Наблюдая за незнакомыми мне драконами, каждый из которых питал свои собственные надежды и мечты относительно Скайхолла, я приложила висок к прохладному стеклу. Мой лоб пылал, и я прекрасно понимала, что заболела. Но у меня не было возможности плюнуть на все и просто вернуться домой. К тому же, холодный подвал вряд ли подходящее место для того, кто подхватил простуду из-за вечных сквозняков.
Когда народу в коридоре стало гораздо меньше, я заставила себя спуститься на пол. Адепты косились на меня, некоторые даже о чем-то шептались, но никто не подошел и ни о чем меня не спросил. Чем ближе подходила моя очередь, тем более нервной я себя чувствовала. Пальцы мелко подрагивали, и я с силой сжимала их на папке с документами. Экзамен состоял из двух частей – теоретической и практической. За теорию я практически не волновалась, не зря столько времени потратила на подготовку. А вот практика в моем состоянии могла пройти не по плану. Но времени на то, чтобы накрутить себя и довести до нервного срыва не осталось. Дверь распахнулась, впустив в помещение последнего адепта, и спустя несколько минут сигнальная лампа на стене вновь призывно мигнула.
Сделав большой глоток воздуха, будто собиралась нырнуть, я распахнула дверь и шагнула внутрь. И, пожалуй, это был тот самый момент, когда моя жизнь разделилась на до и после.
В кабинете приемной комиссии сидела одна единственная женщина. Когда я вошла, она подняла голову и поправила очки, съехавшие на самый кончик носа.
– Добрый день, – неожиданно охрипшим голосом поприветствовала я.
– Фамилия, – женщина уставилась на меня с явным раздражением.
– Ле Скар, – выпалила я. – Кристин Ле Скар.
– Документы давайте. Чего вы прижали их, как родное дитя.
Да ни одна мать так не дорожила своим ребенком, как я этими бумагами. Но вслух я этого говорить не стала, лишь протянула сварливой служительнице требуемое. Хмурясь и морща нос, отчего очки снова начали сползать, женщина начала просматривать содержимое папки.
– А где форма номер одиннадцать? – спросила она, внезапно подняв голову и уставившись так, будто я задолжала ей денег.
– Какая форма одиннадцать? – мой голос дрогнул.
– Согласие супруга на обучение в академии.
– У меня нет супруга, – все больше теряясь, ответила я.
– Нет? – женщина хмыкнула. – В таком случае вот, возьмите и ознакомьтесь, – и мне протянули уже знакомую листовку, с которой на меня смотрел улыбающийся во все свои клыки керри.
– Спасибо, – я хотела было отказаться, но в последний миг изменила решение. Ни к чему драконить эту женщину.
– Здесь не указано, какой стихией вы владеете, – моя собеседница снова углубилась в чтение.
– Дело в том, что я…
– А, не важно, – махнула рукой она. – На практике все выяснится. Что ж, поставьте здесь вашу подпись и проходите на экзамен. До письменного теста осталось десять минут.
Значит, я каким-то чудом все же не опоздала.
Расписавшись в заявлении, я прошла к указанной двери, за которой, как выяснилось, был длинный, тускло освещенный коридор. Одной рукой придерживаясь за стену, я побрела вперед и вышла, наконец, в большой лекционный зал, забитый адептами. Все задние ряды, конечно, были давно заняты, и с тихим вздохом я спустилась в самый низ. Расположившись на гладкой скамейке, я огляделась по сторонам. Адепты галдели, обсуждая будущий экзамен. Ни одного знакомого лица. Хотя, кого я надеялась увидеть?
Ответ на этот вопрос нашелся довольно быстро.
Дверь в зал распахнулась, и на невысокий подиум с хмурым выражением лица поднялся ни кто иной, как мистер Восхитительные Булки Кристиан Саргон.
Мужчина, который вошел в аудиторию, мало напоминал того довольно дружелюбного и соблазнительного профессора, который на своей спине доставил меня в Скайхолл. Он был мрачен и, казалось, полностью сосредоточен на своей задаче.
– Доброго дня, будущие адепты, – встав за кафедрой, мистер Саргон окинул зал долгим, тяжелым взглядом. – Вернее, возможно, будущие адепты. Рад приветствовать вас всех в стенах академии Скайхолл. Мое имя Кристиан Саргон, и сегодня я буду наблюдающим на вашем письменном экзамене. Через пару минут моя помощница раздаст вам листы с заданием. В тесте двадцать вопросов, и у вас будет целых полчаса, чтобы ответить на них. Если я замечу, что кто-то списывает, предупреждений не будет. Я просто сожгу нарушителя на месте. Вопросы есть?
Сожжет на месте?
Я была уверена, что вопросов не будет, но даже рядом со мной вверх метнулось сразу несколько рук. Мистер Саргон кивнул одной из девушек, позволяя ей озвучить свои мысли.
– Скажите, мистер Саргон, – она поднялась со своего места и чуть подалась вперед, демонстрируя профессору свои неоспоримые достоинства. – Вы женаты?
Клянусь, профессор Упругая Задница собирался закатить глаза. Наверное, этот вопрос ему задавали слишком часто. Неподалеку от меня раздался протяжный вздох. Это был звук ранения в самое сердечко. Кажется, еще одна потенциальная адептка пала жертвой мистера сердцееда.
– Не женат, – после небольшой паузы ровным тоном ответил мистер Кристиан. – Еще вопросы?
У него еще много чего спрашивали. Возможно, поступающие волновались и хотели таким образом потянуть время. Но добились лишь того, что сократили время для выполнения задания.
– Экзамен начался пять минут назад, – невозмутимо заявил профессор, игнорируя лес рук. – Но если вы предпочитаете узнать подробности моей личной жизни в обмен на проваленное испытание, то кто я такой, чтобы мешать вам? – он развел руками и с почти доброй усмешкой покачал головой.
По аудитории пронесся шквал возмущенных шепотков. Такой подставы от преподавателя никто не ждал. Однако, намек все поняли, и вопросов больше не было. Во внезапно наступившей тишине отчетливо послышался скрип чьих-то зубов.
– А теперь я попрошу мою очаровательную помощницу раздать вам листы с заданием, – кажется, настроение у мистера Кристиана Саргона действительно несколько улучшилось. Я бы поняла это лучше, если бы не страдала от изматывающей головной боли. У меня в черепе как будто поселился сумасшедший дятел, целью которого было сделать как можно больше дырок в моей голове.
Взгляд профессора остановился на мне.
О, нет.
Он же не имел в виду меня, когда говорил о своей помощнице?
Наверное, видок у меня был действительно паршивый, потому что мужчина нахмурился, а спустя мгновение взял со своей кафедры стопку листов и вручил их парню, который сидел неподалеку от меня.
– Раздай всем, – коротко приказал мистер Саргон, и тот не посмел ослушаться. Поднявшись, он пошел наверх, чтобы начать с самых задних рядов. Я проводила взглядом “очаровательную помощницу” и снова посмотрела на мистера Королевские Ягодицы. Он, как распоследний негодяй, внезапно начал раздваиваться. Я потерла глаза и сжала пальцами виски, чтобы хоть немного уменьшить пульсацию.
– Мисс Ле Скар, – раздался рядом тихий голос профессора. – Вам дурно?
– Все в порядке, – с самым честным видом солгала я. – Но благодарю за беспокойство.
Этот короткий диалог привлек ко мне всеобщее внимание. Похоже, мистер Саргон был здесь кем-то вроде местной знаменитости и завидного холостяка в одном флаконе. И он, к зависти других адептов, почему-то знал мое имя.
Не глядя по сторонам, я постаралась сосредоточиться на тесте. Задание мне уже выдали и, вчитавшись в вопросы, я украдкой выдохнула. Ничего сложного, я все это выучила едва ли не накануне вечером.
Несмотря на плохое самочувствие, я справилась довольно быстро. В процессе старалась ни на что не отвлекаться, но один раз пришлось, потому что какой-то особо ушлый адепт все же решил воспользоваться шпаргалкой. Нет, мистер Кристиан Саргон не сжег его на месте, но из зала вывел, и несложно было догадаться, что экзамен для этого парня был провален.
Закончив с заданием, я встала и направилась к кафедре профессора, чтобы сдать.
– А практику тоже вы будете принимать? – спросила едва слышно, чтобы не привлекать внимание других адептов.
– Возможно, – усмехнулся мистер Саргон. – Зависит от того, какая у вас стихия, мисс Ле Скар.
Хотела бы я и сама это знать.
– В таком случае, возможно, до встречи, – пожелала я, и вместе с другими закончившими тест поступающими направилась к выходу из аудитории. Никто меня не остановил.
Закрыв за собой двери, я обнаружила, что снова оказалась в том самом коридоре, где совсем недавно ждала своей очереди. И неподалеку была дверь с надписью “Приемная комиссия”. Результаты теста обещали огласить за полчаса до практического испытания, и мне оставалось только ждать. Возможно, любая другая разумная драконица воспользовалась бы появившейся возможностью, чтобы наведаться в медпункт и попросить жаропонижающее. Но я была упрямее горгульи и не собиралась признавать, что мой организм подкачал.
В ожидании я снова обосновалась на подоконнике и, кажется, задремала, потому что когда открыла глаза, в коридоре царил хаос. Оказалось, результаты теста уже огласили, и на стене рядом с кабинетом приемной комиссии висел список. Подобравшись поближе, я без особого восторга обнаружила свою фамилию в числе тех, кто прошел первый этап вступительных испытаний.
Это был еще только первый крошечный шаг к моей цели. А впереди у меня лежал долгий и тернистый путь.
Когда невысокая женщина в форме академии пришла за нами, чтобы отвести на полигон, я четко решила вечером напиться. Слишком много всего навалилось, и хотелось хоть как-то выплеснуть накопившийся стресс. Если поступлю в Скайхолл, отмечу свой успех. Если провалюсь – утоплю горе на дне бутылки.
Хотя в особом поводе я не нуждалась, моя жизнь была слишком беспросветной, особенно в последнее время. Мне все время нужны были деньги. И постоянно их не хватало. Я обрастала долгами, которые прибавлялись к огромной сумме, которую задолжал коллекторам мой отец перед тем, как свалить в закат. Поступление в Скайхолл на бюджет действительно было неплохим выходом из ситуации, и теперь я постаралась максимально сосредоточиться, чтобы не провалить столь ответственное дело.
Женщина провела нас по крытой галерее, освещенной магическими светильниками, и остановилась у входа в огромный купол, внутрь которого вела дверь.
– Заходить будете по одному, – объявила она. – И только после того, как вас вызовут.
После письменного теста отсеялась едва ли не половина поступавших. Перед дверью на полигон остались несколько десятков, среди которых я, кстати, не увидела “очаровательную помощницу”. Наверное, тоже не справился. Но у большинства был шанс подготовиться и попытать свои силы на следующий год. Я такой роскошью похвастаться не могла. Еще немного, и миссис Гросс выставит меня на улицу, оставив без крыши над головой. А следующей на очереди будет моя мать, лечение которой я из последних сил оплачивала. Такого развития событий я допустить не могла.
Может, все же надо было заткнуть внутренний голос и согласиться на предложение мистера Сноу? Попросить его принять меня в Скайхолл. Все же я спасла ему жизнь, а это долг крови, который просто так не забывается.
Но от размышлений меня отвлекло звучание собственной фамилии. Это что, меня первую пригласили на практическое испытание?
Открыв дверь, я на негнущихся ногах прошла внутрь купола. Все же после письменного теста у меня сложилось неправильное впечатление о поступлении в Скайхолл. Это оказалось далеко не так просто, как могло представиться. И внутри закрытого полигона меня ждал не знакомый добрый профессор, а целая комиссия хмурых, негативно настроенных драконов. Как будто они заранее сговорились раз и навсегда выкинуть меня за ворота академии.
– Мисс Ле Скар, – обратился ко мне мужчина с длинными черными волосами. Он бросил взгляд на лист бумаги, лежавший перед ним на столе. Вероятно, там была какая-то информация обо мне. – Скажите, какая у вас стихия?
– Не знаю, – я выразительно пожала плечами. Меня страшил этот вопрос. Как дракон может не иметь понятия, какой магией владеет? Но я не знала о себе даже таких элементарных вещей.
Комиссии мой ответ не понравился.
– Допустим, – мужчина выразительно постучал по столешнице пальцами. – Вы родились в Виригии и принадлежите к какому-то клану? Или прибыли из другого мира?
– Не знаю, – глухо повторила я, уже догадываясь, чем все закончится.
Члены комиссии переглянулись.
– Как этого можно не знать? – спросила меня худая блондинка, с волосами настолько белыми, что ее лицо на их фоне казалось сероватым.
– Легко, – я пожала плечами. – Когда не у кого спросить.
– Вы сирота?
Практически. При живых родителях. Но я не думала, что в академии станут докапываться до истины.
– Да, – не моргнув глазом, солгала я. – Поэтому не имею понятия, кто я и откуда.
– Любопытно, – протянул мужчина. – Что ж, посмотрим на ваши способности. На какой факультет вы хотите попасть?
– Общей магии, – выпалила я. Это был даже не полноценный факультет, а скорее подготовительная группа для тех, кто еще не определился. Там как раз раскрывали магические способности адептов и помогали выбрать дальнейшую специальность. Я рассчитывала, что отбор туда не будет суровым. И, видимо, ошиблась.
– Допустим, – мужчина поднялся из-за стола и подался ко мне. – Сотворите огненный шар.
Это я, к счастью, умела и даже немного практиковалась.
Сосредоточившись, я прикрыла глаза и представила плетение, вызубренное наизусть. В этой структуре нельзя было ошибиться, иначе огненный шар мог превратиться в огненное торнадо. А в закрытом полигоне это было равносильно смертельному приговору.
Голова болела все сильнее, глаза жгло, но я не имела права на ошибку.
Всего лишь какой-то простой огненный шар, ничего необычного. Но плетение рассыпалось в моих подрагивающих пальцах, и я никак не могла обрести контроль над пламенем, чтобы заставить его держать форму.
– Достаточно, – неожиданно резко сказал мужчина. – Мы увидели достаточно. Магией огня вы не владеете. Давайте попробуем воду?
С водой у меня было еще хуже. Но признаваться в этом я не собиралась. Посмотрела в упор на профессора, который заранее составил обо мне свое мнение, и кивнула.
– Сделайте ледяной щит, – чуть подумав, сказал мужчина. – Самый простой.
Я мысленно чуть не взвыла.
Для любого щита требовалась концентрация, а с ней у меня было плохо. Но я снова уверенно кивнула и приступила к работе.
Чтобы использовать воду, мне не нужен был ручей поблизости. Я могла брать стихийные элементы прямо из воздуха. Даже из драконов, что сидели напротив меня, потому что их организмы больше, чем наполовину состояли из жидкости. Но это была опасная, убийственная практика, и отец, когда еще был рядом, предупредил меня ни в коем случае не использовать дар таким образом. Поэтому я пошла самым простым путем – в графине на столе преподавателей было достаточно воды для того, чтобы создать надо мной небольшой ледяной купол. Однако структура опять посыпалась, даже не начав толком выстраиваться во что-то вразумительное.
– Что вы делаете? – мужчина хмуро смотрел на мои попытки сотворить хоть что-то. – Скажите, мисс Ле Скар, в какой школе вы обучались магии? Я не узнаю ваши методы.
Ну вот и все. Приехали. Потому что в школу меня отдали самую обычную, человеческую, и там магию не преподавали.
Всему, что я умела, я научилась из книг. Мне действительно очень важно было поступить в магическую академию, и я не жалела сил на подготовку. При этом мне еще надо было как-то себя обеспечивать. Да, я работала. Миссис Гросс время от времени подкидывала мне несложные задания, вроде развлечения детей на утренниках. Я вполне успешно с этим справлялась, и лишь с этими блохастыми кошаками что-то явно пошло не так.
Но как признаться в этой комиссии? Как сказать, что я всего лишь самоучка, которая даже не знала, управление какой стихией ей надо изучать? Отец свалил в закат до того, как успел рассказать мне, кто он и откуда. Все, что я о нем знала – он успел накопить огромное количество долгов, которые повисли на мне. Пока что мне удавалось скрываться от коллекторов, но я не сомневалась, что рано или поздно они выйдут на меня через маму.
– Мисс Ле Скар, – обратилась ко мне полноватая женщина, которая сидела с краю и до этого молча наблюдала за моими потугами, неодобрительно хмурясь. – Вы вообще дракон?
Этот вопрос застал меня врасплох.
Я в своей сущности не сомневалась. Но моя вторая ипостась еще не проявилась, и я никак не могла ее продемонстрировать. Это было нормально для моего возраста, и я не думала, что кому-то придет в голову усомниться в моей природе.
– Дракон, – чуть запнувшись, подтвердила я. У меня были все признаки молодой драконицы – острое обоняние, отличное зрение и вечный сексуальный голод. Хороший секс пополнял мой магический резерв, и я точно знала, что люди так делать не умели.
– Вы в курсе, мисс Ле Скар, что академия Скайхолл – только для драконов? – издевательским тоном спросил мужчина. Мне сильно не нравился его пристальный, оценивающий взгляд.
– И для полукровок драконов, – добавила полная женщина. Ее ноздри дрогнули, после чего глаза изумленно распахнулись. Но лишь на мгновение. Она очень хорошо умела владеть собой.
– Я в курсе, – ответила я. Интересно, что такого унюхала эта профессорша, что заставило ее так удивиться? Запах моего пота? Из-за лихорадки я чувствовала то жар, то холод, а после дождя и полета на драконе наверняка выглядела просто кошмарно. Но у меня не было возможности оценить свой внешний вид, поблизости не оказалось ни единого зеркала.
– Ладно, – протянул мужчина. – Вы можете продемонстрировать нам хоть что-то, что наведет нас на мысль принять вас в академию? Пока что мы видели лишь жалкие потуги недоучки, и я бы действительно хотел знать, какую школу вы окончили, откуда выпускают таких…
Он неопределенно махнул рукой.
Бездарностей? Он это хотел сказать?
Голова болела так сильно, что я не могла даже разозлиться.
– Я не училась в школе, – мой голос прозвучал неожиданно громко. Как будто в этом факте был какой-то повод для гордости. – Но у меня много учебников.
– Вы хотите сказать, что явились поступать в академию без должной подготовке? – мужчина презрительно скривился. – Боюсь, мисс Ле Скар, вы напрасно тратите наше время. Вы еще не продемонстрировали ничего, что стоило бы нашего внимания.
