Страница 4 из 5
Злато-алая заря —
И оттенками сияет,
И улыбки расточает,
Красотой своей сверкает,
Разливается, горя.
Море огненно-кроваво —
Нас предчувствия страшат,
Но сквозь пурпур голубая,
А местами синь – и злая! —
Полосами! Волны в страхе,
Отражая синь, шипят —
Утром гаснет чаровница —
Изменяются все лица:
Небо, берег, люди, море —
В блеске всё!
И нет покоя.
Январь 2011 г.
«Нежданно оттепель – среди зимы!..»
Нежданно оттепель – среди зимы!
И ливнем снег – что дождик в непогоду,
И сумрака размах и ранней тьмы
Непостоянству зимнему в угоду.
Но пробивает свет сквозь толщу туч,
И вешним ароматом тихо веет,
Зимою свет и молод, и летуч —
Природы в нём преображенье зреет.
О воздух! Ты дыхание весны
Иль времени обман, всего лишь случай?
Но зимний вздох! И мы унесены
Потоком творческим весны могучей!
Январь 2011 г.
II. Великий слух – живое эхо Бога…
«О, если б спеть – всё – музыка смогла…»
О, если б спеть – всё – музыка смогла —
По каплям крови звуки б отдала;
Поэзия бы – всё – порассказала,
Сама на смерть – нам жизнь бы завещала.
П. И. Чайковский
Он гений свободных и ясных созвучий,
Как Моцарт, чарует и в свет увлекает,
Хор ангелов слышим в полёте могучем,
К небесной лазури и к Богу взлетает.
Он лирик – и мягкость мелодий пленяет,
И детства наивность живёт всеблагая,
Он светел, сомнений и боли не знает,
И нежность трепещет, в сердцах затихая…
Вдруг ветер – и буря сметает строенья,
И хлынули чувства, и душу залили,
И вихри! И всё потонуло в безверье…
Но страстного сердца и мысли усилье —
И кризис симфонией – звуков стремниной —
Был сбит, как огонь! Убеждённо и властно.
Средь ночи – плач птицы, упавшей с вершины —
И слышит он скрипку, и даль, и пространство:
Звук медленно таял и вновь появлялся,
И жалобы скрипки лились, не смолкая,
Навзрыд, разрываясь… Он плачем казался —
Рассказ незнакомки, к прощенью взывая.
Могущество скрипка и страсть обретала —
Молилась, влекла, и звала, и металась,
А скорбь в отдаленье, в тумане дрожала —
Финал, вознеслась! И дыханье срывалось —
Он гений трагедий, и мера им – вечность,
Рождаются в сердце, но выразят звуки,
В нём Бах и Бетховен – любви бесконечность,
И наша судьба – наше счастье и муки.
Февраль 2010 г.
«Мне ночью одинокий звук…»
Мне ночью одинокий звук,
Как ослабевшая мелодия
Или забытая рапсодия,
Почудился… И будто вдруг
Соткались звуки, ранят слух,
Больное сердце вновь встревожено —
Так мыслью много троп исхожено,
Но огонёк мой не потух;
И знаю: ты всегда со мной,
И новый день, тобой украшенный,
Полог спустил на землю радужный,
Накрыл меня с моей судьбой;
И нас не разлучить вовек:
В хрустальных кубках, солнцем вымытых,
Любви напиток, нами выпитый,
Слезами скатывался с век;
И одинокий, тонкий звук,
Сквозь дрёму чудно мной услышанный,
Преображённый силой вышнею,
Всё утром изменил вокруг:
Горящий золотом восход,
И словно волшебство Шопеново —
Рой звуков! Веером – арпеджио!
Нот – лучезарный хоровод.
Апрель 2010 г.
«Прядётся нашей жизни пряжа…»
«Прядётся нашей жизни пряжа,
Уж осень сказочно цветёт,
Распутывай, что летом нажил, —
Свой заповедный огород», —
Так говорил, с собою спорил
И всё вертел веретено,
И мысль неслась, как света скорость, —
То Бог и время заодно.
Рискуй, стремись распутать пряжу,
Хоть неподатлива она,
И хорошо, коль люди скажут:
«Внимал и действовал сполна», —
Так думал. А узлы распутать
Или за временем поспеть,
Хоть не во всём, но может путник,
Который силится взлететь.
И осень, золотую осень,
С охапкой трав, живых цветов
Встречает стойко, годы сбросив,
И трудится до холодов —
Учёный-гений лекций бремя
Взвалил, чтоб чудо-огород
Ухожен был и чтобы время
Открыло новой жизни счёт.
Усилье – и старик в полёте:
И мысль свободно к вам летит,
Что он распутал – всё возьмёте,
Он с вами время победит.
Октябрь 2010 г.
«Сражённый временем и болью…»
…значительное житие
и поучение подвижника…
Сражённый временем и болью,
Недужный, не такой, как все,
Казался со своей любовью
Ненужной спицей в колесе.
Отверженный и обречённый,
Страдалец, гений и пророк,
В пучину века погружённый,
Предвидел крах – спасти не мог.
Оставил повесть о влюблённых
(Как бы Феврония и Пётр),
Но не в святые возведённых,
То сказ про наших душ полёт.
Лишь мудрецы былых столетий
Поэта силились понять:
Он поступь слышал лихолетий,
А нас пытался оправдать.
Октябрь 2010 г.
К другу юности
Я по городу милому детской поры
Возвращался домой со свиданья с тобою,
Вспоминая проделки смешной детворы
И такие далёкие встречи с зарёю.
Когда ночь отступает, предутренний час,
Час сомнений, не зная, куда устремиться,
В свет иль в мрак, – изнемог, задрожал и угас,
Тут заря подоспела, сумев нарядиться
