Страница 4 из 10
Алина скривилась, потом перевела взгляд на пятно, расплывшееся у него на груди, усмехнулась и ушла.
***
– У нас по записи. – В приемной Трофима остановила строгая пожилая женщина-секретарь с маленькой гулькой на затылке и в потертом коричневом костюме, когда он, отстояв час в очереди, все-таки попал внутрь. – Вы записывались?
– Конечно. – Трофим положил на ее журнал банкноту.
– Гляньте на него! Понаприезжают из городов и думают, что у нас тут все можно, да? – взвилась женщина, и люди, сидящие в коридоре на длинной лавке, начали вытягивать шеи, рассматривая скандального посетителя. – А вот я сейчас полицию…
Трофим миролюбиво поднял руки:
– Не надо полицию, мы просто не так поняли друг друга!
И он положил еще одну банкноту. Секретарь открыла рот, и Трофим, вздохнув, мягко потянулся к ее сознанию. Во благо, чуть-чуть. Вдруг от возмущения у нее еще тромб где оторвется?
– Хорошо, вижу вашу запись, – покладисто ответила она и улыбнулась. – Я сейчас предупрежу нотариуса и позову вас.
– Буду ждать. – Он прислонился к стене, оглядывая нахохлившихся посетителей, смиренно ожидающих свою очередь.
Но ждать не пришлось. Не успела секретарь дойти до нотариуса, как двери распахнулись сами, являя вниманию – Трофим еле слышно простонал – еще одну ведьму. Что ж тут за рассадник-то такой!
– Ты, – прошипела ведьма, указывая на него длинным острым ногтем, – быстро сюда!
– И вам добрый день, – нехотя прошел в кабинет Трофим, качая головой. Кажется, с оформлением дома будут проблемы.
– Ты совсем сбрендил у меня тут силой пользоваться?! Я не давала дозволения! – Ведьма захлопнула дверь за его спиной.
–Я не нуждаюсь ни в чьих дозволениях, – начал злиться Трофим и тут же притушил себя, чувствуя, как поднимается знакомый гнев.
– Допустим. – Она села в кресло, уловив его настроение. – Зачем пришел?
– Не поверишь, Ирина Сергеевна. – Он поднял табличку с именем, покрутил ее в руках и поставил на место. – Дом на себя хочу оформить. Дедов.
– В наследство вступал? – Она зашуршала бумагами на столе.
– Нет. – Трофим улыбнулся, а она вздохнула.
– Когда дед умер?
– Так… – Трофим начал считать про себя. – Году в тридцатом…
Она захлопнула папку и устало посмотрела на Трофима:
– Тогда ничем помочь не могу. Откуда ж вы такие беретесь? Двухтысячные на дворе, а они все по старым понятиям жить пытаются. Нет, голубчик, тут я ничего сделать не в силах. Скорее всего, дом твой давно государству отошел. Ехал бы ты в город, если деньги есть, купил бы себе квартиру, что ли. Тут не советую оставаться, этот лес – давненько ведьмина территория.
– Без советов разберусь, – мрачно ответил Трофим.
– Хотя… – протянула ведьма и улыбнулась. – Могу и помочь. Сначала я тебе, потом ты мне. Есть у меня связи. Данные твои помощница записала, так что…
Трофим молча покачал головой. Заключать договор с ведьмой он точно не станет.
– Ну, нет так нет, – не обиделась она. – Не задерживаю. Свидимся.
Трофим кивнул, вышел на улицу и закурил. Поглядел на школу, скривившись, а потом сел в машину и набрал по памяти номер.
– Мишка, это я, – сказал, как только прекратились гудки.
В трубке что-то зашуршало, стукнуло, а потом раздался хриплый знакомый голос:
– Трофим? Какими судьбами? Думал уж все, пропал друг. После всего-то…
– Как видишь, нет.
Они помолчали, и Трофим, не выдержав, попросил:
– Миш, мне помощь нужна по твоему профилю.
– Даже так? – засмеялся голос на том конце провода. – Не ожидал …
– Помнишь, я рассказывал про дедов дом? – прервал его Трофим. – Помоги оформить собственность.
– Хо-хо, как все завертелось, а я уж переживал, куда ты уполз раны зализывать?
– Поможешь? – хмуро буркнул Трофим. – Не тяни, ты же знаешь…
– Знаю, знаю. – Михаил закашлялся, а Трофим прикрыл глаза. Мишка не разрешал его лечить, говорил, пришло время. – Но и за тобой должок.
Трофим с силой сжал руль и стиснул челюсти:
– Я говорил, что пока не могу, да и чему я его?.. Только хуже…
– А когда, Трофим? Когда сможешь-то? – насмешливо спросил собеседник. – Мне недолго осталось, а мать, к сожалению, уже не воспитает.
Трофим прикрыл глаза.
– Хорошо. – Он бросил телефон на соседнее кресло и несколько раз с силой ударил кулаками по рулю, а потом завел машину и резко дал по газам, распугивая кур. Миша не подведет. Насчет этого можно быть спокойным. Но к мысли о том, что скоро его одиночеству придет конец, нужно привыкать.
Глава 4
Трофим как раз положил на шкворчащую сковороду кусок мяса, когда услышал звук подъезжающей машины. Он подошел к окну и хмыкнул. А потом достал из пакета второй стейк и кинул его рядом с первым. Теперь главное время засечь, чтобы прожарка что надо получилась. Он скосил глаза на часы. Так, первый еще полторы минуты, второй – три.
Ведьма в дверь стучать не стала, сразу зашла и бросила свой плащ на кучу старой мебели, которую Трофим определил на выброс, но еще не вынес.
– Мужчина на кухне – очень сексуально, – промурлыкала она, подходя со спины и обнимая Трофима за талию.
– Алина Николаевна, вы бы сходили, что ли, руки помыть перед ужином. – Трофим досадливо поморщился, вспомнив, что забыл купить щипцы для мяса, и вилкой осторожно перевернул первый стейк, снова поглядывая на время.
– Не передержи, Трофим Никитич. – Алина отошла. – Я люблю с кровью.
– Не сомневался. – Колдун дернул плечом. – Уже вызнала мое имя?
– Что там было выяснять? – Ведьма прошла к рукомойнику в дальнем конце кухни. – К Ирке сходила, она и сказала. Дом, говорит, на себя оформлять собираешься. Назло мне остаться решил?
– Ирка, значит. Ну-ну. – Трофим снял со сковороды один стейк и завернул в фольгу.
Есть у ведьм одна слабость: им все время кажется, что мир вокруг них вращается. Оно, может, и неплохо. Опять же, для него задурить голову одной сельской ведьме, скорее всего, не составит труда, но… Трофим с тоской подумал про медитацию, которую сегодня еще не сделал.
– Но ты же помнишь мои слова, правда? – прищурилась Алина, снова подходя ближе и наблюдая, как Трофим быстро режет овощи на салат.
– А ты мои не забыла? – Он поставил две тарелки на стол, на одну сразу кинул горячий стейк, а себе пододвинул тот, что под фольгой. И кивнул Алине на миску с салатом.
– Чем богаты…
– Знаешь, Трофим… – Алина аккуратно отрезала кусок мяса и, зажмурившись, отправила его себе в рот. – Отличная прожарка! Так вот, знаешь, Трофим, я ведь действительно не хочу, чтобы рядом со мной жил колдун. Не принимай на свой счет, ты, конечно, красавчик, каких поискать, но пойми, ведьмы испокон веку жили наособицу.
Трофим кивнул, не отвлекаясь от тарелки. Он так давно не ел мяса, что если бы Алина прямо сейчас принялась его убивать, он бы сначала дожевал и только потом отпор стал давать. Ради этого стоило задержаться в поселке и основательно закупиться в магазине.
– Вы наособицу жили, потому что изводили всех вокруг.
– И что? – Она свела брови.
– А то, что меня так просто не изведешь. Готовься к долгому соседству.
Алина отложила вилку, откинулась на спинку стула и сложила руки на груди.
– Ты же сейчас шутишь? Да?
– Не-а, – жуя, ответил он.
– Точно шутишь. – Еще сильнее нахмурилась она. – Я же навела справки, поспрошала своих. С твоим даром нечего тут, в глуши, делать. Тебя ж…
– Милая! – Трофим улыбнулся. – Вообще не твое дело, что я тут, в глуши, делать собираюсь. Но так и быть, скажу сразу, чтобы не осталось недопонимания – я остаюсь. Абсолютно точно.
– Но… – начала ведьма.
Он мотнул головой:
– Без но. Даже если я решу уехать – то по причине, которую сам сочту веской. И уж точно не по твоей просьбе.
– Это не просьба, – напряглась она, положив ладони на стол.
– Ешь давай, мясо остынет.
Алина посмотрела на него, злобно сопя, а потом пожала плечами, взяла вилку с ножом и принялась есть.
– Что заставило тебя осесть именно здесь? Только дедов дом?
– Не твое дело.
– А что именно собираешься тут делать?
Трофим промолчал, выразительно на нее глядя.
– Что? – Алина наколола на вилку кусок огурца и стала водить им по краю тарелки, ослепительно улыбаясь. – Если ты теперь мой сосед, мне нужно знать, что от тебя ожидать. Будут ли здесь появляться твои… кхм… друзья?
Трофим вздохнул, поднялся из-за стола и поставил тарелку рядом с рукомойником. А потом подбросил в камин дрова. Сухое дерево затрещало, пламя взвилось выше и наполнило комнату теплом.
– И ты же понимаешь, что я просто так не сдамся? – Она развернулась к нему и положила ногу на ногу. В вырезе на платье мелькнуло кружево чулок. – Я дам тебе время собраться.
Она намотала длинную прядь волос на палец:
– Месяц, как и сказала. Но когда он истечет, уж прости, буду вправе поступать так, как хочу.
– Я услышал. – Трофим достал сигарету. – Все честно. Но и ты будь готова к тому, чем я могу ответить.
– Тогда не будем терять время. – Ведьма пожала плечами и принялась медленно расстегивать пуговицы на платье.
***
Рабочие приехали в районе десяти утра. Знакомый Трофиму Павел со своим прорабом тут же деловито принялись обходить дом, махать руками, тяжко вздыхать и общаться исключительно на строительном языке. Трофим хмыкнул. Если так посудить, строительный язык местами жутко походил на язык военных, моряков, железнодорожников… Да и, пожалуй, вообще на любой язык исконно мужских профессий. Четыре слова да производные от них – а сколько ярких фраз они рождали!
Трофим стоял на крыльце, облокотившись о перила, и пил кофе.
– Что там? – спросил Павел прораба, который в этот момент отдирал на улице обшивку, чтобы проверить состояние фундамента.
– Неплохо. – Тот почесал затылок.
Трофим усмехнулся. Еще бы фундаменту было плохо! В свое время столько сил туда было вбухано… Кажется, этот конкретный фундамент перенесет локальный атомный взрыв. Ну, может, треснет чуть-чуть. Но определенно точно выстоит.
– Значит так, – Павел поднялся на крыльцо, когда закончил осматривать каждый уголок. – Смету я вам на неделе пришлю. Если все согласуем, тогда сразу работы и начнем.
– Я жить-то смогу в доме на время работ?
– Сомневаюсь. – Павел почесал голову. – Но могу привезти вам строительный вагончик. Мои-то все на ночь по домам возвращаться будут, нет им смысла тут прямо жить, а вам пригодится.
– Ну ладно, – погрустнел Трофим, – везите.
– А может, вы тоже к нам в поселок переберетесь, а? – предложил Павел. – У нас там и гостиница нормальная есть. Да, не ваши городские пять звезд, но жить можно.
– Я подумаю. – Трофим кивнул, оглядывая дедов дом. Сам ведь довел его до такого состояния, не следил. Сначала зол был на деда, потом уж просто забыл.
– Думайте, время еще есть.
Павел окликнул своего коллегу. Они, негромко обсуждая предстоящие работы, погрузились в машину и уехали.
Трофим потянулся, зевнул, помахал глазастому ворону на сосне и вошел в дом, плотно затворив за собой двери. То, что он собирался делать дальше, Алине видеть не полагалось.
Он задернул штору на кухне, отчего дом сразу погрузился в полумрак, а потом прошел в комнату и остановился у кровати, внимательно разглядывая смятые простыни. Довольно хмыкнув, наклонился и снял с подушки длинный темный волос.
