– И вы не против?..
– Нет. Зачем я буду заставлять ее делать то, что ей не нравится?
Парень покачал головой.
В этот самый момент хлопнула входная дверь и звонкий мелодичный голосок громко возвестил:
– Мармулёк! Я дома!
Дэн от неожиданности едва не выронил надкушенный блин.
– Иди в кухню! – со смехом крикнула я в ответ. – У нас гость.
– Ты не представляешь, какой там снегопад, – гремя вешалками, продолжила кричать Лана, – меня едва не завалило снегом! Но я преодолела все сугробы и принесла нам много разной еды. Ну, разве я не молодец?
Она ввалилась в кухню, румяная от мороза и растрепанная из-за своей широкой мохнатой шапки. Невысокая, светловолосая, с большими карими глазами. Как я.
В руках у нее был пакет с продуктами.
– Вот, значит, как, – строго протянула дочь, окинув внимательным взглядом меня, Дэна и блюдо с блинчиками. – Я там по бездорожью прыгаю, а они тут блины лопают!
– Именно так, – усмехнулась я, забирая у нее покупки. – Если бы ты еще немного задержалась, мы бы и вовсе съели все вкусняшки. Правда, Дэн?
Парень не ответил. Обернувшись, я увидела выражение необыкновенного восторга на его лице и счастливые глаза, которыми он смотрел на мою дочь.
О-о… Тут, похоже, все серьезнее, чем я думала.
– Бессовестные, – шутливо покачала головой Лана, цапая с тарелки угощение. – Едва не оставили меня голодной. А ты, Дэннер, надо полагать, шел мимо и решил заскочить в гости?
– Точно, – улыбнулся парень. – Привет, Лана.
– Привет, привет.
Она чмокнула его в щеку, подхватила тарелку с оставшимися блинами и объявив, что теперь ее очередь лакомиться выпечкой, уволокла и блюдо, и гостя в свою комнату.
Они просидели вдвоем до самого вечера. Занимаясь домашними делами, я то и дело прислушивалась к звукам, доносившимся из дочкиной спальни, однако ничего особенного или подозрительного не услышала – оттуда раздавались только громкий смех и звонкий Ланкин голос.
Несколько раз Элана прибегала на кухню за свежекупленным печеньем, а ближе к шести часам я уже сама постучала в ее дверь, дабы напомнить, что пришла пора ужинать.
Дэн ушел в начале восьмого. Долго и мило прощался с нами в прихожей, словно изо всех сил оттягивая момент возвращения домой.
– Где ты откопала это чудо? – поинтересовалась я у дочери, когда за ее приятелем все-таки закрылась дверь.
– В парке, – ответила Элана. – Помнишь, в прошлом месяце была оттепель, и я поехала кататься на велосипеде? Вот. Он шел по аллее, а я ехала мимо и случайно окатила его водой из лужи. Так и познакомились.
– Да уж, – хмыкнула я. – Романтика.
– Он классный, – уверенно сказала дочь. – Забавный, веселый, добрый, как котенок. Умный очень. Ты, кстати, ему понравилась.
– В самом деле?
– Ага. Дэн сказал, что ты – замечательная. И что он тоже хотел бы иметь такую маму.
– У него нет мамы?
– Нет. Она умерла, когда ему было два года. Он ее даже не помнит.
Печально.
– А отец имеется?
– Имеется, – фыркнула Лана. – Но только номинально. У них очень своеобразная семья.
– Ты с ним знакома?
– Нет. Такой чести меня пока не удостоили.
Я внимательно посмотрела на дочь.
– Что у вас за отношения, Лана?
Она пожала плечами.
– Общаемся. Обсуждаем музыку и книги. Вместе гуляем. Он подвозит меня из универа домой. Только и всего.
– Дэн в тебя влюблен.
– Думаешь? – усмехнулась она.
– Уверена.
Лана немного помолчала.
– Мне с ним очень хорошо, мам. Он лучше всех моих знакомых парней. Но дальше дружбы заходить не хочется. Страшно.
Еще бы. Когда перед глазами такой яркий пример неудачных отношений, как у ее матери, сто раз подумаешь – а оно вообще надо?
– Пусть идет как идет, – кивнула я. – А там будет видно.
***
Ланка оказалась права – снегом действительно завалило весь город. Из окна белые улицы смотрелись красиво, однако стоило утром выйти за порог и сделать попытку добраться до работы, как сразу стал понятен весь масштаб этого стихийного бедствия.
Хотя мое ателье расположено рядом с домом, прихожу я туда за несколько часов до открытия. Делаю влажную уборку, дошиваю незаконченные изделия, обдумываю и рисую эскизы новых моделей одежды, которые можно будет предложить потенциальным клиентам. Сегодня большую часть времени пришлось потратить на то, чтобы очистить от снега крыльцо и прилегающую к нему дорожку, дабы эти самые клиенты могли свободно до меня добраться.
Пока убирала, несколько раз поднимала глаза, чтобы полюбоваться на новенькую вывеску, которую недавно повесили над входом в мою мастерскую. Теперь вместо старой полустёршейся таблички над крыльцом красовалось коралловое магически скрепленное полотно с надписью «Милагро». Видно его издалека, поэтому есть надежда, что ко мне на огонек будут заходить не только постоянные посетители, но и новые, незнакомые люди.
На самом деле, индивидуальный пошив одежды пользуется в нашей стране не меньшей популярностью, чем магазины готового платья. А в чем-то даже большей. Благодаря магически усиленным швейным машинам современным портнихам нужно совсем немного времени, чтобы выполнить заказ на любую, даже самую сложную деталь гардероба. Поэтому многие горожане предпочитают шить себе одежду у частного мастера, ведь это гораздо быстрее и дешевле, чем влетающие в копеечку походы по бутикам. Так что ателье у нас полно, и между ними идет неслабая конкуренция. Каждый заманивает клиентов, чем может: кто-то скидками, кто-то широким ассортиментом тканей, кто-то дополнительными услугами вроде эксклюзивных подвесок и аксессуаров.
С одной стороны, «Милагро» мало отличается от прочих мастерских: такая же техника, примерочная, ткани, фурнитура – рядовая мастерская, в которой шьют и ремонтируют одежду люди среднего достатка. С другой, есть в сшитых мною платьях, брюках и кофточках помимо качества и хорошего кроя один секрет, которого нет ни у кого. Мои вещи приносят людям счастье. Причем, в самом прямом смысле.
Дверной колокольчик возвестил о том, что порог «Милагро» переступил первый клиент, через десять минут после того, как я повесила на дверь табличку «Открыто». И очень вовремя: я как раз прострочила последний шов на новых брюках господина Лиззе – одного из моих постоянных клиентов.
Выглянув из-за ширмы, отделявшей рабочую зону от маленького холла со стойкой и креслами для посетителей, я увидела худенькую незнакомую девушку в стареньком пальто и тонком берете, нерешительно остановившуюся на пороге.
– Доброе утро, – улыбнулась я, выходя ей навстречу. – Прошу, проходите. Чем могу вам помочь?
– Здравствуйте, – скромно улыбнулась она в ответ. – Мне нужна юбка. Классического кроя. Срочно нужна. Очень-очень.
– Минимальное время пошива одежды вместе с примеркой – три часа, – заметила я. – Если, разумеется, нет другой срочной работы. Но вам повезло – сейчас горящих заказов у меня не имеется.
Девушка просияла и шустро последовала за мной на рабочую половину – снимать мерки.
– Юбка должна быть самая простая, – говорила она, пока я измеряла ее тоненькую талию. – Прямая, длиной чуть ниже колена. И обязательно черная. У вас ведь есть черная ткань?
– Конечно. Декоративные элементы использовать будем? Вышивку, отделку…
– Нет-нет! Сшейте мне самую обычную черную юбку. И, пожалуйста, побыстрее.
– Но ведь обычная – это скучно, – удивилась я. – Я уже поняла, что вам нужен офисный вариант одежды, но ведь даже самый строгий дресс код не запрещает иметь на юбочке интересную вытачку или красивый поясок. Если вопрос в цене, можете не волноваться, дополнительные красивости у меня стоят совсем не дорого.
Девушка вздохнула.
– Да не в цене тут дело. Хотя, и в ней, конечно, тоже. Денег у меня не так уж много. Просто после обеда я иду на собеседование в одну серьезную организации.
– Вы хотите устроиться на работу?
– Да, очень хочу. Даже не так – мне необходима эта работа. Я подхожу по всем параметрам: у меня и образование соответствующее есть, и некоторый опыт имеется, и возраст оптимальный, и желание трудиться тоже.
– Но нет черной классической юбки.
– Да! Мне сказали, что тамошняя начальница – очень строгая придирчивая дама. Она обращает внимание на все, а особенно на внешний вид сотрудников. И на собеседование к ней нужно идти обязательно в деловом костюме. Блузка у меня есть, жакет одолжила соседка, а вот юбка – увы…
– Ее можно было купить в магазине.
– Может быть, и можно. Но я такая невезучая! С самого утра обежала половину города, но не нашла ничего подходящего. Только представьте: то цвет не тот, то нет нужного размера, то стоимость такая, что становится нехорошо. Единственный выход – шить.
– Вы так уверены, что благодаря черной юбке вас возьмут на работу?
– Я ни в чем не уверена, – снова вздохнула клиентка. – Когда я войду в кабинет к этой строгой начальнице, у меня наверняка отнимется язык, подвернется нога или случится еще что-нибудь такое, из-за чего надо мной сначала посмеются, а потом прогонят прочь. И никакая юбка не поможет.
Это точно.
Слушая ее взволнованный рассказ, я внимательно рассматривала посетительницу магическим зрением. При этом меня не покидало чувство дежавю. Примерно такое же полотно я наблюдала вчера у Дэна Крега, только в менее запущенном варианте. Здесь же нет ни одной искры магических сил, клубок комплексов больше, способностей чуть меньше, зато моральные качества на высоте. Словом, девочка – умничка и разумничка, но жутко неуверенная в себе.
Впрочем, это не беда.
– Знаете… Как вас зовут?
– Анита.
– Анита, мне кажется, это неправильно – идти на собеседование, заранее настроившись на провал. Поэтому, чтобы поддержать ваш боевой дух, я сошью вам особенную юбочку. Она будет приносить удачу.
– Удачу? – удивленно переспросила девушка. – Вы, что же, магичка?
– Ну… В некотором роде, – улыбнулась я. – По крайней мере, мои клиенты считают именно так. Говорят, вещи, которые я шью, волшебные – им буквально нет сноса.
Анита хихикнула.
– И сколько я буду вам должна за колдовство?
– Нисколько. Удача идет в подарок.
Ткань для будущей детали делового костюма мы выбрали быстро, и пока я кроила юбку, клиентка скромно сидела в кресле для посетителей, ожидая первой примерки.
Спустя час, подгоняя миди по ее фигуре, я одновременно копировала поврежденные энерголинии девушки, те самые, из-за которых она чувствует себя неудачницей и которые совершенно определенно портят ей жизни.
Честно говоря, в чем-то Анита права – я действительно волшебница, но волшебство мое особенное, отличное от того, к которому мы все привыкли. Я не могу передвигать взглядом предметы, вызывать ветер или создавать порталы. Зато отчетливо вижу энергетические нити, которыми оплетен каждый человек, те, что отражают черты его характера, моральные качества, стремления и предрасположенности.
Для меня все они складываются в единое полотно, на котором, как на картине можно увидеть всю подноготную человека, кроме, разве что, его отдельных чувств и эмоций.
Зачастую это самое полотно бывает испорчено узелками, комочками, а то и целыми дырами комплексов, предрассудков и прочей внутренней гадости, мешающей людям радоваться жизни.
Суть моего необычного дара состоит в том, что я могу убрать эти узелки и заменить прогнившие нити новыми. Правда, процесс этот достаточно медленный и весьма энергозатратный. А еще, что греха таить, лично для меня совсем нежелательный, ибо может привлечь внимание тех, кого я не хочу ни видеть, ни знать. Однако желание латать испорченные полотна, по всей видимости, течет по моему организму вместе с кровью, и вытравить его оттуда никак нельзя. Поэтому я шью волшебную одежду – вплетаю в ее ткань, швы или декоративные элементы правильные, здоровые нити, которые способны если не излечить, то хотя бы улучшить состояние поврежденной энергетической ткани.
Правда, эту эксклюзивную услугу «Милагро» я не афиширую, да и доступна она только для тех, кому действительно нужна.
Взять хотя бы Аниту. Прекрасная девушка – умная, старательная, добросовестная. Но слишком скромная, склонная к рефлексии и, как следствие, создающая сама себе проблемы. Возможно, ее очень строго воспитывали родители, обижали сверстники, или было в ее жизни что-то еще, из-за чего на энергополотне образовались узелки комплексов. В принципе, ничего особенного в этом нет, куча людей страдает точно таким же «недугом». Но если я могу помочь человеку, почему бы это не сделать?
Собирая воедино строгую офисную юбку, я добавила в ткань несколько свежих нитей моральной устойчивости. Теперь каждый раз, когда Анита будет в нее наряжаться, мысли ее будут ясными, речь – внятной и стройной, а душа – спокойной. Все остальное девушка сделает сама.
Юбка была готова ровно через два с половиной часа.
– Пожалуйста, принимайте заказ, – радостно сообщила я, передавая клиентке сверток.
– Спасибо, – улыбнулась Анита. – Как бы мне хотелось, чтобы эта вещь действительно принесла удачу!
– Так в чем же дело? Просто поверьте в это и все.
– Да-да, – засмеялась Анита. – Я тоже знаю про чудеса самовнушения. Когда училась в школе, у меня были жуткие проблемы с чистописанием. Тогда мама подарила мне красивую ручку с ярким колпачком и тоже сказала, что она волшебная. Мол, кто ею пишет, у того будет красивый почерк и не окажется ни одной ошибки. И я поверила.
– И что же, ручка писала правильно?
– Представьте себе, да. После этого по чистописанию у меня были одни пятерки.
