Отвергнутые

В бане горел тусклый свет. Подойдя ближе, я тихонько приоткрыла дверь, чтобы не помешать, вдруг он уже спит. Но, можно было не опасаться, оборотень более чем бодорствовал. Я замерла на пороге с подносом в руках, ошеломленная открывшейся картиной. Он сидел на тонком матрасе, прямо на полу. Глаза были закрыты, на лице – блаженное умиротворение. Прядь темных волос прилипла ко лбу. Одна нога была согнута в колене, на ней покоилась левая рука, в которой он держал широкую алую ленту. Он нежно поглаживал ее большим пальцем. Правой же рукой он ласкал свой возбужденный член, медленно водя вверх и вниз. От этого зрелища у меня перехватило дыхание. Я сглотнула и тихо, чтобы не выдать себя, глубоко вдохнула. В комнате витал тот самый захватывающий аромат, смешанный с запахом его возбуждения. Ворвавшись в мои легкие, он опалил меня желанием, разливаясь сладкой истомой по всему телу. Не отрывая взгляда, я смотрела, как его дыхание становится все более частым, а движения руки – более быстрыми и хаотичными. Не сдержавшись, я томно вздохнула, выдав себя. Его глаза распахнулись, они снова светились желтым, звериным огнем.

– "Его зверь здесь," – прошептала волчица в моем сознании трепеща. Я замерла, ожидая, что будет дальше.

– Заходи, раз пришла, – прозвучал его хрипловатый голос. Он продолжал сидеть в той же позе, словно ничего из ряда вон не происходит, как будто он просто пил чай, а не… занимался самоудовлетворением.

Я почувствовала, как краска заливает мое лицо, и, не задумываясь, сделала пару шагов вперед. Не могла сопротивляться притяжению, не могла развернуться и убежать. Да, я не знала его, точнее, не помнила. Но возбуждение, смешанное с безумным любопытством, уже крепко завладело мной, отключая разум. И потом, он же моя пара, нашла я себе оправдание.

– Я принесла вам ужин, то есть тебе, – тут же поправилась я, – Прости, я ничего не помню.

– Поставь на печь. Я аккуратно поставила поднос и осталась стоять к нему спиной. Меня смущало то, что он только что делал.

– Повернись. Его голос звучал будоражаще властно, и я не могла не подчиниться.

– Тебе нравится то, что ты видишь? Этот вопрос вернул меня в то состояние, когда я, как завороженная, наблюдала за ним. Меня в очередной раз бросило в жар. Я ничего не ответила, просто не могла.

– Говори, – снова эти повелительные нотки, сводящие меня с ума. Мне хотелось подчиниться. И не просто хотелось, я этого жаждала!

– Да, – выдавила я из себя.

– Подойди, – произнес он уже куда более спокойно. Но я понимала, что это напускное спокойствие. Я видела, что он, как и я, сейчас сгорал в огне страсти. Медленно я подошла ближе.

– Сними сорочку.

Секундное колебание, я закусила губу, и моя сорочка полетела на пол. Я стояла обнаженная перед ним. Возбуждение и стеснение переплелись во мне. Хотела прикрыть грудь руками, но, заметив его голодный взгляд, блуждающий по моему телу, остановила себя. Мне нравилось, как он смотрит. Волна дрожи прошла по моему телу. И эта дрожь была не от холода, а от желания. Тело выдавало меня, давая понять ему, насколько сильно я его хочу. Я поджала пальцы на ногах, чтобы хоть как-то успокоиться. Вот его взгляд скользнул по моей груди, затем вниз, к моему лону. Его рука дернулась, и на головке члена появилась прозрачная капелька. Я сильнее закусила губу, давя стон. Он возобновил движение, снова вверх и вниз. Вторя его движениям, по моему телу прокатывались волны возбуждения, словно он ласкал меня, а не себя.

– Подойди, – произнес он ровно.

Я сделала шаг.

– Ближе.

Еще шаг.

– Еще ближе. – Его голос звучал чуть мягче, чем до этого, но не менее волнующе.

Я не управляла своим телом, оно само шло к нему. Теперь я стояла между его широко расставленными ногами. Он приблизился ко мне и обхватил руками мои бедра, притягивая их к своему лицу. Я почувствовала, как его язык проходит между моими складочками, раздвигая их и собирая мою влагу. Стон – это был мой стон, я не смогла его сдержать. Я зарылась пальцами в его волосы, придвигаясь еще ближе. Мне казалось, еще чуть-чуть, и я…

– Вкусная, – произнес севшим голосом мой оборотень. Прикрыв глаза, я наслаждалась движениями его языка. Посасывая, его язык двигался вверх и вниз. Перед глазами стояла картина, как его рука так же двигалась по члену, вверх и вниз. С моих губ снова сорвался стон. К языку добавился палец, он аккуратно вошел в меня. Придвинувшись ближе, я хотела чего-то большего. Почувствовала, как к пальцу присоединился второй. Аккуратно раздвигая, они входили в меня. Он надавил чуть сильнее, причиняя легкий дискомфорт.

– Иди ко мне, – он потянул меня на себя. Уложив меня на матрас, навис надо мной. Его рука коснулась моей шеи, скользнула дальше к груди, слегка сдавив ее.

– Прекрасная…

В этот момент мне казалось, что его глаза стали еще ярче.

– Какая же ты прекрасная. Поцелуй. Грубый, глубокий, с моей смазкой на его губах, он сводил меня с ума. Резкий толчок, легкая вспышка боли, и я полностью ощутила его в себе. Я не понимала своих чувств в этот момент. Мне было одновременно приятно и неловко. Это был мой первый раз, и я совсем не так его представляла. Как будто некстати я подумала о том, почему мы не делали этого раньше, раз это так прекрасно, и мы – пара? Неважно, все это неважно сейчас. Я пыталась прогнать мысли, растворяясь в его сильных руках. Я почувствовала, что он замер, оторвался от моих губ. И, не дождавшись продолжения, я открыла глаза и увидела его внимательный взгляд, в котором бушевала страсть.

– Смотри на меня, не закрывай глаза.

Толчок, и острая волна возбуждения разлилась по моему телу. Еще и еще толчок. Мои руки вцепились в его ягодицы, я выгнулась и громко застонала. Мой мир рассыпался на миллиарды сверкающих желтых огоньков. Моему стону вторил его громкий рык, и я почувствовала, как мой оборотень изливается в меня. Это было божественно. Едва схлынули волны восторга, наполнившие каждую клеточку моего существа, как он вскочил, словно зверь, и утробное рычание вырвалось из его груди. Сквозь пелену чувств, еще застилавшую разум, до меня донесся смысл его слов, обжигающий холодом. Он стоял в нескольких шагах, напряженный, словно натянутая струна, и в глазах его клубилась мрачная ярость. Он извергал слова о том, что произошедшее – ошибка, что мне лучше уйти. Я же, словно парализованная, лежала и смотрела с непониманием в его темные, бездонные глаза. Он подхватил с пола мою сорочку, швырнул ее мне в лицо и, указав на дверь, процедил сквозь зубы:

– Уходи.

Трясущимися руками я натянула на себя одежду и, словно ошпаренная, вылетела из бани. Разум помутился, ноги сами понесли меня к озеру, где днем мы были с ведьмой. Мне необходимо было окунуться в ледяную воду и смыть с себя его запах, его прикосновения. "Ненавижу, ненавижу его!" – пульсировало в голове.

На бегу сбросив одежду, я бросилась в объятия озера. Прохладная вода, словно живая, обняла мое разгоряченное тело. "Не сметь плакать! Ни единой слезинки!" – приказала я себе. Гребла вперед, рассекая темную гладь, ныряла, пока в легких не начинало нестерпимо жечь. Это помогло сдержать слезы, унять дрожь. Немного успокоившись, выбралась на берег. Подняла глаза к небу, усыпанному мириадами звезд, это было очень красиво. Вот так же он, с легкостью поднял меня к звездам, а затем безжалостно швырнул в бездну. Но ведь он – моя пара, почему же он причиняет мне такую боль?

– Ненавижу тебя! – прокричала я в пустоту и тут же истерически рассмеялась. – Я даже имени твоего не помню… – прошептала я, совершенно обессилев.

Вышла из воды, натянула мокрую сорочку и, пошатываясь, направилась к дому. Завтра же заставлю его проводить меня к матери. Не захочет – свободен! Найду другого, но в его замок я не поеду.

У самой двери услышала его голос, и слова, донесшиеся до меня, пронзили сердце новой, нестерпимой болью:

– Мне нужно, чтобы вы дали Гейле что-нибудь… для предотвращения нежелательной беременности. – Его голос звучал так спокойно и так обыденно.

– У меня нет ничего такого. Уходи, не зли меня, – проворчал в ответ недовольный старческий голос.

Оборотень вышел на крыльцо. В его темных глазах плескались злость и какое-то отчаяние. Обойдя меня за несколько шагов, словно я была прокаженной, он ушел в баню и плотно закрыл за собой дверь, послышался звук задвигающегося засова. Он даже заперся!

Я ворвалась в дом, рухнула на матрас и разрыдалась.

Легкое прикосновение руки к моим волосам, нежное поглаживание и тихий голос Сибил:

– Дай ему шанс. Он – заблудшая душа, сам не ведает, что творит.

Я горько всхлипнула, но ничего не ответила.

Услышала, как Сибил вернулась на свою кровать. Я же лежала, захлебываясь в слезах. В голове звучала одна и та же фраза: "Нежелательная беременность…".

Сколько я пролежала так, не знаю. Но в конце концов забылась тяжелым сном.

Глава 12. Условие ведьмы

Медек

Этой ночью отдохнуть мне так и не удалось, я проваливался в сон несколько раз на пару минут, но тревоги раздирали меня и каждый раз выдергивали из забытья в реальность. Зверь внутри, напротив, утих, получив желаемое. Почему я не смог его удержать? Если быть честным, я и не хотел. Я всегда желал её, тянулся к ней неудержимо, и плевать было на то, что она кружила возле моего отца. Я видел, как она преобразилась с приходом оборотней в замок. Да, раньше она совершала ошибки, но признала их и начала жить иначе. Застенчивость и пылкость, сочетание этих противоположностей, манило меня в ней. Сильная, моя прекрасная пара. Но я не мог быть с ней, просто не имел права.

На рассвете, когда первые лучи солнца пробились сквозь узкое окошко бани, я заметил поднос с едой, принесенный Гейлой. Поднявшись, я взял его и, вновь опустившись на матрас, машинально начал есть, продолжая предаваться самобичеванию.

Я поступил с ней, как последняя мразь. Надо было бежать сразу, а лучше – сгнить в камере, не принимая предложения Сантера. Она достойна лучшего, она должна быть счастлива. А теперь? Привязав ее к себе, я обреку на мучения. Я должен уехать, вот только нужно убедиться, что она не беременна. Это можно будет узнать в полнолуние. Если она окажется беременна…я оборвал эту мысль, даже не хочу думать об этом.

Доев, я встал. Пора двигаться! До полнолуния оставалось семь дней – половина пути до замка, придется ускориться. Главное – выдержать. Чем ближе луна, тем сильнее тянет к паре. Так уж устроены оборотни. Но я сдержусь. Не повторю ошибки.

Выйдя из бани, я тут же наткнулся на ведьму, она ждала меня. Неожиданно для меня ее глаза вспыхнули желтым. Вокруг нас возникло около сотни белесых призраков – мужчин и женщин.

– Это мой род, каждый из них наделен силой. Они проследят, чтобы ты отвез Гейлу туда, куда она захочет, иначе всю оставшуюся жизнь они будут рядом. Я знаю, смерти ты не боишься, ты ее ищешь. Поэтому они сделают всё, чтобы ты жил долго, – она хлопнула в ладоши, призраки исчезли, глаза вернулись в обычное состояние. – Ты настолько погряз в самобичевании, что не видишь дальше собственного носа. И пора бы уже успокоиться, полгода прошло, как его нет, ты сам себе хозяин.

Ярость вскипела во мне, она не знает ничего и не имеет права меня учить. Не в силах сдержать гнев, я приблизился к самому лицу ведьмы и прорычал:

– Старая, ты не понимаешь, его наследие, несущее зло и смерть, никуда не делось.

– Нет, это ты не понимаешь, всё, что есть в тебе – твоё, и с этим можно договориться, – спокойно ответила она, выдержав мой напор.

– Нет, он… – я захлебнулся собственной яростью, – я не хочу.

– В этом твоя проблема, ты не хочешь. Всё, я устала от разговоров с тобой, дальше думай сам. Гейлу не буди, она всю ночь проревела, благодаря твоим стараниям, дай ей хоть немного поспать. Я в лес, а ты пока заготовь дрова для меня.

Не дожидаясь от меня ответа, она развернулась и ушла в лес, прихватив корзины и продолжая ворчать о том, какая глупая пара досталась Гейле.

“А я не просил себе пары”, – про себя подумал я. Она не нужна мне. Ведьма своими условиями загнала меня в угол, надо пересмотреть планы и решить, что делать дальше.

Оглянувшись на дровяник и приметив топор, я направился к нему. Ладно, разомнусь, может, что-нибудь на ум и придет.

Глава 13. Он согласен

Гейла

Луч солнца, дерзко пробравшийся сквозь щель в ставнях, коснулся моего лица, вырывая из цепких объятий сна. Повернувшись на другой бок, я попыталась ускользнуть обратно в забытье. Но не удалось. Покрутившись еще немного, я сдалась. Поднявшись, плеснула в лицо студеной воды, прогоняя остатки дремы, и приготовила завтрак. Ароматный чай и хрустящий бутерброд с маслом и сыром – просто, но большего мне и не надо было.

Наслаждаясь едой, мысли неотвязно крутились вокруг предстоящего разговора с оборотнем. Необходимо настоять на своем: пусть сопроводит меня к матери, а потом волен скакать куда ему вздумается. Держать не стану. Конечно, я знала, справиться со своими чувствами будет непросто, но убиваться и плясать под его дудку я не намерена. Не нужна? Что ж, проживу и одна. Одиночество меня не пугает. А что же касается девицы, дожидающейся его в замке, этой Мидары… это исключительно его головная боль. Пусть сам с ней разбирается. Убедив себя в правильности принятого решения, я натянула платье и вышла во двор с решимостью в сердце, готовая к бою.

Во дворе, однако, никого не оказалось. Ни ведьмы, ни этого несносного оборотня. Обошла дом – пусто. Лишь конь, привязанный к коновязи, невозмутимо жевал сено. Какой заботливый хозяин, даже о корме позаботился.

Решившись, заглянула в баню. И там ни души. Только матрас, а на нем – алая лента, та самая, которую оборотень вчера так нежно перебирал в руках. От воспоминаний вчерашнего вечера щеки предательски вспыхнули. Интересно, чья она? О ком он вспоминал? Почему я не задумалась об этом раньше? И снова обида, словно темный спрут, обвила сердце своими щупальцами, сжимая его в болезненные тиски.

– Мне все равно, – прошептала я, пытаясь убедить саму себя. Развернулась и, глядя под ноги, быстрым шагом направилась к выходу. Слишком много мыслей клубилось в голове, поэтому я и не заметила, как в дверном проеме возникла его фигура. Я буквально врезалась в его обнаженную грудь. От неожиданности вырвался короткий вскрик, и я отпрянула. Взгляд тут же метнулся к его лицу, я старалась не смотреть на его торс. Темные глаза смотрели на меня с убийственным равнодушием. Как ему это удается? Меня бесила эта непроницаемая маска, хотелось ударить, чтобы хоть какое-то чувство промелькнуло на его лице.

Вместо этого я произнесла, как мне казалось, вполне спокойно:

– Я искала тебя. Я не поеду с тобой в замок. Я отправлюсь в поселение, где живет моя мать. Если ты готов меня сопроводить, буду благодарна. Если нет – поищу другого проводника. Тебя задерживать не буду. Мидаре можешь передать привет.

Я ожидала услышать отказ, но он все также ровно и холодно произнес:

– Я провожу тебя туда, куда ты захочешь.

И все? Так просто? Не верилось.

Оборотень продолжил:

– Выезжаем завтра, рано утром. Сегодня уже поздно. Ты знаешь, куда ехать?

Это было еще одной проблемой. Я не помнила. Ведьма говорила, что память скоро вернется, но когда наступит это "скоро" – неизвестно. Я отрицательно покачала головой.

– Я не помню.

– Понятно. Это не важно. У меня есть предположение, откуда ты родом.

Интересно, он знал обо мне больше, чем я сама? Точнее, я знала, но забыла. И имени его не помнила. Я усмехнулась про себя, но спрашивать не стала. Не нужно мне его имя.

Молчание затягивалось. Я не знала, что еще сказать. Тогда я просто попросила его посторониться. Он отступил, освобождая проход.

Выйдя из бани, я чуть не споткнулась об огромный ствол дерева. Видимо, оборотень его сюда притащил. Аккуратно перешагнув, вернулась в дом. И чем же мне заниматься до завтрашнего утра? Оглядевшись, я поняла, что делать мне совершенно нечего. Вряд ли ведьма обрадуется, если я начну рыться в ее вещах. Мой взгляд наткнулся на книги на полках стеллажа. Подойдя, пробежалась взглядом по корешкам. Нашла ту, что рассказывала о травах. Мне так понравилось бродить с Сибил по лесу, что я решила углубить свои знания в этой области.

Скрестив ноги, я удобно устроилась на матрасе. Со двора послышались удары топора. Я поняла, для чего оборотню понадобилось дерево – он заготавливал дрова для ведьмы. Да, ведьма умела извлекать выгоду из любой ситуации. Я улыбнулась. Надо брать с нее пример.

Остаток дня и вечер пролетели незаметно. Я читала о свойствах различных растений, стараясь запомнить как можно больше. Вдруг наткнулась на описание травы, которую используют для предотвращения беременности – сильфий. Ее заваривали и пили. Книга утверждала, что это довольно надежный способ. Я хорошо знала, как выглядит это растение. Да и картинка в книге подтверждала мои знания. Я подняла взгляд к потолку. Пучок сильфия отчетливо виднелся прямо надо мной.

– Вот так вот, а ты и не знал, – прошептала я, скорчив гримасу и показав язык воображаемому оборотню. Ребячество, конечно, но мне сразу стало легче на душе.

Сибил вернулась поздно. Мы поужинали, и я поделилась с ней нашими планами на завтра. Она только кивнула. Спать не хотелось, но усталость предыдущей ночи взяла свое. Мысли в голове стихли, и я быстро уснула.

Глава 14. Ложись!

Гейла

Рассвет еще только размывал горизонт багровыми мазками, когда я поднялась с постели. Нужно поторопиться, я не желала заставлять оборотня ждать. Наспех натянув платье поверх сорочки, не забыла о кинжале, привычно закрепив его у бедра. Единственное, что омрачало, отсутствие у меня запасов еды и денег, но с этим сейчас я ничего поделать не могла.

Тихо присев у бабушкиной кровати, я прошептала:

– Бабуля, я уехала. Спасибо тебе за всё.

– Ступай, дочка, ступай, – донесся в ответ тихий голос. – Луноликая богиня охраняет тебя.

Выскользнув за дверь, я направилась к дальней стороне дома, где видела коня. Наивно полагала, что приду первой, но я ошиблась. Оборотень уже был в седле. Заметив меня, он освободил стремя и произнес:

– Садись сзади. – его голос звучал холодно

Я послушно вскочила на коня, ухватившись за луку, но тут же услышала резкий приказ:

– Не так. Это не увеселительная прогулка. Прижмись ко мне и держись как следует. Поедем быстро.

"Быстро, значит! Избавиться от меня хочет!" – пронеслось в голове, пока я обхватывала его мускулистый торс. Вслух же произнесла:

– Должна тебя предупредить, – попыталась придать голосу равнодушие произнесла я, – у меня нет денег. Сейчас мне нечем заплатить за сопровождение, но когда мы доберемся до поселения, я что-нибудь придумаю.

Его спина мгновенно напряглась от моих слов. Мое заявление явно не пришлось ему по вкусу. Пусть знает – для меня он всего лишь наемный провожатый, не более того. Если я ему в тягость, то и он мне не нужен.

Ничего не ответив мне, он коротко пришпорив коня сорвался с места.

Мчались действительно быстро, я буквально впечаталась в спину оборотня. Спустя несколько часов я поняла, что моя спина затекла, а еще спустя несколько, мою правую ногу пронзила судорога. От колена она онемела, а выше – пульсировала тупой, изматывающей болью. Чтобы хоть как-то облегчить страдания, я прикрыла глаза и старалась сосредоточиться на дыхании и мерном покачивании в такт движениям коня. Стук копыт, ритмичное подпрыгивание, вдох и выдох. В какой-то момент мне почудилось, что я не скачу верхом, а плыву в невесомости. Боль отступила, мысли покинули голову. Возможно, я задремала. Неожиданно перед внутренним взором вспыхнула картина. Детство. Прекрасное солнечное утро и мой отец. Калейдоскоп образов закрутился, восстанавливая хронологию моей жизни. Это были мои воспоминания, вырвавшиеся из плена забвения. К тому моменту, как мы остановились на ночлег, я вспомнила всё. Годы боли и страданий, череду бесконечных ошибок и испытаний. Чувство вины и жалости к себе раздирали меня на части. Я хотела забыть всё это снова, вернуться в спасительную пустоту. От нахлынувших эмоций стало трудно дышать, предательские слезы заблестели в уголках глаз. Но больнее всего было от равнодушного поведения Медека. "Терпи, Гейла, терпи, – приказала я себе, – он не должен увидеть твою слабость". Я хмыкнула, зато вспомнила имя моей пары, правда, никакого облегчения это знание не принесло.

В седле мы провели весь день. Остановки были настолько стремительные, что считай и не было. Я посмотрела на горизонт. Солнце давно зашло. Интересно, этот тиран и ночью продолжит путь или все же мы остановимся на ночлег? Просить о чем либо я его не хотела, не собираюсь я унижаться. Пусть тело болит, но перед ним я никогда не встану на колени.

Неожиданно, будто услышав мои мысли Медек остановился и спрыгнул на землю. Взял коня под уздцы, подвел к ближайшей сосне, привязал, и не обращая на меня никакого внимания исчез в чаще. Я осталась одна. Он даже не потрудился помочь мне спуститься, в очередной раз демонстрируя свое пренебрежение.

Высвободив одеревеневшую ногу из стремени, я попыталась спрыгнуть, но, коснувшись земли, оступилась, и с глухим стуком рухнула на землю. Боль разлилась по телу. И тогда во мне что-то надломилось. Я ударила кулаком по земле – раз, другой. Мое сердце разрывалось от обиды на куски, я больше так не могла:

– Не нужен он мне, сама справлюсь, сама найду дорогу. – шипела от раздираемой физической и душевной боли. Кое-как поднявшись, заковыляла в противоположную от его направления сторону. Двигаться быстро не получалось, нога совсем не слушалась, с такой скоростью он быстро меня догонит. Ну и ладно, пусть побегает, а может, просто оставит меня в этом лесу, вернется в замок, или еще куда, и будет жить своей жизнью. Ну и пусть, злилась я на него, на себя и на свою злосчастную жизнь.