Horror trip

Мэй отвлеклась на движение у тоннеля. Прищурившись, девушка увидела, как из темноты медленно выбирается нечто, похожее на огромного паука. Только с головой человека и телом, обтянутым бледной полупрозрачной кожей. Безгубый рот представлял собой широкую щель со жвалами, а с десяток глаз-бусин слепо таращились в пустоту. Лапы-руки цеплялись за стены совершенно бесшумно, придавая монстру ещё большую гротескность. Паркер даже в самой смелой своей фантазии не могла представить подобного.

– Это ещё что? – голос сел от волнения, но Дейв услышал.

– То, ради чего мы затеяли эту поездку. Новый вид. Нам нужно будет взять образцы и тщательно всё сфотографировать после умерщвления.

– Его или нашего, мать твою?!

– Каким образом ты себе представляешь заполнение бумаг будучи мертвой? – Дейв посмотрел на неё как на круглую дуру, и Мэй захотелось рассмеяться от абсурдности всей этой ситуации.

Тем временем чудище явно ими заинтересовалось. Шустро перебирая конечностями, оно поползло в их сторону прямо по потолку.

– Господи, нахрен, Боже, жесть какая! – пробормотала девушка.

– Не знал, что ты верующая, – Дейв впихнул ей в руку продолговатый предмет и темные очки.

– Я вовсе не…

– Мне все равно, на самом деле, – перебил её Кинг. – Это световспышка. Включай, как только оно окажется прямо над нами. Надо ослепить. Очки надень перед этим.

– И как его включать? – она непонимающе уставилась на абсолютно ровную поверхность предмета. Ни единой впадины или кнопки. – Эй! Эта штука бракованная!

– Она исправна.

Напарник даже головы не повернул, деловито собирая прямо на костях нечто, похожее на оптическую винтовку, но с более широким дулом. Свои очки он уже натянул на лицо и, что странно, не выглядел нелепо.

Оглянувшись, Мэй в ужасе обнаружила, что тварь подобралась почти вплотную и вблизи выглядела ещё более отвратно. Лихорадочно вцепившись в световспышку, девушка нервно облизнула губы.

Монстр за её спиной издал довольный клекот, явно намереваясь вкусно поужинать. Не придумав ничего умнее, Мэй развернулась и швырнула непонятную штуку в голову чудовища. Та (о, счастье!) озарила всё вокруг ослепительным светом, и перепуганный насмерть монстр грохнулся на пол. Аккурат на беднягу Али.

– Ой, – только и смогла выдавить Мэй.

– ТЫ ВООБЩЕ МЕНЯ СЛУШАЛА?! Я ЖЕ СКАЗАЛ – КАК ТОЛЬКО БУДЕТ НАД НАМИ! – раздраженно заорал Дейв.

***

С наслаждением вдохнув свежий воздух, Дейв попытался отряхнуть свою куртку от костяной пыли и слизи. Ничего не вышло, и он сердито выдохнул через нос представляя, как выглядит сейчас со стороны. Всклокоченный, с грязным лицом и в рваной одежде. Стоявшая рядом Мэй выглядела ещё хуже, что не удивительно – ослепленному монстру почему-то очень понравилось носиться именно за ней. Жаль, не догнал. Хотя видит Бог, Дейв ему такой шанс предоставил. Прям максимально время тянул.

– Вы точно не поедете? – в очередной раз уточнил врач скорой помощи, которую Дейв вызвал для Али, остро нуждавшегося в постельном режиме и длительном срастании некоторых костей.

– О, благодарю, мы в порядке, – широко улыбнулся Кинг, и пихнул Мэй локтем.

Та тут же с готовностью заулыбалась и часто закивала. Окинув их скептическим взглядом, врач пожал плечами. Через минуту машина уехала, оставив Дейва и Мэй в одиночестве.

– Ты уволена, – процедил Кинг, как только машина скрылась из глаз.

– Это не тебе решать!

-– Тебя уволят, – исправился он.

– Еще посмотрим!

Откинув волосы на спину, от чего в воздух взметнулся столб пыли, Мэй гордо зашагала прочь.

– И куда это ты собралась, Паркер?! А ну вернись, я с тобой ещё не закончил!

Девушка даже ухом не повела. Издав яростный рык, Дейв подхватил рюкзак с ценными образцами и пошел следом. Это было первое и последнее их совместное задание. Больше он с этой ненормальной никуда не поедет. Костьми ляжет, сам уволится, если надо будет. С него хватит.

– О, круассанчики! Эй, Годзилыч, у тебя мелочи не будет? – раздался впереди радостный возглас невыносимой напарницы, и Дейв ощутил острое желание провалиться сквозь землю обратно в катакомбы.

Mexico/March

Тесс покосилась на лежащего рядом Роба и закатила глаза: парень крепко спал, обхватив двумя руками подушку и судя по довольному выражению лица – видел приятные сновидения. К Хантер же сон не шел уже третий час: девушка честно пыталась заснуть и даже считала овечек во сне, но быстро бросила эту затею, когда на круге двадцатом милые белые создания стали напоминать ей мутантов из Чернобыля.

Смирившись с очевидной бессонницей, Тесс немного позанималась блогом, но и без её активности жизнь там кипела. Даже несмотря на отсутствие доказательств нападения монстров, её выпуск про Припять набрал рекордное количество лайков и репостов. Просмотры множились и всё, в общем и целом было прекрасно, но…

Тесс никак не могла отпустить произошедшее. После всего, уже сидя в самолете, девушка попыталась поговорить с Робом о «происшествии» (так она назвала ЭТО про себя), но Хилл с очаровательной непосредственностью, граничащей с идиотизмом, сделал вид, что ничего такого-то и не было. И правда что! Подумаешь, мутанты! Весь оставшийся полет Хантер провела за изучением информации о жизни в зоне отчуждения, но тщетно. Либо никто просто не выжил после встречи с «жителями» Припяти, либо сей факт тщательно замалчивается.

Прошло два месяца, но она никак не могла отпустить эту ситуацию. Весь февраль Тесс успешно находила отговорки, чтобы отсрочить неизбежное, но в марте под натиском подписчиков и Хилла, особенно Хилла, сдалась. Роб старался не докучать ей, но только сегодня, сидя в душном номере мотеля, единственном свободном по дороге в Мексику, Тесс осознала, что ей не хватало общества парня.

Он излучал энергию, радость и позитив, невольно заряжая этими эмоциями всех вокруг. Персональный ядерный коллайдер.

Номер им достался один на двоих, но Роба это не смущало. Он заснул сразу же, стоило его голове коснуться подушки, а Тесс… ну вы знаете. Да она битый час только с кондиционером провозилась, настраивая комфортную температуру…

Вздохнув, Хантер закрыла ноутбук и выключила свет со своей стороны кровати. Немного повозившись, улеглась, повернувшись лицом к напарнику. Странно, но никакого смущения или дискомфорта она не испытывала: словно это было абсолютно нормальным – спать в одной постели с посторонним человеком. Хотя ничто так не роднит, как опасность для жизни, верно?

Глядя на спящего Хилла, Тесс испытала какую-то неясную пока эмоцию. Было непривычно приятно находиться так близко к человеку противоположного пола. Хотя, возможно, дело в том, что сам Роб очень комфортный во всех отношениях попутчик.

– Ну и чего ты не спишь?

Мягкий, немного хриплый со сна голос Хилла наполнил комнату.

– Не могу, – честно призналась Тесс.

– Хочешь, поглажу тебя по волосам, пока не уснешь?

– Что? – невольно рассмеялась Хантер нелепости данного предложения. – Нет, конечно!

– Почему? Это расслабляет. Тебе так разве мама не делала?

Конечно делала, а ещё читала сказку. Но ему-то откуда знать?!

– Ну, допустим.

– Это просто моя рука и твои волосы. Не придумывай лишнего.

Тесс слышала, что Роб улыбается, и смутилась. Хорошо, что темнота скрыла ее покрасневшие щеки.

– Я и не собиралась. Просто это… странно!

– Кто сказал?

– Да почему обязательно кто-то должен сказать?! Зигмунд, блять, Фрейд наверняка нашел бы, что тебе сказать в таком случае и диагноз бы поставил!

– Хорошо, что ты не Зи.

– Зи? – Тесс расхохоталась.

Боже, он такой нелепый дурень порой.

– Давай. Поворачивайся. До утра что ли спорить будем?

Замешкавшись на секунду, Тесс послушалась. Устала она неимоверно, и ей действительно стоит поспать.

Когда волос коснулись пальцы Роба, девушка вздрогнула от удовольствия. Это было так нежно, ласково и… интимно. Только между ними двумя. Слишком личное.

– Засыпай, Сахарок, – проурчал над ухом голос Хилла и сознание послушно отключилось.

Всегда бы так.

***

Тесс проснулась и не сразу поняла, где находится. Было уютно, тепло и непривычно. Максимально. Девушка уставилась на грудь, обтянутую черной футболкой и сглотнула: она что? Всю ночь спала в обнимку с Хиллом?!

Хантер сдуло с кровати. Роб лишь недовольно поморщился и перевернулся на другой бок, натянув на голову одеяло. В комнате было достаточно прохладно – кажется, игры с кондиционером не прошли даром и тот окончательно сломался. Тесс посмотрела на часы и возмущенно вскрикнула: они уже час назад должны были выехать.

– Уже встаю, – пробурчал из-под одеяла Хилл.

***

Потягивая довольно мерзкий на вкус кофе, купленный на заправке, Тесс сохраняла гордое молчание. Отчасти из-за смущения за проведенную ночь, отчасти от неприятного тревожного ощущения. Роб уверенно вел машину, попутно издеваясь над магнитолой в поисках приемлемой радиоволны. На его лицо были надеты очки-авиаторы, улыбка ослепляла похлеще солнца за окном, и пахло от него морским бризом. Невозможно просто!

– У меня есть энергетический батончик. Будешь?!

– Нет, спасибо.

– Сладкий. Вкус этой дряни точно перебьет, – парень дернул подбородком в сторону её руки, сжимающей стаканчик с кофе.

Тесс промолчала. А что вообще можно сказать, когда человек с первого раза не усваивает слово «нет»?!

– Хочешь, чтобы я помалкивал? – понимающе улыбнулся Роб.

– Да, будь так добр, – Тесс состроила в ответ гримасу.

– Даже не желаешь обсудить наш план?

– Нет, абсолютно не желаю.

– Я, правда, думаю, что если у нас будет в голове четкая, ранее оговоренная последовательность действий, то выйдет лучше, чем… в предыдущий раз.

– Ну а я вот – нет! – огрызнулась Хантер.

Обязательно было напоминать?! Будто недостаточно бессонницы.

– Есть какая-то определенная причина, по которой ты отказываешься это обсуждать? – спокойно уточнил Роб.

Может он энергетический вампир, вот только качает из неё не жизненные силы, а душевное равновесие?

– Когда мы обсуждаем то, почему я что-то не обсуждаю, значит, мы обсуждаем то, что я обсуждать не хочу! – припечатала Хантер, мысленно ещё раз проговорив в голове эту фразу в попытке понять, что только что ляпнула.

Хилл отстал, задумчиво вглядываясь вперед. Тесс уже было порадовалась своей маленькой победе, когда Роб выдал:

– Тебе кто-нибудь говорил, что у тебя порой прям злобная энергетическая аура?

– Прям такими словами? Нет, конечно! Я вообще не знаю в своем окружении людей, способных ляпнуть подобную лютую дичь! Ну, кроме тебя, разумеется.

Хилл довольно улыбнулся, явно сочтя это за комплимент. Тесс тяжело вздохнула: она считала себя общительной девушкой, и ей нравилось ладить с людьми, но в общении с Робом всё постоянно шло не так. Она будто видела себя со стороны – своенравная невротичка со стервозным характером. Но она ведь не такая. Вроде бы…

– Едем на остров кукол. Снимем ролик и назад. Что тут планировать?

– Ну, не знаю даже… а вообще отличная идея, да? Прикольно, когда родители в теме.

Хантер пригубила кофе, избегая ответа.

Isla de las Muñecas (исп. Остров кукол). Именно на нем остановили свой выбор родители Тесс на очередном семейном ужине. На который, по какому-то совершенно роковому стечению обстоятельств, был приглашен Роб. Они втроем с таким ажиотажем обсуждали эти болотные угодья, объявленные заповедником, что Хантер ничего не оставалось, как согласиться. Поехать на остров, где по всей территории развешаны сломанные и изуродованные куклы, призванные успокоить призрак якобы утонувшей в этих водах девочки… приятное времяпровождение, да?

Само собой, девушка и словом не обмолвилась родным о пережитом в Припяти ужасе, а у Хилла память и вовсе отбило, судя по всему. Это просто куклы, Хантер. Жуткие, да. Но не более. И никто там не тонул. Все это байки.

– А как твои родители относятся к подобным увлечениям? – спросила Тесс, чтобы сменить тему.

– Спрошу обязательно, как только окажусь на том свете.

– Я… о, Господи… Роб, прости, мне так жаль!!! – девушка даже заикаться начала, шокированная его ответом и своей бестактностью.

– Да ерунда, сахарочек. Это же не ты их убила.

Убила?! Охренеть можно. Они не просто умерли, а ещё и насильственной смертью?!

– Не ты ведь? – лукаво улыбнулся Хилл, и Тесс захотелось его ударить. Не в первый раз, к слову, но сейчас сильнее обычного.

– Как ты можешь шутить подобным? – выдавила из себя Хантер.

– Полагаю, я имею право не скорбеть о людях, которые бросили меня у дверей приюта и отправились искать очередную дозу.

Тесс моргнула, а затем ещё несколько раз. Глаза почему-то зажгло, а в горле застрял горячий ком.

– Не вздумай меня жалеть, Сахарок. Я это терпеть не могу, – улыбнулся ей Хилл, но глаза оставались колючими.

– Прости, я не знала… – прошептала девушка.