В очередном пустынном коридоре, куда привёл «огонёк», нам встретился другой человек, и мужчина этот выглядел зловеще.
От широкоплечей фигуры с подчёркнуто строгой выправкой и огненно-рыжей гривы отвлекало искалеченное лицо. Вся левая сторона представляла собой один огромный шрамированный ожог, не таращиться на который было сложно.
Я даже споткнулась при встрече, а мужчина спросил сурово:
– Что вам здесь нужно?
– Я… ищу преподавателя временной группы.
– Магистр Эртон ушёл пять минут назад.
У-у, как жаль.
Но…
– Зачем он вам?
Я, запинаясь, сказала про расписание, и незнакомец кивнул. Вошёл в один из кабинетов и вернулся с тремя листками.
– Расписание и список литературы, – сказал, передавая листы мне.
Я поблагодарила, по-прежнему стесняясь собственного любопытства – не таращиться на шрам было невозможно.
Впрочем, это было обоюдно. Мужчина тоже смотрел – сначала на сгусток, а затем и на меня. Итогом этого разглядывания стало:
– У тебя интересная аура.
– А-а… да?
– Какой-то необычный огонь, – добавил мужчина.
Я не знала что сказать, в итоге брякнула:
– Это хорошо или плохо? – А ещё очень захотелось показать ему метку, чтобы он опроверг выводы Тариуса и Харта. Но я даже не знала с кем говорю! Вдруг это очередной Лорд?
То есть мне известно, что Лорды живут в разных частях света, что каждый из них присматривает за разными территориями, но вдруг они ходят друг к другу в гости? После того, как столкнулась в канцелярии с Алентором, который, невзирая на высокий титул, выглядел как простой преподаватель, я ничему не удивлюсь.
– Время покажет, – отозвался мужчина.
И тогда я решилась уточнить:
– Простите, а вы…
– Магистр Дарктэс, – представился он. – Преподаватель боевой части.
Прозвучало внушительно, я вежливо ему кивнула.
– Благодарю вас за помощь.
– На здоровье. – Взгляд мага на долгую секунду приковался к сгустку и вновь вернулся ко мне.
На этом общение закончилось. Дарктэс развернулся и ушёл, а мой путь лежал в противоположную сторону.
Сгусток я тоже поблагодарила:
– Спасибо вам огромное!
Шарик вспыхнул, и… нет, не исчез.
Наверное, местную систему безопасности слишком уж впечатлила попытка сожжения новой ученицы. Сгусток проводил до самой комнаты, чем сильно озадачил. Я ведь понятия не имела, что с ним делать. Как его отпустить? И надо ли вообще отпускать?
Встреча с теми парнями точно не последняя, более того – мне с ними ещё учиться. Вдруг опять что-то выкинут? Впрочем не «вдруг» – выкинут точно! Это ж будущие огневики.
А ещё я вспомнила про столовую – её тоже ещё искать, а значит шарик опять пригодится. Однако злоупотреблять его помощью точно не стоит, если есть возможность лучше обходиться самой.
В итоге, уже вернувшись в комнату, я сказала:
– Вы можете расположиться, где вам удобно.
Сгусток, подумав, поднялся к потолку.
Ну а я занялась бытом. Сначала распахнула окно, впуская в комнату тёплый летний воздух, затем огляделась и поняла – жить и спать в таких условиях всё-таки нельзя.
Пыли было слишком много, а вверху, по углам, висела густая паутина. Мне требовался инвентарь для уборки. Только где его взять?
Вообще в монастырской школе нас учили скромности. Чем тише и незаметнее себя ведёшь, тем благосклоннее будут и матушка Иллария, и остальные.
– Скромность – самое ценное украшение! – регулярно напоминала директриса. – С ней не сравняться никакие бриллианты!
В эти слова не очень-то верилось, но годы, проведённые под бдительным оком сестёр, конечно, брали своё.
Поэтому на поиски швабры, тряпки и ведра я отправилась с опаской! Я не очень-то понимала, что делать, но логика шептала, что где-то на этаже обязательно должна быть какая-нибудь кладовка. Главное, чтоб не пустая, ведь этаж необитаем и здесь как бы не нужно следить за чистотой.
В своём исследовании я прошла весь длиннющий коридор, и лишь в самом конце нашла хозяйственное помещение – в него вела очередная незапертая дверь.
К моему удивлению, это была не узкая кладовка, а полноценная большая комната. Там обнаружился и шкаф с инвентарём, и сложенные высокой стопкой матрасы, и даже гладильная доска.
А ещё в углу стояла некая металлическая тумбочка, при взгляде на которую меня аж подбросило. Я сразу забыла и про швабру с ведром, и про тряпку, и про всё на свете! Понятия не имела что это за штуковина, но оторваться не могла.
Я приблизилась и раньше, чем сообразила что делаю, потянула «столешницу» вверх – та поддалась и встала вертикально. Внутри «тумбочки» был блестящий стальной барабан, и в голове словно вспыхнуло.
– Стиральная машина, – сказала я вслух, но шёпотом. – Стиралка.
И опять – тело отреагировало быстрее, чем разум. Я не успела себя остановить!
Я захлопнула… нет, не столешницу, всё-таки крышку, после чего отыскала присоединённые к задней части машины толстые трубки. Повернула два крана, а осмотрев приспособление ещё раз, обнаружила внизу то ли рычаг, то ли педаль.
Заодно вспомнила – Иллария когда-то рассказывала, что в очень богатых домах иногда устанавливают специальные устройства, которые стирают вместо человека, но я-то таких не встречала!
По крайне мере в этой жизни. Но эффект узнавания был налицо.
Лишь после того, как нажала рычаг, разум окончательно очнулся. Я отскочила и схватилась за сердце. Заозиралась в поисках того, кто прибежит и прибьёт за такое самоуправство – однако в крыле я по-прежнему была одна.
Никто не пришёл!
А машина не собиралась взрываться или рушить школу. Просто бурчала, внутри сначала что-то лилось, затем начало крутиться и плескаться.
Сообразив, что катастрофы не предвидится, я выдохнула и заставила себя вспомнить про главное – про ведро и тряпку. Хотя бы частичная уборка в комнате сейчас важнее любых стиралок. С машиной этой… позже разберусь.
***
Из приятного – третьим из выданных магистром Дарктэсом листков оказался распорядок дня школы, где, кроме прочего, было отмечено время завтраков, обедов и ужинов. Вот только часов у меня не имелось, и в случае ужина пришлось ориентироваться на солнце, собственный оголодавший желудок и висевший под потолком сгусток огня.
– Есть очень хочется, – едва солнце покатилось к закату, пожаловалась «огоньку» я.
Тот знакомо мигнул и, спустившись ниже, полетел к двери.
Я, конечно, поспешила за ним, и сначала радовалась, но чем дальше, тем сильнее меня охватывала нервозность. Иргиль говорила, что школа переполнена, но днём замок был пуст. Сейчас людей тоже не наблюдалось, но логика шептала – где бы ни шлялись все огневики, а ужинать точно придут. Не могут не прийти!
Худший, прогноз оправдался – народу в столовой оказалось много, под сотню. Стоило переступить порог, как вся эта разбросанная по столикам толпа начала поворачиваться, чтобы посмотреть на меня.
Недавние обидчики тоже присутствовали. Сидели в самом центре, за большим столом, в компании ещё нескольких парней и четверых девчонок.
Кстати, кроме этих четверых, были ещё две, которые ужинали отдельно. И всё. Больше девушек в зале не наблюдалось. То есть огненная школа – это территория мужчин.
Вторым открытием стало то, что все собравшиеся – новички.
Я различила лишь несколько рыжих макушек, да и вид у большинства учеников был немного потерянный. Ещё не набрались присущей огненным магам наглости. Кажется, в излишней наглости только верзила и преуспел.
При моём появлении в зале сначала повисла тишина, затем побежали шепотки, и я сразу поняла, что связана такая реакция со сгустком. Огонёк, проводил до двери и теперь висел где-то над моей макушкой – улетать прочь по-прежнему не спешил.
Мысленно приказав себе не тушеваться, я попыталась решить куда сесть, но…
– Эй, новенькая! – радостно воскликнул тот самый бритоголовый верзила.
Раскаяния в голосе не звучало – словно не было некрасивой попытки поиздеваться, утащив меня непонятно куда.
– Эй! – продолжил он. – Чё? Иди к нам!
Я задрала голову, чтобы проверить – огненный шарик был на месте. Но ни крикун, ни его дружки, уже не боялись – я вообще выражения их физиономий не поняла.
Не дождавшись ответа, бритоголовый здоровяк начал подниматься. Кажется мне собирались сделать более настойчивое предложение, но тут меня легонько пихнули в спину, а сзади послышался знакомый голос:
– Эй, ущербный. – Харт насмехался, и было в этой его усмешке нечто узнаваемо-подражательное. – Отстал.
Здоровяк заметно насупился, зато упал обратно на лавку и уже оттуда ответил:
– А вы чё? У вас свои девчонки. А эта – наша. Новенькая!
– Поговори ещё, – отмахнулся Харт. И, тронув меня за локоть, предложил: – С нами поужинать хочешь?
Было неожиданно. С чего такая милость? Но отказываться я, разумеется, не стала.
Старшеклассники – или всё-таки старшекурсники? – подвели к отдельному пустому столу, а едва села на лавку, Лотерик спросил галантно:
– Что тебе взять?
Я повернула голову, чтобы вновь поймать эффект узнавания. Там, вдалеке, виделся длинный-предлинный стол, к которому то и дело подходили мужчины и женщины в белых колпаках. Он был заставлен множеством блюд.
– Таким как ты у нас поначалу непривычно, – заявил Лотерик, явно имея в виду раздачу.
Не ошибся. Для меня, выпускницы монастырской школы, это было в новинку. Однако я не удивилась – как и в случае со «стиралкой», точно знала как действовать. Нужно просто взять поднос и пойти с ним вдоль стола, выбирая что захочется. Где-то в конце должны быть ещё и напитки. А возможно и десерт!
Но сопротивляться я не стала, ответила с улыбкой:
– На твой вкус, если можно.
Нет, могла бы пойти и сама, но от новой порции неожиданных знаний задрожали ноги. После телепортационного перехода со мною явно происходило что-то не то.
Харт тихо захохотал, а Корн вообще хрюкнул!
– Чего? – вскинулся на них Лотерик.
– Да ничего, – отозвался Корн.
Суть этого веселья, как и причину, по которой меня пригласили поужинать, я поняла через несколько минут…
ГЛАВА 5
Вкус у Лотерика был неплохой, аппетит – ещё лучше. В итоге передо мной поставили поднос с двумя огромными порциями жареного мяса, тарелкой острых красных перцев и целой дюжиной мелких плошек, взглянув на которые я аккуратно спросила:
– А это что?
Оказалось соусы. Причём разные – от малоострых до самых-самых жгучих.
– Приятного аппетита, Ева! – воскликнул Лотерик.
Я кивнула, сглотнула набежавшую слюну и поняла, что от такого ужина мой желудок сдохнет.
– А салатов там случайно не было? – голос прозвучал жалобно. – Овощи, какая-нибудь зелень, пророщенное зерно?
– Были, конечно, – Лотерик фыркнул. – Но ты же не коза, чтобы такое есть?
Парень был абсолютно искренен в своём мясоедстве и любви к острому. Он действительно выбрал для меня лучшее и, судя по всему, я была не первой, кого он так угощал.
Корн, глядя на эту сцену, тихо ржал! Зато предводитель тройки оказался милостив – зная повадки друга, Харт сам захватил для меня и овощи, и абсолютно нейтральный соус.
– Ешь, Ева, – сказал, усаживаясь рядом и выставляя передо мной тарелку.
