– Только лет ей вовсе не сто, семидесяти еще нет!
– Надо же, – удивилась девушка, а мне она тогда старенькой такой казалась! Интересно, какая она сейчас?
Варвара Дмитриевна остановилась у калитки и ответила:
– Старенькой казалась, потому что ты сама маленькая была. А какой стала – сейчас и увидим. Никитишна, ты дома? Никитишна!
Из будки, стоящей в углу двора, за забором, выскочила лохматая рыжая собачонка и залилась звонким лаем.
– Иду я, иду! – донеслось откуда-то из-за дома. – Дуська, а ну, цыц!
Через минуту показалась и хозяйка. Дина с любопытством разглядывала старушку, которую видела последний раз лет 10 назад, и удивлялась: «Надо же! Я ведь ее такой и помню, совсем не изменилась!»
Легкой быстрой походкой к калитке подошла невысокого роста худощавая женщина, румяная, улыбчивая, с добрыми синими глазами и совершенно белыми кудряшками.
– Это кто же ко мне пожаловал? – прищурилась хозяйка, открывая калитку.
– А ты что же, не узнаешь? – подбоченилась Варвара Дмитриевна. – Аль я так постарела за год-то?
– Варюшка! – всплеснула руками Нина Никитишна. – Ты ли? Да как же ты?.. Я и не ждала тебя раньше июля!
– Да вот так! Приехала, врачи воздухом прописали дышать.
– А это кто ж с тобой? Неужто Диночка твоя так выросла?! Да с женихом!
Варвара Дмитриевна рассмеялась:
– Да ну тебя, Никитишна! Скажешь тоже – с женихом! Рано им еще, в одиннадцатый только перешли. Хотя жених-то неплохой. И учатся они вместе, и сосед наш, к тому же. Михаилом зовут.
– Ну, сосед, так сосед, – усмехнулась Нина Никитишна, хитро взглянув на покрасневших ребят. – Надолго к нам-то?
– До августа, наверное, пробудем. Мы. Никитишна, за водой к тебе пришли. Угостишь? А то у нас пока очистится…
– Да что же это я?! – всплеснула руками Никитишна. – На улице вас держу! Вы в дом-то проходите, а Дуську не бойтесь – она людей хорошо чует, добрых не тронет! Это я от радости, Варвара, ты уж прости старую! Идемте, я вас чаем напою. Да вы и голодные, небось, с дороги-то?
Никитишна, подхватив Варвару Дмитриевну под руку, повела ее к дому.
– Ба, – позвала Дина, – мы с Михой пойдем, в доме приберемся, а ты вон с Ниной Никитишной пообщайся.
– Хорошо, Диночка, идите, – согласилась Варвара Дмитриевна.
– А воды берите, сколько надо, – сказала Никитишна. – за домом – колодец, а рядом – водокачка. Зять додумался, теперь колодезная водица через водокачку идет!
Варвара Дмитриевна с Ниной Никитишной пошли чаевничать, а Миха с Динкой, набрав полные ведра воды, вернулись домой.
– Ну-с, приступим! – Миха закатал рукава, включил погромче плеер и взял наперевес метлу.
Спустя несколько часов дом блестел чистотой, на чисто вымытых окнах висели цветастые занавески, большой круглый стол укрывала нежно-желтая скатерть с яркими большими цветами по краям.
Уставшие, Динка и Миха вышли во двор и уселись на лавочку. Девушка тоскливо смотрела на заросший сад.
– Ну, вот скажи, почему я такая невезучая?
– Дин, да ладно тебе! – утешал Миха. – Это же не какая-то заброшенная деревушка, это же Егорьевское! Прииск! Наверняка тут много интересного! Вот разберём сегодня вещи, а завтра поведешь меня на экскурсию. Я же никогда не был за городом!
Динка усмехнулась:
– С меня экскурсовод – как с курицы лебедь! Я и сама здесь сто лет не была! Ладно, чего уж… Лишь бы бабушке на пользу пошла деревенская жизнь. Пошли-ка за ней сходим.
Никитишна, увидав молодежь в окно, пригласила их в дом:
– Давайте-ка, проходите к столу! Умаялись, небось? У меня как раз пироги поспели, чай пить будем.
Услышав про пироги, Михин живот предательски громко заурчал. Динка звонко засмеялась:
– Ишь ты, какая реакция!
Парень смутился:
– Так я же утром торопился, позавтракать не успел.
За чаем Никитишна спросила:
– А чего это вы невесёлые такие? Небось, боитесь заскучать здесь без городских развлечений, без друзей-подруг?
Варвара Дмитриевна вздохнула:
– Да, Никитишна, подвела я ребят-то. В Москву они собирались, отдохнуть, город посмотреть. А пришлось со мной сюда перебираться.
– Ну, посмотреть и у нас есть на что, не хуже, чем в городе живём, – гордо сказала Никитишна. – И музей у нас имеется, и места красивые, речка опять же. Да к нам туристы, почитай все лето едут! Историческое место!
– А медведи в лесу есть? А волки? – как-то совсем по-детски спросил Миха.
Никитишна нахмурилась, задумалась. Динка с Михой удивлённо переглянулись.
– Вот что, милые, – наконец ответила старушка, – в тайгу без надобности не ходите. Места вам незнакомы, заплутаете. Да и болота там есть, они пострашнее медведей. Тайга – она ведь живая.
– Ну, подруга, – улыбнулась Варвара Дмитриевна, – напугаешь ты мне ребят, они и носа из дому не высунут!
– Да не пугаю я, а так, предупреждаю. Бывало, люди здесь вовсе без вести пропадали. Места-то здесь таинственные! – загадочно сказала Никитишна. – Бывалые старатели да охотники говорят, что есть у нашей земли хозяйка. Добрых людей не трогает, а тех, кто с черными мыслями на землю Маслянинскую ступил, изведет, не пожалеет. Вот в прошлом году был случай. Приехали городские. Никому не сказались, не показались. В тайге на ночлег остановились. А через пару дней лесничий наш набрёл на их лагерь. Четверо, как один, сгорели. То ли от костра искры разлетелись, то ли хозяйка таёжная наказала. А ещё одного в низине нашли – говорят, сердце остановилось, так и помер.
Никитишна помолчала, задумалась, качнула головой.
– Говорят, пьяные они все были, намусорили, кустов наломали. Да и не с добрыми помыслами, видать, приехали, тайком в тайгу пробрались. Вот хозяйка и рассердилась. Потом уже и милиция приезжала. Оказалось, все они из золотой молодежи, как сейчас таких называют, а по-нашему – так бездельники, за лёгкой добычей пришли. И карту прииска Егорьевского нашли у них в вещах. Родители – чиновники какие-то да бизнесмены, тоже приезжали. Грозились всех арестовать, суда требовали. А кого судить-то? Никто и знать их не знал, и в селе их не видал народ. Так и уехали ни с чем.
Динка с Михой слушали Никитишну, затаив дыхание. Наконец, парень не выдержал, спросил:
– А кто такая, эта хозяйка? Откуда она появилась?
– А этого, милый, никто не знает, – развела руками Никитишна. – Помню только, что мне ещё моя прабабка, царствие ей небесное, рассказывала, что есть у нашей тайги хранительница. Знать, не один век тут хозяйничает душа ее неприкаянная.
Варвара Дмитриевна покачала головой:
– Ну, Нина, ты и завернула! Совсем ребят заморочила! Они теперь, как пить дать, и по грибы не выйдут, побоятся!
– Ты, бабушка, нас совсем за малышей считаешь, – рассмеялась Динка. – А мы, может, наоборот, вот как пойдем и познакомимся с ней, с хозяйкой тайги! Глядишь, и подружимся!
– Вот я вам познакомлюсь! – всплеснула руками Варвара Дмитриевна. – Не шутки это! О хозяйке и мне бабка моя рассказывала. Где правда, где сказка – никому неведомо. Так что, нечего без надобности шастать по лесу!
– Да я так, бабуль, ты чего, в самом деле?
Динка аж растерялась, увидев, как побледнела Варвара Дмитриевна.
– Обещаю в лес не ходить, хозяйку не тревожить, – шутливо сказала девушка, переглядываясь с Михой.
– То-то же! Смотри у меня, егоза! – пригрозила бабушка.
Домой вернулись поздно вечером. Никитишна проводила до калитки, наказав приходить в любое время, если что по хозяйству понадобится. Быстро разобрав чемоданы, Динка с бабушкой застелили постели, а Миха, раздобыв где-то старенькую вазу, поставил на стол букет полевых цветов.
– Это у нас за домом такая красота растет! Целое поле! – сообщил он.
– Завтра займёмся огородом, – решила Динка, – надо траву убрать, а то вон какая выросла – заблудиться можно. А сейчас давайте спать, поздно уже!
ГЛАВА 3
Спала в эту ночь Динка плохо. То ли место новое, то ли рассказы Нины Никитишны взбудоражили, но снилось девушке что-то страшное и непонятное. Какие-то обрывки, словно кадры из черно-белого старинного кинофильма. Девушка, умоляющая старика со злыми глазами пощадить ее, парни, погружающиеся в болото, бурная река… Проснулась Динка на рассвете вся разбитая, с какой-то тянущей тоской в душе.
– Ну, баба Нина, ну удружила! – проворчала девушка. Попыталась снова заснуть, но, поворочавшись с бока на бок, поняла, что сон как рукой сняло. Вздохнув, Динка поплелась на кухню. Поставила чайник и села к столу.
– Надо бы до магазина пройтись, – решила девушка, перебрав продукты, которые они прихватили с собой из города. Динка заглянула в пустой холодильник, проверила – морозит ли?
– Хорошо, хоть газ с электричеством есть, – вздохнула девушка. – Не пропадем.
Динка сварила кофе и, взяв чашку, вышла во двор. Огляделась вокруг и ахнула, замерев:
– Красота какая! Как я вчера ничего не заметила?
Вдоль широкой улицы стояли аккуратные домики с палисадниками, обнесённые невысокими заборами. А вдали поднималась темно- зелёной стеной березовая роща. Яркое синее небо украшали белоснежные клочья облаков, висящих так низко, что казалось, залезь на крышу дома, протяни руку и – вот оно, облако, уже лежит на ладони. Динка поставила чашку с кофе на лавочку и со всех ног побежала в сторону рощи, за околицу. Она бежала и бежала, и остановилась, лишь добежав до пылающего покрывала – перед девушкой яркими огнями горело поле. Это были жарки, или огоньки, как называют их в народе. Целые полянки этих цветов украшали село Егорьевское, да и, пожалуй, весь Маслянинский район. Динка восторженно закружилась, ладонями нежно касаясь цветов, и крепко зажмурилась. На миг в сознании мелькнула картинка из ночного сна: черная земля, окропленная каплями крови. Динка замерла и открыла глаза. Теперь жарки не казались ей такими милыми, как поначалу. Девушка подумала, что это капли крови превратились в цветы, чтобы воззвать к справедливости. По цветочному полю пролетел легкий ветерок, мягко толкнул Динку в спину и умчался в рощу. «Ну и ну, – удивилась Динка, – привидится же такое! Ну, баба Нина! Удружила со своими сказками…
Во дворе дома Динку уже ждала встревоженная бабушка.
– Дина, мы тебя уж потеряли! Миха всю деревню обежал! Ты куда сбежала ни свет, ни заря?! – возмущённо спросила она. – Ну, разве можно так?
– Бабуль, я прогуляться вышла. Чего переполошились-то? – удивилась девушка. – Здесь недалеко такая полянка красивая, вся в цветах!
– Предупреждать надо! – проворчал Миха.
– Ладно уж, – махнула рукой Варвара Дмитриевна. – Идёмте завтракать. Миха вон от Никитишны молока парного принес, я оладьев напекла. Позавтракаем, да и за работу. Надо быт налаживать.
После завтрака Динка с бабушкой засобирались в магазин.
– Вы там как закупитесь, ты, Дина, позвони мне, я сумки заберу, – деловито наказал Миха. – Я пока с травой сражаться буду.
Варвара Дмитриевна засмеялась:
– Ну-ну, воин, смотри, чтоб она тебя не победила, вон какая выросла!
***
Магазин располагался в самом центре Егорьевского, на широкой просторной улице.
– Смотри, бабуль, совсем как в городе! – удивилась Динка. – Я- то думала тут маленькая лавчонка, а это целый супермаркет!
– Лавчонка! Скажешь тоже! – усмехнулась Варвара Дмитриевна. – Егорьевское- то село богатое, здесь люди, можно сказать, по золоту ходят! Приезжих много бывает, туристов, да и на заработки сюда отовсюду едут старатели. А вон, напротив, посмотри, сельсовет наш.
Динка снова удивилась:
– Надо же, какой домище отстроили!
Народу в магазине в этот час было немного. Динка с Варварой Дмитриевной прошли внутрь, поздоровались. Им в ответ приветливо кивали, здоровались сельчане. Продавщица, молодая симпатичная девушка, застенчиво спросила:
– Вы к нам из города? Надолго ли?
Динка задумчиво смотрела на продавщицу. Варвара Дмитриевна, посмеиваясь и поглядывая то на внучку, то на продавщицу, ответила:
– Из города, на все лето приехали. А ты, милая, не признала нас?
– Варвара Дмитриевна, вас-то признала, а вот спутница ваша – это же Дина? – неуверенно спросила продавщица.
– Она самая, внучка моя, – засмеялась бабушка и толкнула Динку локтем. – Ну? А ты, тоже не узнаешь?
Динка, сомневаясь и смущаясь, пожала плечами.
– Марьяна я, – улыбнулась девушка, – через четыре дома от вас живу. Марьяна?! Ты?! – обрадовалась Динка.
– Я, я, – засмеялась продавщица. – Помнишь, куличики с ромашковым кремом пекли?
– Помню, – захихикала Динка. – ты их потом Ваньке на мороженое променяла, а он их и слопал!
Девушки, улыбаясь, смотрели друг на друга, и в памяти всплывали кадры из детства. В настоящее их вернула Варвара Дмитриевна:
– Ты, Марьяна, вечером к нам заходи, я пирогов напеку, за чайком и наговоритесь. А то посетители-то ждут!
– Ой, простите! – спохватилась Марьяна. – Зайду, обязательно зайду! Закупившись, Варвара Дмитриевна и Динка вышли из магазина. У крылечка стоял высокий белокурый парень с велосипедом.
– Доброе утречко, соседи! – улыбнулся он, забирая сумки у Варвары Дмитриевны.
– Эй, ты руки-то убери, – грозно нахмурилась Динка. – Чего хватаешься за чужое? Ишь, хватала какой выискался!
