Мозг просто плавился от того, что вытворяли руки этих двоих странных мужчин.
Я никак не могла проанализировать ситуацию до конца. Что это на них двоих нашло? Зачем они меня ублажают? Может, тут кроется какой-то подво-о-о-о-о-ох…
Еще один протяжный стон вырвался из моих губ.
– Ты так красиво поёшь, – прошептал мне на ухо Лукас, нагнувшись и нежно поцеловав в шею.
– О да, поёт она очень хорошо. Мой член дымит от этого голоса, – подтвердил брюнет, а мне было плевать на всё, я просто лежала и кайфовала.
Как говорится, если вам решили сделать массаж насильно и вы не можете скинуть с себя двух ненормальных миллионеров, то расслабьтесь и получайте удовольствие.
Или там не так говорилось?
Ай, божечки, да какая разница…
– Так что насчет названий сисечкам? – продолжил меня пытать Лукас, заставляя возвращаться в реальность.
– Пофиг, – пробормотала я. – Называйте, как хотите.
– Ну нет, так же неинтересно, – ответил брюнет. – Наверняка ты должна сама выбрать? Этот курс ведь для принятия и любви к своему телу – я всё верно понял?
– Угу, – протянула я. – Но я не хочу думать.
– Тогда давай мы будем придумывать, а ты выберешь то, что понравится тебе больше всего?
– Давай, – опрометчиво согласилась я, даже не представляя, на что подписалась.
– Тогда тебя надо перевернуть и снять сарафан, – сказал блондин. И не успела я и слова против сказать, как эти двое в четыре руки, словно пушинку, меня перевернули на спину и стянули сарафан.
– Вы что делаете, ироды? – просипела я, прикрывая свою грудь и «нежную фиалку» руками.
– Как это что? – деловито ответил блондин. Он почти сел мне на живот, взял мои руки за предплечья и потянул их в разные стороны. – Нам же нужно их видеть, чтобы найти правильные сравнения, – добавил он.
– Я передумала, – прошептала я, внимательно смотря на член мужчины, который был слишком близко ко мне, а конкретно почти на моем животе.
Ведь блондин всё это время был голым, в отличие от своего друга.
– Ты давай продолжай массировать верх, а я ногами займусь, – как ни в чем не бывало продолжил брюнет и взялся за мои ноги.
– Клава, – недовольно вздохнул Лукас, слегка отодвигаясь и почти садясь на мой таз, но освобождая при этом живот и пытаясь оторвать мои руки от причинных мест, – хорош уже, будет только массаж, обещаю.
– Делай массаж, зачем тебе руки-то мои? – пробормотала я, но этот гад всё же был сильнее, да еще и надавил на какие-то болевые точки, отчего я зашипела и убрала руки с причинных мест, а Лукас, воспользовавшись моей слабостью, тут же поднял их вверх над моей головой и строго добавил:
– Если вернешь, то я тебя свяжу.
Я поджала губы, стараясь не думать о том, как хорошо делает массаж Дима в этот момент, слишком сильно он меня отвлекал от борьбы со своим другом.
– Клава, я серьезно, – пригрозил мне блондин, и я, устало вздохнув, процедила:
– Да делай что хочешь, своло-о-о-очь… – Правда, на последнем слове брюнет куда-то так приятно надавил на моей стопе, что я не удержалась и вновь застонала, даже больше – ощутила легкое возбуждение.
– Молодец, хорошая девочка, – сказал мне Лукас, улыбаясь и блестя похотливым темным взглядом. – И ухватись за перекладину, чтобы не было желания вернуть руки обратно.
Я нашарила руками ту самую перекладину, вцепилась в неё, как в утопающий круг, и зажмурилась, ибо смотреть на хозяйство блондина было слишком тяжело и страшно.
И страшно не оттого, что оно может оказаться во мне, нет… страшно оттого, что оно как раз так и не окажется во мне.
А блондин уже накрыл мои небольшие груди своими горячими ладонями. Я напряглась, думая, что он сейчас начнет до сосков моих докапываться, но этот обломщик их не тронул. Лишь немного помял полушария и, убрав руки, спросил:
– Как насчет сладких дынек?
– Я согласна! – тут же выпалила я в надежде, что меня вернут обратно на живот.
– А ты их пробовал, они точно сладкие дыньки? – вдруг внес свою лепту брюнет, а я мысленно застонала.
– Нет, не пробовал, ты прав, надо сначала убедиться, а потом уже соглашаться на такое название, да, малышка? – хмыкнул Лукас.
– Не надо пробовать! – открыла я глаза, с ужасом смотря на мужчину. – Я же сказала, что согласна. Можно я обратно на живот перевернусь?
– Нельзя, – сказал Лукас, и я заметила, как его взгляд блеснул сталью, и поняла, что спорить и просить будет бесполезно, а затем строгим голосом, словно преподаватель в университете, продолжил: – Я должен попробовать, оценить вкус, твердость, а потом решу, оставить ли им такое название. Ты меня поняла, Клава?
– Поняла, – недовольно пробормотала я и закусила губу, чтобы вновь не застонать, ведь сволочь брюнет опять умудрился найти какую-то точку на моих стопах, из-за чего я ощутила, как увлажнилось у меня между ног.
Божечки, я что, уже потекла?
Ноги пришлось сдвинуть покрепче, чтобы эти двое ничего не поняли.
Вот только от себя убежать не получалось.
Я что, какая-то похотливая нимфоманка, раз реагирую на двух мужчин?
Да что у меня с головой?
Или это посттравматический синдром? Я увидела своего мужа с другой – и вот итог? Я теперь травмирована на всю жизнь, и результат этого травмирования – возбуждение от двух мужчин одновременно?
Господи, это хоть лечится как-то? Или я теперь навсегда останусь невменяемой? И мне теперь только в дурку дорога?
– Отлично, хорошая девочка, – похвалил меня блондин, вырывая из лихорадочных мыслей о ПТСР* (посттравматический синдром). Нагнувшись, обхватил одну грудь рукой, сжал её и языком начал облизывать кожу вокруг соска.
Я опять зажмурилась, пытаясь абстрагироваться от ощущений и напомнить себе о том, что они вдвоем хотят меня трахнуть и, кажется, уже начали это делать, опять обманув.
Только получалось еще хуже.
Ведь с закрытыми глазами у меня разыгралось воображение, от которого я возбудилась еще сильнее, потому что увидела себя и двух мужчин со стороны. А когда открыла глаза, увидела, как блондин резко губами прикусил мой сосок, при этом внимательно смотря мне в лицо.
– Ох! – вскрикнула я от пронзившего мой чувствительный орган маленького электрического импульса, который почему-то устремился к моей «нежной фиалке», и мне захотелось еще сильнее сжать ноги.
– Клава, ты слишком напряженная, – недовольно вздохнул Дима и резко раздвинул мои ноги, ухватив их за стопы.
Я опять зажмурилась, ведь сейчас он увидит, что у меня там настоящий поток, и мне конец! Эти двое хищников набросятся на меня и не оставят ни кусочка!
Но вместо этого брюнет как ни в чем не бывало начал жестче массировать мои икры уже обеими руками, а блондин тем временем болезненно цапнул меня зубами за сосок.
– А! – вскрикнула я и уперлась руками в его голову, пытаясь отодрать от своей груди, при этом опять ощутив, как меня пронзило током до самого естества, и возбуждение усилилось чуть ли не в десять раз.
– Руки, Клава, – проурчал этот хищник, почти не выпуская мой сосок из своего рта. – Я их свяжу, если не уберешь, – добавил он, смотря мне в глаза и заставляя мелкие волоски на загривке встать дыбом.
– Это насилие, – пробормотала я, но руки всё же убрала. – Вы меня насилуете.
– Даже не начинали еще, – хмыкнул мужчина. – Вот когда начнем насиловать, ты точно поймешь. А сейчас мы подбираем имена твоим прелестным грудкам.
– П-прелестным? – неверяще уставилась я на него и почему-то спросила: – Ты правду говоришь? Или врешь мне?
В ответ Лукас хмыкнул и ответил:
– Клава, ты всерьез считаешь, что в этой ситуации я мог бы тебе врать? Думаешь, в этом есть какой-то смысл?
– Откуда мне знать, что за извращенные игры у вас с Димой? – пробормотала я и почувствовала, как руки брюнета подобрались слишком близко к моей нежной фиалке и уже массируют мои бедра.
– Ну что там со вкусом? – прервал наш разговор Дима. – Они и правда похожи на сладкие дыньки?
– Я не уверен, – протянул блондин, наконец-то выпустив мой сосок из своего порочного рта. – Может, сам попробуешь?
Брюнет почему-то задумался, а я затаила дыхание, ведь его пальцы были в сантиметре от моей «нежной фиалки».
– Почему бы и… – протянул он хриплым голосом, заставив меня сглотнуть набежавшую слюну и заёрзать попой по (о боже, какой позор!) мокрой простыне.
А затем я протяжно вскрикнула, потому что он накрыл своей ладонью всю мою нежную и очень влажную «фиалку» и слегка сжал. А сам ответил:
– Нет, я, пожалуй, попробую «нежную фиалку», чтобы убедиться, что Клава не прогадала с названием.
– Хорошо, – спокойно ответил блондин. – Тогда я буду пробовать вторую сладкую дыньку. Чтобы быть до конца уверенным в том, что мы выбрали верное название.
– Нет, – прошептала я. – Так нечестно.
– Очень даже честно, – это был Дима, который немного потискал мою фиалочку, заставив меня затрястись от нахлынувших эмоций и чувств. – Я только не знаю, какие на вкус фиалки. Не пробовал никогда, – задумчиво протянул он. – Да и аромат не помню. Видел последний раз у бабушки на подоконнике в детстве. Помню, что у них листики были бархатные. А цветки разные, миленькие такие. От желто-зеленых до бело-розовых.
– Твоя бабушка увлекалась фиалками? – прошептала я, пытаясь ухватиться за хоть какой-то разговор, лишь бы вернуть свой мозг на место, и вновь застонала оттого, что мужчина продолжил мять мою киску, но уже намного жёстче.
– Возможно, я плохо помню, слишком маленьким был, – ответил он и добавил: – Но это к делу не относится. Я должен убедиться, что твоя фиалка тоже ничем не хуже тех, что я видел в детстве. Иначе нам придется её переименовывать.
– Что? – возмущенно подняла я голову, чтобы увидеть этого наглеца, так как его загораживал блондин.
– Дима прав. Он обязан продегустировать твою фиалку. А то будет неправильно, если ты ошиблась с названием, – хмыкнул Лукас, сжал рукой второе моё полушарие, наклонился и сразу же накрыл влажным ртом сосок, прикусив его зубами и отправив уже не один, а сразу сотни маленьких электрических импульсов в низ моего живота.
Тогда как брюнет вдруг сильнее раздвинул мои бедра, уложив их себе на плечи, и, осторожно погладив складки пальцами, начал вылизывать мне клитор.
– О-о-о-о, – выдала я протяжный вой, не сумев справиться с нахлынувшим удовольствием, которое искрами взорвалось у меня в глазах и одновременно во всем теле.
ГЛАВА 5
– М-м-м, какая чувствительная девочка нам попалась, – усмехнулся брюнет прямо в мою нежную «фиалку».
– О да, смотреть на то, как она кончает, одно удовольствие, – добавил блондин. – И представить себе не мог, еле сдержался и чуть не кончил от этого зрелища.
– Боже, я что, кончила? – хриплым голосом спросила я вслух, совершенно не смущаясь комментариев от мужчин.
Какое тут смущение и стыд? Тут впору трубить тревогу. Потому что я никогда в жизни еще не кончала от секса с мужчиной. Муж не зря называл меня фригидной. Потому что подозревал, что с ним я не кончаю, хотя я иногда пыталась изобразить нечто вроде оргазма. Похоже, что получалось из рук вон плохо.
И вот сегодня это случилось… впервые в моей жизни.
Из размышлений о первом оргазме меня вырвали еще один укус в сосок и одновременно пара пальцев в вагине. Отчего моё тело выгнуло дугой, и я поняла, что опять возбуждаюсь и мой организм совсем не против продолжить.
– Да, – выдохнул Дима. – Ты кончила и кончишь еще не раз сегодня. Я тебе это обещаю.
Губами он вновь впился в мою «фиалку», а пальцами начал буравить мою вагину.
– Хва-а-а-атит! – прошипела я, закатывая глаза от удовольствия и держась за перекладину руками. – Я больше не вынесу-у-у-у-у-у!
– Не хватит, – ответил блондин, посасывая мои соски теперь по очереди. – Твои сладкие дыньки против – видишь, как стоят торчком?
Я приоткрыла глаза, пытаясь сфокусироваться на своей груди, и с удивлением поняла, что соски и правда стояли. Один из них Лукас перекатывал губами и облизывал языком, а второй он теребил пальцами, причем довольно грубо, но мне так нравилась эта грубость, что я не могла и слова сказать против.
Но из противоречия всё же сообщила:
– У женщин другая физиоло-о-о-огия-я-я-я!
И последнее слово простонала на одной ноте, потому что Лукас в этот момент особенно болезненно дернул за сосок и куснул второй, а Дима с силой добавил еще один палец и быстрее начал двигать ими туда-обратно, а клитор посасывать.
В глазах всё засверкало, а низ живота начало простреливать тысячами электрических импульсов.
– Давай-ка сделаем немного иначе, – сказал Лукас. – Димон, двигай её на край постели.
– Что? Зачем? – ничего не поняла я, злясь на то, что мужчины оставили меня в покое.
Я почти кончила, между прочим! Второй раз!
– Клава, ты же порадуешь меня своим ротиком? – спросил блондин, а сам, уже убрав мои руки от перекладин, дал брюнету подтянуть меня вниз и развернуть.
Мужчины уложили меня так, что моя голова теперь болталась на краю кровати.
Дима же вытащил презервативы из кармана своих шорт, которые он быстро стянул с себя и бросил на пол. Кинул одну пачку блондину, а тот буквально за одно мгновение вскрыл упаковку зубами и раскатал резинку по своему здоровенному члену.
– Его порадовать ротиком? – в шоке уставилась я на член мужчины, который находился очень близко к моей голове.
– Ага, его, – ухмыльнулся Лукас, – а я поиграю с твоими сладкими дыньками. Видишь, как они этого хотят.
Пока я перевела взгляд на свою грудь, брюнет уже тоже успел надеть презерватив и, уложив мои ноги к себе на плечи, приставил горячую головку к моему входу.
