Страница 6 из 7
А ещё ежеминутно слушать про абсолютное мужское великолепие. Делать восхищённое лицо и шумно восторгаться подвигами, которые, в основном, сводились к тому, кто сколько выпил и в какую дурацкую историю влип. Да ещё и расспрашивать подробности. Иначе эти альфа-самцы быстро теряли интерес.
В общем, исходя из своего не слишком радужного опыта, девушка пришла к выводу что мужчины – народ эгоистичный. Тем более, привлекательные, обеспеченные и знающие себе цену. С другими встречаться София не видела смысла. Должны же быть хоть какие-то бонусы. Им нужно чтобы мир вертелся вокруг их безразмерного эго, а этого Соня ой как не любила.
И никогда не понимала подружек с восторгом рассказывающих о достоинствах того или иного парня на интимном поприще. Пробовала. Не понравилось. В её случае это были, скорее, эксперименты. Каких-то особенных чувств она не испытывала. Разве что любопытство. Хотелось на собственном опыте узнать чем же так восторгаются многочисленные поэты и писатели. О чем с придыханием рассказывают подружки. Ну, и чтобы не прослыть белой вороной, конечно.
Но прикола не поняла. Ни в первый раз, ни во второй, ни в последующие. Просто целоваться – ещё куда ни шло, но вот всё остальное – брррррр… Мерзко, скользко, иногда даже больно… Да ещё притворяться приходится, чтобы не прослыть фригидной… В общем, отношения с противоположным полом особого энтузиазма не вызывали.
Уютнее всего София чувствовала себя в своей квартире. На удобном диване, завернувшись в мягкий шерстяной плед, с книжкой на коленях. А теперь ещё и с кошкой. Желательно в гордом одиночестве, Марси не считается. Жить для себя. Ни под кого не подстраиваться, ни от кого не зависеть. Именно это девушка называла свободой.
Соня с детства была такой. Умела сама себя развлекать, жила в собственном сказочном мире и в чьей-либо компании абсолютно не нуждалась. Единственным действительно близким человеком она считала маму. Только с ней охотно делилась мыслями и переживаниями. Но ту забрала онкология, когда девушка училась на втором курсе. И с тех пор – всё. Поговорить по душам было не с кем. Да и особой потребности не было.
У отца – своя жизнь, свои дела, свои, непонятные Соне интересы… А сейчас и его не стало… С братом ей, скорее всего, общаться не дадут, да и, честно говоря, не очень-то хотелось. В зов крови София тоже не верила.
Войдя в предполетный зал, девушка, вдруг, ощутила острый приступ голода. Прямо до трясучки. Купила в кафе бутылку минералки без газа, хот дог и присела у стеклянной стены, поближе к выходу. С удовольствием откусила мягкую булку с сосиской и тут же ощутила укол совести. Из-за решетчатой дверцы переноски на неё с укоризной смотрели два изумрудных глаза.
Замечательная хозяйка, нечего сказать. Животное с утра не кормлено, а ей все равно. Только о себе думает. Разве так можно? София открыла замок и выпустила Марси наружу. Отломила половину сосиски, положила на пол на салфетку. Налила воды в крышку от бутылки, поставила рядом. Пятнистая хищница брезгливо понюхала предложенное угощение и вопросительно посмотрела на хозяйку. Это что, вообще, такое?
– Ну, извини, подружка, – пожала плечами София, – Больше ничего нет.
Марси обречённо вздохнула, на всякий случай осмотрелась и стала есть. Медленно, тщательно пережевывая. Потом полакала воды и, запрыгнув Соне на колени, свернулась клубком. Устроилась поудобнее, замурчала. Девушка провела рукой по шелковистой шерстке. Стало спокойно и уютно.
Объявили посадку. София быстро запихнула не успевшую опомниться, полусонную Марси в переноску, закинула рюкзак за плечи, достала посадочный талон, паспорт, отметилась у стойки и вместе с остальными пассажирами направилась к шаттлу. Неладное она почувствовала уже на улице. Дверца пластиковой клетки внезапно распахнулась и кошка, напуганная шумом двигателей взлетающих самолётов, пулей понеслась по газону вдоль здания аэропорта. Соня ахнула и, чертыхаясь, побежала за ней.
Марси скакала по стриженной траве с бешеной скоростью. Длинный поводок волочился следом. Девушка с трудом успевала. О том, чтобы схватить рулетку речи не шло, не потерять бы из виду. Обезумевшее от страха животное свернуло за поворот и забежало в здание. Довольно долго кошка петляла по каким-то лабиринтам, поднималась по лестницам, спускалась в подсобные помещения, пока, наконец, не остановилась у запертой двери. София, задыхаясь, догнала беглянку, схватила поводок и подтянула к себе пятнистую хищницу.
– Ах, ты, зараза этакая…– злющая Соня уже подняла руку, чтобы отвесить животному подзатыльник, но что-то остановило. Марси, прижав уши, смотрела на неё своим изумрудным взглядом.
– Мяяяяяу…– опустив голову, тихо-тихо запищала она.
– Чего, мяу? Вот, где мы сейчас? И как теперь отсюда выбираться? Ты, вообще, понимаешь, что натворила? – в глазах девушки стояли слёзы.
Соня подняла руку и посмотрела на часы. До вылета десять минут. На борт самолёта их все равно уже не пустят. И тут не до хорошего. Нужно хоть какой-нибудь выход найти… Девушка, прижав к себе кошку, медленно побрела по длинному пустому коридору.
– Эй! Есть здесь кто-нибудь? – что есть мочи крикнула она, но ответило только эхо.
София немного побродила по техническим помещениям, спустилась вниз по лестнице. Сунулась в одну дверь, другую… Наконец, нашла что-то типа ворот и оказалась на улице. Очень обрадовалась, когда увидела мужчину в возрасте в кислотно-зеленой жилетке со светоотражающими элементами. Видимо, техник какой-нибудь.
– Извините пожалуйста, вы мне не поможете? – заговорила Соня умоляющим голосом.
– Е-мое… Девонька, как же ты тут оказалась? Тебе сюда нельзя…
– Я заблудилась. За кошкой побежала… Наш самолёт уже улетел, наверное… Не подскажете как отсюда выйти? Нам в город надо… К автобусам или на аэроэкспресс…
Служащий усмехнулся.
– Это знаешь сколько тебе чапать придется? Может, кому из родственников позвонишь, тебя отсюда заберут? Или такси вызовешь? Я расскажу как проехать.
Соня только вздохнула.
– Я ещё и телефон посеяла. И карту.
– Ну, тогда, вот, звони с моего…
– Да я и номера ни одного наизусть не помню, только отца, а он…– глаза девушки стали медленно наполняться слезами, – Хотя…
София нашарила в кармане листок с написанными на нем убористым почерком цифрами. Конечно. Илья. Неудобно очень, но у нее нет другого выхода. Лишь бы снова согласился помочь…
Глава 14. Илья
Илья делал четвертый круг по территории аэропорта в надежде взять пассажиров до города, но ему опять не везло. Конкуренция была высокой. Он уже успел дважды переругаться с местными таксистами, которые не намерены были делиться клиентами с наглым пришельцем. Когда начались открытые угрозы, парень счёл за лучшее удалиться.
Илья как раз выезжал за ворота терминала, когда в кармане ожил телефон. Звонили с незнакомого номера. Первой мыслью было – сбросить. Наверняка реклама какая-нибудь. Только время свое терять… Но внутри что-то щёлкнуло и молодой человек всё-таки принял вызов.
– Слушаю, – бодрым голосом ответил он.
– Илья? – неуверенно пискнула трубка.
– Да…
– Это Соня. Соня Морозова, вы меня ещё сегодня на машине сбили… Помните?
– Тебя забудешь… – хмыкнул Илья, посмотрев на забинтованной палец, – И тварь твою пятнистую… А чего так рано звонишь? Соскучилась? Или снова влипла в какие-то неприятности?
– А как вы догадались? – убитым голосом ответила девушка.
– Ну, до Питера ты долететь точно ещё не успела, значит…
– Все правильно. Я опоздала на самолёт и заблудилась в здании аэропорта. Заберите меня отсюда, пожалуйста… – Соня шмыгнула носом и тихо всхлипнула, – Я понимаю, конечно, что надоела вам за сегодня до чёртиков, но мне сейчас просто не к кому обратиться… Помогите, пожалуйста. В последний раз, правда. Я за всё заплачу. И за услуги, и за моральный ущерб.
– Да с тобой пора уже кредитный договор оформлять, – усмехнулся Илья, – Ладно, твое счастье, что я из аэропорта уехать не успел. Откуда тебя забирать, рассказывай…
***
Через несколько минут расстроенная Соня с рюкзаком за плечами и Марси на руках садилась в машину. Она скромно устроилась на переднем сидении, стараясь занимать как можно меньше места и виновато проглядела на Илью.
– Ну, что? Очередные потери? – саркастически начал тот, – Чем дольше мы знакомы, тем меньше ценных вещей у тебя остаётся. Сначала телефон с картой посеяла, теперь чемодан с переноской? Как умудрилась, расскажешь?
– Мне, правда, очень стыдно… Выгляжу жуткой разгильдяйкой, но я не виновата, правда. Это всё Марси. Она как-то умудрилась открыть переноску и убежала, когда я уже готовилась войти в шаттл…
– Это не кошка, это какая-то казнь египетская, – покачал головой Илья, – Все твои неприятности – из-за неё. Может, ну ее? Отдашь в добрые руки – и проблемы разом кончатся.
– Да вы что? Никогда! Это любимица моего отца и единственное, что мне от него осталось! – глаза Сони стали медленно наполняться слезами и Илья закрыл рот.
Женских слез он не мог видеть на каком-то подсознательном уровне. Был готов сделать что угодно, лишь бы избавиться от этого неприятного зрелища.
– Эй! Как там тебя зовут? Соня? Ты, только не реви, пожалуйста. Я же не знал, что у тебя как в той сказке про кота в сапогах… Шкодливая бенгальская кошка в наследство… Просто пошутил. Довезу я тебя с твоим мяучелом куда скажешь в целости и сохранности. Кстати, куда едем?
София посмотрела на него потерянным взглядом карих глаз и тихо произнесла:
– Я не знаю…
Илья терпеливо вздохнул:
– Вообще супер… Всё понимаю, день у тебя тяжёлый выдался. Соображалка отключилась, но ведь ты же жила где-то в Москве? Или у кого-то гостила?
– Да, жила… – согласно кивнула Соня, – В доме отца… Только его вчера похоронили, а с мачехой я очень сильно разругалась… Нельзя мне туда. Может, хостел какой-нибудь поискать, куда берут с домашними животными… У меня осталось немного денег. Из тех, которые вы одолжили. И документы на месте. Завтра схожу в банк, сниму наличку со счета карты. Так можно, я знаю. Вам деньги верну, улечу, наконец, в Питер… И забуду всё это, как страшный сон…
Илья слушал, нахмурившись. Девчонку было реально жалко. Думал, у него выдался тяжёлый день, а тут такое… И она, молодец, держится. Вчера отца похоронила… По спине парня пробежал неприятный холодок. Слава богу, всё его близкие живы и здоровы.
– А знаешь что? – внезапно решился парень, – Поехали, наверное, ко мне. Ну, где мы сейчас тебе хостел нормальный найдем? Да ещё чтобы принимали с животными. У меня на кухне свободный диван есть. Всё лучше, чем на двухъярусной кровати в комнате с незнакомыми людьми.
– Ну что вы, это же неудобно, наверное… – замялась София, – Что скажут ваши домашние?
– Так нет никаких домашних. Я один живу. Непристойных намеков и предложений делать не буду, обещаю.
– Ну… Не знаю… – девушка неуверенно подняла глаза. Вообще-то в её ситуации это был наилучший выход.
– Слушай, а ты готовить умеешь? – воодушевленно продолжал Илья, – Борща мне наваришь? На неделю. Большую кастрюлю. Что-то я так по еде домашней соскучился…
– Хорошо. Договорились. И борща наварю, и второе приготовлю. Из одной курицы. Меня девчонки много чему научили, когда на первом курсе училась и жила в общежитии. Давно, правда, сама всё это не делала, – слабо улыбнулась София, – Но, ведь навык не пропьёшь…
– Ну, что, тогда в магазин за продуктами? Покажешь мастер-класс. Только имей в виду, денег мало. Поэкономнее.
***
По маленькой квартире Ильи распространялись одуряюще вкусные запахи. Девчонка не обманула. На плите вовсю кипел борщ, в сковородке готовился плов из курицы, кошка в углу хрустела какими-то косточками, а Соня уже нарезала салат из капусты и заправляла его смесью растительного масла и лимонного сока. На завтрак были обещаны какие-то необыкновенные оладьи со сметаной. Всё дёшево, просто и доступно. Сам Илья никогда бы не додумался, что так можно.
Ужинать они уселись в комнате, перед телевизором. Эту привычку парень перенял у Романа. Тот тоже любил есть перед экраном и смотреть новости.
– Ммммм, как вкусно! – потянул Илья, мельком взглянув на Соню, – Сто лет такого замечательного борща не ел.
– Да ладно, ерунда. Просто вы, наверное, очень проголодались, поэтому всё необыкновенным кажется.
– А чего ты мне всё время "выкаешь"? Я, вроде, не старый… – ухмыльнулся молодой человек, – Мне всего двадцать два. Тебе, наверное, примерно столько же. Да? Эй, Соня! Ты чего, вдруг, зависла?
Но девушка не слушала. Всё её внимание было поглощено происходящим на экране телевизора.
– Сегодня, в девятнадцать часов двадцать минут по Московскому времени произошел взрыв бытового газа в одном из домов на Невском проспекте Санкт-Петербурга. В квартире обнаружено тело молодой женщины. Предположительно, хозяйки жилья, дочери известного банкира Германа Морозова – Софии. Скорее всего, произошел несчастный случай, но правоохранительные органы рассматривают и другие версии произошедшего. Напомним, что сам крупный предприниматель скончался несколько дней назад в результате сердечно-сосудистого заболевания. Герману Павловичу было всего сорок девять лет. У него остались жена и двухлетний сын.
Илья даже жевать перестал. Он медленно повернулся к девушке и всмотрелся в её бледное лицо.
– Как, говоришь, у тебя фамилия? – парень озадаченно почесал в затылке.
– Морозова, – бесцветным голосом ответила Соня, – А отчество – Германовна. Это в моей квартире произошел взрыв…
Глава 15. София
София в шоке взирала на экран. Мысли путались и никак не хотели раскладываться по полочкам. По спине то и дело пробегали кортизоловые мурашки. Сейчас в той квартире должна была находиться она. Точнее, её бездыханное тело… Получается, если бы Марси не убежала…
– Даааа… – потянул сидящий рядом Илья. Похоже, он тоже был шокирован, – Надо будет завтра не поскупиться, купить твоей кошке парной говядины… Хрен с ним, с телефоном и чемоданом. Жизнь дороже… Ну, это-ж надо…
Соня не слушала. Она смотрела куда-то в пространство и время от времени хлопала глазами.
– Постой, – внезапно дошло до Ильи, – если ты тут, жива и здорова, то что за женщину нашли в твоей квартире?
– Скорее всего, Дашу. Мою домработницу, – дрогнувшим голосом ответила София, – У неё были ключи. Раз в несколько дней она приходила поливать цветы. Сегодня я попросила ее перед моим приездом вытереть пыль и купить для Марси корм, ну и всякие другие принадлежности. Миски там, лоток, игрушки… И этим, получается, вынесла ей приговор…
Карие глаза девушки стали вновь наполняться слезами.
– Так, всё… Не вздумай реветь! – Илья машинально взял руку Сони в свою, сжал и переплел пальцы, – Ты ни в чём не виновата! Это был несчастный случай! Такое иногда случается. Просто тебе повезло, а Даше твоей – нет. Как сказала бы моя бабушка – бог отвёл. Кошку свою благодари…
– Так это что же получается? Меня теперь все мертвой считают? – ошарашенно спросила Соня.
– Скорее всего, да. Потом, конечно, разберутся, но на это нужно время… Кстати, может надо всё-таки сообщить родственникам, что ты жива? Кто у тебя остался? Мама? Бабушка? Сестры, братья?
– Да нет у меня никого… – глухо ответила София, – Мама умерла четыре года назад, отец – на прошлой неделе… Бабушек и дедушек давным-давно нет. Брат есть младший, но он ещё совсем маленький. А мачеха, боюсь, новости о том, что я жива совсем не обрадуется… Руки, наверное, уже потирает и шампанское открыла. Наследство-то теперь делить ни с кем не надо… Даниэль не считается, ведь она его мать…
– А, что, большое наследство-то? – осторожно поинтересовался Илья.
– Очень, – тяжело вздохнула Соня и медленно вывободила руку.
Не сказать, что прикосновение этого чужого парня было неприятным, скорее, она испугалась собственных ощущений. Ладонь Ильи была широкой и тяжёлой. Её живое тепло успокаивало. В серых, как небо перед грозой, глазах молодого человека читалось искреннее сочувствие. А Соню внутри как раз просто разрывало от страха, скорби и нового для неё чувства абсолютной ненужности.
Странно. Ведь это совсем не в её характере. Девушка всегда любила быть одна. Не думать, как ты выглядишь со стороны, ни от кого не зависеть, ни под кого не подстраиваться. Получала от этого ни с чем не сравнимое удовольствие. И тягостное чувство одиночества ей было не знакомо. А тут, вдруг, накрыло…
Захотелось тепла. Просто уткнуться носом в широкую грудь этого практически незнакомого парня, выплеснуть всё, что наболело, открыться… Может быть, даже хорошенько поплакать. Навзрыд. От души. Чувствуя чью-то поддержку, понимая, что не одна, ощущая себя нужной и защищённой в надёжном коконе этих сильных рук.
Только, он, наверное, сочтет её за сумасшедшую… И так уже взвалила на его плечи кучу своих проблем… Не нужно ему это… Но Соню уже понесло. Слова полились потоком.
– Отец был крупным банкиром. А с Мариной у них в последнее время не ладилось. Он разводиться с ней собирался. Поэтому часть имущества на меня перевел. И завещание буквально неделю назад составил. Как будто чувствовал, что ему недолго осталось… Сегодня собирался зачитать его всем заинтересованным лицам. Только вот, не успел…
– Вообще, интересная картина получается…– Илья нахмурился и почесал в затылке, – А от чего умер твой отец?
– Тромбоэмболия лёгочной артерии. Это когда из какой-нибудь конечности отрывается тромб и закупоривает крупный кровеносный сосуд. Такое бывает, если человек страдает варикозом, злоупотребляет алкоголем, курит ну и остальное прочее…
– Сколько лет было твоему отцу?
– Сорок девять.
– Он страдал варикозом? – подозрительно поднял бровь Илья, – Или, может быть, выпить любил?
– Нет. Варикоза не было, – отрицательно покачала головой София, – И выпивал он очень умеренно. Пьяным в стельку я его за всю жизнь всего два раза видела. Ну, и что ты хочешь этим сказать?
– Пока ничего, просто размышляю. А какое именно имущество твой отец на тебя перевел, не помнишь?
– Честно? Я уже запуталась… – пожала плечами девушка, – Мы с ним несколько раз у нотариуса были. Недвижимость заграничную оформляли, точно помню. Машины какие-то. Акции… Я ведь в это не вникала никогда. Думала – просто формальность. Чтобы Марине при разводе меньше досталось…
Конец ознакомительного фрагмента.
