Страница 6 из 8
– В этом нет ничего сложного. Ты положишь, что первая закорючка в письме – это буква «А» и попытаешься найти такие же закорючки. Я предположу, что первая закорючка – это буква «Б». А ты, Атыш, положишь, что первая буква – это буква «В». Втроём мы быстро расшифруем эту тайнопись!
Друзья склонились над своими клочками бумаги и с воодушевлением принялись за дело. Атыш взял первую закорючку за букву «В» и переписал письмо к себе на листок. Это было довольно легко, но дальше дело застопорилось, потому что дальше Атыш не знал, что делать. Только с одной буквой, да и то только якобы известной, в тайнописи не получалось прочитать ничего удобоваримого.
Атыш поднял взгляд на товарищей. Арамыш сидел в глубокой задумчивости, а Портыш с пыхтением что-то писал на своём клочке. Вдруг Портыш оторвал перо от бумаги и спросил:
– А какую букву взять за вторую закорючку?
Арамыш посмотрел на писанину Портыша.
– Буква «А» уже не подойдёт, потому что вторая закорючка уже другая, – рассудил Арамыш. – Попробуй взять букву «Б».
Портыш снова взялся за перо. Атыш решил поступить также и тоже взял за вторую закорючку букву «Б».
– А можно я за вторую закорючку возьму букву «Р»? – сказал Портыш.
– А чем тебя не устраивает буква «Б»? – поинтересовался Арамыш.
– Я хочу, чтобы у меня получилось слово «арбуз».
– Какой здесь может быть «арбуз»?! – возмутился Арамыш. – Это же тайное письмо!
– А если письмо начинается на «аб», то что это за слово? Какое-нибудь «абырвалг»?
– Что ещё за слово такое «абырвалг»?
– Не знаю, – хохотнул Портыш. – Это я сам только что придумал.
Арамыш снова посмотрел листок Портыша, а потом взглянул на листок Атыша.
– А у тебя какое слово получается?
– Не знаю, – ответил Атыш, – но слово должно начинаться на «вб».
Арамыш задумчиво почесал в затылке, потому что «вб» выглядело ещё хуже, чем «аб».
– В самом деле, – произнёс он, – белиберда какая-то получается…
Арамыш потёр лоб и задумался. Атыш и Портыш смотрели на него и терпеливо ждали.
– Мы неправильно ищем! – сказал наконец Арамыш.
Портыш хохотнул, но друзья уже привыкли к его постоянному смеху и поэтому не обратили на него никакого внимания.
– Ведь ясно, что письмо не может начинаться со слова «арбуз», – продолжал Арамыш. – Письмо обычно начинается «Дорогой некто» или «Здравствуйте». Ну или хотя бы «Привет».
И друзья снова приступили к делу. Арамыш начал искать слово «дорогой», Портыш – «здравствуйте», а Атышу достался «привет».
Глава шестая, в которой с Атыша в совершенно безветренную погоду слетела шляпа
Друзья корпели ещё около часа, пытаясь расшифровать злополучную тайнопись, но так ничего и не добились. Тайное письмо не хотело начинаться ни с одного из трёх слов.
Дольше всех держался Арамыш.
– С какого же слова может начинаться это письмо? – вполголоса бормотал и без остановки что-то писал и писал.
Но наконец сдался и он.
– Всё! – сказал он и бросил перо на стол. – Похоже, это не так легко, как я предполагал. Я признаю свою ошибку.
– Письмо не стали бы писать тайнописью, если бы его так легко было расшифровать, – хохотнул Портыш.
– Что теперь делать с этим пакетом? – спросил Атыш.
– Надо отдать его капитану Тревышу и всё ему рассказать.
– Думаешь, капитан станет нас слушать?
– Станет, если мы покажем ему письмо и главное – карту с короной.
Арамыш и Портыш посмотрели на Атыша, поскольку окончательное решение мог принять только он. Ведь если всё рассказать капитану, то Атыша могут и вычеркнуть из списка мышкетёров. Конечно, Атыш страшился открыться Тревышу, но в то же время он не хотел смалодушничать.
– Можно просто сжечь это письмо, – предложил Портыш.
Арамыш собрал клочки бумаги, исписанные друзьями, и ещё раз осмотрел их.
– А вдруг этот одноглазый затевает какой-нибудь заговор против короля? – заметил он.
И Атыш решился. Лучше признаться и пострадать самому, но зато остановить чьё-то злодеяние. Конечно, возможно, что одноглазый вовсе не заговорщик, но что-то нехорошее он явно задумал.
Арамыш аккуратно сложил письмо и карту обратно в пакет и отдал его Атышу. Тот осторожно убрал пакет за пазуху и нацепил повязку на глаз. Друзья вышли из комнаты и спустились вниз. Уже наступил вечер, и харчевня на первом этаже вовсю благоухала ароматами вкусного ужина.
Портыш отдал хозяину таверны чернильницу с тремя перьями и шумно втянул носом воздух.
– Не мешало бы подкрепиться, – обронил он, обращаясь к друзьям.
Атыш бросил на товарища красноречивый взгляд. После целой горы съеденных на обед пирожных ужинать совсем не хотелось. Наверное, у Арамыша был такой же взгляд, потому что Портыш не стал настаивать на своём и замолчал. Друзья вышли из таверны и направились к Дому Мышкетёров.
К вечеру мышиного народу на улицах поубавилось, и торговцы потихоньку закрывали свои лавки. Мьюноши быстро шли по переулку, как сбоку выскочила какая-то мышь-старушка. Она схватила за руку Атыша и начала тянуть его в узкий боковой проулок.
– Караул! Грабят! – запричитала она. – Храбрые мьюноши, помогите бедной бабушке!
Лицо старушки было всё замотано платком так, что виднелись одни глаза, а хватка её была на удивление такой крепкой, что Атыш даже растерялся.
– Конечно, поможем! – заявил Портыш.
Старушка с удивительным проворством потащила Атыша в проулок. Арамыш и Портыш побежали следом. Узкий проулок некоторое время петлял между домами и привёл к небольшому пятачку. У Атыша возникло какое-то нехорошее предчувствие. Вокруг одни глухие стены, ни дверей, ни окон… Только возле одной из стен виднелись три тени.
– Вот этот проклятый разбойник! – воскликнула старушка.
Она показала на одну из теней и благоразумно отошла за спины мьюношей. Тени отделились от стен и превратились в трёх вооружённых мышей в черных масках и чёрных плащах.
– И который из них разбойник? – спросил Атыш и повернулся к старушке.
Но старушка уже скинула платок с головы, выпрямилась и превратилась в ещё одного вооружённого разбойника в маске.
– Это засада! – пробормотал Атыш.
– Надо отходить назад, – шёпотом сказал Арамыш.
Разбойники подошли поближе, и оказалось, что у одного из них вместо маски повязка на одном глазу. Атыш сразу узнал того самого одноглазого мышье, с которым столкнулся в свой первый день в столице.
Разбойники обнажили шпаги. Друзья тоже вытащили свои клинки и встали полукругом спиной к одной из стен. Одноглазый вышел немного вперёд.
– Нам нужен пакет, – прошипел он.
Наверняка он был самым главным среди устроивших засаду. Вместо ответа Портыш первым кинулся в атаку, и завязался бой. Друзья дрались отчаянно, но их было всего трое против четверых. Кому-то из мьюношей приходилось время от времени иметь дело сразу с двумя соперниками.
Друзья пытались отойти обратно в узкий проулок, где можно было драться только один на один и численное превосходство сходило на нет. Однако разбойники тоже знали это и упорно оттесняли друзей от проулка.
Одноглазый главарь орудовал шпагой особенно рьяно и пытался биться только с Атышем. Вдруг одноглазый сделал резкий наскок и острием шпаги сорвал шляпу с головы Атыша.
– Пакет! – прошипел он.
Но Атыш даже не взглянул на упавшую шляпу и усилил нажим на противника. Он выскочил вперёд и острием шпаги тоже сорвал шляпу с обидчика. Портыш, увидав это, издал торжествующий клич.
Эта проделка досталась Атышу слишком дорогой ценой. Он чересчур вышел вперёд и отделился от своих друзей. Разбойники тут же оттеснили его в сторону, и Атыш оказался один на один с одноглазым главарём. Одноглазый очень хорошо владел шпагой, но Атыш не собирался сдаваться и продолжал отчаянно сражаться.
Неожиданно Атыш обо что-то споткнулся и, выронив шпагу, плюхнулся на землю. Одноглазый разбойник тут же подскочил и упёр клинок прямо ему в грудь. Атыш приготовился к смерти и твёрдо посмотрел прямо в глаза противнику.
Однако одноглазый не торопился и что-то высматривал на дублете мьюноши. Он ухмыльнулся и что-то поддел острием шпаги за пазухой Атыша. Мьюноша не успел опомниться, как одноглазый одним ловким движением выхватил спрятанный пакет.
– Дело сделано, – сказал он. – Уходим!
Разбойники тут же отступили и юркнули в какой-то неприметный проход в стене так быстро, что Атыш не успел даже глазом моргнуть. В проулке остались только трое друзей, запыхавшихся после боя.
Арамыш помог подняться Атышу, пока Портыш со шпагой наголо стоял настороже. Но всё было спокойно. Разбойники получили то, что хотели, и скрылись.
– Если бы я только не упал! – в сердцах воскликнул Атыш.
Он подобрал шпагу и шляпу и осмотрелся, выискивая, обо что же он мог споткнуться во время драки. Но земля на месте боя была ровная и вытоптанная.
– Ты упал, потому что один из разбойников поставил тебе подножку, – сказал Арамыш.
– Тысяча лягушек! – Портыш рубанул шпагой воздух. – Было бы нас тоже четверо, им бы никогда нас не одолеть!
Атыш не был так уверен в этом, но вчетвером они наверняка продержались бы дольше и, возможно, сумели бы протиснуться в проулок.
– Эти четверо слишком хорошо фехтовали для простых разбойников, – сказал Атыш.
– То, что они забрали у нас только пакет, доказывает, что это не совсем обычные разбойники, – заметил Арамыш.
Атыш поправил перо, отряхнул шляпу и водрузил её на голову.
– Это был тот самый одноглазый, который убегал от Тревыша? – спросил Портыш.
Атыш кивнул.
– Неприятный тип, – заметил Портыш. – Сразу видно – самый настоящий разбойник.
Друзья убрали шпаги в ножны и зашагали обратно по проулку. Они вышли в переулок, где встретили переодетого разбойника, и встали в нерешительности. Все трое пребывали в плохом расположении духа после произошедшего.
– Пойдём к Дому Мышкетёров? – спросил Портыш.
Арамыш помотал головой.
– Боюсь, без тайного письма и карты капитан Тревыш нам не поверит, – сказал он. – Единственное, чего мы можем сейчас добиться, – это то, что Атышу не разрешат стать мышкетёром.
– Этого никак нельзя допустить! – заявил Портыш с необычайной для себя серьёзностью.
Он подошёл к Атышу и Арамышу и обнял их за плечи.
– Я считаю, что мы не зря встретились друг с другом, – продолжал здоровяк. – Мы обязательно все трое отобедаем в «Сосновой шишке» и поймаем этого одноглазого разбойника. Сначала мы зададим ему хорошую трёпку, а потом приведём его к капитану Тревышу.
После таких слов Атыш немного воспрянул духом и снял повязку с глаза. Даже не верилось, что они все трое случайно встретились и сразу стали друзьями. Про такое Атыш читал только в книжках. И всё это произошло только благодаря какому-то одноглазому разбойнику!
– Но найти одноглазого будет не так-то легко, – сказал Атыш.
– Найдём! – сказал Арамыш. – Я расшифрую тайнопись, и это поможет нам отыскать этого разбойника.
– А как ты расшифруешь, если письмо забрали разбойники? – удивился Атыш.
– У меня осталась копия письма, которую я сделал, когда пытался расшифровать тайнопись в таверне. Жаль, не догадался ещё и карту перерисовать.
Друзья пожали друг другу руки и попрощались. Арамыш отправился к себе, а Атыш и Портыш – в таверну «Долблёная тыква».
Когда друзья проходили харчевню на первом этаже, Портыш снова с шумом вдохнул запахи, идущие из кухни.
– Вот теперь не мешало бы подкрепиться, – сказал Портыш.
Атышу не хотелось есть, но он решил не расстраивать друга, который столько раз его поддерживал только за эти два дня. Друзья заняли один из свободных столиков, и Портыш основательно поужинал. Глядя на отменный аппетит своего друга, Атыш не удержался и тоже немного перекусил.
Затем друзья поднялись в свою комнату и начали укладываться спать. Они хотели завтра подняться пораньше, чтобы отправиться к Дому Мышкетёров на очередное испытание. Однако Атыш вспомнил, что у них сломана защёлка на окне.
Конечно, у них не было ещё одного таинственного письма, чтобы опасаться очередного визита разбойников, но было неудобно перед добродушным хозяином таверны за сломанное окно. Молотка у них не было, но сообразительные мьюноши не растерялись и прибили защёлку обратно каблуком сапога Портыша.
Глава седьмая, в которой Атыш, сколько не старался, ничего не смог придумать
Хотя друзья и легли пораньше, но утром Атыш опять еле добудился Портыша. Пока Атыш снова не плеснул ему в лицо водичкой, тот так и не проснулся. Друзья оделись, припрятали свои кошельки, как и вчера, под потолочную балку, и отправились к Дому Мышкетёров.
