Страница 2 из 5
Виверна, почуяв неладное, зашевелилась. Растопыренные крылья и длинная змеиная шея первыми очутились на коврике, а две ноги и очень подвижный хвост с красной кисточкой на кончике пострадали от хлынувшей воды. «Родственник» драконов взвыл и кинулся к хозяину, роняя всё на своём пути.
– Белка!
Да-да, вы не ослышались, именно так звали это милое зелёное создание. Детёныш, найденный год назад в лесу, больше напоминал повадками бельчонка, чем гордого дракона. И сейчас вместо того, чтобы защищать хозяина, прятался за его спину.
Сонорх Фейл тяжело вздохнул, помотав головой. Сколько раз грозился отдать виверну к драконам, но не мог, такую юную могли растоптать в гнезде сильных.
Плюх. Мужчина был готов ко всему, кроме этого. На кровати оказалась та самая девчонка, которую он волей долга спас много лет назад.
– Не может быть… – задумчиво произнёс он. – Я же отправил её в то время, где она сможет найти свою судьбу. Ошибся в расчётах?
Белка уже научилась понимать речь хозяина и поэтому с любопытством начала разглядывать незнакомый объект женского пола. И всё бы ничего, но это было её любимое место, как и то, об которое она упёрлась головой. Мягкое и тёплое плечо.
– Курлык, – вырвалось у виверны.
– Нашла время нежитс… – Фейл не договорил. Ещё ни разу Белка не подпускала к нему девушку, и не важно, в каком та будет состоянии. А за постель и вовсе приходилось сражаться не на жизнь, а на смерть.
А что сейчас? Вместо того чтобы скинуть «гадость» (так мужчина обозвал весь женский пол после неудачной помолвки), она курлычет и трётся об шею.
Видимо, и до Белки дошёл сей факт. Хрясь! Голову убрали подальше и пошкрябали по полу в гостиную. Уж слишком резво, как будто напортачила в неположенном месте.
– Белка!
Крик разнёсся по северной части академии, заставляя многих вжаться в стены от страха. Задрожали стёкла главного здания, не скрытого от глаз посторонних. Ректор академии серьёзно задумался об отпуске лет так на десять, если не больше. Злить тайплейсов было опасно, этому учили с детства каждое живое существо.
***
Невесомость даёт прекрасное представление о полёте. Ветер ласкает тело, словно обмывая его в своих потоках. Но всему рано или поздно приходит конец. Даже у столь мощной стихии есть свой предел, который нужно пополнять. Давая отдых своему владельцу.
Эмиллия Грант застонала от боли во всех мышцах. Такое чувство возникало только после тяжёлых тренировок в зале стихий. Но как же это было давно. Стены, усыпанные мелкими осколками минералов для отражения стихий. Пол, застеленный мягким ковролином, при падении на который не остаётся синяков. Инвентарь для тренировок в дубовом лакированном шкафу ограждённый от магических всплесков. Запах жасмина и мяты в аромосвечках, распространявшийся по помещению.
Ресницы девушки затрепетали. Вот-вот она очнётся, и что говорить ей, молодая нага совершено не представляла. Попробовать объяснить, что резервы истощены, или просто дать лекарство и скинуть остальную работу несносному деканату – тайплейса, который и принёс больную?
– Как же сложно! – проговорила Земфира, растрепав пепельные волосы изящными пальцами, которые могли как подарить, так и отнять жизнь всего, несущего искру души. От волнения она перекинулась в человеческую ипостась. Грудь обтянула невесомая синяя ткань. Набедренная повязка спустилась мини-юбкой, едва прикрывавшей ягодицы. Холодная рельефная плитка заставила вздрогнуть, стройные ноги как всегда оказались не готовы к резким переменам. Но подумать об этом не вышло, элементалий распахнула серые очи.
– Как вы? – спросила Земфира, прикусив нижнюю губу.
– Хорошо, – неуверенно пролепетала Эмиллия.
Белизна слепила не хуже солнечных лучей. Больничный запах щекотал ноздри и вызывал нервное раздражение. Хотелось поскорее сбежать из этого места. Да куда же, если нет никаких представлений о месте нахождения.
– М-м-м… – задумалась Земфира. – Не знаю, как вам сказать, но у вас полное истощение магических каналов. Меня предупредили о том, что вы элементалий. Вот только, как бы помягче выразиться? Таких, как вы, я вижу впервые. Поэтому надеюсь, вы не сильно обидитесь на то, что я взяла вашу кровь на анализы?
Ветер возмущённо засвистел. Стихия впервые могла вырваться, и отношение к своей хозяйке ей явно не понравилось. Эмиллия застонала от головокружения, воздуха стало не хватать. Щит невесомой паутинкой убивал создателя, а сила, те крохи, что были, не могли ничем помочь в столь нелепой ситуации.
– Что с вами? – шок, и нага вновь предстала в виде древнего существа, чем испугала Эмиллию и только ухудшила положение дел.
Дверь с треском слетела с петель. Элементалий? Нет, в лекарское крыло влетел разъярённый тайплейс собственной персоной. Тёмные пряди мокрых волос обрамляли овальное лицо, синие глаза светились всполохами серой дымки. Изодранная одежда висела ненужной тряпицей.
– Какого чёрта здесь происходит?!
Заметив посиневшую Эмиллию, он замер. Пелена окутывала её, не пропуская ничего внутрь. Не медля, Сонорх Фейл сорвал опутывающий кокон, усмиряя стихию рунным знаком. Та нехотя повиновалась, но запомнила обидчика.
Вздох тяжёлый, но такой желанный наполняет воздухом лёгкие. Больно, но жива. Слёзы облегчения скатываются по щекам. Только после этого она видит смутно знакомого мужчину.
– Вы?
– Я?
– Мне выйти? – конец хвоста наги нервно подрагивал. Земфира чувствовала появившееся напряжение в пространстве и желала поскорее ретироваться, а то, кто их знает? Вдруг всё разнесут, а ей потом перед главным отчитываться.
– Да!
– Нет.
Прозвучали два голоса враз, и кого-либо слушать в данный момент Земфире не хотелось. Ничем хорошим для неё это явно не кончится. Поэтому она приняла единственное верное решение: уйти куда подальше. Остальное пусть сами решают. А начальник пусть лесом идёт, достал со своей чрезмерной опекой.
– Как я сюда попала? – порядком нервничая, решила узнать Эмиллия. – Что произошло? Да кто же вы на самом деле?
Сонорх грозной скалой навис над Эмиллией. Сейчас ему хотелось одного: спокойно принять душ и отдохнуть после тяжёлого дня. Первая попытка не увенчалась успехом, одна из куриц подкараулила его в душевой для преподавателей. Оттуда Сонорх неожиданно для себя переместился вблизи лекарского крыла, где ощутил что-то неладное.
– Мне тоже интересно, почему ты здесь, – хрипло произнёс Сонорх.
Одежда на Эмиллии высохла, из-за чего вновь начала просвечивать, показывая аппетитную грудь второго размера. Сонорх не мог оторвать взгляда, и от этого зверел ещё больше. Как юнец, чувствовал желание уложить девчонку и ворваться в неё своим естеством. Но ему давно за тысячу лет, и он научился сдерживать свои инстинкты.
– Чёрт! – выругался Сонорх, обратив внимание на смену цвета волос Эмиллии. Вместо чёрных они стали тёмно-русыми. Знак того, что их судьбы теперь объединились.
– Этого мне ещё не хватало! – взвыл глава факультета тайплейсов в опасной близи от губ Эмиллии.
Виверна1 – это существо считается «родственником» дракона, но у него всего две ноги, вместо передней – нетопыриные крылья. Для него характерна длинная змеиная шея и очень длинный, подвижный хвост, оканчивающийся жалом в виде сердцеобразного наконечника стрелы либо копья. Этим жалом виверна ухитряется резать или колоть жертву, а при соответствующих условиях даже пронзить её насквозь. Кроме того, жало ядовито.
Глава третья
Эмиллия Грант затаила дыхание. Неизвестное существо стояло до неприличия близко. Ещё немного и могло бы произойти непоправимое! От переживаний сердце ускоряло темп, бешено стучась в грудной клетке.
– О чём вы? – нерешительно прошептала Эмиллия, зажмурившись. Лишь бы не видеть в его глазах бушующий голод.
Сонорх Фейл облизнул пересохшие губы. Запах жертвы будоражил древнюю кровь, распыляя охотника. Вся выдержка летела коту под хвост. Кто-то другой обрадовался бы связи, но не он. Лишних проблем не просто хватало, а они в прямом смысле слова сыпались на голову.
– Связь судьбы, девочка, – чуть ли не рыча, выдал Сонорх, с усилием отодвигаясь от желанного лакомства.
Эмиллия недоумённо уставилась на мужчину, ничего не понимая. По спине пробежали мурашки от плохого предчувствия. Рядом тревожно взвыл ветер, ощутив эмоциональный фон хозяйки, но связь ветра и элементалия была слаба.
– Я… – Эмиллия не знала, что сказать и стыдливо опустила взгляд, разглядывая уличный кафель, из которого торчали пучки зелени. Странное покрытие для лекарского крыла никак не укладывалось в сознании с логической точки зрения. Ведь они находились в помещение.
Сонорх тоже не торопился что-либо объяснять. Мысленно продумывая как поступить в сложившейся ситуации:
«Отправить обратно?
Не получится.
Оставить в настоящем времени?
Означало смириться с собственными мучениями в деликатном плане, а те так просто не отпустят. Видел, как мучился его младший брат, найдя свою занозу в пятой точке. Насмотрелся тогда и отправился в храм судьбы, прося помощи. Допросился, называется, и что теперь с элементалием делать? Вымерший вид, прознают – и в зелёную книгу занесут».
Внутри Сонорха всё воспротивилось подобной мысли. Механизм, отвечающий за жизнь, заскрипел, сжимая внутренности многоликого. Мужчина скривился от боли в сотый раз, жалея о поспешном решение в тот день, из-за которого теперь приходилось страдать.
Либо!
Просто взять девчонку и съесть. Хотя вариант помочь и стать спутником Эмиллии на всю оставшуюся жизнь также будил фантазию в плоской горизонтали.
Излишнее воздержание от дома утех не проходило бесследно, но и там теперь стало небезопасно. Каждая «гадость» пыталась завоевать тайплейса и стать статусом выше остальных наравне с императорской династией, правящей на пике Сме-Ртий.
Вот только жениться Сонорх Фейл не спешил. Поначалу ему казалось, что нашёл в одной из своих пассий свою истинную судьбу. Но та предала, бросив многоликого перед алтарём богини Афины. И сбежала с конюхом, слабым тайплейсом, не умевшим перемещаться во времени.
Эмиллия устала от молчания и решила встать с постели. Простынь холодила разгорячённое тело, а лёгкое, словно паутина, одеяло держало тепло, как в коконе. Ощущение, что ты бабочка, которая вот-вот вылупится из кокона, не покидало девушку ни на секунду.
– Куда? – проговорил Сонорх, хватая падающую Эмиллию. И не успел увернуться. Их губы соприкоснулись, и именно в этот момент предательски скрипнула дверь.
В лекарское крыло с ленцой ввалился Кичинэ Даске. Его тёмные брови поползли вверх от удивления. Декан Тайплейса целовал неизвестную девушку и недвусмысленно прижимал к себе.
Прокашлявшись, мужчина небрежно спросил:
– Где экземпляр для уборки?
Сонорх отошёл от Эмилли на несколько шагов. Жар и дрожь граничили на острие ощущений, сводя с ума. Поняв кто перед ним, скривился так, словно съел виноград3. Напыщенный индюк и то скромнее молодого вояки с огненной стихией. Тот вечно носил красный мундир со значками отличий. На плечах были кленовые эполеты, вручённые недавно императором в честь службы в императорской династии. На чёрных джинсовых брюках в три ряда по бокам были вышиты вручную крестиком золотые лампасы. Да чёрные деревянные гэта – сандалии на ногах, портящие весь вид серьёзного огневика. Длинным волосам Даске, собранным в конский хвост, завидовала добрая половина студенток академии, как и светлой коже в сочетании с карими глазами и прямым носом.
– Ты о чём? – совладав с собой, поинтересовался Сонорх, отмечая, как Эмиллия спряталась под оздоровительным одеялом.
Это был первый поцелуй Эмиллии, и то, что потеряет его таким глупым образом, она и представить себе не могла. Но, к сожалению, случившегося не вернуть. Поэтому краснея от смущения и неловкости, скрылась, пытаясь понять, как вести себя дальше. Даже не прислушиваясь к разговору незнакомцев.
– Элементалий где? – озираясь по сторонам, спросил Даске, не замечая воздушного сгустка.
– Зачем тебе? – раздражение накатило волной на Сонорха, ему хотелось поскорее разобраться с неприятностью.
– Ректор обещал, – насупился Даске, скрещивая руки на груди. – Только понять не могу, какого лешего сгусток здесь может делать. Их же лечить не нужно, восстанавливаются в котлах за час или два после работы. Кинул да пошёл по своим делам. Лафа!
– Вот и иди отсюда! – указывая на выход, прошипел Сонорх. Ветер вторил ему, разметав клочья листовок по помещению, если бы мог, скинул в окно, но понимал, что его хозяйке это не понравится.
– Да как вы смеете! – возмутился Кичинэ Даске, пятясь назад. – Я буду жаловаться!
– Да хоть сколько жалуйтесь, – стрелки часов, как бешеные, закрутились в круглом пожелтевшем от времени шаре. Заскрипела половица, отвечающая за бой молотков, удерживая порыв господина тайплейса.
Даске побледнел, успевая на последней секунде сбежать от свихнувшегося декана времени. Бежал, сломя голову, чтобы попасть к ректору и всё рассказать. Но в тот момент ему не было ведомо, что его просьбу спустят сквозь рукава. А император и вовсе прикажет не приходить по глупостям и вручит такой необходимый сгусток за просто так. В тот день огневик решил для себя одно – он будет мстить!
После исчезновения источника раздражения древняя магия тайплейса, как сама жизнь, вырвалась на свободу. Она могла всё, что угодно. Хочешь – будешь там или, напротив, здесь и никто не запретит. Оживляй, либо умертвляй. Времени подвластно буквально всё!
Почувствовав постороннего, сила тайплейса притихла, и устремила взор на полупрозрачную, сотканную из множества веществ силу элементалия. Это был необычный воздух, больше похожий на ветер. Вероятнее всего, такой вид решила принять сила девушки, чтобы суметь защитить свою владелицу от неприятностей. Но тонкая серебряная нить, соединявшая этих двоих, была настолько слабая, что одно касание могло разрушить их связь навсегда.
Холод прошёлся по телу Сонорха. Вокруг стояла оглушительная тишина. Только сейчас он понял, что натворил. Вышел из себя, словно какой-то непутёвый подросток. Позор, да и только!
Заметив, как его магия с осторожностью соприкасается с Эмиллией, Сонорх замер, забыв, как дышать. Ветер напряжённо метался из стороны в сторону, но не мешал постороннему из-за своей слабости. Так и в жизни, если кто-то сильнее, то лучше быть осторожнее, чем злить волка на его территории.
Постепенно палата начала наполняться пением птиц. Зашуршали грибовидные деревья – возмущённо от потери необходимой им влаги. «Проблема» засопела, погружаясь в некое подобие сна.
Действительно, Эмиллия была измучена, а одеяло было запрограммировано как на пробуждение, так и на обратный эффект. Чтобы лучше помогать пациентам. Наработка экспериментального факультета имела успех и пользовалась уже большим спросом в каждом лекарском здании.
– Нам пора, – прошептал Сонорх, ощутив колебание своей стихии. Нельзя спускать мощь на самотёк – это чревато необратимыми последствиями.
Страшно представить, что может сделать магия без должного умения обращаться с ней.
Однажды такое уже случалось. Только никто не знал, почему и кто оказался виновником. Кто-то очень постарался скрыть это из истории существования мира.
Но!
Раньше всё было иначе, всем живущим пришлось приспосабливаться к тем изменениям, которые произошли. А те, кто не смог, ушли в небытие. В ту пору многие потеряли близких людей, и горесть по ним воспевают по сей день в храмах злополучной богини Афродиты.
С невесёлыми мыслями Сонорх вернулся к себе. Снимать с себя одежду начал ещё при входе в спальню, не заметив, что Белка пропала. А это могло означать одно из двух: либо напортачила, либо собиралась что-то натворить. И хозяину это точно не понравится.
По щелчку свет в ванной комнате загорелся, ослепляя.
Лампы зависли посреди комнаты и вместо мягкого свечения работали на всю мощь. Сонорха начинали царапать нехорошие догадки. Почему-то джакузи из водорослей было прикрыто трясиной из леса вблизи академии.
Левый глаз начинает дёргаться. Трогать эту гадость тайплейсу совершено не хочется, но приходится. А там вместо нового покрытия неровно съеденная поверхность, и ладно это. Но виверна решила побрить «гадость», напавшую на мужчину, и теперь на дне красовались светлые локоны, сваленные с грязью в виде драконьих яиц.
– Белка!
Громогласный крик Сонорха содрогает академию второй раз за сутки. Студенты жмутся по углам, оглядываясь в поисках виновной живности, из-за которой у декана времени плохое настроение, но бесполезно. Виверна знает, где прятаться.
– И что ты натворила на этот раз? – измученно спрашивает Нидель Амстердам, перебирая на столе кольца с данными о курортах. Мысленно ректор молилась, чтобы император отпустил в отпуск. Шансы малы, но попробовать стоило. Пятая точка подсказывала, что это только начало всех неприятностей, происходящих своей чередой, и не раз не подводила.
– Курлык? – прозвучало вопросительно, и Белка пожала плечами, не поднимаясь с тёплой лежанки из крапивы, находящейся в пятом пространстве кабинета.
Года три назад виверна спасла Нидель из опасной ловушки, поставленной неким наёмником. Об этой ситуации ректор решила умолчать, чтобы не вызвать огласки со стороны высшей знати. Да и ведьмина гордость могла пострадать, а за неё каждая ведьма стояла горой. После того случая она стала прикрывать Белку от Сонорха Фейла, иначе совесть начинала мучить и терзать за бездействия.
– Так я тебе и поверила, – не отвлекаясь от дела, произнесла Нидель и вздрогнула, когда пропищал кристалл. Хочешь не хочешь, а посмотреть, кто сделал запись, приходится. Вдруг что-то важное.
– А-а-а! – не успела включить, а голосовое сообщение вопило на всё пространство. – Найдите ту дрянь, которая сделала это со мной! Иначе… я… папе пожалуюсь!
– Успокойся! – слышится со стороны голос студента-отличника. – Спасу я твою голову…
На этом кристалл замолкает. Ректор переводит взгляд на виверну, которая, как ни в чём не бывало, чистит свои крылья. Если бы Нидель не знала её настолько хорошо, то повелась бы на ухищрения драконицы. Но знала ту как облупленную и ни на грош не поверила.
– Белка! – строго начала Нидель. – Я тебя сколько раз просила студенток не трогать!? Ну, вешаются на Сонорха, так он сам их прогнать сможет. Не маленький уже.
– Фырк, – поворачиваясь задницей, Белка показывает, где видит все эти нравоучения.
– Белка! Я же прятать тебя вечно не смогу, – отчаянно стонет Нидель, понимая, что рано или поздно кто-то может понять причины проказ в академии. – И тогда не поздоровится не только тебе, но и всем.
