– Как-то нет.
– А мне всё-таки кажется, что видел, – он смотрел внимательно, словно и правда вспоминал.
– Ну, мало ли вы встречали официанток…
– Нет-нет, вы не поняли… не в кафе… Точно, вспомнил! На платформе! Вы ждали электричку, и я сразу обратил на вас внимание… Вы были в таком… длинном синем платье…
– В длинном синем платье? – Лера подумала, что дежа-вю, похоже, не только не собирается заканчиваться, а прямо-таки нагло набирает обороты. Или она совсем отстала от жизни, а в Москве уже давно всех девушек охмуряют только «длинным синим платьем»? И правда, чего фантазию напрягать? А может, это пароль такой? – Вы уверены, что именно в синем?
– Да-да, практически васильковом!
– С белым кружевным воротничком? – уточнила Лера.
А вот тут он опешил.
– Да… – медленно ответил посетитель и как-то странно на неё посмотрел.
– И с маленькой белой сумочкой, правда? – как ни в чём ни бывало, продолжила Лера.
– Да… – а этого он, похоже, совсем не ожидал. – А откуда вы знаете?
– Что знаю?
– Про белую сумочку… – Аркадий Михайлович вдруг поставил чашку, отстранился от стола и посмотрел на Леру совершенно другими глазами. Не осталось в них уже светского интереса, интеллектуальной внимательности, того беса, который в ребро, (а ведь он там был, точно был всего минуту назад). Теперь он смотрел на Леру с жутковатым удивлением, как школьник, перед которым фокусник только что распилил живую тётеньку, и ещё с какой-то беззащитностью, что ли, словно эта тётенька была не ассистентка фокусника, а его родная бабушка… и ещё неизвестно, сумеет ли фокусник вернуть всё, как было.
– Откуда я знаю про белую сумочку? – переспросила Лера.
А вот интересно, если войти в роль и продолжить этот спектакль, что тогда?
– Так это же была моя сумочка… – сказала она, – которая очень подходила к синему платью с белым кружевным воротничком.
– Правда?
– Ну, конечно! Это же так красиво!
– Да, очень красиво, – вздохнул Аркадий Михайлович то ли грустно, то ли облегчённо. Судя по всему, воображаемый фокусник сумел собрать воображаемую бабушку обратно, а вот радоваться этому или нет, пока было неясно.
– Так что же вы не подошли ко мне на платформе? – Лера взяла инициативу в свои руки.
В ней проснулся азарт. Раньше по отношению к мужчинам она чувствовала себя больше дичью, впрочем, в хорошем смысле… в том плане, что задача мужчины – охмурить девушку, а задача девушки – не позволить ему это сделать. А сейчас, пожалуй, инициатива внезапно перешла к ней. Что делать, она не знала, поэтому начала безо всякой системы дёргать за те ниточки, что попали в руки.
– Почему не подошёл? Не мог…
– Почему?
– Вы стояли на другой стороне, между нами были пути. К тому же вы-то меня не заметили… а потом сели в электричку и уехали, – произнося знакомый, явно знакомый и многократно повторенный текст, мужчина постепенно успокоился.
– Жаль, что я вас не заметила, – неожиданно для самой себя сказала Лера. – Вы очень интересный собеседник.
– Да нет, ну какой из меня собеседник… особенно с девушками. При вас я вообще теряюсь. Но всё-таки мне кажется, что я видел вас уже раньше…
– Конечно, на платформе, в синем платье.
– Нет, в другой раз, на море, кажется, в Геленджике… Я загорал на песке, а вы вышли из воды, словно Афродита из пены морской…
– В жёлтом купальнике?
– Да откуда вы знаете про жёлтый купальник?! – испуганно вскрикнул мужчина.
– Ну… я же в нём была. Внутри, понимаете? И цвет такой… похож на одуванчиковый, солнечный, да?
– Да…
– Видите, мы действительно встречались, – подытожила Лера.
– Этого не может быть… – на него жалко было смотреть.
– Всё может быть, – ответила Лера, пытаясь вспомнить, есть ли у них в аптечке валидол… на всякий случай.
Но Аркадий Михайлович справился сам, без валидола. От откопал в недрах своего артистизма новый взгляд – взгляд следователя, и упёр его в Леру.
– Кто вам рассказал про меня?
– Мне. Про вас. Никто. Никогда. Не рассказывал, – честно ответила Лера.
– Тогда что вам от меня надо?
– Мне – от вас?! – тут уже Лера подскочила. – Я что, сама пригласила вас «на чашечку кофе»? Или это я начала игру в дурацкие воспоминания «где же я вас видел?»
– Успокойтесь… – Аркадий Михайлович смягчился. – И всё же я не понимаю…
– Чего?
– У вас что, только один купальник?
– Какая вам разница, сколько у меня купальников?!
– Ну, вы же сразу сказали «жёлтый».
– Допустим, в Геленждике я была в жёлтом.
– Открытом или закрытом?
– В смысле?
– Купальник был открытым, из двух частей… или наоборот…
– А, поняла… В закрытом.
– Слава богу!
– Что – слава богу?
– Это были не вы!
– Так кого же вы видели?
– Не вас. Мы с вами никогда раньше не встречались.
Похоже, Аркадий Михайлович был доволен результатом. А вот Лера решительно ничего не понимала.
– А в синем платье? На платформе? – спросила она.
– Ну, мало ли синих платьев!
– А белая сумочка?
– Хорошо, опишите мне вашу белую сумочку.
– Ну, небольшая такая, прямоугольная…
– Вот! Вы сказали «прямоугольная», а она была со скруглёнными углами!
– То есть это тоже была не я?
– Да.
– А почему вы только что пытались доказать мне обратное?
– Я перепутал вас с другой девушкой.
– Перепутали? То есть мы с вами никогда раньше не встречались?
– Никогда.
Почему-то Лере стало обидно. Она забыла даже о том, что ей давно пора бежать в универ. Хотелось понять, почему этот человек, который только что пытался с нею познакомиться, (хотя, если честно, шансов на продолжение знакомства у него никаких не было), вдруг испугался и, кажется, уже ждёт, когда же она покинет его столик. И что это за синее платье, в конце концов? Может, он действительно маньяк, убил девушку в синем платье, ну, и двинулся на этой почве? Или сначала двинулся, потом убил… Кстати, а тот, вчерашний парень, тоже маньяк?
– Я не понимаю… – начала она.
– Это я не понимаю, – ответил он.
– Чего?
– Что вам от меня надо?
– Просто мне кажется, что я вас видела где-то раньше…– попыталась импровизировать Лера.
– Вы на что намекаете?
– Ни на что я не намекаю.
– Вы что, хотите со мной… – он удивлённо поднял брови.
– Боже упаси! – искренне воскликнула она.
– А вот это невежливо с вашей стороны.
– Да? А говорить, что вы видели совершенно другую девушку в синем платье – вежливо?
– Но ведь это были не вы.
– И что с того?
Он откинулся на стуле и снова внимательно на неё посмотрел. Теперь это был взгляд исследователя, открывшего новый неизвестный вид насекомых и уже прикидывающий, на что потратит премию.
– Скажите честно, у вас ведь вообще нет синего платья, а? И никогда не было?
– Да, у меня никогда не было синего платья, – она смотрела прямо ему в глаза.
– И белой сумочки никогда не было?
– Никогда не было.
– И жёлтого купальника?
– И жёлтого купальника.
– Тогда откуда вы про всё это знаете?
– Честно?
– Да.
– Тогда взаимно. Я признаю, что у меня этого ничего не было, я просто вам подыгрывала в вашем же спектакле. А теперь вы скажите, какой в этом всём смысл? Это что, пароль? Условный знак?
– Нет, ну какой же это пароль…
Вдруг Аркадий Михайлович подпрыгнул на месте, хлопнул себя ладонью по лбу и просиял:
– Ну, конечно же, я всё понял!
– Что вы поняли?
– Вы видели Артёма!
– Какого Артёма?
– Моего сына!
