Почтовая марка

– Нет. Ты лучше пиши романы, чем варить, – сказала Геля. – Это у тебя получается великолепно. Из тебя не выйдет второго В. Похлебкина. Он, в отличие от тебя, превосходно готовил. Из любых ингредиентов мог сделать кулинарный шедевр. Кулинария, Павел, это не твоё. Тебе надо объединиться с Елизаветой Львовной. У неё – большой опыт готовить, всю жизнь проработала поваром в столовой. Сейчас на пенсии, ничем не занята, если не считать внука Мишку. Съезжу на старую квартиру, поговорю. Может, согласится тебе помочь. Иначе отравишь гостей или себя. То, что у тебя получается, нельзя назвать едой, химическое оружие какое-то. Твоим пудингом можно пытать.

– Думаешь? Повариха и правда мне бы не помешала. Это действительно замечательно идея, – согласился он, почесав затылок. – А то я зашиваюсь. Редактор книгу требует, а у меня ещё и половины нет. Соседи пару раз пожарных вызывали, думали, горю. А это я лишь омлет с беконом жарил и курицу в духовке запекал… Что я всё про себя и про себя, любимого? Ты, наверное, прибыла ко мне по делу. Не проведать же приехала.

– Стыдно сказать, но ты прав, – согласилась Геля. – У меня дело к твоему отцу. Оценить литературную рукопись привезла, подлинность определить и примерную стоимость. В антикварный магазин принёс один человек. По наследству ему досталась. Теперь думает, что делать с этими документами: выкинуть как ненужный хлам или продать на аукционе. За анализ заплачу, входит в наши услуги клиенту.

– Отец в Америке, лекции читает, – ответил он, – вернётся через год. Можешь мне оставить. Недаром филологический окончил, разберусь. Только быстро сделать не обещаю. Должен закончить с книгой.

– К концу месяца сделаешь? – спросила Геля, выложив на стол рукопись, не открывая папку.

– Постараюсь, – пообещал Павел. – Захлопни дверь, а то у меня руки в муке.

– Не переводи зря продукты, – улыбнулась Геля, – пришлю к тебе Елизавету Львовну. Она готовит – пальчики оближешь. Займись лучше книгой. В этом есть и моя заинтересованность. Чем быстрее закончишь её, тем быстрее посмотришь листы рукописи. Пока, не провожай. Дверь захлопну.

*****

Как ни старалась Ангелина, но поездки заняли большую половину дня. Заглянув в кулинарию по дороге, приехала в бутик уже к вечеру.

– Что у нас нового? – поинтересовалась Ангелина, войдя в главный зал и протянув коробочку с выпечкой. – Может, чай попьём?

– Всё в порядке, – ответила Леночка, – продала чайный столик, который стоял у окна, и пару ваз с цветочным орнаментом. Да, нам принесли статуэтку балерины в хорошем состоянии. Я её приобрела.

– Замечательно, – произнесла Ангелина, разливая чай по чашкам. – С ремонтом как? Продвигается?

– Тишина, – с нотками беспокойства сказала Леночка. – Уже два дня не появляется. Задаток получил и пропал. Наверное, пьёт, даже к телефону не подходит. Нужно было заплатить всю сумму после выполненной работы. Но он так просил. Если в ближайшие дни не появится, поеду навещу его, и придётся пригласить другого специалиста.

– Ладно, подождём, – согласилась Геля, – но не затягивай. И не переживай по поводу денег, если не удастся вернуть. Считай, потратили на благотворительность. Наш слесарь спешил похмеляться. Только, по-видимому, состояние перешло в запой. Если в ближайшие дни не завяжет, зови другого специалиста. Мне его вид с самого начала не понравился. Хорошо, хоть с потопом справился. Предложи работу Головину, а то он обиделся, что мы его сразу не позвали… У меня к тебе другой разговор. В почтовом ящике обнаружила письма. Вчера одно, подумала шутка. А сегодня ещё одно.

Ангелина достала белый конверт из сумки и положила на стол. Она взяла бумажный нож, аккуратно надрезала его.

– Требуют какую-то вещь, – произнесла она и прочла новую записку: – «Принеси, что забрала, положи в книгу и оставь на лавочке около памятника Пушкина. Не вздумай обмануть. А то не увидишь дочь».

– В конверте ещё что-то, – сказала Леночка с округлившимися глазами.

Она перевернула конверт, и на стол выпал локон белых волос.

– Мариника, – с ужасом произнесла Геля.

Она схватила ключи от машины, шубу и выбежала на улицу, в дверях столкнувшись со следователем. Проигнорировав его слова, проследовала к автомобилю. Рванула с места, мотор зарычал, осыпав снегом стоявшего на крыльце Ильина. Ангелина давила и давила на педаль газа, прижимая к полу, стрелка на приборе скорости зашкаливала за пределы возможности, не обращая внимания на знаки и светофор, пока не наткнулась на затор. Впереди стояли машины в обе стороны. Ангелина не успела развернуться, как сзади подпёрли её подъехавшие машины. Ни вперёд, ни назад. Поток автомобилей встал. Не в состоянии ждать, когда впереди продвинутся машины, Геля вышла из автомобиля и, даже не заперев, побежала через дворы в детский садик. Сердце стучало и выпрыгивало, но не только из-за бега, а скорее, волнение выплёскивало через край адреналин. Она не помнила, как преодолела на одном дыхании несколько километров. Тренер по гимнастике пришла бы в восторг – так быстро Геля не бегала даже по пересечённой местности на сборах. И только когда она прибежала в садик, силы её покинули, как только увидела дочь, играющую в куклы вместе с другими детьми. Ноги подкосились, и она присела на лавочку в центре комнаты напротив шкафчика Ники.

– Что-то рано вы пришли за Мариникой, – сказала воспитатель.

– Решили пройтись по магазинам, – ответила Ангелина, стараясь справиться с одышкой и волнением. – Пойдём выбирать платья для праздника.

– Она такая артистичная, – похвалила девочку воспитатель. – Хорошо танцует и поёт.

– Есть в кого, – ответила Геля. – У неё бабушка – оперная прима.

– Тогда понятно, – улыбнулась воспитатель.

Ангелина стала быстро соображать, как бы узнать у воспитателя, не привлекая её внимания, о посторонних около садика.

– В социальных сетях последнее время появились сообщения о маньяках, бродивших около детских учреждений, – говорила Геля, одевая ребёнка. – А у вас как? Спокойно?

– Надо же, – удивилась воспитатель, – мы уже два дня детей не выводим гулять. Погода неприятная. Ветер и морось. Обязательно буду внимательно наблюдать за детьми и сторожу скажу, чтобы был начеку. Хотя наши детки всегда под присмотром.

– Замечательно, – произнесла Ангелина, завязывая шарф. – Прощайся, милая.

– Ждём тебя после выходных в красивом платье, – сказала воспитатель, – Не забудьте, спектакль играем в понедельник и приглашаем на праздник всех родителей и бабушек. Мы решили – от каждого ребёнка по два человека –

вполне уместятся в группе.

Ангелина улыбнулась в ответ и вышла следом за дочкой на улицу. Она крепко взяла за руку Нику и посмотрела по сторонам. Вокруг спешили редкие люди, и вроде никого подозрительного не было. «Может, зря волновалась. Но нет, такие угрозы просто так не подбрасывают в почтовый ящик…» Ей хотелось в эту минуту оказаться дома, забраться на диван, укрыться пледом и маленькими глотками отпивать ароматный, свежесваренный кофе и хорошенько подумать над этой проблемой, но она пообещала дочери пойти по магазинам. Неожиданно вспомнила про оставленный автомобиль на дороге. «Наверное, его забрал эвакуатор, в лучшем случае». За то время, пока Геля была в детском саду, пробка рассосалась, а машина осталась стоять на проезжей части без водителя. Надеясь, что ключи, торчащие в замке зажигания, не привлекли угонщиков, она шагала вместе с дочкой по тротуару в сторону остановки. «Не хотелось бы остаться без автомобиля…» Она решила вернуться на место, где оставила машину, как зазвонил телефон, и Ангелина вздрогнула.

– Алло, – раздался в трубке мягкий голос Леночки. – Мы со следователем поспешили за тобой и нашли твой автомобиль, а тебя нет. Как дела? Что с Никой?

– Всё в порядке, – ответила Геля.

– Иван Семёнович сказал, что волосы принадлежат кукле или срезаны с парика, а не с человека, – сказала девушка. – Но на всякий случай взял для анализа, отнесёт в лабораторию. А, да, за машину не беспокойся, мы отгоним её к бутику и поставим на стоянку. Ключи положу в твой стол.

– Я уже подумала, что не увижу автомобиль, – вздохнув, сказала Ангелина. – Спасибо!

Через полчаса исследования маленьких магазинов в огромном торговом центре проблемы, связанные с записками, отошли на второй план. Не так легко найти подходящие платья. Если бальное, то они все длинные. А Геле не хотелось наряжать девочку в длинные юбки. Ей не нравилось видеть ребёнка в платье женщины. А короткие не подходили по цвету, размеру. Мариника перемеряла платье за платьем. Выходила из примерочной и важно прохаживалась перед мамой и продавцами. Ей определённо нравилось, что ею любовались. В конце морщила носик, говорила, что не нравится, и шла в примерочную переодеваться в новый наряд.

Ангелина от нечего делать, когда ребёнок уходил переодеваться в примерочную, скучая, скользила взглядом вокруг, наблюдала за окружающими. Её внимание привлекли бабушка с внуком. Очевидно, бабушка любила кормить малыша, превратила его в пухлого рыхлого ребёнка лет девяти. Они примеряли в соседней примерочной наряд для карнавала. Мальчик вышил в зал и покрутился около зеркала.

– Замечательно, – твердила бабушка. – Оранжевый цвет тебе к лицу. Пышные рукава, но я их тебе ушью. Шорты как на тебя сшиты и жилет. Мальчик соглашался с её доводами. Хотя видно было, что он не восторге, но возразить бабушке не мог. Её авторитет подавлял ребёнка.

Действительно, цвет подходил к его белокурой стрижке и веснушкам на лице, оттенял белую кожу, если бы не одно «но», очень большое. Геля не сразу обратила на это внимания, отвлекаясь на Нику, демонстрирующей очередной лук. Дочка прошлась мимо него и показывала свой наряд маме, а потом подошла ближе и на ушко ей прошептала: «Мальчик надел костюм для девочки». Она хихикнула.

Тут вмешалась продавец и не очень деликатно озвучила фразу Мариники.

– Модель для девочки, – громко сказала она. – Вы что, не видели на кофте вытачки?

Белый цвет кожи мальчика медленно стал лиловым. Он фыркнул на бабушку и побежал в примерочную снимать костюм.

Оказалось, эти модели шли с шортами, а не с юбкой. А кофта очень даже неплохо села на пухлую фигуру ребёнка. Надев парик с длинными волосами на голову мальчика, наверное, даже Ангелина не отличила бы его от девочки. Как справился с конфузом ребёнок, она не увидела – Ника повела её в следующий магазин.

И только в этом отделе им понравилась одежда. Бело-голубое платье и вязаный костюм: юбка, кофта и короткие штанишки нежно-голубого цвета. В таком наряде она стала похожа на Снежку из мультфильма, любимый персонаж Мариники. Дочь так обрадовалась, что пришлось её уговаривать снять костюм. Последним доводом было, что её могут увидеть знакомые детки и не будет сюрприза от её волшебного преображения. С обувью дело пошло быстрее. Но ещё зашли в отдел игрушек и побродили там в поисках куклы Барби-учителя. Ангелина не заметила, как согласилась на дачный домик для куклы, автомобиль и куклу Кена. Скоро Новый год – и невозможно отказать ребёнку. Уставшие и довольные, заглянули в кафе-мороженое. Посидели там часок. И наконец поехали домой.

Проходя мимо почтовых ящиков, Ангелина взглянула и облегчённо вздохнула: ящик был пуст. Ника побежала вперёд, нажала кнопку лифта и стала ждать. Зазвонил телефон. На экране высвечивался неизвестный номер. Поднесла трубку к уху, пропуская дочь в лифт, и вздрогнула. Из телефона донёсся неприятный металлический звук.

– У тебя три дня, чтобы найти … – гудел голос.

Сигнал пропал тут же, как лифт поехал вверх. Ангелина воспользовалась моментом и отключила телефон. Оказывается, она рано успокоилась. Неизвестный сменил тактику и стал звонить вместо посланий в почтовом ящике. Стараясь не волновать дочь, улыбнулась, глядя в огромные голубые глаза ребёнка. Она не отрываясь смотрела на Ангелину,

– Это кто? – произнесла дочь, крепко взявшись за руку.

– Кто-то пошутил, – ответила Геля, нежно коснувшись носика ребёнка подушечкой пальца. – Наверное, перепутали номер телефона. Хотели разыграть друзей, а попали ко мне.

Девочку такой ответ удовлетворил, или вовремя открылись двери на их этаже, но она отвлеклась и быстро забыла про звонок.

«Взрослые так не умеют, как дети, избавляться от негативных мыслей за секунду. Сейчас бы пригодилась такая возможность выкинуть из головы мысли об вещи, которую требуют найти и вернуть, о неизвестном, странном и неприятном голосе в телефоне и непонятных письмах в почтовом ящике». Руки дрожали, глаза Гели наливались слезами. Чтобы отвлечься, она пошла на кухню и решила побаловать дочь и себя чем-нибудь вкусненьким. Для этого лучше подошёл бы самый сложный рецепт, чтобы занять мозг, но не оказалось в доме всех нужных ингредиентов. Пришлось остановиться на чизкейке – быстро и продуктов минимум. Воткнула в уши наушники, включила классическую музыку и приступила к приготовлению.

Самое сложное в этом рецепте – подобрать сливочный сыр. Так как Ангелина всегда его приобретает заранее для выпечки, то с этим проблем не возникло. Быстро справилась с рецептом и поставила чизкейк в холодильник на часок. Она повернулась и наткнулась на девочку около себя. У неё в руках был планшет, а глаза горели радостью. Геля вынула из ушей наушник и наконец услышала, что говорила ей Ника.

– Папа, папа звонит, – щебетала дочь. – Он не смог тебе дозвониться на телефон и связался со мной.

Она держала в руках планшет, повернув его экраном к Геле.

– Что у вас случилось? – говорил Иржис, наблюдая за ней. – Весь вечер недоступна. Спасибо, дочь ответила. А то не знал, что и подумать. Обычно ты телефон выключаешь только в исключительных случаях. От назойливых поклонников скрываешься или снова в какое-нибудь расследование ввязалась?

– Скорее второе, – ответила Ангелина. – Не то чтобы я сама начала расследование, кто-то упорно хочет, чтобы я нашла что-то и отдала кому-то. Не по моей воле втянули в расследование. Всё началось с убийства Самуила Карловича, свидетелем которого я совершенно случайно явилась.

– Сплошное иди туда, не знаю куда. Тебе удаётся всегда угодить в самую гущу событий!

– Ты прав.

– Телефон выключила из-за угроз, я так понимаю? Вам грозит опасность. Срочно приезжай с Мариникой ко мне.

– Иди, детка, – обратилась Геля к дочери, – примерь платья, которые купили на праздник, покажи папе.

Ника убежала в спальню, а Ангелина продолжала разговаривать с Иржисом по видеосвязи.

– Вместе не получится. Я и сама хотела тебя попросить взять дочь на зимние каникулы, – произнесла она, чуть понизив голос.

– Так серьёзно? – насторожился Иржис. – Вылетаю ближайшим рейсом. Хотя нет, у меня завтра сдача проекта. А через день у мамы премьера. Сама понимаешь, нужно быть. Если я пришлю Милинду? Ника как раз к концерту прилетит. Мама будет очень рада.

– Не стоит. Я её посажу в самолёт. У Леночки брат двоюродный пилот, в вашем направлении обычно летает. Она устроит. Только там её обязательно встреть и позвони, как только прилетит.

– Может, и ты прилетишь?

– Не могу, мне нужно распутать это дело. А без дочки будет свободней и переживать за неё не придётся… Ника, папа приглашает в гости, – произнесла Геля, увидев входящую в кухню девочку. – Завтра полетишь, как взрослая, одна, без меня. Нужно заказать тебе билет на самолёт. Согласна?

– Я не хочу, – протянула слитно фразу девочка. Её глаза наполнились слезами, выпяченная нижняя губка задрожала. Всхлипнув, наконец сказала: – Я в спектакле главную роль играю и не могу уехать. Без меня праздник не состоится, и все дети огорчатся в садике.

– Ты права, – с трудом произнесла Геля, стараясь не рассмеяться в столь трогательный момент.

Взглянув на Иржиса, который широко улыбался, обнажив белые зубы, сама заулыбалась и чмокнула в макушку девочку, пряча смех в её волнистых светлых волосах. – Стоит отыграть спектакль, но потом сразу на самолёт. Я ещё не сказала, бабушка тебя на премьеру оперы пригласила. У неё тоже главная роль.

– А давай ты снимешь моё выступление, и я покажу его бабушке, – произнесла Мариника, серьёзно добавив и тем самым заставив снова улыбнуться родителей: – Мне важно её мнение.

– Дочь растёт, – с усмешкой констатировал Иржис.

– Иногда мне кажется, она не по годам рассудительна, – ответила Ангелина, провожая взглядом удаляющуюся тонкую фигурку ребёнка в проёме двери коридора.

– Договорились, – сказал он, – на днях жду дочь. Позвони, как только посадишь в самолёт, обязательно встретим. Подстрахуюсь и попрошу отца меня продублировать. Так что не беспокойся, ребёнок один бегать по аэропорту не будет.

– Сопровождающий передаст её из рук в руки, – пояснила она. – Главное, чтобы бандиты не проследили. Но я уже придумала, как их обмануть.

– Будь осторожна, – посоветовал Иржис напоследок и отключился.

В дверь позвонили, и Ангелина вздрогнула.

– Нужно с этим что-то делать, – произнесла она и пошла открывать дверь. – А то буду пугаться малейшего шороха. Срочно придётся разобраться с этим делом. Оно стало последнее время очень портить мне жизнь.

На пороге стояла Ирина Викторовна, но вместо собачки Жака держала объёмную обувную коробку с проделанной прорезью на крышке.

– Тяните жребий, – произнесла она.

– Что? – удивилась Геля.

– С кем пойдёте дежурить в паре, – пояснила женщина. – Уже многие определились.

– Ах, да, – вспомнила недавнее собрание Ангелина.

Она просунула в узкую щель руку и выудила оттуда свёрнутую в трубку бумажку. Развернув, прочитала: «Анна». Соседка, семнадцатилетняя студентка кулинарного техникума.

– Вот и хорошо, – обрадовалась Ирина Викторовна, – вы тоже определились, осталось шесть квартир пройти – и список составлен. Завтра утром вывешу около вахтёрской комнаты. Вы слыхали? – добавила она. – Кирилл Афанасьевич чуть не поймал лазутчика.

– Чуть не считается, – машинально произнесла Ангелина, поглощённая мыслями о ребёнке. – Что вы сказали? Кто это был?

– К сожалению, ему не удалось рассмотреть. На нём были очки для чтения, а в них он видит не дальше собственного носа. Кирилл Афанасьевич, по своему обыкновению, шёл посидеть с газетой в своём любимом кресле в общественный закуток, как увидел мужчину, забравшегося на подоконник и собирающегося прыгнуть внутрь. Дедушка не растерялся и стал звать охранника – вопить что есть сил. На его крик сбежались соседи, но было поздно. Мужчина выпрыгнул и растворился в темноте.

– Никто не смог увидеть, кто это лазил?

– Никто! Он ушёл до их появления. Не волнуйтесь! Позвонили управляющей компании, объяснили ситуацию. Они согласились на днях заменить окно, счёт внесут в платёжки. А пока подежурим. Не забудьте, вы с Анной в паре.

– Ирина Викторовна, вы не могли бы посидеть с Мариникой? – вдруг сказала Геля, осмысливая дальнейшие шаги, – очень нужно уйти, а дочь оставлять одну не хочется. Я очень быстро и вам заплачу.

– Я занята. Надо составить список, обойти оставшихся жильцов… Впрочем, лишние деньги не помешают, – ответила она, – корм для собаки стал дороже, а ещё витамины нужны…

Геля не стала дальше слушать соседку, её бесконечные разговоры о пёсике, взяла шубу и побежала к лифту. По дороге позвонила Леночке, назначив ей встречу в парке, тем более что он находился недалеко от её дома. Когда Геля добралась, Леночка с золотистым пушистым шпицем гуляла по дорожке. Собака кружила около её ног, пытаясь опутать поводком.

– Что случилось? – поинтересовалась Леночка.

– Нужна твоя помощь, но это большой секрет, никому не говори, – предупредила Ангелина.

Она быстро посветила во все детали подругу. За время пути она всё продумала до малейших деталей. Леночка безоговорочно согласилась и заверила, что всё устроит. Подруга созвонилась с родственником и договорилась о перелёте девочки.

– Леонид, – говорила она в трубку, затем переключила на громкую связь, чтобы Ангелина тоже слышала разговор, – ты летаешь в Таллин?

– Угу, – произнёс мужчина, дожёвывая, – а что?

– Нужно девочку маленькую доставить в столицу Эстонии.

– Без документов не могу, нужно разрешение от родителей, заверенное нотариусом.

Леночка вопросительно посмотрела на Ангелину.