Читать «Бывшие. Искры прошлого» — Марьяна Зун онлайн
Страница 2 из 3
Четвертая глава
Марина
Как же сложно. Это какое-то испытание находиться с ним рядом. Как мы будем работать в одной компании?
Но, с другой стороны, это хорошо. Корпоративная этика. У нас в «Альтере» есть табу на отношения между коллегами. Это меня и спасёт. Потому что я в его присутствии горю.
Когда Матвей подошёл и оказался рядом. Готова была простить всю боль и горечь, что он причинил шестнадцать лет назад. Я много раз пыталась анализировать свои и его действия, но приходила всегда к одному. Все, что было между нами было прекрасно, ни о чем не жалею.
Его нежные руки, страстные поцелую. В ту ночь Тихонов лишил меня невинности. Мне не было больно, он удивительный и внимательный мужчина. Матвей смог все сделать красиво, музыка, вино, ласковый шёпот на ухо. Я чувствовала себя богиней и главной девушкой в его жизни. Так что я не жалею о своём решении и никогда не хотела видеть своим первым мужчиной кого-то другого.
Прошлое
Я была влюблённая восемнадцатилетняя девушка, три года я сходила по нему с ума. И тогда шла на этот шаг осознанно. Решив, что первым должен быть Матвей.
Конечно, я не ожидала, что он все же решится и подойдёт. Мы будем танцевать и уйдём вместе. Это был прощальный вечер Матвея перед отъездом в другую страну. Он выиграл престижный грант и получил шанс резко изменить жизнь. Я его не обсуждала за решение не упустить шанс. Правда, узнала об этом, когда Тихонов провожал меня домой. Жила я тогда у бабушки. Её, правда, дома не было. Она была на даче. А я поливала цветы и кормила рыбок. Мы стояли с Матвеем около её подъезда. У нас над головами было чистое ясное звездное небо, светила луна.
Он для меня самый красивый парень, мой идеал. Его пронзительные серо—голубые глаза, так на меня смотрели. Глядя в мои зелёные, он сообщил:
– Марин, спасибо за прогулку, это мой последний вечер. Завтра я улетаю.
– Куда? – я была поражена его словами.
Я так долго ждала этого свидания, нашего близкого общения. А он мне говорит, что уезжает. Сердце сжалось в груди.
Матвей рассказал, что ему пришёл ответ и его приняли в крутой университет за океаном. Я радовалась за него, всегда была уверена в нем. Но не верила, что на этом все. Плакать было нельзя. Все потом, и я решилась на первый шаг и пригласила его в гости.
– Марина, ты понимаешь, что это мой последний день…
– Да, Матвей. Я этого хочу.
Он провел по моей щеке костяшками левой руки. И меня ударило током. Нежность и внимание. И ведь он смотрел на меня с интересом и желанием. Это придавало мне смелости. Взяв Матвея за руку, открыла дверь в подъезд. Ночь. Тишина. Время приближалось к часу. Мы молча поднялись на второй этаж. Пока шли по лестнице, я вспоминала, помыла ли посуду, есть что—то в холодильнике. Было слышно моё сбившееся дыхание. Мне удалось справиться с нервами. Дверь получилось открыть сразу. Но когда мы переступили порог, смелость и решительность улетучились. Матвей все понимал. Он прижал меня спиной к стене и начал страстно целовать. Кровь стучала в висках, голова шла кругом. Он умело распалял меня, и я ему доверилась.
Потом, опомнившись, Тихонов сбавил обороты.
Матвей снял сплеча рюкзак, и мы прошли в комнату. У меня горели щеки, хотелось жутко пить. Лена намешала какой-то странный коктейль перед тем, как мы пошли домой. Матвей, присев на диван достал из своего рюкзака бутылку шампанского и шоколадку Вдохновение.
– Марин, давай бокалы. Тебе надо немного расслабиться.
Я подошла к серванту и достала хрустальные фужеры. Поставила их на журнальный столик и сбежала на кухню, чтобы умыться. Дрожала и ждала его действий.
– Марина, ты где? – раздался его умопомрачительный голос.
– Иду, Матвей, – мне безумно нравилось произносить его имя.
Чтобы успокоиться, решила сделать пару бутербродов. Из комнаты раздался хлопок. Сделав глубокий вдох, я направилась в комнату. Проходя мимо зеркала, увидела там незнакомую девушку. У нее был шальной и решительный взгляд.
Матвей держал бутылку и разливал пенный напиток. Похлопал по дивану приглашающим жестом и протянул мне один бокал.
Я, не раздумывая, подошла и взяла фужер. Постаралась присесть рядом и не расплескать напиток.
– За новую жизнь, – произнёс Матвей. И раздался дзинь.
Шампанское сразу ударило в голову. Мне стало так легко. Скованность куда-то исчезла. Тихонов попросил выпить до дна. Я послушалась. Затем забрал пустой бокал, включил музыку на телефоне и пригласил на танец. Голова шла кругом. Пьянил не только напиток, но и парень рядом. Мне казалось, я такая неуклюжая, боялась оттоптать если все ноги. Но Матвей прекрасно владел своим телом. Он прижимался всем телом, вжимал меня в себя. Я чувствовала его мощь под своими пальцами. Сильные и крепкие плечи. Смотрела в его глаза и тонула. Его взгляд обещал многое.
Матвей гладил меня по спине и сжимал попу. У него были такие сильные руки, что моя немаленькая пятая точка помещалась и его ладонях. Он выше меня на голову, но разница в нашем росте ему ничуть не мешала. Матвей начал покусывать мои губы, затем мочку уха. По всему телу бегали мурашки.
Стало так жарко, хотелось снять с себя всю одежду, а его рубашка дико мешала ощутить под пальцами его кожу. Все лето я так мечтала прикоснуться к его загорелым плечам. Пальцы горели от желания открытых прикосновений к голому телу. Мой любимый мужчина шептал пошлости на ухо, кусал шею. Я была так счастлива. Вот он, мой шанс признаться в своих чувствах.
– Смелее, зеленоглазка. Отпусти себя, что ты хочешь? – провоцировал он.
– Сними рубашку, – решилась я на дерзость.
Матвей отстранился, развел руки в стороны и произнес:
– Я весь твой, зеленоглазка. Действуй.
* * *
Я была самая счастливая девушка. Уже женщина. Мы лежали на разложенном диване. Молчали, но не спали. В окно виднелся зарождающийся рассвет.
– Можно принять душ? – нарушил молчание Тихонов.
– Конечно.
Матвей поднялся с дивана ничего не стесняясь, поднял с пола свои брюки и вышел в коридор. Зашумела вода в душе. Я лежала и улыбалась.
– Он будет моим, – шептала в тишину.
Потом вскочила и полезла в шкаф за полотенцем. Я так мечтала надеть его рубашку на голое тело, но, увы, она оказалась мала и не застегнулась. Эх. Завернувшись в простыню, последовала за любимым. Постучала в дверь.
– Что-то случилось? – услышала напряжённый голос Матвея.
– Ничего. Я принесла чистое полотенце.
– Заходи, – произнёс он, и шум воды стих.
Матвей был весь мокрый, по его роскошному тренированному телу стекали капли воды. Он не стеснялся моего жадного взгляда.
– Давай, – произнёс Матвей и протянул руку.
Я смотрела на него и не могла сообразить, что ему нужно.
– Что прости?
– Марин, полотенце.
– Ой, извини, – я вручила ему полотенце и вышла.
Вернувшись в комнату, я надела халат и спрятала свое тело. Взяла его рубашку и вдохнула аромат его тела. Я стояла и ждала, что же будет дальше.
Матвей вышел и вернулся в комнату, поднял рюкзак и направился в коридор. Надел ботинки и обернулся ко мне.
– Мне пора.
Я ждала других слов. Сжимала его рубашку и прижимала её к груди. На этом все? А как же будущее…
– Матвей… – начала я.
– Марин, ты классная девчонка. Но я уезжаю. – Разбил он мои мечты. – Прощай.
Подошёл и повернул барашек замка. Я смотрела и не верила в происходящее. Ком в горле. У меня текли слезы по щекам. Я не понимала, как смогу отпустить его.
– Матвей, я люблю тебя.
– Марин, извини. Меня не стоит любить.
И вышел за дверь. А я осела на пол, как подкошенная и разрыдалась.
Вновь меня накрыло волной воспоминаний. Зачем он вернулся?
Пятая глава
У меня ведь все хорошо в жизни. Свое жилье, машина, престижная работа. Сын молодец. Коллеги уважают. А здесь как гром среди ясного неба появился Тихонов. Хотя, кого я обманываю. Матвей не может быть бывшим. Мы не встречались. Он мой первый мужчина. Самый красивый и желанный. Моя первая безответная любовь. Буду честной с собой. Тихонов по—прежнему возбуждает меня как женщину. Да, я была замужем, но супруга не любила. Сейчас это осознаю, как никогда ясно. После того, как Матвей вышел за порог бабушкиной квартиры, я проплакала два часа.
«Меня нельзя любить». Его слова до сих пор гудели в моей голове. Почему он так сказал?
Боль от разлуки с любимым парнем выжигали мою душу. Наивная восемнадцатилетняя девушка.
Прошлое
Я нашла в себе силы и поднялась. Сходила на кухню, налила себе чай. Есть не хотелось, кусок в горло не лез. Вернулась в комнату и взглянула на смятые простыни со следами доказательства моей невинности. Но сожалений не было. Все было прекрасно. Страх и надежда, что забеременела от Матвея, повергли меня в шок и радость одновременно. Ведь мы не использовали защиту. На часах семь утра. Звоню Эле. – Маринка, ты видела, который час? С ума сошла! Суббота, – бурчит подруга. – Эля, милая, Ярослав поблизости. – У меня свой интерес. Подруга молчит.
– Ты здесь? – не выдерживаю напряжения.
– Зачем тебе понадобился мой парень?
– Поговорить это важно, – слышен шорох.
– Марина? – раздается удивлённый мужской голос.
– Яр, спасай. Когда уезжает Матвей? – выпаливаю я.
– Ох, ты рубишь прям с плеча.
– Ярик, мне очень нужно, – умоляю. – Я люблю его, – решаю открыть карты.
– Идиотом я никогда не был, у тебя на лице всегда это читалось.
Он ошеломляет, но все позже. Сейчас мне важно узнать, откуда и во сколько улетает Матвей. Яр, тяжело вдыхает, видимо, колеблется, но все же сообщает:
– Завтра из Шереметьево, рейс в 16.30.
– Большое спасибо, Ярослав. Я твоя должница. – убеждаю его.
Чуточку расслабляюсь, у меня в запасе сутки, чтобы набраться храбрости и поехать попрощаться, и сказать правильные слова.
– Марин, – слышу голос Ярослава.
– Я здесь, прости. Что ты спросил?
– Уговори свою подругу выйти за меня замуж, – сообщает парень.
– Она не хочет? – удивляюсь я.
Слышу, как Эля возмущается. Они о чем—то спорят, но слов не разобрать. Кричу в трубу:
– Поздравляю. Рада за вас, – и прекращаю разговор.
У меня есть время скрыть следы нашей ночи. Убрать квартиру, приготовить обед и выспаться. А ещё разузнать, как доехать в аэропорт. Время бежало очень медленно, слонялась из угла в угол… Потом решила написать письмо Матвею, и призналась в своих чувствах. О том, что влюбилась еще три года назад. Выливала на бумагу все накопившиеся эмоции. Перечитывать не стала, запечатала конверт и положила в сумочку.
Ночь спала очень плохо, часто просыпалась, боялась поспать. С утра долго выбирала одежду. В итоге решила надеть сарафан. И вот в полдень я поехала в аэропорт. Метро, автобус. Письмо лежало в сумочке, а я нервно сжимала её в руках и расхаживала в здании туда-сюда. Я боялась проглядеть его. Смотрела на электронное табло. Вдруг что-то ощутила и обернулась, и увидела Матвея, входящего в сопровождении родителей.
У него был громадный чемодан и сумка. Мама крепко держала его под руку и вытирала слезы. Матвей был как всегда великолепен. Футболка и джинсы с рюкзаком за плечами. Самый красивый, высокий и спортивный парень. Никого не видела, кроме него одного. Сердце бешено колотилось в груди, руки дрожали. Дожидалась подходящего момента, чтобы подойти. Но решила для себя: если Матвей не останется один, я подойду и просто попрощаюсь. Мне нужно ещё раз посмотреть ему в глаза и сказать о своей любви. Возможно, глупо. Минуты шли, время утекало, а я все ждала момента. Они стояли в стороне от людского потока. Матвей меня не видел. Моё время вышло. Объявили о посадке на его рейс. Мама вновь обняла его и что-то шептала сыну на ухо. И я отважилась. Ноги тряслись, но я шла к нему, с каждым шагом подходила все ближе. Было страшно, но ещё страшнее было не проститься.
– Матвей, – позвала его.
Он удивился, увидев меня, но все же приблизился. Я была счастлива, смотрела на него и не могла оторвать взгляд от него такого прекрасного и любимого.
– Марин, что ты здесь делаешь? – читалось изумление на его лице.
– Пришла попрощаться. – Говорю как есть.
– Я не просил, – начал злиться.
– Не ругайся, мне нужно. Мы долго не увидимся, и я хотела, чтобы ты знал…
– Марин, забудь. Будь счастлива с кем-то другим. Я не вернусь. Твоя любовь мне не нужна, – его слова были как пощёчина. Боль разъедала изнутри.
– Мне все равно. Я тебя люблю и буду ждать....
– Не нужно. Прощай. – Тихонов развернулся и направился к родителям.
И я сделала последнюю попытку. Побежала за ним и обняла за талию. Он застыл. Уткнулась ему в лопатки. Вдохнула его запах.
– Я тебя никогда не забуду, – шептала ему в спину. – Возвращайся. Желаю тебе удачи. Пиши.
Матвей не смотрел на меня, просто расцепил мои пальцы и пошёл, не оборачиваясь. Мне удалось сунуть письмо в его рюкзак. В надежде, что он все-таки найдёт конверт и прочтёт. Матвей уходил в свое светлое будущее. Я обливалась слезами и смотрела ему вслед на удаляющуюся фигуру, и плакала. Счастье просочилось через пальцы.