Она была красивой, Лена не обманула. Платье едва прикрывало ягодицы, но эффектно подчёркивала ее изящную фигуры. Лямки тонкими линиями проходили по фарфоровым плечам. Кира не позволила подруге собрать волосы в причёску — так она бы чувствовала себя совершенно незащищённой. Но просто ровные пряди — «повседневно», как сказала Лена, и поэтому теперь мягкие чёрные волны спускались до талии. Они ещё сильнее подчёркивали тонкую белую кожу. Но завершал образ макияж. Тут подруга не терпела компромиссов и взяла всё в свои руки. Получилось шикарно: темные тени с золотыми вкраплениями делали глаза гипнотически красивыми, а губы стали магнитом. Пухлые и без косметики, теперь они были ещё большим вызовом, чем длина платья. Тёмно-бордовые, в цвет ткани, они манили к себе.
— Спасибо, Лен.
— Маме с папой спасибо скажи, что такую сделали. Но вообще, думаю, может тебе и правда остаться дома.
— Чего?!
— Из-за тебя на меня не посмотрят.
— Дура, — Кира засмеялась. — Это невозможно.
Это не было ложью. Лена полная противоположность подруги, но нисколько не уступала ей. Рыжеволосая ведьма с карими глазами могла очаровать любого, кого пожелает.
— Ты только руки вверх не поднимай сильно, а то голые сиськи заберут внимание от твоих алых губ.
— На то и расчёт, детка, — Лена поправила короткий топ и подмигнула.
Девчонки обулись и поцокали тонкими каблучками по коридору к лифту.
Когда они приехали, Кира вышла из такси и несколько секунд просто стояла на тротуаре, глядя на освещённую тропинку, которая вела к двухэтажному дому. Тут все дома были отстроены в одном стиле. Это был очередной новый коттеджный посёлок в «черте города», вот только ехали они до него почти час, и это без пробок.
Музыка из дома пробивалась наружу.
— А соседи полицию не вызовут?
— Зай, уверена тут уже всё улажено.
Кира глубоко вдохнула, пытаясь унять нервную дрожь в руках. Сердце колотилось сильно и неровно. Платье, которое ещё дома казалось вполне нормальным, теперь было слишком открытым — ткань обтягивала грудь и бёдра, и она снова и снова одёргивала подол.
— Никто тебя не укусит. Ну разве что кто-нибудь очень симпатичный и богатый, — Лена подмигнула и засмеялась.
Подруга взяла Киру под руку, и они пошли внутрь.
На первом этаже было шумно, жарко и тесно. Примерно двадцать-двадцать пять человек. Кто-то танцевал в гостиной, другие курил на террасе, ещё одна группа громко обсуждала что-то на кухне. Воздух был пропитан запахом алкоголя, сладких коктейлей, парфюма и лёгкого пота. Музыка била по ушам.
Лена тянула спутницу за собой. При этом здоровалась почти с каждым. Казалось, что она знает тут всех. Кира вцепилась в её руку, чтобы не потеряться в толпе.
Подруга подвела её к столу с напитками.
— Что будешь? Джин-тоник? Вино? Или давай что-нибудь покрепче?
— Джин-тоник… лёгкий, — тихо ответила Кира.
Пока Лена готовила напиток, Кира стояла рядом и пыталась выглядеть естественно. Улыбалась, когда на неё смотрели, кивала, когда с ней здоровались. Но внутри всё сжималось. Она чувствовала себя голой. Не потому, что платье было открытым, а потому что здесь, среди всех этих людей, она не могла спрятаться в свою привычную тишину.
— Расслабься, — шепнула Лена, протягивая ей бокал.
Кира сделала маленький глоток. Горло обожгло, хотя напиток был холодным. Девушка поморщилась.
— Это лёгкий?
— Не бухти. Ты зажата, как пружина. Выпей, потанцуй. Сегодня ты должна наконец-то отдохнуть.
Может Лена и права? Художница сделала второй глоток. Вкус не стал приятнее, но она убедила себя, что в целом не так уж и плохо. Музыка продолжала громыхать, девушки направились в центр импровизированного танцпола. Кира пыталась избежать этого, но подруга беспощадно тянула её за собой.
Люди вокруг казались слишком громкими, слишком яркими. Как вообще можно тут расслабиться, если тебя постоянно кто-то касается, толкает, и надо следить ещё за этим стаканом в руках, чтобы не разлить его содержимое? Она старалась поддерживать это настроение и улыбаться, но это ложь. Когда ей в очередной раз прилетели по лицу растрёпанные пряди отчаянно танцующей девушки, она не выдержала и отошла к большому окну.
Оно было приоткрыто на форточку и свежий вечерний воздух коснулся кожи. Кира сделала глубокий вдох и ощутила, как расслабляются мышцы лица. Натянутая улыбка тут была не нужна. Сюда никто не смотрит.
Лена тут же появилась рядом, сияющая и немного пьяная. Она подхватила Киру под локоть и потянула, чтобы развернуть её от окна.
— Лен, хватит. Я хочу уйти.
— Не выдумывай! Смотри скорее, вон главный красавчик, который всё это организовал, — тусовщица с игривой улыбкой и кивнула в сторону лестницы.
Лена помахала рукой, и высокий парень лет двадцати трёх направился к ним. Тёмные волосы, лёгкая щетина, уверенная походка. Он сразу притягивал внимание всех девчонок — не идеально красивый, но с какой-то харизмой, которая заставляла их обращать на него внимания. Или всему виной просто деньги?
— Данил, — представила его Лена. — А это моя лучшая подруга — Кира, про которую я тебе рассказывала.
Данил улыбнулся — широко, открыто, с лёгкой искрой в глазах. Его взгляд скользнул по Кире медленно, оценивающе, но не грубо.
— Очень приятно, — сказал он низким, приятным голосом и слегка наклонил голову. — Ты не до конца тогда описала её красоту.
Кира неловко улыбнулась и потянула подругу ближе к себе, чтобы возмутиться. Та сразу поняла, что сейчас получит осуждение за болтовню и сделала вид, что её кто-то позвал.
— Лена! — прошипела девушка, когда пальцы подруги выскользнули из её руки.
— Не бойся. — Данил не отводил от неё взгляда. — Я не кусаюсь.
Он говорил легко, без давления, но в его тоне было что-то такое, от чего у Киры по спине пробежали мурашки. Она опустила глаза на бокал, который всё ещё был в её руках. Лёд полностью растаял, теперь у неё была просто вода.
Данил бережно взял его, слегка коснувшись её пальцев. Кира на секунду замялась.
— Обновим напитки?
Ямочки на щеках парня сделали его лицо мягче. Девушка кивнула, стесняясь показаться занудой.
Он отошёл на кухню. Кира искала взглядом Лену. Наконец она её увидела — подруга хохотала с двумя черлидершами недалеко от лестницы на второй этаж. Кира уже сделала шаг, когда подошёл Данил.
— Планируешь сбежать?
— Н-нет.
Парень протянул ей новый бокал на тонкой ножке, в котором красиво переливался розоватый коктейль.
— Крепкий? — осторожно уточнила Кира.
— Тебе понравится, попробуй.
Кира сомневалась.
— Хоть в честь нашего знакомства, — мягкая улыбка украсила мужское лицо.
Края бокала были обсыпаны сахаром. Сладковатый вкус сменился кислинкой брусничного сока, а затем терпкостью алкоголя. Но всё вместе было приятно. Лучше, чем то, что намешала Ленка.
— Ты какая-то напряжённая. Не любишь такие тусовки?
— Нет, — ответила она, и улыбнулась от собственной честности.
Данил наклонился ближе и тихо сказал ей на ухо:
— Пойдём на второй этаж? Там есть балкончик — будет гораздо тише. Думаю, тебе понравится больше.
Внутри пробежала волна беспокойства. Кира внимательно посмотрела на парня. Он не настаивал, только ждал её ответа. К щекам прилила кровь от её дурных мыслей, что он задумал затащить её в спальню, или это от коктейля. Воздуха тоже стало мало.
— Не беспокойся, я лучше…
В этот момент Кира сделала шаг в сторону и подвернула ногу. Дурацкие шпильки! Данил ловко подхватил её.
— Нет, давай всё-таки выйдем на воздух, — усмехнулся он.
Ближе было идти к входной двери, а не на второй этаж, но Кира совсем не хотела больше спорить. Всё что ей нужно было это найти точку опоры. И крепкие руки Данила прекрасно подходили. Парень приобнял её за талию, и они пошли к лестнице, где всё ещё стояла Ленка.
Подруги встретились взглядами, и Лена удивлённо приподняла бровь и захихикала.
Даня открыл дверь на втором этаже и ветерок тут же наполнил лёгкие девушки отрезвляющим воздухом. Балкончик с мягким тёплым освещением и видом на тёмный сад был, действительно, лучше душного первого этажа. Парень закрыл за ними стеклянную дверь, и стало немного тише.
— Здесь лучше, правда? — сказал он, поворачиваясь к ней.
Кира кивнула и опустилась на небольшой диванчик. Тело было слабым. Глаза закрывались, нужно было прикладывать достаточно усилий, чтобы заставить веки подняться.
Данил сел рядом. Он сам притянул девушку и уложил к себе на плечо.
— Устала?
Она молча кивнула.
— Знаю, что бодрит.
Он повернулся и провёл пальцами по её щеке к подбородку. Приподнял лицо вверх, чтобы дотянуться до губ.
— Ты очень красивая, — тихо сказал он, и в голосе уже не было прежней лёгкости. — Особенно когда такая беззащитная.
Его взгляд изменился — в нём появилось откровенное желание. Данил смотрел на её губы, на шею, на линию ключиц, не скрывая намерений.
Он не стал спрашивать разрешения. Парень наклонился и впился в её губы. Жадно. Настойчиво. Требовательно. Кира попыталась отстраниться, но он держал её.
— Данил… стой… — выдохнула она, отворачивая лицо.
Но он не слушал. Его рука скользнула вниз по её бедру, грубо задирая подол платья. Он навис над ней. Вторая рука крепко держала её за затылок, не позволяя отвернуться. Он целовал в шею, кусал кожу. Горячее дыхание парня обжигало кожу.
Кира из последних сил пыталась освободиться. Он схватил её за шею. Пальцы больно впивались в её плоть. Глаза расширились. Она смотрела на него как загнанный в угол ягнёнок. По щекам потекли слёзы.
Он немного ослабил хватку, когда дыхание жертвы стало прерывистым.
— Пожалуйста, — её голос дрожал. Она упёрлась руками ему в грудь, пытаясь оттолкнуть. — Я не хочу.
— Хочешь, — хрипло ответил он, прижимаясь к ней сильнее. Она почувствовала его возбуждение через ткань платья. — Расслабься… я всё сделаю как надо.
Его рука забралась под платье, грубо сжимая ягодицу. Кира всхлипнула от страха и отвращения.
— Данил… перестань!
Но он словно обезумел. Парень грубо мяла грудь одной рукой, а вторая настойчиво лезла между ног, пытаясь сдвинуть бельё.
— Да хватит уже… — рычал он ей в шею. — Все вы, целки, сначала ломаетесь, а потом с хуя не снимешь!
Кира задыхалась от слёз. Страх, что он овладеет ей сковывал металлическими оковами. Она снова попыталась его оттолкнуть. Изо всех сил упёрлась руками ему в грудь, но он даже не замечал этого. Данил становился только настойчивее.
Он раздвинул её ноги, и чтобы она не сжала их снова, поставил колено между ними. Кира продолжала умолять его остановиться, но его это только заводило ещё сильнее. В его карих глазах не осталось ничего человеческого. На неё смотрел монстр, который не слышал её мольбы. Которому нравились её страдания.
Пальцы коснулись трусиков. Мерзкая улыбка расползлась по лицу ублюдка. Он резко сдвинул бельё в сторону, и грубые пальцы коснулись её.
Лишь мгновение. Отвращение и желание уничтожить эту мразь затмили разум. По венам побежала чистая ненависть. Руки задрожали. Казалось, что Кира теряет сознание, только бы не испытывать всё это. Кира закрыла глаза. И в этот момент будто сосуд под давлением вся боль разлетелась на тысячи осколков внутри неё.
— НЕТ!
Крик вырвался из неё сам — низкий, яростный, совершенно не похожий на её обычный голос. Данил отлетел назад, будто его ударило взрывной волной. Он врезался спиной в перила балкона.
В голове Киры стало совершенно тихо. А потом — очень холодно. Она медленно встала и двинулась в его сторону. Мир казался каким-то другим. Чётче. Медленнее. Она могла заметить даже как у мухи шевелятся крылья. А слабость… её не осталось.
— Что… что за хуйня?! — его голос сорвался. — Твои глаза… Блядь, твои глаза!!!
Он смотрел на неё так, будто перед ним стояло чудовище. Руки дрожали. Лицо стало мертвенно-бледным. А в глазах.
Кира засмеялась. Теперь он смотрел на неё с ужасом, и ей это нравилось.
— Ты… ты кто?! — почти закричал он, пятясь к двери. Данил дёрнул ручку и практически выбежал в комнату, продолжая бормотать что-то истеричное.
Кира наслаждалась этим бегством. Она смотрела ему в след и ощущала, как по телу разливается сила. Кира развернулась и вернулась к краю балкона. Она резко обмякла и рухнула на ограждение. Ещё немного и она бы кувыркнулась и полетела вниз, но успела восстановить равновесие.
Девушка сидела на полу облокотившись на заборчик. Металлические прутья остужали её. Она закрыла глаза и представила, как эта прохлада проникает внутрь неё.
Дверь резко открылась. Кира лениво подняла веки. Слабость снова вернулась. К ней подлетела Лена.
За ней в дверях столпились люди — некоторые с телефоном в руке. Данил стоял в комнате чуть поодаль, бледный, взъерошенный, и показывал пальцем в сторону Киры.
— У неё глаза были полностью чёрные, я не придумал! Она проклятая какая-то!
