Попов нелепое брюзжанье…
Им надо статуи ваять:
Хуцпа для них – плацдарм и локоть,
Живи, как Сара и Авраам.
Инцест, разврат, обман и похоть –
Что мне по духу – чуждо вам.
Египетскому фараону Авимелеху
Авраам жену-сестру продал
И всем вельможам на потеху
Наложниц, скот и серебро считал.
Ложь как высокая духовность,
Подмена истины видна,
Чужой программы хладнокровность –
И вот зомбирует она.
Охальный поп дарует весть,
Доверчивых молодоженов обрекает
На жизнь такую, как она и есть,
Там всё дурное обитает.
Кон Рита – на поругание врагов,
И повсеместно секс, порнуха.
Поп – поправший предков и отцов.
Монах – такая оплеуха.
Всё начинается с детей.
Попы насильно причащают,
Так то лукавый виноват, злодей,
Коль бабы алкашей рожают.
В отечестве пророк без чести
И Богом избранный народ
Был огражден от рабской вести,
Отдали гоям – умный ход.
А жизнь полна курьёзов разных,
И многогранна, и сочна,
В ней не ищи моментов главных,
Ведь каждый миг – своя цена.
Прожить её без сожаленья
Способны глупый иль мудрец,
Но мудрость редкое явленье –
У глупости худой конец.
Твой ум едва для знаний,
Пытливость в генетике ютится,
Но полон путь тот порицаний,
Откуда ж умным расплодиться?
В одном лице и Пифагор я, и Кюри
Веду отсчет с начала мирозданья.
Мы – Люцифер, и как ни укори,
Но альтруизма ради, созиданья.
Зришь детективный сей сюжет,
Колен Авраама сорок два,
Родни Иисуса будто нет,
Прервалась линия родства.
Беспечность чужда иудеям,
Но вдруг им недосуг считать,
Быть может, чьим-нибудь веленьем
Вдруг решено не дать вам знать.
А ведь хотелось бы, признайся,
Но любопытство, увы, грех,
С сим парадоксом распрощайся,
Знать будешь больше вся и всех.
А впрочем, прав, наверно, ты,
Но там про Кесаря динарий,
Не нужно лишней суеты,
Когда чужой тебе сценарий.
Ведь иудейский царь, в том суть,
К чему фанатиков молва?
Глаза, монах, спеши разуть
И просто вдумайся в слова.
Ты не погибшая овца,
А знать, диагноз по ошибке,
И не Израиль – дом отца,
И что сверх нормы, то излишки.
Мудрее предки твои были,
Излишками не льстило быть,
Огнём, мечом их окрестили,
За них решили, как им жить.
Ведь заповедал в назидание
В язычников не лесть уклад,
Учеников его старанья –
И вот с мечом на брата брат.
Ты скажешь: принявши мученья,
Взвалил людской на плечи грех
И спас всё разом поколение,
Но отчего? Неужто всех?
Быть может, просто он исполнил,
Чему начертанному быть,
Никто чтоб больше не поспорил,
Его чтоб было не забыть.
Но ведь без тьмы не ведом свет
И нет добра без худа,
Иисуса, может, стёрся б след,
Не будь предателем Иуда.
Напутствовал: «Делай скорей»,
Иуду к пропасти толкал,
Чтоб удивлялись иудеи,
Момент чтоб истины настал.
Иуда шёл в волну забвенья,
Орудьем избранного быть,
И душу оˊбрек на мученья,
Иисусу Богом чтоб прослыть.
В геене огненной сгорает,
Дал пророчеству толчок,
