизнь плачешь, говоришь?
– Да. Слезы сами бегут, не знаю почему. Ну, видимо жалко себя. У меня сын тоже долго плакал до какого – то класса.
Развертка процесса:
Стоим на огромной платформе в космосе. Стоит он, вокруг стоят души, как на циферблате. Осуждают. Открываем портал для поднятия душ в свет творца, потому что много насильственных смертей, много душ застряло в земных планах.
– Они когда – ни будь, простят меня? Я так виноват, я так виноват…
– Простят, конечно, всё – опыт, помнишь?
– Как я мог быть таким слепцом?!..
Дошло. Уже хорошо.
Ну не плачь теперь, все почти уже позади. Он опускается на колени, и снова навзрыд… Посидим, поплачем, зайка, надо достать и отпустить весь негатив.
– Повторяй: я принимаю всю свою боль, обиду и гнев как часть моей целостности, как часть моей души, как необходимый урок. Глубокий вдох – выдох.
Вижу отца – пришел и встал напротив. Одежды золотые, очень напоминает Египет, это Земля? Нет. Воплощение не земное, но очень похоже на нашу египетскую историю. Головной убор, платье.
– Я всё время хочу поехать в Египет.
– Тянет, да? Съезди, конечно, если будет возможность. Возможно это определенная параллельность. Не могу точно сказать.
Отец говорит:
– Я хочу попросить у тебя прощения. Только сейчас я понял, как сделал больно. Нет, обнимать я тебя не буду, – слова отца сыну.
Все равно жесткий, но хоть понял свою ответственность.
– Почему же ты сейчас даже не хочешь меня обнять?
– Я не знаю, – говорит отец.
Провожу процесс прощения и исцеления душ между ними двоими. Выравниваем энергообмен.
– Правильно, что ты пришла сегодня 21.08. Кармический узел. Через их сердечные чакры пролегает золотая энергетическая нить, складывающаяся в знак бесконечности – в восьмерку. Через сердце отца петля и через сердце парня петля.
Связаны навеки.
– Ты знаешь, мне пошла картинка, как восьмерка выпрямилась в круг, ушла вверх, они обнялись, кажется (клиентка).
– Верно, она раскрутилась и объединила вас в один обруч. Все так. Отец говорит – «спасибо тебе сын, настало время уйти».
Перед стариком развернулась светящаяся дорога.
– Я всегда любил тебя, просто не мог тебе этого показать. Я боялся, что ты будешь слабее. Власть – есть сила.
Не понял смысла жизни.
– Власть – есть любовь! Власть – есть любовь! – кричит ему в след мальчик.
– Желаю тебе отец всего хорошего. А я понял…
Ура! Здесь урок прошел.
Возвращаемся в рабочее пространство. Вижу два аватара – клиентка и юный правитель.
– Спасибо тебе, я благодарен, – проговорил он и его изображение поднялось вверх, постепенно растворяясь в высших сферах.
И тут же поднялся следующий негативный аспект – деление на черное и белое, на хороших и плохих, красивых и ужасных. Осуждение других.
До сессии клиентка рассказала, что все ухажеры на ее пути почему – то имеют очень некрасивые улыбки, порой откровенные проблемы с зубами, что ей кажется крайне отталкивающим свойством. Пока рот не раскрыл – вроде ничего, как улыбнется – хоть беги.
