Страница 2 из 4
Поболтав еще минут двадцать про всякие чудеса из того мира, мы закруглились и пошли, так сказать, по домам, хотя все жили во дворце.
***
– Что-то случилось? – спросила София после того, как мы поздоровались долгим страстным поцелуем, – У меня был дурной сон!
– Станислав Потоцкий умер. Причина достоверно неизвестна, но вероятнее всего отравлен! – расстроил я супругу, у которой остались положительные впечатления от посещения нами Варшавы и его гостеприимства.
– Как же так, вначале Фике, теперь король Станислав! – прижалась она ко мне, – Думаешь, это как-то связано между собой и с нами?
– Сейчас сложно что-то утверждать наверняка, – поцеловал я супругу в макушку и вдохнул пьянящий аромат ее волос, – но в одном я уверен точно. Европу в ближайшее время ждут серьезные потрясения!
– Под потрясениями ты имеешь ввиду войну? – тревожно посмотрела она мне в глаза, – Нас это тоже коснется?
– Хотел бы сказать, что нет, но скорее всего отсидеться не получится. Не сразу, так потом, это все равно до нас докатится. Поэтому я постараюсь сделать так, чтобы потрясения остались за морем. Ладно, хватит о грустном, давай показывай нашего богатыря! – подхватил я любимую на руки и пошел в детскую.
Глава 2
Барон Армфельт застал меня утром, работающим над планом летних действий:
– Доброе утро Ваше Величество!
– Доброе утро Густав, присаживайтесь, – показал я на кресло у стены, – охарактеризуйте мне коротко английского монарха Георга!
– Третий представитель Ганноверской династии на английском престоле. Тридцать четыре года, первый, кто родился в Англии, и очень гордится чисто британским происхождением. Правит с 1760 года, после смерти деда Георга Второго. Получил блестящее образование, обладает прекрасной памятью, знает четыре языка. Много времени уделяет государственным делам. Роскошь не любит, предпочитает простую пищу, а из развлечений охоту и скачки. Женат на Шарлотте Мекленбург-Стрелицкой, любовниц не имеет. Пожалуй все, Ваше Величество! – легко, как по писанному, доложил министр.
– Ну, что ж, ваши слова позволяют надеяться на благополучное выполнение моего поручения. Я хочу обсудить с королем Георгом перспективы совместных действий с учетом возможного развития событий в Европе. Для этого вам необходимо договориться о встрече, но встреча должна пройти инкогнито. Значит вариант отправки моего личного письма сразу отпадает. Поэтому отправляйтесь в Лондон лично, это будет гарантией сохранения тайны, при себе никаких документов, все только на словах. Заодно разберетесь с поисками Паскуале Паоли и сразу привезете его сюда. Встречу назначите в начале апреля на острове Гельголанд, насколько я знаю, там безлюдно. С каждой стороны по паре линейных кораблей, к острову подходит две шлюпки, на берег сходит десять человек, в переговорах участвуют по два человека и никаких переводчиков. Общаться будем на английском. Место встречи подготовим мы, а они смогут заранее все проверить! – быстро сформулировал я задачу.
После ухода министра, я еще раз просмотрел список неотложных мероприятий и принялся писать письмо барону Грюнбергу, который Мойша, о необходимости усилить наблюдение за французскими военно-морскими базами в Бресте, Шербуре и Тулоне. К весне мне будет нужен точный расклад по французскому флоту. Хоть англичане и потрепали их серьезно в Семилетней войне, прошло уже десять лет с момента ее окончания и, наверняка, французы полностью восстановили свой потенциал, а ломиться в лобовую атаку на превосходящего противника я не собирался. Кроме того, я поручил ему закупить полтысячи комплектов берберской одежды и холодного оружия, для действий под чужим флагом.
Закончив с письмом, я принялся изучать боевой состав моего флота и обнаружил, что захват Дании в прошлом году был, на первый взгляд, чистой воды авантюрой. Если на земле, даже без учета армии Потоцкого, у меня было небольшое преимущество, то по количеству линейных кораблей датчане превосходили шведов на 30%, а по количеству орудий на четверть. Понятно, что это бумажные расчеты, не отражающие технического состояния кораблей, подготовки экипажей и прочих моментов, влияющих на исход сражения, что не раз подтверждали англичане, громившие численно превосходящего противника. Но мы ведь умудрились вынести оппонента в одну калитку, практически без потерь. Вот, что значит неожиданно ударить в самое сердце, лишив врага системы управления и воли к сопротивлению. Значит, подумал я, и кампания этого года, по сравнению с которой операция «Копенгаген» будет выглядеть, как игра в куличики, имеет неплохие шансы на итоговый успех.
***
Добрый появился с докладом о выполненной задаче и тяжелым фолиантом под мышкой уже следующим вечером.
– Да ты просто электровеник, – поприветствовал я его, – неужели со всем разобрался?
– Командир, ты же понимаешь, где архивы и где я. Это мелкому по приколу в бумагах ковыряться, а я вежливо попросил архивариуса, он мне через час все нашел! – усмехнулся Добрый и грохнул книгу на стол, от чего в воздух поднялись клубы пыли.
– Задолбала она уже, никак из нее пыль не выйдет, – пожаловался Добрый, показывая на книгу, – вот, история войны за Испанское наследство. Короче, тут такой шрифт, что хрен что разберешь, да и читаю я по-шведски пока не очень, но это фигня. Есть одна картинка, по которой сразу все становится понятно. Вот, смотри!
Даже беглого взгляда на открытую Добрым страницу со схемой штурма Тулона было достаточно, чтобы убедиться в его правоте.
– Вход в бухту прикрывается тремя фортами в горловине, – продолжил показывать Добрый, – два на западном мысе и два на восточном. Если захватить форты, то флот на внутреннем рейде будет в ловушке. С масштабом схемы не очень понятно, но возможно с восточной стороны можно будет даже окраину города обстреливать, форты ведь наверняка стоят на возвышенности, а флот можно брандерами сжечь!
– Согласен, – поддержал я его предложения, – книгу оставляй, я озадачу канцелярию, чтобы сделали несколько копий схемы с нормальными пояснениями. Что по Корсике?
– Да тут еще проще, – усмехнулся Добрый, – ни в архиве, ни в библиотеке универа по этой теме вообще ничего нет, что естественно, нахрена шведам Корсика. А моя кареглазка из Аяччо первый раз в жизни выбралась, когда вы с острова сваливали, так что она нам не советчик. Но мы ведь на остров без Паоли все равно не полезем, иначе сами станем иноземными оккупантами. Так что, как появится здесь, тогда и разберемся!
– Логично, – покачал я головой, – ладно, дальше я сам, может описания фортов найду, а ты дели полк на отряды и приступай к слаживанию в составе подразделений. Расклад я вижу такой: три отряда по сто двадцать человек, остальные сорок под командой Вейсмана остаются здесь охранять наши семейства. Десантная группа – отряды Пугачева и Милошевича, а со Стенбоком на Варшаву пойдет отряд Свенсена, им будет проще найти общий язык. Кстати, как он тебе?
– Нормальный мужик, – показал Добрый большой палец, – бойцы его уважают, по-русски уже неплохо понимает. Здоровый лось, второй после меня в полку, стреляет отлично и башка варит, как надо, абы кого командовать лейб-драбантами не поставили бы!
– Добро, – продолжил я, – после штурма Тулона отряд Милошевича и четыре тысячи норвежцев, они должны быть привычны к горам, остаются с тобой на Корсике, а отряд Пугачева идет со мной на Стамбул!
***
Вейсман, в отличии от Доброго, выделенным временем воспользовался по полной и пришел с докладом только через пять дней.
– Иван Николаевич, по Стамбулу, из того, что вы говорили, практически ничего нет. Нашел только описание последнего штурма Константинополя войском султана Мехмеда Второго в 1453 году. И судя по всему, у города очень мощные стены, окружающие его со всех сторон. Менее десяти тысяч защитников продержались против 160-тысячного войска султана почти два месяца, а после захвата города турки все разрушенные укрепления восстановили! – с унылым видом, доложил Вейсман.
– Да Николай Карлович, стены там действительно серьезные, своими глазами видел. Но мы и не собираемся идти на приступ. Как гласит одна восточная поговорка «ишак груженый золотом откроет ворота любой крепости». Конкретно этот вариант нам не подходит, но мы придумаем другой, не менее эффективный, – усмехнулся я, – а что по дворцу султана?
На этих словах Вейсман повеселел и достал пачку листов из папки:
– Есть описание посещения дворца одним знатным венецианцем. По его словам дворец Топкапы занимает огромную территорию, как город в городе. А расположен он на холме на мысе Сарайбурну, где пролив Босфор и бухта Золотой Рог соединяются с Мраморным морем!
При последних словах Вейсмана, я вспомнил, как покидал Стамбул на борту «Барракуды» и именно величественный вид на дворец и Святую Софию с палубы корабля мне запомнился больше всего. Мог ли я тогда подумать, что через три года соберусь захватить этот город, который при турках ни разу не подвергался даже угрозе нападения, не то, что штурму.
А Вейсман продолжал:
– Всего дворец состоит из четырех дворов, которые называют Первый, Второй и так далее, но посторонние люди могут попасть только в первые два.
Входят в Топкапы через Императорские ворота, они обращены в сторону мечети Айя-София, и попадают в Первый двор, самый большой во дворце. Туда могут попасть любые свободные жители Стамбула. Во Второй двор, через Ворота Приветствия допускаются уже не все подряд. Там султан иногда принимает иностранных послов или проводит торжества. Этот двор окружен конюшнями, кварталами янычар, дворцовыми кухнями. Венецианец там был лично, а остальное описание составлено со слов одного вельможи. Далее, через Ворота Счастья попадают в Третий двор, куда есть доступ только у членов семьи султана и их прислуги. Там расположены покои султана, Тронный зал, гарем, Палата Совета, башня Правосудия, библиотека и сокровищница. Из Третьего двора, уже без всяких ворот, можно попасть в Четвертый, где построены множество павильонов и башня Главного наставника. К Четвертому двору примыкает сад, доходящий до крепостной стены на берегу бухты. Общее количество людей находящихся в Топкапы может достигать десяти тысяч человек, из которых не менее двух тысяч янычар. Большинство зданий во дворце одноэтажные, кроме башни Правосудия, а дворы разделены невысокими стенами. Самым мощным укреплением можно считать Ворота Приветствия, имеющие две башни и железные ворота. Но самое интересное в описании венецианца, это сведения о подземном ходе. Якобы из покоев султана есть тайный путь, который выходит прямо к пристани в бухте Золотой Рог!
– Отличная работа Николай Карлович, тут есть над чем подумать. Оставь мне документы, – протянул я руку и вспомнил про вторую задачу, – а по Риму что-нибудь нашел?
– По Риму есть несколько документов с описанием укреплений города, но я их еще не изучил. Они тоже здесь! – показал он на стопку документов.
– Хорошо, тогда я с ними сам поработаю! – завершил я разговор.
***
Неделя, которую я отводил на предварительную подготовку, пролетела быстро и семнадцатого января мы вновь собрались у меня в кабинете, только теперь уже совсем в усеченном составе: я, Добрый, Вейсман, Стенбок и Седерстрём.
Доклад начал командующий флотом:
– Ваше Величество, для проведения десантной операции возможно привлечь пятьдесят линейных кораблей и пятнадцать фрегатов, что позволит перевезти десять тысяч человек десанта без привлечения дополнительных транспортных судов. Для обороны проливов остается шесть старых линейных кораблей с легкими силами, а для обеспечения действий группировки в Померании дюжина фрегатов. Правда, из трех наших самых мощных кораблей, два в Атлантику брать не следует. Сто пушечному «Королю Карлу» сорок пять лет, а девяносто пушечному «Фредерику Пятому» – тридцать, поэтому для роли флагмана остается только новейший систершип «Фредерика» – «Кристиан Седьмой», все остальные линейные корабли несут от восьмидесяти орудий и менее. Самым сложным вопросом при переходе морем остается обеспечение пресной водой. Корабли пойдут в перегруз, а возможности по заходу в порты ограничены. Опыта таких походов никто из нас пока не имеет, мы еще решаем эту задачу!
– Отличные новости Рудольф, присаживайтесь. Я тоже думал над этим вопросом. Ведь кроме того, что воды, как и пищи, понадобится больше обычного, так вода еще и быстро портится. Это верно? – изобразил я незнание вопроса.
– Совершенно верно Ваше Величество! – подтвердил адмирал.
– Я где-то слышал, что англичане используют для сохранения воды лимонный сок. Вы знаете что-нибудь об этом? (естественно, я ничего про это здесь не слышал, а вспомнил из книги про путешественников, прочитанной в детстве).
– К сожалению нет, Ваше Величество, но учитывая, что у них огромный опыт океанских плаваний, нам тоже стоит попробовать. Мы используем добавку винного уксуса, для коротких переходов по Балтике этого достаточно. Думаю, что принцип действия здесь похожий, кислота не дает воде протухнуть. Просто уксуса много не добавишь, пить станет невозможно, а с лимонами можно не мелочиться. Только у нас нет лимонов! – пожал он плечами.
– Добро, лимоны у вас будут. Теперь еще несколько моментов, которые должны нам помочь при совершении перехода. Морские сражения я проводить не планирую, основные действия будут на земле, поэтому необходимо провести тщательный отбор среди канониров по здоровью и умениям. Если заменить орудийную прислугу, хотя бы на одной батарейной палубе, на десантников, то можно снизить количество сверхштатного личного состава на корабле процентов на тридцать. Десантников следует немного потренировать в стрельбе и поставить над ними одного профессионального канонира на каждое орудие, а этим десантникам повысить жалование на десять процентов за освоение новой воинской специальности. Думаю, что такая замена не сильно скажется на боевой мощи флота, а с англичанами нам, слава богу, не сражаться. И второе, сколько нужно транспортных кораблей, чтобы обеспечить одну заправку флота водой?
– Дюжины больших Ост-Индских будет вполне достаточно Ваше Величество! – быстро ответил адмирал.
– Хорошо Рудольф, по окончании совещания дадите мне координаты точки рандеву не доходя до траверза Хью-Тауна, в стороне от торговых маршрутов, в указанные сроки там нас будут ждать транспорта со свежей водой и пищей. Пополнение запасов проведем в открытом море, этим мы избавимся от необходимости заходить в ирландские порты и сэкономим время в пути. Итак господа, – перешел я к главному вопросу, – возможности флота позволяют нам провести операцию, значит пришла пора озвучить мой замысел, который опирается на обоснованное предположение, что польская и турецкая армии весной, как только просохнут дороги, отправятся в поход на восток. Операция будет проходит на двух изолированных театрах, первый, это Померания и Восточная Пруссия, второй, как вы уже поняли, Средиземноморский. Значит вам, Карл, придётся действовать самостоятельно, надеюсь на вас!
Старый служака Стенбок поднялся со стула и, как всегда, четко ответил, не забыв пропеть мне дифирамбы:
– Участвовать в великолепных операциях, разработанных Вашим Величеством, это честь и радость для каждого солдата, армия не подведет!
Систему относительных точек отсчета в виде дня «Д» и времени «Ч» я уже предварительно разъяснил своим полководцам, которые оказались в полном восторге от услышанного и сразу провозгласили меня гением военной мысли, поэтому я мог спокойно применять эту систему при планировании операции.
– Не сомневаюсь Карл, продолжим. Днем «Д» для сухопутной операции предварительно принимаем первое июня. Группа «Ютландия», это одиннадцать кавалерийских и драгунских полков и три полка конной артиллерии, выходит из Вединга и в «Д» плюс шесть соединяется в окрестностях Штральзунда с группой «Рюген», в которую войдут девять кавалерийских и драгунских полков и один полк конной артиллерии, переброшенные из Швеции. Идти придется через земли Мекленбург-Шверина, но им не привыкать, договоритесь с ними Карл. Двое суток на отдых и подготовку, а затем объединенная группа «Померания» начинает движение на Варшаву, переходя границу под предлогом участия на стороне поляков в восточном походе против русских. В «Д» плюс двадцать пять вы должны внезапным ударом захватить польскую столицу, взять в плен королевскую семью, уверен, что к лету уже кого-нибудь выберут, а после сжечь город до тла. На разграбление королевского дворца и пополнение запасов не больше двух дней, но никаких обозов с добром. Ваша сила, это скорость. После, отход форсированным маршем к Гданьску, аккуратный захват города и зачистка окрестностей. Туда, к «Д» плюс тридцать пять подойдут фрегаты и транспорта эскадры поддержки, для пополнения ваших запасов. По первому этапу операции есть вопросы?
– Да Ваше Величество, прошу простить, а если королевская семья сумеет ускользнуть из Варшавы. Нам осуществлять поиск и преследование или отходить по плану? – поинтересовался Стенбок.
– Для этой задачи Карл, у вас, в вашем непосредственном подчинении, будет отряд из полка специального назначения. Они все сделают, как надо, в том числе обеспечат доступ в город. Еще вопросы?
– Есть один вопрос, Ваше Величество. Вы сказали разграбить королевский дворец, но в соответствии с вашим указом за мародерство положена смертная казнь! – озадачился генерал-фельдмаршал.
– Господа. Мародерство, это когда солдат вместо выполнения боевой задачи идет и самовольно начинает грабить местных жителей, а в нашем случае я говорю о выполнении боевой задачи. Вам нужно организованно, без насилия над женщинами и детьми, реквизировать королевскую казну и другие ценности, распотрошить местных банкиров и пополнить припасы на складах, а остальное просто сжечь! – разъяснил я начальнику Генерального штаба политику партии.
– Будет исполнено Ваше Величество! – отрапортовал Стенбок.
На этот раз всем все было понятно, поэтому я продолжил излагать план:
– Одновременно с вами Карл, начинает действовать легион «Финляндия», это восемь пехотных полков, егерский полк «Саволакс», два драгунских и один артиллерийский полк. Легион под командованием генерал-майора Левенгаупта будет заблаговременно и скрытно сосредоточен в Курляндии и одновременно с вами в «Д» плюс двадцать пять должен захватить Кенигсберг и привести к присяге (очередной, усмехнулся я про себя) его жителей. После он оставляет в Кенигсберге гарнизон, а остальными силами идет на соединение с вами и далее действует под вашим началом. Основная задача объединенной армии, это защита бывшей Восточной Пруссии и всей Померании, вплоть до Штральзунда, которые я собираюсь присоединить к империи, приведение к присяге всех жителей этих мест и распространение среди жителей положений моего указа о равенстве всех сословий, свободе предпринимательства и прочее. Поэтому на этих землях вы должны себя вести, как защитники. А вот южнее можно не церемониться – действуйте под чужим флагом, ведите разведку и уничтожение польской шляхты, осуществляйте рейды для пополнения запасов, одним словом сейте хаос. Пусть люди уходят либо на побережье под вашу защиту. Для создания гарнизонов в городах и опорных пунктов на перекрестках основных дорог используйте пехотные полки «индельты», переброшенные из Швеции. Эскадра поддержки и галерный флот в вашем распоряжении. Вопросы?
– Да, Ваше Величество, я понимаю, что мне придется действовать сообразно обстоятельствам и принимать решения на месте, поэтому прошу вашего совета по вопросу генерального сражения, если таковое станет неизбежным? – живо поинтересовался Стенбок.
– Хороший вопрос Карл. Появления большой польской армии, соразмерной с вашими силами, я не ожидаю, ей просто неоткуда будет взяться, когда начнется поход на восток. А вот отряды магнатов появятся наверняка. Учитывая, что вам тоже придется распылить силы, здесь может крыться опасность. Поэтому во встречные сражения не ввязываться, отходить к укрепленным позициям и уже с опорой на них наносить противнику огневое поражение артиллерией, а после окружать и добивать! – высказал я свое видение тактики на польском направлении.
– Благодарю Ваше Величество, больше вопросов нет! – отрапортовал Стенбок.
Удовлетворившись услышанным, я глотнул воды и непринужденно перешел к другому театру военных действий:
– Господа, саму сложную часть плана я уже озвучил, а в Средиземном море все намного проще. Доходим до Тулона, под видом берберских пиратов захватываем или уничтожаем французский флот и берем богатую добычу. После идем на Корсику, высаживаем четырехтысячный корпус, оставляем ему в помощь небольшую корабельную группу и оружие для корсиканских повстанцев, а сами идем на восток. Пока барон фон Корф освобождает остров от французских захватчиков, флот под видом французов, спешащих на подмогу туркам, доходит до Стамбула. Там мы захватываем город и султана, а дальше действуем по обстоятельствам. В это время на календаре будет август месяц и русские, наверняка, уже успеют уничтожить турецкую армию где-нибудь на Дунае. Значит у нас будет возможность прикончить Османскую империю и вернуть Константинополь в лоно христианского мира!
***
Добрый и Вейсман были в курсе моих планов, поэтому сидели спокойно, но на Стенбока и Седерстрёма мои слова произвели такое впечатление, будто они услышали глас божий.
– Карл, у вас такой взгляд, будто вы увидели у меня крылья за спиной. Хотите что-нибудь спросить? – улыбнулся я.
– Прошу простить меня, Ваше Величество, что сравнивал вас с Карлом Двенадцатым и Фридрихом Великим. Вы уже превзошли их совместную славу, объединив три короны и создав Скандинавскую империю, но то, что вы собираетесь сделать не имеет аналогов в истории, настолько это дерзновенно и грандиозно! – склонил голову Стенбок.
– У русских есть меткая поговорка про дележку шкуры не убитого медведя, и я не собираюсь ее делить. Я лишь хочу сказать вам, что победа куется в голове полководца, как сказал великий китайский мудрец Сунь Цзы в трактате «Искусство войны» – воины-победители сперва побеждают и только потом вступают в битву; те же, что терпят поражение, сперва вступают в битву и только затем пытаются победить. Конечно, грандиозный план от грандиозного успеха отделяет пропасть, которую нам необходимо преодолеть, но все здесь зависит только от нас самих. Запомните эти слова господа, а теперь пройдем в Тронный зал, проведем небольшую демонстрацию! – встал я из-за стола.
Прошлой осенью, мотаясь по Балтике в составе группы кораблей, я стал свидетелем того, что передача сигналов управления между кораблями походу никак не изменилась со времен Пунических войн. Пара десятков разноцветных флагов развешивалась в разнообразном порядке на мачтах и реях, составляя какую-то фразу или команду. Естественно, скорость передачи сигналов при таком способе была смехотворной, но главной проблемой была полная невозможность управления ночью и в условиях плохой видимости. Посмотрев на все это бля…во, я вспомнил свое знакомство с военно-морским флотом в сирийском Тартусе и понял, что нам нужно – сигнальные фонари-ратьеры. Азбуку Морзе, я как и любой разведчик, знал назубок, а с фонарями, учитывая, что инженер из меня так себе, мудрить не стал. Пригласил к себе команду специалистов с Уппсальского стекольного завода и объяснил им, что хочу в итоге получить, добавив несколько идей, увиденных на фонаре Кулибина. И вот сегодня привезли первую партию в двадцать фонарей, а в Тронном зале, в разных его концах, установили по фонарю на треноге для проведения демонстрации.
– Итак господа, – начал я объяснять правила, когда мы зашли в зал, – Карл, вы с бароном фон Корфом идете к дальнему фонарю. Там вы пишите фразу на бумаге и отдаете барону. Он подает мне сигналы фонарем, я диктую прочитанную фразу адмиралу Седерстрёму, он записывает ее на бумагу. Потом проделываем то же самое в обратном порядке, а после сравниваем оригиналы и принятые сигналы!
Управившись минут за пять, Стенбок с Добрым подошли к нам и отдали бумажки для сравнения командующему флотом, как главному бенефициару этого предприятия.
– Это гениально, Ваше Величество, – поклонился адмирал, сверив тексты, – это переворот в морском деле!
– Все благодаря нашим замечательным инженерам, – показал я на группу специалистов, наблюдавших за демонстрацией из угла зала, и передал ему таблицу сигналов, – вот алфавит, с помощью которого идет передача сигналов, там все расписано. Мы с бароном работали по памяти, сразу диктуя вам текст. Понятно, что от простых матросов требовать такого способа передачи пока бессмысленно, здесь нужна подготовка. Поэтому поначалу ставьте по два человека на фонарь. Один диктует сигналы – точка, точка, тире, пауза и так далее, другой записывает их, а потом расшифровывает с помощью таблицы и наоборот. Представьте мне предложения как наградить участвовавших в работе и организуйте оснащение максимального количества кораблей, а как назвать эту систему придумайте сами Рудольф!
Интерлюдия "Петербург"
Собравшиеся в одном из залов Зимнего дворца члены Верховного тайного совета обсуждали самый важный вопрос в судьбе любого государства – вопрос войны и мира.
Доклад начал министр иностранных дел граф Воронцов, в состав совета не вошедший, но сохранивший свой пост и после смены власти:
– Господа, сигналы от наших посланников из Вены и Стамбула недвусмысленно говорят нам, что в ближайшее время возможно объявление нам войны Турцией. Великий визирь Сулейман-паша уже несколько раз вызывал к себе графа Обрезкова и предъявлял надуманные претензии, грозя разорвать мирный договор. Кроме того, отмечается переброска войск из Анатолии, а в Стамбул прибывают новые военные корабли французской постройки. Австрияки тоже начинают сосредотачивать войска в Трансильвании!
– Александр Романович, – обратился к министру граф Разумовский, – а что в Варшаве происходит, есть определенность с кандидатами на трон и как будут учтены интересы России?
– Князь Репнин тратит огромные суммы на взятки магнатам, но теперь у нас нет там козырного туза, в виде оккупационного корпуса. К тому же смена власти и фактический откол южных земель, дали полякам основания считать, что Россия ослабла, а значит наши интересы можно не учитывать. Сейчас наиболее сильные позиции, на мой взгляд, имеет Альберт Август, сын покойного польского короля Августа Третьего Саксонца. Его активно продвигают и Париж и Вена, подкрепляя все это серьезными денежными вливаниями, а среди магнатов он считается фигурой компромиссной, при которой они вернут себе все прежние вольности! – развел руками Воронцов.
– Да уж господа, куда ни кинь, везде клин! – сокрушенно произнес граф Бецкой.
– Бросьте вы, Иван Иванович, раньше времени тень на плетень наводить, – одернул его Разумовский, обладавший непререкаемым авторитетом, – Александр Романович, а что там наш лихой казак граф Крымский, он же король шведский? Ежели нам с севера ничего не угрожает, тогда и с турком, и с поляком сладим без труда, чай не впервой!
– Вы Кирилл Михайлович отсутствовали в столице, когда я по этому вопросу докладывал. Так вот, он уже не король шведский, норвежский и датский, а император Скандинавии, – удивил Разумовского граф Воронцов и продолжил, – а касаемо угрозы столице из Финляндии, то никаких приготовлений нами не отмечается. Здесь следует отметить, что придворной жизни в Стокгольме, как таковой нет, поэтому добывание сведений чрезвычайно затруднено. Император Иван перенес столицу в бывший город Мальме, что на юге Швеции, и, по словам графа Остермана, постоянно находится в разъездах, тратя все свое время на обустройство державы на новый лад!
– Однако, – хлопнул себя по бедрам Разумовский, – вот это завернул казак, никак с Петра Великого пример берет. Империю провозгласил, столицу перенес, весь в трудах на благо державы. Думаю, что с севера угрозы нам не будет, ему сейчас и без нас есть чем заняться!
– Здесь я вас Кирилл Михайлович и поддержу, и не поддержу, – взял слово Алексей Орлов, – совместно с турком он на Россию нападать не будет, не тот он человек, насколько я его понимаю, да и в Новороссийской губернии у него мануфактуры остались. Но вот после он точно за нас возьмется и смерти Екатерины, вместе со свои дружком Потемкиным, нам просто так не спустит. И тут, в возможной войне на юге, мне видится неплохой шанс для нас. Захарий Николаевич, куда бы вы направили армию, желая напасть на Россию, будь вы польским командующим?
Генерал-фельдмаршал Чернышев ответил почти не задумываясь:
– Конечно на правобережье Днепра, из Галиции на Винницу и далее на Умань, не в Полесские же болота лезть, а на юге можно совместно с турком действовать!
– Я такого же мнения, – усмехнулся Орлов, – а это значит, что и турок и шляхта, если соберется снова повоевать с нами, ударят по Новороссийскому генерал-губернаторству. Мы же в случае начала войны прикроем польскую границу на севере и Киев, но на юг покуда не полезем, пускай Потемкин сам отбивается. А далее нам все едино. Побьют супостата – хорошо, только потери все равно понесут, да и припасы исчерпают, тут мы их и прижмем к ногтю. Не смогут отбиться, тогда им и деваться некуда будет, сами приползут к нам на поклон. А вот когда с Новороссией разберемся, тогда и с новоявленным императором другой разговор будет!
Глава 3
После оглашения плана летней кампании, огромный механизм армии и флота, и так до этого не стоявший на месте, закрутился с удвоенной скоростью и я вместе с ним. Первым делом мне нужно было завершить формирование полка специального назначения и превратить толпу хорошо обученных головорезов в настоящее воинское формирование и выделить его на фоне других, превратив в элиту армии. А первое, что всегда объединяет людей, это какой-то отличительный знак, имеющийся только у них. Таким знаком для полка я сделал серебряного атакующего орла, крепящегося на зеленом берете. Поначалу была мысль остановиться на волке-переростке Фенрире из Скандинавской мифологии, о котором мне поведали местные специалисты. Но, учитывая, что подразделение у меня интернациональное, впрочем, как в перспективе и вся остальная армия, да и боевой путь у волка так себе, я решил выбрать орла, который у большинства народов олицетворяет силу, мудрость и острый глаз. Для спецназа в самый раз.
Кроме этого, разработал для полка новый штат в котором минимальным воинским званием для простого бойца был «фенрик», аналог российского пехотного прапорщика и корнета в кавалерии. Командира тройки сделал лейтенантом, командира группы (30 человек) – капитаном, а командира отряда – подполковником. Заместители командира полка будут полковниками, а Доброму махнул генеральскую должность с барского плеча. Первый состав полка у меня уже был, а в последствии попасть в полк можно будет только прослужив два года в других частях, после сдачи тестов и при наличии положительных характеристик, и только на должность курсанта в учебный отряд, будь ты хоть полковником до этого. И только после прохождения трехмесячной подготовки и успешной сдачи экзамена можно будет получить заветный берет с орлом. А в том, что недостатка в кандидатах не будет, я не сомневался. Ведь кроме повышенных званий и двойного оклада, я предусмотрел еще одну замануху – император будет носить такой же, как у всех берет с орлом, поднимая статус полка на заоблачную высоту.
Со знаками различия заморачиваться не стал, все уже давно придумано до нас, выбирай, что нравится. Выбрал я самый, по моему мнению, экономный вариант – петлицы со шпалами и кубарями, который потом распространю на всю армию, только цвет петлиц будет разный для родов войск, а себе повесил на петлицы три короны. Торжественное вручение беретов с орлами и принесение клятвы спецназовца провели через неделю в Тронном зале, а после поставили жирную, во всех смыслах слова, точку на первом этапе жизни полка в виде праздничного обеда. А через три дня произошло еще одно долгожданное и радостное событие – Мария родила Доброму дочку Екатерину.
***
Праздники, праздниками, но заниматься планированием и подготовкой я не прекращал ни на минуту, а самой главной моей задачей было обеспечение штурмовых групп детальными планами проникновения и захвата назначенных объектов.
Проще всего выглядела задача по Варшаве. Местный королевский дворец я изучил неплохо, будучи в гостях у Потоцкого, и смог по памяти нарисовать его схему. Оставался непонятным только один вопрос – вопрос проникновения в Старый город, обнесенный стеной. Меня ведь туда пропускали с почетным эскортом, а прогуливаться по окрестностям времени не было. Поэтому здесь я решил работать вариант Троянского коня. Вейсман, знающий польский и бывавший в Варшаве, вместе со Свенсеном и еще десятком парней после торжеств немедленно выехали в Польшу. В Варшаве они должны легализоваться, открыть торговое представительство и провести рекогносцировку. После проведения рекогносцировки Вейсман и Свенсен возвращаются обратно для подготовки отряда, а внедренная группа остается на месте, чтобы в установленное время ударить изнутри и обеспечить проникновение в Старый город.
Захват тулонских фортов, на мой взгляд, тоже не представлял из себя большой проблемы, хоть мне и не удалось найти их описания. Войны нет, караулы расслаблены, поэтому неожиданная ночная атака с использованием бесшумного оружия (местные умельцы уже сработали по образцу Гнома две дюжины ПБСов для штурмовых винтовок) была просто обречена успех, а вот с пониманием того, как штурмовать Стамбул и непосредственно дворец султана с населением небольшого города, было пока не очень. Понятно, что попытаемся сработать под французов, но это будет прикрытием только до момента высадки на берег. Поэтому единственное, что можно было точно сказать – замес там будет серьезный.
