— Очевидно что?
— Ну, что Сергей имеет отношение к её исчезновению.
— Вы полагаете? — обескураженный, он вдруг подумал с сарказмом: «Похоже, ей не только тело нужно в порядок привести, но и мозг не мешало бы вправить», — на всякий случай решил записать личные данные: — Как вас зовут?
— Мария.
— Спасибо за информацию, Мария. Вы могли бы оставить мне номер своего мобильного.
— Это ещё зачем?
— Вдруг ещё что–нибудь вспомните.
— А, ладно, — она продиктовала номер и, попрощавшись с офицером, ушла.
Богдан снова направился ко входу в здание. Уже на пороге он столкнулся лицом к лицу с Сергеем.
— Забыли что–то, майор?
— Решил вас проводить. Не возражаете?
— В принципе, меня есть кому проводить, — он мило улыбнулся девушке, выходящей за ним. — Правда, Камелия?
— Да, дорогой, — ответила его спутница с явным акцентом, взяв его под руку.
— Ваша подруга нерусская?
— А в нашей стране это преступление, майор?
Её неожиданный вопрос заставил его извиниться:
— Нет, что вы! Спросил из любопытства.
— Я из Болгарии, — спокойно произнесла Камелия, — но я гражданка России.
— Майор, вы ведь не просто так вернулись? — Сергей посмотрел на офицера.
— У вас с Софией произошел конфликт в вечер её исчезновения и это было при всех.
— Уже донесли, — Камелия недовольно фыркнула. — Эта молодая особа решила поставить под сомнение результаты многолетних исследований Сергея и кстати, мои тоже.
— Вы её оскорбили, — офицер продолжал напирать.
— Никто, никого не оскорблял, — к негодованию Камелии добавилась выразительная жестикуляция. — Сергей просто принудил её к диалогу в зале. Хочешь спорить — имей смелость делать это открыто.
— Легко вам судить, — Богдан окинул оценивающим взглядом подругу Сергея. — С вашей–то идеальной фигурой. Она же наверняка чувствовала себя некомфортно.
Камелия рассмеялась. Сергей хитро улыбнулся.
— Майор, хотите знать, сколько я весила ещё пять лет назад? — Камелия вызывающе посмотрела на офицера.
— Она была той ещё толстушкой, — Сергей обнял подругу.
— Лишь благодаря усидчивости и настырности, ну и безусловно, сухому голоданию и кето–диете, вы меня видите такой стройной и привлекательной.
«Её речь похожа на проповедь священника. Это начинает утомлять», — вдруг подметил он. Его скептический взгляд не остановил её.
— Моя фигура — следствие изнурительных усилий над собой, но не это главное.
— Что же? — Богдан всё это время шел рядом, не проронив ни слова.
— Моё здоровье — вот моя награда!
— Майор, вы меня подозреваете? — Сергей был всё так же спокоен. — Лекции записываются. Я предоставлю вам материал.
— Что касается того вечера: Сергей провёл его со мной, как и все остальные вечера. Так что, как у вас говорят: у него алиби, — Камелия была готова выплеснуть всё своё недовольство наружу.
— Это хорошо, что у вас есть алиби. Это замечательно! Ладно, доброго вам вечера. Мне в другую сторону.
«Из Сергея подозреваемый никакой. Подумаешь, одна из слушательниц решила поспорить. Наверняка, ни она первая, ни она последняя. Исчезновение девушек на самом деле кидает тень на его встречи. Да и слишком он спокоен для маньяка. И всё же, нужно просмотреть видеозапись той лекции. О чём именно они спорили в тот вечер? — Богдан был явно озадачен. — Это уже похоже на серию, а расследование зашло в тупик. Версий — ни одной».
Глава 4
Богдан уже в третий раз пересматривал видеозаписи лекции рокового вечера, когда пропала София. Они были сняты тремя камерами.
«Профессиональный подход, нечего сказать. Хороший материал для публикации. А скандалом тут и не пахнет. Прямой диалог — обычная практика таких мероприятий. Конечно, можно поделикатней, но дела это не меняет. Что—то явно ускользает из поля зрения», — ломал голову Богдан. Сергей его больше не интересовал. Внимательно вглядываясь в зал, он обращал внимание на любую мелочь, пытаясь найти хоть какую—то, пусть незначительную, зацепку. Всё тщетно.
Выключив видео, он заварил себе новый кофе, устроился поудобнее, нашёл в интернете блог Софии и стал изучать его.
«Так. Что тут у тебя интересного? Неужто ничего? Вот! Знакомый персонаж! Виктор Нудельман. Ты смотри, морду отъел, — Богдан пробежался по тексту: «Несколько лет назад территория нынешнего частного полигона была сдана местными властями в долгосрочную аренду компании Виктора Нудельмана под строительство мусороперерабатывающего завода. Но вместо него хозяин организовал здесь платный полигон, который сейчас больше походит на стихийную свалку. Поступило обращение в экологический совет от местных жителей. Выездная комиссия отобрала пробы почвы и воды. Результаты анализа показали, что на данном объекте действительно идёт химическое загрязнение», — Богдан откинулся на спинку стула. — Ну вот. А вы говорите, скрупулёзно выбирает объекты для обзоров. Я не удивлюсь, если её найдут в одной из мусорных куч этой свалки. Нужно бы к вам наведаться, господин Нудельман, — Он снова приблизился к монитору, внимательно посмотрел в глаза предпринимателю. — Такой, пожалуй, мог бы и убить».
— ◆ —
На следующий день Богдан приехал в офис хозяина мусорной свалки.
— Господин Нудельман у себя?
— Вы договорились о встрече? — Молоденькая секретарша внимательно окинула его взглядом.
— Я из полиции, — офицер показал удостоверение и двинулся к двери директора.
Она попыталась было его остановить, но не успела, зайдя следом за ним в кабинет.
— Виктор Самойлович, я пыталась...
— Вы кто? — грубо спросил директор. Среднего роста, довольно крупного телосложения мужчина, лет пятидесяти, встал из–за стола и направился к посетителю.
— Следователь по особо важным делам, майор полиции Бойко, — представился он.
— Леночка, вы свободны, — Нудельман с укоризной посмотрел на секретаршу. — Присаживайтесь, майор, — он сел рядом. — Что вас привело ко мне?
— Интересный у вас бизнес.
— Мусор был, есть и будет всегда.
— Я так понимаю, это не всем нравится. Многочисленные жалобы, результаты анализов выездной комиссии.
— Профанация. Выяснилось, что не всё так однозначно в результатах анализов этой, кстати независимой комиссии. Интересно, от кого они не зависят? — съязвил он.
— О вас писала девушка в своём блоге. Эта статья, как я понимаю, и стала причиной расследования.
— Эта малахольная?!
— София Проклова, — уточнил офицер.
— Я не помню её имени. Дура безмозглая! Если бы она что—то понимала в этом.
— Думаю, для жильцов прилегающего к свалке микрорайона, это — не аргумент.
— Майор, я не улавливаю мотив нашей беседы. Кто вас уполномочил?
— Дело в том, что София Проклова пропала.
— И вы полагаете, что это моих рук дело?! Да плевать я хотел на её статью. У меня достаточно рычагов, чтоб решать такие вопросы. И марать руки кровью я не стал бы.
— Вы, кажется, весьма успешно девяностые прошли?
— Вам есть что мне предъявить?!
— Я всего лишь пришёл побеседовать.
— Беседа окончена! — Нудельман встал.
— Что ж, в таком случае придётся вас вызвать повесткой.
— Как посчитаете нужным. Кстати, когда она пропала?
— Неделю назад.
— Я только вчера вечером из Италии вернулся. Можете проверить — меня две недели не было.
— Думаю, для этого ваше личное участие не требуется. Вряд ли, предприниматель вашего уровня занимался бы мусорными делами. Хозяин мусорки — мусорными делами. Смешно получилось. До скорой встречи в участке.
Богдан сел в машину. Выбрал из списка телефонной книжки имя и позвонил, включив громкую связь.
— Привет.
— Здравствуй, Богдан, — ответил женский голос.
— Слушай, сделай одолжение.
— Для тебя, все что угодно.
— Проверь, есть ли в сводках неопознанные трупы девушек двадцати пяти — тридцати лет за последнюю неделю.
— Есть. Расчленёнка устроит?
— Подробнее.
— На городской мусорной свалке найден неопознанный труп девушки, двадцати пяти — двадцати восьми лет. С момента смерти прошло около двух суток. Личные вещи и документы отсутствуют, голова и отпечатки тоже, — произнесла собеседница с сарказмом.
— Очень смешно. Меня интересует телосложение.
— Довольно крупная.
— Есть отличительные приметы?
— На левом плече тату в виде дельфина, по всей видимости, незаконченное.
— В каком смысле, незаконченное?
— Тату не дорисовано.
— Ясно. Можешь мне раздобыть этого дельфина?
— Наглеешь, Бойко, — игриво произнесла она. — Ладно, для тебя сделаю.
— Скинь мне на мобильный, пожалуйста. Спасибо, Мила. Я твой должник.
— Я не кредитую. Заезжай вечером. Посидим где–нибудь.
— Постараюсь. Не обещаю. Если что, перезвоню, — он прервал разговор и стал размышлять:
«Вот же незадача. Лица нет, отпечатков нет. Время смерти совпадает с исчезновением Анжелы. Может она узнала что—то о похищении, а Нудельман убрал и её, — думал Богдан, управляя автомобилем. — Нужно разыскать этот тату—салон. Благо, у нас в городе их единицы».
На мобильный пришло фото дельфина. Богдан развернул внедорожник и направился в ближайший тату—салон.
К его удивлению, первый же мастер признал в «произведении искусства» своё авторство.
Среднего роста, лет тридцати пяти, с весьма выраженным мускульным рельефом, мужчина только что проводил клиента и готовился принять другого.
— Да, я помню эту девушку, — глядя на тату произнёс мастер. — Долго выбирала рисунок. Я предложил ей нечто нейтральное. Ей понравилась идея. Я немного изменил его по её желанию. Забавный дельфин получился. Она хотела, чтоб он улыбался. Но я его не успел доделать. Она больше не пришла, — он поправил длинный волос. — С ней что–то произошло?
— Когда она у вас была?
— Так недели с три назад.
— Эта? — Богдан протянул ему фото Анжелы.
