Читать «Темный ратник. Факультет. Том 4» — А. Райро онлайн
Страница 11 из 12
Всего несколько человек не подняли руки. Счастливчики, которым повезло отделаться лишь лёгким испугом, но даже они смотрели на остальных с сочувствием, понимая, какой масштабной была всеобщая беда.
– А теперь, – веско произнёс Стронг, – объединимся в борьбе с единым врагом и сделаем так, чтобы новых ураганов не случилось. С нами армия Атласа, с нами император, с нами…
– Киро Нобу! Он ведь ваше оружие? – вдруг ахнул один из магов яда (его я видел на вечеринке). – Вот почему мастер Ниманд пригрозил тем, кто будет ему помогать?
Я до последнего надеялся, что меня обойдут стороной, но не вышло.
Всеобщее внимание опять обрушилось на мою многострадальную персону, и скромное место в углу зала никак меня не укрыло.
– Вы все – моё оружие! – громогласно объявил Стронг. – Вы все – сила, которая ослабит Ниманда и его свиту! – Он отыскал меня глазами и добавил уже тише: – Ну а Киро Нобу – тот, кто совершит решающий удар. Неужели, зная это, вы всё ещё сомневаетесь в том, помогать ли ему?
– Мы не сомневаемся! – выкрикнули сёстры Нобу и подняли руки, вытянув их вверх над головой.
Тут же отозвались Йорго, Гровер, Майло, Обри, Зак, Триш, Балб. И это только те, кого я знал. Шли секунды, руки снова поднимались и поднимались.
Все координаторы, все преподаватели и почти все студенты.
Почти.
Нашлись и сомневающиеся – те, кто заглядывал в сторону толстяка Лероя и перспектив, о которых говорила его высокопоставленная мамочка. Правда, из всей школы таких набралось человек десять, не больше. В основном те, кто не пострадал от ураганов.
– Так поможем Киро совершить решающий удар! – Директор снова повысил голос. – Сделаем всё, что в наших силах! Киро Нобу готов рискнуть ради нас, и мы отплатим ему верностью, защитой и поддержкой!
Пока он это произносил, я стоял в углу, под прессом взглядов, молча оглядывал толпу студентов и мечтал придушить Стронга с его пафосными речами.
Ну спасибо, господин директор.
Вы не оставили мне выбора и водрузили на пьедестал, как героя, потому что хоть кто-то должен им быть. Отличный герой! Почему нет? Такой же студент, как остальные, да ещё и с изъяном, весь из себя загадочный и необычный. Ну рыцарь, как ни поверни.
Стронг вдруг улыбнулся и добавил:
– Киро Нобу, кстати, только что опоздал на занятие, как и его тренер. Он ведь тоже не сомневается.
Директор спустился с трибуны и, ни на кого не глядя, направился к выходу.
Намёк был понят сразу: я устремился за Стронгом, наконец-то оставив за спиной любопытные взгляды. Вслед нам раздались аплодисменты. Перед тем как дверь зала захлопнулась, я успел услышать, что слово взял профессор Спиро и принялся рассказывать о новом расписании занятий.
Стронг ждал меня в пустом холле, у самых ворот.
– Пришлось выставить тебя напоказ, – сказал он, вздохнув. – Это случилось слишком рано, но скрывать уже было нельзя. Паника и раскол общества не за горами, а нам нужно как можно больше союзников.
Я подошёл к директору.
– Вы ведь знаете, что все силы на поиск Ниманда я брошу только после того, как получу своё.
– Всё, что я обещал, уже готово, – ответил он, выходя на крыльцо. – А теперь вернёмся к тренировке. Она важна как тебе, так и мне.
Я думал, что мы отправимся на стадион, но директор зашагал к школьному порталу, сообщив мне как бы между прочим:
– Для твоей тренировки здесь слишком мало места…
Книга 4. Эпизод 6.
Альмагор Стронг так и не сказал, куда мы отправляемся.
Ворота школьного портала захлопнулись. Директор молча уставился перед собой и погрузился в мысли. Не хотелось его тревожить, но я не смог промолчать.
– Извините, адами Стронг, давно хотел спросить у вас насчёт школьного портала. Он такой один или есть ещё подобные?
– Такой – только один, – ответил Стронг, не поворачивая головы и, кажется, даже не вылезая из своих раздумий.
– Значит, есть другие, не похожие на этот?
Всё же я его допёк, и он повернул голову.
– Нет, других нет. Он единственный. Этот портал я смог создать лишь на шестой высоте, объединив две сложнейших техники. Ранговую технику шестой высоты Пространственный маршрут и внеранговое заклинание небула. Часть того, что ты видишь вокруг себя – это всего лишь иллюзия, украшающая перенос по Пространственному маршруту. Настоящие здесь только скамьи, пол, ворота и крыльцо.
Я оглядел копию холла Трон-Стронга с белыми стенами, высокими потолками, фонтаном и статуей основателя школы – значит, всё это небула? И внешний вид замка с башнями и флагами – тоже небула?
– Почему же тогда не пахнет мёдом, как обычно при создании небулы?
– Потому что она совмещена с другим магическим умением. На самом деле, сейчас ты стоишь на открытой площадке и никуда не движешься. Ты исчезаешь в одном месте и появляешься в другом, но тебе кажется, что твоё тело существует внутри портала при перемещении. Так привычнее для всех.
– А как именно выстраивается Пространственный маршрут?
Стронг усмехнулся.
– Вот как только получишь шестую высоту, так сразу узнаешь. Тебе ещё рано об этом думать.
– То есть вы хотите сказать, что на шестой высоте я тоже смогу создать такой портал? Свой собственный?
– Сможешь, если освоишь ранговую технику. – Видя мою реакцию, Стронг покачал головой и добавил: – Но сосредоточься пока на четвёртой высоте. Сегодня тебе понадобится всё твоё мастерство.
– Да, это обязательно, но пока мы перемещаемся, я хотел спросить ещё кое-что.
– И что же?
Настроение Стронга изменилось: возможно, он уже догадался о причине моего вопроса, потому что стал хмурым и напряжённым. В такие моменты чёрная повязка на его глазу сразу меняла весь его вид с колоритного на угрожающий, но я всё равно задал вопрос – спросить было важно:
– Вы тоже считаете, что магию множественных материй на самом деле создал ваш отец Остадар Стронг, а Ниманд просто присвоил его научный труд?
Стронг снова отвернулся и уставился на ворота.
– Пока не знаю, Киро, но всё указывает на то, что было именно так. Если бы до увольнения профессора Зойта я знал, что тот читал сожжённые труды моего отца, то я бы заставил его рассказать, что тогда случилось, и как Ниманд заполучил информацию. Но, увы, Зойт нам уже ничего не расскажет.
– Думаете, он всё-таки погиб в озере Уомор?
– Пока я не увижу его труп, я не поверю в его смерть, – ответил Стронг, и в этом наши мысли совпадали. – Профессор Зойт был искуснейшим донором силы, как и мой отец. Они оба владели пятой высотой, на тот момент наивысшим рангом. Когда-то Зойт считался лучшим преподавателем Трон-Стронга. Ещё при жизни моего отца он читал лекции по Теории уровней, а при мне преподавал то, что сейчас преподаёт учитель Сато. Маг-медитацию, занятия по видовому разнообразию ратников, а также взаимодействию мага и его призванного духа-воина. Зойт изучал ратников и плотно исследовал эту область вместе со мной. Скажу честно, он тогда мне помог, мы вместе написали учебник.
– И поставили на обложку символ перекрещенных стрел, – вставил я очень вовремя.
Стронг кивнул.
– Это была моя идея. Когда мы с Люче нашли ту обгоревшую папку, тайные исследования отца стали для нас открытием. Я посчитал, что, поставив символ на книге, я впишу имя отца и в свои исследования, ведь магия призыва ратников создавалась в нашей школе с нуля. Мне хотелось, чтобы отец гордился мной…
Директор смолк.
– Он бы гордился, – добавил я.
– Нет, – горько усмехнулся он. – Если бы мой отец узнал, что я отпустил Зойта, он сказал бы, что я беспросветный идиот. Порой отец был резок и не выбирал выражений. Ну а я бы в ответ сказал ему, что идиотом был он, раз позволил собственным исследованиям убить его же самого, а заодно и нашу семью. Люче слишком любит отца, чтобы винить его, ну а для меня он…
Директор опять замолчал, а потом резко переменил тему:
– Ты наверняка хочешь знать, за что я уволил Зойта?
Я закивал.
Мне, если честно, не меньше него хотелось переменить тему. Душевные переживания Альмагора Стронга насчёт отца касались только его одного, и лезть к нему в душу не особо хотелось.
– Всё просто, – сказал он. – Руф Зойт начал вести дополнительные занятия для студентов, которых отбирал сам. На этих занятиях он отошёл от утверждённой программы обучения по предмету. Это открылось позже, когда одна из студенток сообщила мне о том, чему на самом деле обучает Зойт. Он говорил, что Творцов необходимо заставить изменить условия использования ратников. Мол, маг не обязан относиться к ратнику трепетно и считать его полноценным партнёром в бою. Зойт учил, что ратник – это раб мага, его собственность, а если это раб, то им можно пользоваться, как угодно. Вплоть до того, чтобы за деньги сдавать его в аренду другому магу, наказывать за провинности и возвращать в Каскады, если что-то в нём не устроило, а потом брать себе другого ратника. Он говорил, что духи-воины – всего лишь вещи, а ритуал избрания ратником своего мага – чушь. Ратник принадлежит магу безраздельно.
Я тут же представил, что Белая Сова принадлежит мне безраздельно. Мне и только мне.
Странное возникло ощущение.
Я ведь уже пытался сделать её своей, когда не пускал в Каскады. Кончилось всё истощением ратника, но желание присвоить Сьюн всё равно никуда не делось, даже при том, что я никогда не считал её вещью.
– Зойт пытался вложить в головы некоторых студентов первого курса все эти мысли, пока его не уволили, – продолжил Стронг. – Это произошло зимой, а примерно через пару недель после этого мы раскрыли полумага Пилигрима. Та зима была богатой на неприятные события. Зойта уволили с позором, однако одна ученица всё же прониклась его идеями. Ту девушку звали Хилар Волькири.
– Дочь охотника Фламера?
– Да. Его единственная дочь. Когда в прошлом году мы открыли новый Факультет Ратников, она поступила на него одной из первых. Её отец души в ней не чаял, поддерживал её во всём и гордился её успехами. Она была одной из лучших.
– Она ведь пропала, да?
– После позорного увольнения профессора Зойта она проучилась ещё два месяца, а потом отправилась на весенние каникулы домой, но у родителей так и не появилась. Никаких следов, ни записки. До сих пор её никто не видел. От горя слегла её мать, а после смерти жены Фламер поклялся отыскать дочь, живой или мёртвой. Найти хоть какое-то упоминание о девочке, чтобы понять, что с ней случилось.
– Похоже, она перешла на сторону Ниманда вместе с профессором Зойтом, потому что на озере Уомор он о ней упоминал. Теперь Волькири думает, что она у Ниманда…
И тут от нехорошей догадки меня вдруг пробрал мороз.
– А что стало с её ратником? Она ведь тогда владела ратником, верно?
В глазах Стронга появилась тревога.
– Да, у неё был ратник. Его звали Мортен, он принадлежал к расе рыцарей-всадников. Мортен исчез вместе с Хилар и с того времени в Каскадах больше не появлялся. Истощился и погиб.
Мороз продолжал гулять по моей коже.
– А вдруг не погиб? – покачал я головой. – Вы ведь знаете легенду о ратнике, который освободился от Каскадов и при этом выжил? Может, с Мортеном произошло то же самое?
Стронг пронзил меня жутковатым взглядом.
– Полный отказ от Каскадов означает только одно. Смерть ратника.
– Верно. Смерть ратника. А потом его воскрешение свободным…
– Нет, это даже не обсуждается, – оборвал Стронг, продолжая сверлить меня взглядом. – Надеюсь, ты не собираешься вот так освобождать Белую Сову? Ты просто убьёшь её. Даже не вздумай.
Я не ответил и не стал больше ничего уточнять, чтобы не подставлять Кезария, который так просто бы не разоткровенничался со Сьюн. Зато Альмагор Стронг не хотел откровенничать, однако его реакция ещё раз доказывала, что сказал он далеко не всё.
Полминуты спустя меня снова охватило морозом от ещё одной нехорошей догадки.
– Получается, что Хилар Волькири училась на одном курсе с полумагом Пилигримом, да?
Тревога на лице Стронга стала ещё заметнее.
– Да, они учились на одном курсе, но я не видел, чтобы они общались. Пилигрим вообще мало с кем общался. Он был поглощён учёбой и тренировками, чтобы успеть поднять уровень, пока его не обнаружили. Он был рождён сильным вурром, но у нас смог стать ещё сильнее, обретя духовный опыт, силовое мастерство и знания.
Я задумался.
– Странно, что полумаг вообще смог призвать ратника, вы так не считаете? Профессор Спиро говорил на лекции, что существа с чёрной меткой райфу не имеют такой возможности, а красная метка Пилигрима была всего лишь маскировкой. Она ведь не была настоящей, тогда как он призывал Сьюн?
– Эту тайну Пилигрим забрал с собой в Гнездовье, – мрачно ответил Стронг. – Никто из профессоров так и не смог объяснить, как у полумага такое вышло, но медальоном призыва он пользовался, как маг, поэтому так долго и не был обнаружен.
Меня кольнуло паршивое предчувствие, но я не стал произносить его вслух.
При нападении на школу Пилигрим очень хотел забрать мой медальон призыва, а потом, когда всё-таки забрал, то попытался уговорить Сьюн отказаться от меня и пойти с ним.
Что он там ей говорил?
«Пора тебе вернуться к своему бывшему доминату, Белая Сова. Нам нужен ратник. Я разовью тебя до шестой высоты. Второй раз предлагать не буду. Единственное условие – ты больше не вернёшься в Каскады».
Да, так он и сказал.
Ты больше не вернёшься в Каскады.
А потом, когда Белая Сова послала его нахрен, он добавил, что на всякий случай присмотрел себе другого ратника. Неужели тем другим и стал ратник исчезнувшей Хилар Волькири?
С другой стороны, как полумаг собирался поднять уровень ратника до шестой высоты, не являясь магом, да ещё и без одобрения Творцов? Что за хрень?.. Ничего не пойму. Надо бы обсудить это со Сьюн, но лучше без участия Стронга, чтобы не добавлять ему головной боли. Может, я зря паникую, и всё это никак не связано друг с другом? Пилигрим сам по себе, профессор Зойт сам по себе, а дочь Волькири сама по себе?
Интуиция подсказывала, что если копнуть глубже, то вскроется куча дерьма.
Сьюн почему-то хранила тайну отношений с Пилигримом, скрывая подробности даже от меня, не то что от Стронга. Ещё в лагере в Юбрионе она обмолвилась, что знает о своём бывшем доминате что-то такое, чего не знают остальные…
– Ну что, готов к тренировке? – оборвал мои мысли Стронг.
Он первым шагнул к воротам портала.