Глава 4
С утра мы позавтракали как обычно, и решили сходить на прогулку. Путь был неблизкий, мы долго шли вдоль железной дороги, не зная, рабочая ли она вообще. Потом по огромному мосту через мелководье, а когда перешли на ту сторону и спустились вниз, то оказались в небольшом кармане русла, благодаря чему воды здесь было по голову, а не как в десяти метрах отсюда – по щиколотку.
Вокруг никого не было, а купаться захотелось невероятно, кристально чистая вода. На пробу она была слегка прохладной, проточная ведь, но где наша не пропадала, организм молодой, а закалка полезна для здоровья!
Мы с Кэт как были в одежде, так и ринулись в воду. Долго плавать в ограниченном пространстве не удалось, и мы обрызгивали парней водой, пока те привыкали к температуре.
– Не ожидала, что вы такие неженки, – пошутила я, подбадривая их быстрее окунуться.
– Ах, неженки? – завёлся Бенсон. – Ну, я тебе сейчас покажу неженку, Флеминг. Держись! – едва успел предупредить он, и сиганул в воду бомбочкой с небольшого выступа, служащего одной из опор для моста над нами.
Брызги разлетались во все стороны, но веселья это лишь добавило. Дэнни тоже не остался в стороне и быстренько окунулся, а потом нырнул, подплывая сзади, намереваясь напугать. Но вода была настолько прозрачной, что даже у самого дна его было прекрасно видно, потому попытка не увенчалась успехом.
Когда он вынырнул, я уже ждала его, сложив руки на груди. Дав ему несколько секунд набрать воздуха, я несильно схватила его за волосы и окунула под воду. Он подсёк меня, перебрасывая через себя в воду.
Кэт взобралась Джеку на плечи и вовсю прыгала с него как с трамплина, потом парни сцепили руки, приглашая нас по очереди прыгать, ведь с выступа не так интересно, а они раскачивались, помогая набрать амплитуду для прыжка. Мы наслаждались этим детским весельем, до посинения.
Обратно брели абсолютно мокрые и счастливые вылазкой. Отобрав у парней их футболки, поскольку наши с Кэт послужили нам купальниками, оставили их в одних шортах, насквозь мокрых. Возвращаться в дом не хотелось, а пока дошли до посёлка, то успели обсохнуть под палящим полуденным солнцем и мы оделись в своё. Решили зайти, в конце концов, в одну из закусочных, что бы сегодня не готовить.
К моему удивлению Кэт не потащила нас в шашлычную – да мясо и мы сами готовим отлично, – а повела в кафе-мороженное с коктейлями и сладостями. Для более сытного обеда мы недостаточно проголодались, а вот для десертного перекуса – в самый раз.
Я не стала изменять себе и выбрала шоколадный коктейль, но с кокосовым сиропом, Кэт взяла себе солёную карамель на пробу. Мальчишки молоком баловаться не стали, предпочитая обычное мороженное ягодных вкусов.
После мы прогулялись по сувенирным лавкам, где купили себе по магнитику в память об общих каникулах. Здесь можно было сделать фото на месте или принести заготовленное и перенести его на магнит, что мы и сделали. У Джека на телефоне был один отличный кадр у реки, где мы все мокрые, немного продрогшие после холодной воды, но с искренними улыбками до ушей.
А вечер встретили в баре «У Фрэнка». Парочка шотов с водкой и сладким синим ликёром и мы были готовы. Кэтрин стало немного дурно, и мы решили, что самое время вернуться домой.
Брести в темноте по бездорожью оказалось не простой задачей, но кое-как с падениями наперевес мы добрались до дома. Да только решили остаться на свежем воздухе во дворе, дабы хоть немного прийти себя. Завалились на траву у бассейна, в котором ещё ни разу не купались и мне в голову, разумеется, пришла гениальная идея его испытать.
Я стянула майку и шорты, оставаясь в нижнем белье, по-моему, стесняться уже было не кого, все свои, а после наших правд и действий – тем более. Опустила ноги в бассейн, а затем погрузила полностью под недоумевающие взгляды друзей. Тёплая вода приятно окутывала тело.
– Ну а что? Мы ни разу не купались в нём, а вода, между прочим, с подогревом, не то, что речная.
Джек не стал отвечать, пока я молча окунулась с головой. А когда вынырнула, то обнаружила спускающегося в воду Дэна. Кэт вскочила, убегая в туалет по понятным причинам, а Бенсон… Он не знал, стоит ли пойти следом за подругой или лучше оставить её одну, потому занял выжидательно-наблюдательную позицию.
Мы с Дэниелом начали брызгаться, хохотать, звать Джека к нам, но он всё же решил проверить состояние Кэт. Спустя пару минут он вышел к нам и сообщил, что уложил нашу бестию в постель и сам тоже идёт спать. Мы с Харпером немного притихли, усаживаясь на бортик.
– Так хорошо я себя не чувствовала уже очень давно, – призналась Дэниелу, глядя на звёздное небо.
– То есть мой сюрприз не такой уж и неудачный? – не удержался он от шпильки в мой адрес.
– Я не люблю сюрпризы, которые могут помешать моим планам, если те имеются. Но твой подарок нам всем… Это нечто большее, чем просто сюрприз. Такие воспоминания как те, что мы здесь натворили, останутся с нами до самой старости. Так что твой сюрприз ни в какое сравнение с теми, что мне не нравились, – объяснила своё отношение к неожиданностям.
– Я рад, что смог отвлечь тебя.
И стоило ему сказать об этом, как я сразу вспомнила, от чего я тут отвлекаюсь. Стало немного грустно, но я старалась не выдавать этого изменения.
– Эй, выше нос, принцесса! Всё будет хорошо. Уж не знаю, что у вас там с Салливаном произошло, и мне жаль, что напомнил об этом, но он точно не стоит того, что бы грустить из-за него в такую чудесную ночь, – улыбнулся Дэн, накрывая мою руку своей. Я слегка сжала его пальцы и вернула улыбку. Он прав.
Мы посидели ещё немного, я уже хотела вставать, что бы пойти спать. Но Дэн вдруг спросил:
– Правда или действие, Адель?
Он застал меня врасплох, потому я засмеялась сначала. Подумав, выбрала правду.
– Когда ты врала последний раз? – спросил Дэн.
– Эмм, даже не знаю. А что?
– Ничего, просто. Тогда я оставлю этот вопрос себе на будущее. Идёт?
– Идёт, – рассмеялась я.
Последние дни в коттедже мы провели весело и, на удивление, трезво. В день отъезда, когда все вещи уже были собраны, мы устроили турнир в бильярд. Понятное дело девочки против мальчиков.
Выиграть честно у ребят мы не смогли, потому пустили в ход все свои женские штучки. То отвлекающие манёвры, пока кто-то из нас втихаря передвигал шары, то помогали закатиться в лунку, лёгким толчком наманикюренного ноготка. Было весело, но каникулы подошли к концу, нам с Кэт предстояло вернуться в Хэвенсайд, а парням в Шатвиль.
На вокзале ребята проводили нас к нашему поезду, мы тепло попрощались, долго обнимались и ждали следующей встречи. Особенно Кэт. Я-то вернусь в сентябре в академию. Наш поезд тронулся, а парни остались на перроне. Их поезд отправлялся через несколько часов.
Дома мы с Кэтти разошлись, она уехала к себе, а меня встретила мама. Моему счастливому виду она была рада едва не больше моего. Впрочем, я не удивлена. Последний месяц я сама на себя была не похожа, скорее на грозовую тучу.
Эта вылазка с ребятами явно пошла мне на пользу, напоминая о том, что не на одном Салливане мир клином сошёлся. По крайней мере, так я думаю сейчас. Но что ждёт меня по возвращении в академию?
– Ты уже решила, когда будешь ехать? – спросил папа за ужином.
– Так торопишься меня поскорее сплавить? – поддела его.
– Ха-ха! Очень смешно, – ничуть не обиделся он, искря сарказмом. – Хочу знать, сколько ещё у нас есть времени до начала твоей учёбы.
– Неделя. Я уеду в ближайшую субботу, что бы воскресенье был днём отдыха после дороги и разбора вещей, а понедельник нормальным первым днём без спешки и стрессов. Билеты уже смотрела, но ещё не купила.
– Лучше сразу купить, потом начнётся суматоха, все ринуться в последний момент, вот увидишь, – добавила мама. А когда мы все разошлись по комнатам после ужина, она зашла ко мне, что бы узнать в порядке ли я.
– А почему нет? – спросила я, не понимая к чему вопрос.
– Ты возвращаешься в академию, где будет человек, сделавший тебе больно. Я переживаю за тебя, доча.
Если бы мама не напомнила об этом, я бы до самого понедельника чувствовала бы себя прекрасно. Наверное. Не знаю.
Но мама напомнила, и сердце снова сжалось в тисках. Не знаю, расскажу ли я ей вообще когда-нибудь о том, что знаю правду. Но почему она мне не расскажет? Зачем скрывает это?
– Знаешь, у меня когда-то тоже был человек, сделавший мне больно. Ещё до папы. Мне хватило смелости уйти от него, и то благодаря Ричи.
– Что случилось? – спрашиваю я.
– Я приехала в столицу на экскурсию со своими одноклассниками…
Сара Чедвик
Мы ходили по паркам, по музеям, были в центре космонавтики, в зале по наблюдению за небесными телами и в других не менее захватывающих местах. Мы присматривали себе разные колледжи, университеты, академии – кому, что интересно было. Нас отводили так же в генетическую лабораторию, откуда и появилась моя любовь к медицине.
Вернувшись в гимназию, я сделала упор на химию, биологию и сопутствующие предметы. Выбрала углублённые факультативы по необходимым мне наукам. А когда поступила, моему счастья не было предела.
Я довольно быстро обросла друзьями, своей компанией по интересам и кучей несерьёзных поклонников. Но один особенно выделялся. Он был неординарным парнем. Он долго ухаживал за мной, дарил цветы, делал много комплиментов, но держался немного в стороне от моих друзей. Он был очень хорошим, и я не смогла устоять.
Он пригласил меня на свидание в парк аттракционов, мы катались на колесе обозрения, я едва смогла уломать его пойти на крутящийся молот, после чего почти сразу пожалела, потому что храбрости у него поубавилось.
– Что-то я не очень хорошо себя чувствую, – сказал Эдвард.
Мы решили отдохнуть от шума в близлежащем парке. Мы сели на лавочку, в ларьке неподалёку он купил нам мороженое и мы просто сидели и болтали ни о чём. Когда стало уже прохладно, он галантно обернул меня в свой пиджак и проводил в общежитие.
Он не торопил меня и это подкупало. Я никогда не была ханжой, и когда была на первом курсе, уже имела кое-какой опыт, но мне было приятно растягивать этот конфетно-букетный период, подогревая наше желание.
– Я приятно провёл время, – он наклонился, касаясь губами кончиков моих пальцев. Я поцеловала его на прощание и упорхнула в общежитие.
Эдвард Салливан был очень галантным кавалером, но немного скрытным. Я почти ничего о нём не знала, кроме того, что он учится в частной академии и, что я нравлюсь ему. Его интересовала наука, но не какая-то конкретная, а всего понемногу.
Он занимался бизнесом, изучал психологию, маркетинг, международные отношения. Он был необычайно умным молодым человеком, чем приковывал к себе внимание не только девушек, но и парней своего возраста и даже мужчин постарше. Его уважали за то, как он умеет себя преподнести.
Он был гордым, остроумным и точно знал, чего он хочет. И шёл к своим целям вопреки всему. И одной из его целей стала я. Не сказать, что я была против, но и торопиться не хотела. Он привлекал к себе внимание не только из-за того, каким он был, но и из-за своей фамилии.
Как я узнала намного позже, он был сыном бизнесмена, не последнего человека в стране. Я никогда не знала, его родителей лично, но слухи ходили разные. От того, что его отец глава местной мафии до того, что он сбежавший иностранец, решивший начать новую жизнь. Никогда не узнаю, что из этого правда, да и мне было всё равно.
Деньги и слава никогда не привлекали меня, скорее наоборот. Я не жаждала быть в центре внимания и не хотела, что бы обо мне ходили сплетни как в университете, так и в городе вообще. Потому я очень долго скрывала наши свидания и не позволяла ему проявлять чувств на публике.
Чуть позднее, один из профессоров в моём университете уволился. То ли по состоянию здоровья, то ли из-за семьи, не имело значения. И группу студентов, которую он курировал, временно присоединили к нам. У них было совершенно не похожее на наше направление, но только наш куратор взял на себя эту ответственность.
Когда эту новость объявили на квартальном собрании, группа присоединилась к нам в аудитории, а ко мне подсел симпатичный молодой человек. Кристофер. Он был очень обаятельным, улыбчивым, но немного нелюдимым. Мне было странно, что он выбрал профессию, с непосредственным контактом с людьми.
Однако чуть позже выяснилось, что Крис только на первый взгляд нелюдим, ведь когда мы сдружились с ребятами с их потока, каждую недели закатывали в общаге смешанные вечеринки.
– У тебя есть парень? – однажды спросил Крис.
– Есть кое-кто, кто мне нравится, – уклончиво ответила я. Мне нравился Крис, но я была влюблена в Эдварда. И поскольку была молода, то не собиралась разбрасываться вариантами.
– И кто он? – он навис надо мной, прислоняя руку к стене у моей головы, наклонился так близко ко мне, что наши носы почти соприкасались. Я нервно вздохнула, но Крис расцени этот вздох как приглашение и поцеловал меня, чего я совершенно не ожидала.
Кристофер Ричардсон был нагловатым, весёлым, обаятельным парнем, который не думал завтрашнем дне. Он жил настоящим и наслаждался каждой секундой, потому не подумал о том, что я дам ему пощёчину, как только он оторвётся от меня.
Его глаза округлились, но на лице заиграла самодовольная улыбка. Я сбежала с вечеринки, не подозревая о том, что на неё пришёл и Эдвард, и видел всё, что произошло.
На следующий день, когда я пришла в универ все вокруг шептались, искоса поглядывая на меня. Я чувствовала себя максимально неуютно, будто меня раздели догола и пришпилили к стеклу под большим микроскопом.
Оказалось, вчерашний инцидент оброс свидетелями и слухами. Кто-то называл меня шлюхой, кто-то жалел, а кто-то просто развешивал уши, ловя очередную версию событий.
Заходя в аудиторию, я не знала, куда мне деться, так горели лицо и уши. Я смотрела только в пол, стараясь не встречаться глазами с другими студентами. Я заняла своё обычное место, а возле меня плюхнулся Кристофер Ричардсон.
– Как дела? – небрежно спросил он, закладывая руки за голову, и вытянул ноги под столом.
– Ты с ума сошёл? – спросила я шёпотом. – Как могут быть мои дела, если весь университет шепчется том, что вчера случилось. Ты не должен был меня целовать.
– Это ты не должна была меня бить. Если бы мы просто целовались, никто бы и внимания не обратил, Сара.
– Я не намерена терпеть то, что мне не нравится.
– Не нравится? Разве? По-моему тебе очень даже понравилось, – он расплылся в улыбке. Я не знала, как возразить, ведь он был прав.
Его поцелуй был наглым, настойчивым, таким возбуждающим, что только потому я его и ударила, боясь, что зайду дальше, чем собираюсь. И мне хочется ещё, стоит взглянуть на его губы и обворожительную улыбку. Однако, признаваться ему в этом я не стану. Не хватало ещё пошлых шуточек с его стороны.
После пар меня у выхода из здания поджидал Эдвард. Он отлично умел собирать информацию, и я не была удивлена, когда он задал прямой вопрос, хочу ли я с ним расстаться. Но я не хотела, о чём и поспешила сообщить. Он кивнул, принимая это во внимание, а потом потянул меня за руку, прочь от здания.
– У меня для тебя сюрприз, – он открыл передо мной дверцу своей машины и подал руку, что бы я села.
Мы приехали в какой-то очень крутой ресторан, к чему я была совершенно не готова. На мне были хлопковые бежевые штаны, лёгкий сиреневый свитер крупной вязи и волосы, собранные в небрежный пучок. Я даже не была накрашена. Всё, чего мне хотелось, это уехать домой. Но Эдвард пообещал, что мне не о чем переживать и повёл внутрь.
Мы оказались в огромном пустом зале, где нас встречали трое официантов, шеф-повар, администратор и ещё какие-то люди, которых я не успела классифицировать. Администратор проводил нас к центру зала и усади за красиво сервированный стол.
Эдвард сделал заказ, взял меня за руку и сообщил, что у него самые что ни на есть серьёзные намерения относительно меня. Он достал небольшую бархатную коробочку и подарил мне пару замечательных серёжек с бриллиантами.
– Я не могу это принять, Эдвард, – я рассматривала украшение с нескрываемым восторгом, но стоило мне представить, во сколько они ему обошлись, в голове начинало зудеть. Я не содержанка какая-то, мне не нужны драгоценности.
Но он был непреклонен.
– Это подарок, Сара. Если ты примешь их, я буду считать, что мы официально пара, и это больше не будет тайной. Не стану скрывать, мне очень не нравятся те слухи, что ходят о тебе, я знаю о вчерашнем поцелуе, поэтому и пошёл на этот шаг. Если ты их не примешь, я буду считать это отказом, и мы просто разойдёмся. Если примешь – ты моя, и об этом будет знать каждая собака, включая тех парней, что захотят поцеловать тебя.
Его прямота, спокойствие, рассудительность восхищали меня. Всё в нём кричало, что с этим мужчиной никакое будущее не будет страшным или непредсказуемым. С ним будет надёжно, как за каменной стеной, как за скалой, как в чёртовом замке Дракулы.
И это то, чего я хотела от жизни. Разойтись всегда успеется, потому я приняла подарок и поцеловала его в благодарность. Не став терять время, примерила их и так и осталась с бриллиантами в ушах.
Тем же вечером, встретившись с Крисом в компании общих друзей, я поставила его перед фактом – у меня есть парень, и теперь я неприкосновенна для него. Ну и для других тоже.
– Значит, будем дружить, – радостно ответил тот.
Меня смутила такая его реакция, но я не стала заморачиваться. Чего можно ожидать от парня, который живёт одним днём? Одной юбкой больше, одной меньше, какая разница, верно?
Я натянула улыбку и стукнула его в ладонь, давая пять, когда он поднял для этого руку.
Глава 5
Эдриан Салливан
После того дня, я не мог смотреть на отца. Не мог поверить, что он не сказал, но его поведение стало для меня понятным. Он не хотел затащить молодую девчонку в постель, он хотел просто сблизиться с ней.
Но почему не сказал сразу? Хотя бы мне? Я бы сумел сохранить этой в тайне, если бы пришлось, но тогда я хотя бы не влюбился в неё. Мы бы не натворили глупостей.
Да что уж сейчас говорить об этом? Слишком поздно. Но как ни странно, я не жалею о том, что у нас было. Ещё ни к кому подобных чувств я не испытывал. Одно лишь это, стоило того, что бы встретиться и полюбить её.
– Гргрграа! – злюсь я и бросаю бутылкой Джека Дэниелса в стену. Осколки разлетаются по всему кабинету, и я плетусь за шваброй, что бы прибраться.
