Страница 6 из 7
***
– Валяй, училка, – пересаживаюсь поближе к ее столу, за которым Василиса сидит с таким деловым видом, что тянет сбить с нее серьезный настрой. – Что мне будет за правильные ответы? И за неправильные тоже? Мне просто необходима мотивация!
Она задумчиво оглядывает меня, и молчит – гадость какую-нибудь продумывает, наверное. Ну ничего: камень воду точит!
– Какая мотивация, Ванечка? – ласково спрашивает она. – Это ведь тебе нужно, а не мне.
– Я всегда это знал, – ахаю в притворном ужасе. – Учителям плевать на своих учеников, ведь «это им нужно учиться». А где пыл призвания? Где жажда развить юный, пытливый ум? Вот ты какая…
– Злая, – перебивает Василиса со странным смешком. – Да-да, вот такая я: за зарплату работаю. Итак, первый вопрос: сколько будет дважды-два?
Она это серьезно? Нет, она сейчас серьезно?
– Ты считаешь меня настолько тупым? – уже не наигранно возмущаюсь я. – Четыре, черт с тобой!
– Вот и мотивация, которую ты просил, – хохочет эта вредина. – Учись, и считать тебя тупым не станет никто.
Вообще, мне бы и правда подучиться: Василисе я соврал лишь частично. Отучился я одиннадцатилетку, но начиная с восьмого класса на уроках почти не бывал. Зачем, если на улице столько всего интересного?
– Так, считаешь ты неплохо, но тригонометрия… – Васька смешно морщит нос, подбирая слова. – Вообще, я не уверена, что она тебе нужна. Мне вот ни разу не пригодились эти знания, но решать тебе.
– Училка говорит, что школьные знания – фуфло? – веселюсь искренне и от души. – Постыдилась бы произносить такие крамольные вещи в этой обители знаний!
– Зато словарный запас неплохой, – вздыхает Василиса. – Я бы даже попросила тебя заткнуть этот фонтан красноречия хоть на время, и дать мне оценить твои знания. Столица Бразилии?
– Рио, – пожимаю плечами.
– Неправильный ответ. А Словакии? И на какой реке стоит Париж?
Мда, уделала она меня. Подозреваю, что вопросы эти для дебилов, коим я себя сейчас и ощущаю.
– Не знаю. Можешь зубоскалить – уела.
– И не думала, – неожиданно отвечает Василиса, и делает какие-то пометки в дурацком розовом ежедневнике с блестяшками и сердечками. – География не всем пригождается, но основы знать необходимо.
Далее Вася унизила меня вопросами по литературе, растоптала в химии, и стерла в порошок в физике. А затем решила всадить нож в сердце, отвлекшись на телефон:
– Черт, совсем забыла. Подруга скоро замуж выходит.
– И? – чувствую подвох, и чуть ли по лбу себя не бью – боюсь уже каждого слова этой жуткой женщины. – Эти вопросы тоже входят в школьную программу: свадебный торт и выкуп невесты?!
– Нет, – отмахивается Василиса. – Эти вопросы входят в мою жизнь. Оксана – моя лучшая подруга, и у нас девичник на следующей неделе. А значит, с меня стриптизер, и мне сейчас об этом напомнили. Придется снова обращаться к Аристарху – больше я никого из вашего бизнеса не знаю.
«А если он проболтается? Или Василиса сама поймет, что я ее надул? – приходит мне в голову неприятная мысль. – Нет уж, пока нельзя этого допускать, а то взбрыкнет!»
– Может, у тебя есть знакомый стриптизер? – хмурится Василиса, и я вздыхаю.
– Когда этот ваш девичник?
Задаю этот вопрос, и понимаю: докатился.
Глава 15
И почему Иван глядит на меня так возмущенно? Будто я предложила ему… так, стоп!
– Я тебе подработку не предлагаю, – объясняю я. – Подозреваю, что эскорт – несколько иная вещь, чем стриптиз. Но вдруг у тебя есть кто-то на примете?
Хм, теперь Иван глядит обиженно, но возмущение из его взгляда не ушло – и мне почему-то это нравится. Неужто я такая злыдня, что полюбила обижать людей?
Даже, если и так – почему нет, если это весело?
– Вечно вам, бабам, неймется, – наконец отмирает этот загадочный мужчина. – Нет бы спокойно в кафе посидеть, но нет – на разврат тянет! И после этого вы нас кобелями считаете!
– Надо же, – ахаю восхищенно, и пару раз хлопаю в ладоши, – это от кого же я нотации слушаю?
– Давай, попрекай меня моим прошлым, – ворчит Иван. – Жестокая!
Поднимаюсь со стула, и наклоняюсь над столом, уперев в него ладони – а вот это уже интересно!
– Ванечка, напомнить тебе, когда я эскортника заказывала? Вчера, – хихикаю я. – К чему этот пафос про прошлое? Не знаешь стриптизеров – так и скажи, найду, куда обратиться. Я и не намекала, что ты способен станцевать на нашем девичнике – деревянный ты какой-то, скованный, без грации. Да и вдруг у тебя под футболкой не кубики, а…
Оглядываю Ивана выразительным взглядом, и сажусь за свой стол. Ох, как же мне нравится наблюдать за ним: возмущен, разгневан, но в глазах его веселье – понимает же, что шучу! И, надо сказать, шучу глупо, что недостойно учителя, но… какая разница? Не при детях же.
– Я станцую, – решительно заявляет Иван, скрещивая руки на груди. – Запомни, Василиса: я идеален во всем! А что касается кубиков – сейчас увидишь!
Мужчина поднимается, и начинает стягивать футболку, и я подскакиваю к нему, больно ударившись бедром об стол.
– Ай! – вскрикиваю, и зажмуриваю глаза от пронзившей меня боли, но футболку Вани продолжаю упорно тянуть вниз, задевая пальцами его горячую кожу.
Приятно.
Даже очень приятно – так, что мурашки пробирают. Слишком долго я не прикасалась к мужчине. Можно сказать, что никогда и не касалась – накануне краха нашей с Боречкой «ячейки общества» я отправилась в клуб с твердым намерением переспать с первым встречным, но этот первый встречный оказался таким, что увидишь – не уснешь. Не уснешь в плохом смысле слова. Второй был еще хуже, как и третий, четвертый и пятый. И ушла я ни с чем, разве что спустила всю премию на коктейли, а потом весь день похмельем мучилась.
– Нравится? – хрипловатым шепотом спрашивает Иван.
Я открываю глаза, и отдергиваю от него руки, осознав, что банально лапаю мужчину. Ужас, вот озабоченная!
– Кубики проверяла, – поясняю я. – А раздеваться даже не думай – просквозит еще, да и не по карману мне такое зрелище. Боюсь, потом не рассчитаюсь. И про стриптиз забудь!
– Тебе, Василиса, бесплатно – я же говорил, – наступает на меня Иван, и я прячусь от него за своим столом. – И я уже, кажется, сказал: будет вам стриптиз! Аристарху не звони – нет у него на примете нужных парней. Я – лучший вариант.
Он сейчас серьезно? Смотрю на мужчину чуть нахмурившись – не нравится мне эта затея. Как представлю, что Ваня нацепит обтягивающую униформу американского копа, и будет говорить Оксане все эти фразочки: «Вы арестованы потому что слишком сексуальны», а затем еще и разденется…
Ну уж нет – не нравится мне такой исход событий!
– Забудь, я сказала, – отрезаю решительно. – Ты сейчас мой ученик, и смотреть на твой, Ванечка, стриптиз – непрофессионально.
Да, именно так!
Хотя, я бы посмотрела, конечно, но не в компании пьяных, раззадоренных подруг, дорвавшихся до разврата. Мне бы и самой до этого разврата дорваться – надоело целибат хранить. А то ощущение такое, что Бориска – рыцарь, заковавший меня в негигиеничные железные трусы, красиво называющиеся поясом верности.
Пора кончать с этой верностью, а то, глядишь, накинусь на Ивана, и изнасилую!
«Нет, Ивана никак нельзя насиловать, – думаю я, составляя расписание наших с ним занятий. – Он же потом не отстанет! Лучше уж схожу на свидание с Виктором Сергеевичем – давно зовет уже. Лучше уж физрук, чем эскортник!»
Протягиваю озадаченному Ивану лист с расписанием уроков, и киваю сама себе: надеюсь, Виктор Сергеевич не только на словах жеребец, и поможет мне не облизываться на Ваню.
Глава 16
– Какая прелесть, – натянуто улыбаюсь, принимая букет от Виктора Сергеевича.
Хотя букетом это назвать сложно: пять тюльпанчиков весьма нелегкой судьбы. Смотрятся они так, будто Виктор Сергеевич самолично ездил за ними в Голландию, а обратно возвращался на своих двоих, трепетно прижимая к груди этот, с позволения сказать, букет.
В общем, выглядят цветы так хреново, что хочется прикопать несчастные трупики растений у дороги, и пустить скупую слезу над могилкой. Лучше уж похороны букета, чем такое свидание!
Свидание у нас с похотливым физруком тоже выходит хреновое! Даже Иван кажется скромным мальчиком-зайчиком по сравнению с этим самовлюбленным болваном!
– Я от груди двести двадцать жму, – хвалится Виктор Сергеевич, и зачем-то напрягает мышцы. – А вечером займусь задней дельтовидной мышцой, зато через неделю могу устроить себе читмил!
– Поздравляю, – уныло тяну я, и делаю то, что выручает меня на семейных сборищах – открываю еще бутылку вина. – Читать полезно!
– Да нужны мне ваши книжки, – отмахивается физрук. – Без обид, Василиса, но и вам бы лучше спортом заняться, да питание в норму привести. Все лучше, чем над книгами сидеть! А читмил – это запланированный срыв с правильного питания, чтобы метаболизм разогнать!
«Это он так намекнул, что я толстая? – пытаюсь я понять, что же имеет в виду мой галантный кавалер. – Ну да, грудь большая, и в свободных кофтах я выгляжу тумбочкой. Зато, если подчеркнуть тонкую талию – я богиня!»
– Зачем мне? – отправляю в рот кусок стейка, и невольно вспоминаю Ивана – ситуация похожа. Может, заказать целый дастархан, и ударить обжорством по куцому кошельку этого культуриста? – Я и безо всего этого идеальна.
Не потрахаюсь, так хоть наемся. Во всем нужно искать плюсы, как любит говорить мой дедушка.
– Ну разумеется, – отвечает Виктор Сергеевич, и я понимаю – идеальной он меня не считает. Наверное, все недостатки рассмотрел: неидеально выщипанные брови, лопнувший капилляр в правом глазу и прыщик на лбу, который я так старательно маскировала, что добилась обратного эффекта – его из космоса видно.
– Какие-то проблемы? – спрашиваю я хмуро, напоминая себе дерзкую школьницу-пацанку. Но я привыкла к восхищению мужчин моей красотой, хотя бы на словах, а не такие намеки на мою неидеальность.
– Не обижайтесь, Василиса, – улыбается мужчина, играя ямочками на щеках, а заодно и мускулами на бычьей шее. – Это сейчас вы восхитительно-прекрасны, но я вижу у вас предрасположенность к полноте. Так что лучше бы вам заранее заняться собой, а я могу подобрать комплекс упражнений специально для вас.
Это свидание, или Виктор Сергеевич так рекламирует свои услуги в качестве персонального тренера? Но вообще-то он прав – маменька моя, хоть и не страдает ожирением, но пятнадцать кило на ней налипли явно лишние.
– Я фаталистка, Виктор. Предначертанного не избежать, – фыркаю я, и тянусь к тарелке с гренками. – Предпочитаю о высоком думать, а не о белках, жирах и углеводах.
О высоком… мда, мысли мои в последнее время отнюдь не о дихотомии добра и зла, а о высоком и наглом эскортнике. Пролез, подлец, в мои мысли, и я чувствую себя Ричардом Гиром, запавшим на красотку-Вивиан.
Докатилась!
Нет, пусть Виктор Сергеевич – неприятный типчик, фанатично помешанный на здоровом образе жизни, переспать с ним придется. Все ради здоровья, а то упаси меня Боже влюбиться в мужчину легкого поведения.
– Давайте выпьем? – предлагаю я, не желая разговаривать на тему здоровья, и трясу почти пустой бутылкой вина.
Хм, это ведь была вторая бутылка, да?
– Вам я закажу, а сам воздержусь.
Пожимаю плечами, и жду официанта с приятным красным напитком – на трезвую голову я это не выдержу. Еще и телефон, зараза, вибрирует, заставляя меня гадать, кому я так срочно понадобилась.
Ничего, обойдутся без моего общества! У училки выходной, и училка пустилась во все тяжкие!
– К вам, или ко мне? – спрашивает Виктор, когда мы покидаем ресторан.
– Ко мне, – улыбаюсь пьяно, и в голове мелькает глупая мысль, что ко мне нельзя, ведь дома муж.
А, да черт с Боречкой! Потерпит!
Такси довозит нас буквально за пять минут, и я выхожу из такси, не дожидаясь проявления галантности от своего кавалера. Как показывает практика, галантности можно ждать всю жизнь, да так и не дождаться.
«Наверное, так и появились те бабы, которые коней на скаку останавливали, и в горящие избы входили, – думаю я, покачиваясь. Жду, пока мужчина расплатится за извоз. – Ждали от своих мужчин поступков, и дотянули до того, что кони разбежались, и избы почти дотла сгорели! А все почему? Потому что мужики козлы!»
– Да, – вслух соглашаюсь со своими умозаключениями, и в этот момент со спины меня обхватывают сильные руки.
– Надралась, училка? – шепчет мне на ухо… разумеется, это Иван. – Что меня не позвала? Вместе бы ушли в загул, и что это за хмырь?
Такси отъезжает, а к нам идет Виктор Сергеевич, лицо которого плохо освещено тусклым светом фонаря.
– Это не хмырь, это Виктор Сергеевич.
– Стой смирно, пьянчужка, – теплые, сильные руки перестают меня обнимать, и к спине больше не прижимается горячее мужское тело.
Обидно!
– Виктор Сергеевич, да? – Иван подходит к моему будущему сексу, и… нагло прогоняет его: – Пока, Виктор Сергеевич! Спасибо, что довезли мою Василису – мы немного повздорили с ней, вот она и решила мне отомстить. Держите деньги за такси, и за ужин.
– Но…
– Мне повторить? Только сделаю я это уже не так вежливо!
Что-то мне не нравится голос Ивана – раньше я не слышала в его голосе таких угрожающих ноток. Он ведь такой лапочка обычно… хотя, что только не приглючится после трех бутылок вина.
– Ты зачем его прогнал?
– Захотел, – пожимает плечами Ваня. – Тебя забыл спросить!
– Вот именно! Ты… да знаешь, кто ты? – пытаюсь придумать что-нибудь остроумное, но на ум приходит лишь банальное: «козел» – а это все мужики итак слышали в свой адрес.
– Знаю, Василий. Пойдем-ка!
Открываю дверь подъезда, и зачем-то пропускаю мужчину внутрь.
– Что? Будешь пользоваться моим нетрезвым состоянием? – нагло интересуюсь, едва мы поднимаемся к моей квартире.
– А разрешишь?
