Я – взмах крыла бабочки

Вероника Чуркина

Я – взмах крыла бабочки

Глава 1 . С Новым годом!

Проснулась я сама , никто меня не будил, наверное выспалась уже и открыла глаза. Голова не болела, я блаженно потянулась, хрустнула затёкшими суставами. Давненько я себя такой свеженькой не чувствовала! Взгляд упёрся в потолок… Потолок был явно не из моей квартиры! И куда я вляпалась на сей раз? Я села. Белоснежная кровать, кипельно белое постельное бельё, да и комната вся организована была в пастельных тонах. И тут я всё вспомнила… Я же в раю!

Что-то у меня нынче праздники не заладились. Любимый праздник, праздник из праздников – Новый год, не совсем прошёл по плану, ну совсем не правильно прошествовал мимо меня. К себе на застолье никого не удалось затащить, не получилось похвастать кулинарными навыками. Сама я в гости как-то не попала. Сынулька работал в саму Новогоднюю ночь. Невестка звала с собой к родне в деревню, но мне не захотелось. Перспектива трястись в деревню на автобусе, а потом всю ночь пить водку с чужими почти не знакомыми людьми как-то не радовала. Засобиралась было к сестрице на гулянку, но и тут не срослось. В друзья ко мне ненавязчиво пристроилось высокое давление. Что делать? Напилась таблеток и решила не рисковать, не искушать судьбу и встретить новый год скромненько и тихонько. В компании кошек под бой курантов отрезала кусмень торта и, запивая его любимым зелёным чаем, загадала желание. Хочу приключений! Хочу, чтобы жизнь кипела и бурлила, и я бы ею наслаждалась! Торт был обалденно вкусный, и я его поедала с удовольствием ложка за ложкой, и жизнь казалась замечательной. Вот только мне хотелось драйва, движухи, а если уж совсем честно, то просто стать вдруг помоложе. Надломилась я что ли под гнётом прожитых лет. Остаток ночи дремала под звон бокалов и радостные вопли «четвероногого друга»– телевизора. Запела Кристина Орбакайте, голос негромкий, но приятный. Стильно одетая, певица красиво двигалась по сцене в такт музыке. Вот судьба как любит покрутить – повертеть людьми. Я ровесница Кристины, ну как ровесница, я её даже помоложе буду. А что толку? Она знаменитая и выглядит совсем молоденькой. А я почему-то чувствую себя развалиной и полной неудачницей. Всему виной наверное работа тяжёлая нелюбимая да зарплата ещё совсем мизерная. Совсем мне себя жалко стало. Не в ту сторону что ли я двинулась, не тем делом занимаюсь? Надо встряхнуться и поискать другое занятие для добычи средств к существованию. Фигура у меня тоже подкачала и далека от идеала. Лишние килограммы с боков вот уже пару лет не могу скинуть. Одеваюсь я в сэконд хенде, переделываю под себя вещи б\у. Питаюсь гречкой, но жутко люблю макароны. Из развлечений мне доступны только книги и кинофильмы. Так и живу…

День следующий. С того самого момента как открыла поутру глазоньки, я валялась бездумно на диванчике. Телевизор нежно мурлыкал про снежную сказку. Я отлёживалась и глотала таблетки для здоровья и тонуса. Так прошла незаметно неделя блаженства, неделя отдыха. Зимние каникулы – великая штука! Лень подкралась незаметно, никуда идти и ничего делать совершенно не хотелось, видеть кого-либо казалось необязательным. Наслаждалась престарелыми фильмами моей молодости. Сочельник мягкой лапкой погладил по головушке. Снова замелькали поздравления и пожелания по телефону и по интернету. Рождество накрыло Россию бодрящим морозом и пушистым снежком. Мне поднадоело отдыхать в положении лёжа. Я надумала, выйти в свет, прогуляться по узеньким красивым улочкам, потоптаться у городской ёлочки. Шуба, валенки и кашель напросились мне в компанию.

В последние годы приходилось работать дворником. Городок наш небольшой тихий уютный и жить мне в нём нравилось с одним лишь минусом – я чувствовала себя немного одинокой. Я гордая самостоятельная женщина не признавала приблатнённые отношения в коллективе, не умела льстить и подхалимничать начальству и как итог, оказалась на обочине жизни. Увы, я далеко не гений и даже мало – мальским талантиком не наделена. Как-то так получилось, что добросовестный работник среднего звена перестал быть востребованным в свете последних экономических преобразований в стране. Да и не диво. Драться, выгрызая зубами и ногтями право на тёплое местечко при каком-либо крутом начальнике не хотела да и не умела. Сцепив зубы, глотая слёзы жгучей обиды, вкалывала простым дворником и редко выходила на праздную прогулку. Тяжёлый физический труд не способствовал спортивной ходьбе.

Снег поскрипывал под ногами на лёгком морозце, ноги сами шагали по утоптанной дорожке. Я неходко добралась до площади, благо тут было недалеко, как и всё в этом городке. Днём городская ёлка не сияла огнями, но впечатляла внушительной высотой и отменной стройностью. Игрушки и блестящая мишура покачивались на ветру. Около ёлки мамаши выгуливали детвору. Дети пытались водить хоровод. Я аккуратно обошла детишек и неспешно продефилировала вокруг виновницы торжества, любовалась украшениями. Городские власти не поскупились на украшение символа праздника. Лесная красавица смотрелась царицей, вся в золоте и жемчугах. Я прикрыла чуток глаза гундося про себя : " в лесу родилась ёлочка«, – медленно закружилась на одном месте, топча валенками стылую землю. Снежок падал и падал. Пушистые хлопья снега будто в рождественской сказке плавно опускались на тронутую несильными морозами землю, но уже успевшую отдохнуть от летних гроз и звенящей мошкары, от июльской духоты и августовского изобилия ягод и грибов. Природа отдыхала в преддверии бурной непредсказуемой весны. За зимой придёт весна, и всё очнётся от морозной спячки.

Я упала в детство. Калейдоскопом замелькали яркие волшебные мгновения. Вот мама катит меня на саночках, я ёжусь от мороза и ленюсь топать пешком. А дома на ёлку вешаю картонные обклеенные фольгой фигурки зверей. Ёлочку пушистую, ёлочку душистую папа из лесу притаранил. Вот я сижу на горшке и смотрю «Голубой огонёк». Родители такие молодые, такие красивые, век бы любовалась. Под бой курантов я чокаюсь любимой чашечкой и бодро пью лимонад с пузыриками. Пузырьки щекочут нос, и я чихаю. Родители смеются, счастливые, ещё молодые, ещё живые… А губы упорно шептали детскую песенку.

– И много – иного радости детишкам принесла, – напевалось уже в голос.

– И много – много радости детишкам принесла! – бойко подхватили визгливые детские голоса. От неожиданности распахнулись мои глазоньки. Я стояла в толпе зверушек. Слева две белочки кружились в вальсе, как мне показалось, задорно размахивая платочками. Справа зайчик неприлично больших размеров тренькал на балалайке. Чуть поодаль медвежонок дудел в гудок. Я затравленно огляделась. За моей спиной двигался хоровод детворы с криками:

– Ёлка плакала сначала от весеннего тепла! Утром плакать перестала! – дети горлопанили от души. Вся округа мигом заполнилась какими-то непонятными звуками, визгами, хохотом. У меня моментально разболелась голова. Видать, совсем состарилась, детишки уже раздражают, почапаю-ка я домой. Двинулась от ёлочки в сторонку, стараясь никого не задеть. Что-то и глазоньки у меня принялись разбегаться. Не могла никак сосредоточиться. Картинка событий нечёткая, детишки то исчезают, то вновь появляются. Звук плывёт, рывками включается и выключается. Эк я разомлела! Холодная испарина выступила на лбу, руки и ноги вдруг задрожали. Я пригорюнилась, вот и старость нечаянно нагрянула. А между тем, ноги уже начинают подгибаться, совсем не держат. Сейчас инсульт долбанёт, и всё жизнь закончена. Надо пристроиться куда-нибудь и позвонить по мобильнику в «скорую помощь». Огляделась. Что-то я места не узнаю. Шумиха, светомузыка, перед глазами всё рябит. Присела на кстати подвернувшуюся лавочку. Подышала глубоко и ровно для успокоения. Слава богу, полегчало! Обойдусь пока без медицины. Подняла голову к небесам. О господи! По сияющему голубому небу скакала упряжка оленей, запряжённая в лёгкие сани. Из саней выглядывали дед Мороз и Снегурочка. Эта сказочная парочка дружно махала руками и кричала громкими хорошо поставленными голосами:

– С Рождеством! Счастья, здоровья, новых шикарных впечатлений!

Надо сменить таблетки, эти определённо уже устарели и не помогают. Или врач что-то напутал и не тот рецепт выписал. Заглючило меня конкретно. Я закрыла глаза, подышала глубоко ещё немного, и совсем было успокоилась и смирилась со стремительно надвигающимся маразмом.

Кто-то осторожно потрогал меня за плечо. Открыла глазки, повернулась на зов. Зайчик непонятной расцветки сунул мне на колени блестящий кулёк:

– Подарок на Рождество, примите с уважением.

– Это мне? – растерялась я.

– Отказ не принимается, – последовал спокойный ответ. Я уставилась на золотистый мешочек. Подняла глаза, зайчика уже и след простыл. Вокруг ёлки попрежнему скакали детишки в нелепых порой смешных нарядах. Зайчиков было целое стадо, они сновали повсюду и совали всем подряд похожие на мой золотистые кулёчки. Причём очередной подарок доставался из карманчика передника на животике и отдавался страждущему. Зайчики задорно скалились изображая улыбки, и игриво крутили носиками. Под конец весёлой песенки ушастики так разыгрались, что похватали в лапки золотистые подарочные мешочки и с победными криками: «Ура! Ура!» размахивали ими над головой.

– Поздравляю всех с Великим праздником! И по этому поводу подарки всем детишкам, девчонкам и мальчишкам! А также их родителям, бабушкам и дедушкам! Примите с уважением, сделайте одолжение! – гремел на всю округу бас Деда Мороза. Поздравление подхватила Снегурочка:

– Мы с дедушкой желаем всем мира, счастья, здоровья, весёлого настроения! Будьте всегда красивыми и энергичными!

Сказочные сани сделали ещё два низких круга над площадью и плавно принялись опускаться. В санях сказочные герои ехали стоя и было видно, что Дед Мороз красовался в алой шубе до пят, бородища большая белая и тоже кажется до земли. В руке он держал серебряный посох. Снегурочка была наряжена в голубую стильную шубку, за спиной лягалась русая коса до земли. Глаза Снегурочки сияли голубым. Едва сани коснулись земли, как сказочные персонажи сразу выскочили из повозки и понеслись вскачь к детям в хоровод. Фигуры Деда Мороза и Снегурочки сильно выделялись на фоне пляшущих в хороводе и вовсе не из-за того, что большинство танцующих были дети, а потому что фигуры Деда Мороза и Снегурочки были необычайно высокие около двух метров ростом. Между песенками почти не было перерыва. Снова заиграла музыка, задвигались хороводы, то и дело раздавался детский смех, а то и хохот. Я не удержалась и заглянула в подарок, там оказалась интересненькая кружечка с крышечкой. А на крышечке был написано:"пей чаёк, веселись дружок!" Сняла крышку, понюхала, аромат приятный. Глотнула, тёплый восхитительный напиток. То что доктор прописал! В кульке ещё обнаружилась парочка прелестных булочек и несколько конфеток в блестящих обёртках. Обалденно вкусные булочки съелись моментально, это под такой-то чаёк! Не долго думая, хапнула самую большую и яркую конфетку. Развернула. Вдруг ниоткуда раздалась тихая мелодия, и приятный женский голос, голос феечки сказал:"кушать много сладостей вредно для твоего здоровья, дружок". Я вздрогнула. Точно я умерла там на скамеечке на городской площади возле новогодней ёлки. И сейчас там меня пакуют в труповозку, а моя душонка грешная здесь пытается пробраться в рай. Интересно, от чего я умерла, от инсульта, инфаркта или просто тромб оторвался? А впрочем, какая теперь разница? Всё уже свершилось. Живо представилось почему-то заброшенное кладбище. Фоном служит унылый моросящий осенний дождик. Кусты без намёка на листву, голая землица не прикрытая ни травкой, ни снегом. И вот моя могилка с дешёвым деревянным крестом. На крест подвешен венок из лилий с надписью:"от любящих родственников". Понуро опустив головы стоят: сын, невестка и сестрица. Рот живо наполнился горьким вкусом водки – традиционного поминального напитка. Я даже прослезилась от полноты чувств. Такую мрачную картинку нарисовало моё воображение. Б-р-р! Не хочу! Не надо! Как мало я пожила, как мало хороших интересных дел свершила, наследство тощенькое после себя оставила. Как хочется вернуться, оглянуться на бестолково прожитые годы и начать всё сначала, и жить по другому по новому.

Вдруг ко мне подскочил непонятного вида зверёныш и подал лапку:

– Разрешите пригласить вас на пляски?

– Я не умею, – промямлила я тихо, но он услышал.

– Тогда на пляски в хороводе! Отказывать у нас не принято, сударыня.

Ну раз так, я быстренько сунула конфетку за щеку, дамскую сумочку на плечо повесила и понеслась развлекаться с диковинным кавалером. Меня захлестнула волна наслаждения. И откуда взялось столько энергии, бодрости и радости бытия? Давненько я так не тусила. Несомненно я в раю. Музыка растекалась по жилам, пьянила и кружила в шумном пёстром хороводе. Я вдруг омолодилась в одну секунду лет этак на десяток, хотя почему только на десяток, на пару десятков! А потом мне вдруг вообще показалось, что я впала в детство. За одну руку меня держала зверушка типа Чебурашки, а за вторую в меня цепко взялась рыженькая белочка в кружевном передничке зелёного цвета в белый горох. Обалдеть! Я широко шагала вместе со всеми присутствующими и в так музыке высоко задирала коленки и подпрыгивала. Ух! Эх! Труляля! Такое безудержное веселье разливалось по всему телу, что захотелось петь громко так во весь голос. Ну что тут странного, если я в раю? Сердце билось, как одержимое. Воздуха в лёгких уже не хватало. Даже в раю болячки дают о себе знать. Видимо остаточное явление. Наплясалась вволю и присела отдышаться на скамеечку. Со стороны шумное сборище смотрелось экзотично. Дети вопили на все лады. Их родители ничем не уступали по темпераменту своим отпрыскам скакали козликами вокруг ёлки, просто орали и даже кукарекали. Очевидно, что маски и карнавальные костюмы приветствовались. Хлопушки, пищалки, мигающие огоньки и мощные раскаты хохота, – всё это теперь нисколечки не раздражало, а лишь приятно щекотало нервы. Как-то незаметно веселье поутихло. Сборище энтузиастов разбрелось в разные стороны. Дед Мороз со своею Снегурочкой погрузился в сани и тихо отчалил в неизвестном направлении, не иначе в Лапландию. Вечерело. Приятный лёгкий морозец перестал меня радовать. И где же ангелы? Кто меня распределит в раю? Где теперь моё место? Видать, забыли про меня совсем. Пойду что ли, осмотрюсь, заодно согреюсь.

Я медленно с оглядкой пересекла площадь и вышла на тихую улочку. Красивые небольшие дома в два или три этажа с балкончиками и верандами расположенные стройными рядами вдоль улицы настраивали на умильное состояние души. У каждого дома скромный ухоженный палисадник словно приглашал войти. А посмотреть было на что. Дома были украшены разноцветными мигающими огоньками, рождественскими фигурками и двигающимися картинками. На крышах многих домов сияли небольшие ёлочки. Вдалеке играла музыка. Не удивили идеально вычищенные от снега дорожки. На небесах всё должно быть великолепным. Что я знаю о царствии небесном? Да ничего. Вот и познакомимся! Время пришло, и я сменила сущность. Отрешусь теперь от всего земного и бренного. Как говорится, царствие мне теперь небесное! Аминь! Редкие прохожие бродили парами и о чём-то тихо переговаривались. На небе стали зажигаться звёзды. Между звёздочек то и дело сновали разноцветные метеориты. Полная идиллия. Я шла по неширокой дороге и любовалась приглушёнными фонарями, оформленными в стиле девятнадцатого века. Освещённые окна подсвечивали палисадники. Кустики аккуратно подстриженные высовывались из сугробов. Я шагала по дорожке и время от времени призывно шурша фантиком в рот закидывала очередную сладость. Конфетки поднимали настроение, не смотря на красивое предостережение про вред сладкого. Врачи тоже самое твердят, и живу же… То есть жила и совсем неплохо. Теперь и волноваться вроде не о чём, умерла так умерла рай меня вполне устраивает. Как-то сразу взгрустнулось, праздничное бесбашенное настроение словно сдулось. Меня вполне устраивала земля обетованная, и даже нравилась. Эх, не гулять мне больше по узеньким в меру замызганным улочкам нашего скромного городка! Не видать мне моего Кобелёва! По лету в городе трава некошеная вместо английских газонов. Зимой под ногами позёмка клубится, разметая лёгкий слой снега. Больше всего я любила два месяца в году – это август и сентябрь, сытое ещё довольно тёплое шикарное время осени. В печке потрескивают сухие полешки, за окном шуршит косой дождь, в комнате пахнет пирогами, а я посиживаю в кресле и читаю детектив. Надоест читать детективчик, и я попью горяченького чаю с печенинками. Всё это в прошлом, а теперь я вышагиваю где-то в раю на небесах. Куда иду, не ведаю.

Иду, гуляю, головой верчу. Вдруг ощутила зов природы. Поискала глазами укромного местечка, но тщетно, под мягким ненавязчивым светом фонарей вся улочка просматривалась, как на ладони. В раю вроде не полагается иметь общественные туалеты, да и вообще туалеты не полагаются. Скорей всего мною командует остаточное явление или сила привычки. Делать нечего, придётся спрашивать у местного, так сказать населения. Срочно захотелось пописать и я рванула к ближайшей парочке:

– Извините, меня ещё не распределили, куда мне обратиться? – я постаралась улыбнуться пошире и порадушней. парочка переглянулась, и мужчина ответил мне вполне мило:

– Пойдёмте с нами, мы покажем, – и уже не мне: – Катюшенька , мы уже у дома и не одни. Человека надо в гостиницу направить.

Мы всей честной компанией подошли к двухэтажному дому голубого цвета украшенному маленькими балконами с витиеватыми чугунными решётками. Из собачьей будки лениво выглянула псинка и лениво гавкнула, на будке красовалась табличка с надписью:"Жужа«. Женщина со смехом выкрикнула:

– Привет, Жуженция! Мы свои!

И мы вошли, дверь оказалась не заперта. Да чему тут удивляться, в раю разве воруют? Внутри как и ожидалось, чистенько уютно и никакой экзотики. Обычная прихожая с тремя дверями. Я из-под тишка разглядывала помещение. Действительно, обычная прихожая. Деревянные или сделанные из какого-то другого материала, но под дерево шкафы для одежды и обуви не бросались в глаза. Не торчали из стен бриллианты, изумруды или рубины, не бил фонтан посредине комнаты, не свисала с люстры змея с розой в пасти. Вокруг была обстановка вполне классическая, даже скучная. Только немного пугала чистота везде хрустальная да воздух непривычно пах озоном, словно после грозы. Всё это я как-то заметила сразу, особенно не вглядываясь.

– Сударыня, прошу вас, – мужчина галантно поклонился, открыл дверь с надписью «welcom», чётко произнёс «гостиница» и завёл меня вовнутрь. Я оказалась в прекрасном помещении достойном рая. Здесь повсюду царила роскошь. Я попала в большой зал с пальмами в кадках, с кожаными креслами и диванчиками, с низкими изящными журнальными столиками и это уже о чём-то говорило. Многочисленные люстры с потолка сияли мягким ненавязчивым светом, тем самым создавая уют и умиротворение. На месте рецепшена красовался водопад во всю стену, вода лилась бесконечно и негромко журчала. Меня усадили в удобное кожаное кресло и велели немного подождать. Я расслабилась и даже чуть-чуть задремала. Неслышно словно тень Гамлета подошёл врач в кипельно белом халате и шапочке-таблетке:

– Сударыня, пройдёмте! Мы вас немного обследуем и полечим.

Врач меня отвёл по грандиозному большому холлу в коридор, а затем препроводил в уютный двухкомнатный номер на втором этаже. Парень в белом халате той минутой взбежал по не очень широкой бетонной лестнице." Бетон, он и в Африке бетон", – мрачно думала я топая следом и с трудом усмиряя одышку. Я осмотрела обе комнаты, на всякий случай заглянула в санузел, беленько, чистенько, удобненько. В общем ничего особенного не наблюдалось. Обаятельная горничная в форменном платьице и передничке принесла мне на подносе ужин и пожелала спокойного отдыха. Мебель мне показалась красивой, но чуточку странной. Такое чувство, словно чего-то не хватало. Позже я сообразила чего именно не хватало.

Я с любопытством воззрилась на разноцветные мисочки на подносе из прозрачного матового материала. В книжках писали, что на небесах вкушают нектар. На нектар, что сложилось в моём понимании, данные кушанья совершенно не походили. Странно однако, мне предлагалось отведать сырники со сметаной, кефир и фруктовый салат заправленный йогуртом. меню не походило на пищу для небожителей, но и не походило на рацион пациента больнички. Я рискнула и испробовала. Вкуснятина, ну прямо пальчики оближешь! Я ещё бы два раза по столько проглотила и мне не стыдно было попросить, но увы не знала к кому и каким образом обратится за добавкой. Поела и не знала, куда деть грязную посуду, решила оставить на столе. Очень хотело спать, глаза просто слипались от всех этих треволнений. Да насыщенный выдался денёк! Не обнаружила и выключателя от люстры. Махнула рукой на все препоны, разделась и улеглась на широкой кровати, блаженно вытянула уставшие ноги и прикрыла глаза. Свет медленно и планомерно угасал во всех лампочках. Открыла один глаз для контроля над ситуацией и разглядела на прикроватной тумбочке блёкло сияющую свечу на витом изящном подсвечнике. И тут меня накрыло окончательно и бесповоротно.

Глава 2 . Рад бы в рай, да грехи не пускают.

Проснулась я от того, что вокруг было светло, как днём. Так это и был день. Я почувствовала себя совершенно отдохнувшей. Однако потусторонний мир весьма комфортно устроен, а нам внушали при жизни про совсем другой образ существования даже в раю, про аскетический. Сходу я не могла вспомнить даже своё имя, но потом вдруг всё прояснилось, всё встало на свои места.

Руки я быстро научилась мыть, дело нехитрое, просто подносишь ладони под кран, и оттуда начинает течь несильной струёй вода комфортной температуры. Использовать душевую кабинку по назначению я пока не рискнула, надо попривыкнуть. Пришла горничная всё та же и в том же платьице и мило улыбаясь, оставила на столике завтрак. Вчерашнюю немытую посуду она ловко запихала в шкафчик с табличкой «clin». С поклоном и пожеланием приятного аппетита горничная удалилась. Я подкрепилась реально чем бог послал и тоже преисполненная гордостью за себя, запихала посуду в указанный шкафчик. Учусь быть нетленкой! Я не торопясь одела своё пальтецо и валенки и исполненная решимости изучать местные окрестности отправилась на улицу. Как оказалось, одну меня не выпустили на небесные просторы. Приветливая женщина средних лет очень улыбчивая и вежливая навязалась мне гидом. Она вбежала в холл запыхавшаяся в распахнутой шубке. Шубка цвета молодой майской травки ласкала взор. В длинный ворс её были вставлены яркие алые камушки и беспорядочно поблёскивали по всей шубе. Алые сапожки на небольшом каблучке и с длинными загнутыми носами вполне соответствовали образу. Чёрная беретка кокетливо покоилась на аккуратненькой кудрявой причёске дамы. Сама дама не сводила с меня восхищённых глаз и постоянно улыбаясь теребила подол чёрного похоже шёлкового платья. Платье спереди было в длину шубки, то есть по колено, а сзади длинным шлейфом волочилось по полу. Одета она была, конечно как на карнавал, но кто знает, как наряжаются на небесах? Может у них так принято? И двери сами открываются с лёгким щелчком, и унитаз сам смывает без всякого рукоприкладства к кнопочкам. По всему видать, что небесный прогресс обогнал земное развитие. Медицина или что там ещё может быть в потустороннем мире тоже шагнула вперёд, судя по тому, как я себя прекрасно чувствовала помолодевшей лет на десять. Или это я так от грехов земных очищаюсь и сказывается близость к самому Богу?

Женщина назвалась более чем скромно:

– Надюшечка.

– Вероника Мариновская, – ответила я степенно, как и подобает обстановке.

Мы не торопясь вышли из холла на улицу. Да и куда здесь было торопиться? Женщина откровенно пялилась на меня. Она разглядывала моё старенькое пальтецо и простенькую вязаную шапочку. Я поёжилась под её пристальным взглядом. Я всегда одевалась без излишеств, непритязательно. А с возрастом и денег стало жалко на тряпочки. Да и на что мне красота в одежде, главное чтобы удобно было и комфортно по погоде. Вот так люди и выпадают из социума, так и стареют. По улицам теперь хожу, приглядываю лавочки, чтобы отдохнуть, а проходящие мимо мужички меня уже мало волнуют. Теперь интересовала меня лишь красота природы. На улице продолжалась Рождественская сказка. Я про себя называла этот период с первых дней Нового года и до празднования Старого нового года временем, когда «падал прошлогодний снег». На самом деле сегодня на землю падал лёгкий приятный снежок, на душе было светло и прекрасно. А как же иначе, если я в раю? Морозец мягкой лапкой щекотал щёки. Назойливая компаньонка уже так не нервировала. Следует допустить такое явление, что на небесах тоже попадаются дамы с левой резьбой. Надюшечка решительно взяла меня под руку и аккуратно повела по улочке и при этом завела светскую беседу:

– Наш город расположен в красивейшем месте вдоль небольшой, но крайне полезной речки Дождянки. Наш край с богатой историей,и с большой зоной отдыха.

– Как называется ваш город? – машинально спросила я оглядывая окрестности.

– Кобелёво, – стыдливо опустила глазки собеседница.

– Как интересно! Я тоже жила в Кобелёве, но ничего похожего не видела. Это небесный вариант? – мне вдруг стало интересно, что названия совпадают.

– При чём тут небо? – собеседница растерялась до такой степени, что даже остановилась, отпустила мою руку и озадаченно уставилась на меня в упор.

– Как это причём, я же умерла, и мы гуляем в апартаментах рая? Ну не ада же?

Компаньонка в ответ округлила глаза, немедленно зажала рот рукой и долго хихикала, пряча смех в белоснежную меховую рукавичку. Потом она всё же успокоилась и продолжила разговор:

– Мы не в раю, а ты не умерла. Тебя по какому-то казусу новейших разработок технологий или же капризу госпожи судьбы забросило на сотню лет вперёд. Сейчас на дворе зима 2125 года. Ясненько? Понятненько? – степенно разъясняла ситуацию женщина, а у самой глаза хитрющие прехитрющие. На меня словно снова навалились все мои прожитые трудовые годочки.

– Э-хе! – глотку зажало, еле вздохнула. Значится, живая и в новой эпохе…

В серые дождливые вечера глубокой унылой осенью, когда из заплаканных окон едва видны силуэты голых кустов, я с наслаждением предавалась самоистязанию. Всё, жизнь прожита, дальше только ждут меня болезни и уныние. Почему так? Да потому что я заработала всего лишь нищенскую пенсию и при этом живу одна. Есть большая вероятность, что я сдохну с голоду. Есть другая вероятность, опять же работать до гроба, а значит погибну от непосильного труда. Сын зарабатывает немного, а поэтому содержать меня не сможет, да и садиться на шею пусть даже и собственному сыну мне совесть не позволит. Мне в такие дни становилось грустно и тягостно. Я исподволь готовила себя к тому, что каждый день может стать последним и не надо мелочиться, надо проживать с удовольствием каждое Богом отпущенное мгновение. И вдруг на тебе – сбой программы!

– Бабулечка, Вероничка, ты только не нервничай, успокойся! Я твоя внучка Надюшечка. Ты моя бабулечка Вероничка.

– Как ты меня назвала? Бабулечка? А ты значит моя внученька Надюшечка? И сколько лет моей внученьке? – из меня горохом посыпались вопросы.

– Сколько лет твоей внученьке? Вопрос конечно интересный. Скажем так, полста и ещё чуть-чуть, хвостик такой небольшой из нескольких годочков.

– И велик ли этот хвостик? – живо заинтересовалась я, уж очень хитро она улыбалась.

– Ну это совсем не скромный вопрос. Мне осталось всего лишь два года до процедуры восстановления.

– И во сколько же лет полагается делать эту процедуру? Я уже вообще ничего не понимала. Дама шикарно выглядела, ну максимум на сорок пять лет. За сотню лет научились управлять человеческим телом.

– В хангрет, то есть в столетнем возрасте проводится процедура восстановления или как её ещё называют, глубокого омоложения, – Надюшечка игриво на меня посмотрела, совсем не как на бабушку и энергично притопнула левой ножкой.

– Египетская сила! – только и смогла я вякнуть сдавленным от шокового состояния голосом. Я жива, что тоже имеет значение и состою в качестве бабушки у девицы 98 лет от роду! И эта моя внученька выглядит помоложе меня, значительно помоложе. В башке запахло винегретом, сейчас только маслицем заправлю. Надюшечка снова взяла меня под руку и повела куда-то вдаль. Я машинально переставляла ноги, шагала словно кукла. Мы прогуливались по абсолютно чистому тротуару. «Научились бороться с наледями за сто лет!» – мелькнуло быстро в моём отупевшем мозгу.

Снег больше не падал. Вдруг что-то гуднуло сзади и вдобавое раздался негромкий. но чёткий окрик:

– Па-а-берегись! – что-то гуднуло сзади ещё разочек, мы поторопились освободить территорию. По тротуару медленно, но планомерно двигался небольших размеров агрегат с мигалкой на крыше. «Ходячая щётка» собирала лёгкий снежок и засасывала его вовнутрь на манер пылесоса. Старо, как мир, но эффективно. Мне стало вдруг смешно, вспомнилась детская песенка:

– До чего дошёл прогресс, до невиданных чудес,

опустился на глубины и поднялся до небес!

Позабыты хлопоты, остановлен бег,

вкалывают роботы, счастлив человек!

Я захохотала вслух и очень громко. По ходу дела, у меня начиналась истерика. Надюшечка с подозрением воззрилась на меня:

– Верунчик! – позвало меня существо, что представилось моей внученькой.

– Не называй меня так! – неожиданно агрессивно ответила я и сама устыдилась своей резкости.

– Бабулечка Верочка!

– Терпеть не могу Верочку! – помягче, но вышло всё ещё сердито.

– Ну бабулечка! – плаксиво заканючила дама.

– Не называй меня так! Во-первых, я тебе не бабулечка, и я младше тебя на 48 лет! – отчеканила не задумываясь о последствиях я.

– Уговорила, ты мне не бабулечка, и зваться будешь Никки! – Надюшечка заметила мою реакцию и тут же скороговоркой добавила: – И не спорь, модно у нас так называться без излишеств и даже без фамилий.

– Ну Никки, так Никки. Всё лучше, чем Верусенька или бабусенька, – уступила я ворчливо моде 22 века.

– Ворчишь, как вековая бабка, – сделала мне замечание Надюшечка. Я крепко призадумалась и решила покапризничать:

– Решено, если я Никки, то ты, внученька моя любезная, будешь зваться Надюшечка – Дюшечка – Душечка, и пусть даже просто Душечка! Как по вашему стильненько модненько?

– А я согласна, – неожиданно быстро сдалась бойкая бабенция.

И в этот момент мы заключили перемирие, и к полной радости обеих сторон, я отправилась шляться по окрестностям, конечно в сопровождении нечаянно обретённой новой родственницы. Я немного успокоилась, расслабилась, огляделась. Чистая уютная улочка, но только уже другая. Дома небольшие в два или три этажа и такие же ухоженные и чистенькие в морозный солнечный денёк радовали глаз неяркими приятными расцветками. В уютных двориках кусты и деревья были украшены разноцветными огоньками и что удивительно, эти огоньки не терялись на фоне сияющего солнца. И как это они делают? У некоторых домиков видимо у особенно продвинутых горожан вдоль дорожек эффектно смотрелись длинные клумбы из явно искусственных нежных цветочков. Подснежники стройными рядами выглядывали из невысоких сугробов. Вся клумбочка красовалась в одной гамме нежной расцветки: лиловой, розовой или солнечно – жёлтой. Ну модно в этом далёком 2125 году выставлять коврики из стойких на морозе материалов в виде цветочков! А вдруг они живые? Да не может быть! Хотя… Я почему-то не решилась спросить про цветы у этой хитрющей дамы Надюшечки – Душечки. Может и зря. За сотню лет много чего могли навыдумывать и претворить в жизнь. Попался на глаза магазинчик небольшой приземистый и даже с вывеской, где крупными буквами было написано «магазин». Естественно, как истинные представительницы слабого пола, мы заглянули во внутрь, ну хотя бы поглазеть. Я как-то не задумывалась, какие денежные знаки сейчас действуют в стране. Боженьки-боженьки, я даже не спросила у родственницы, изменилось ли название у нашей страны! Как-то к слову не пришлось. А вот в магазин меня ноженьки понесли прямым ходом, а всё говорят, что любопытство не порок. Магазин, как магазин, мало чем отличался от осевших в моей памяти стандартов прошлого века. Продавалось здесь всё при чём от еды, одежды и до сувениров. Я с наслаждением рассматривала товары и трогала пыталась определить качество. С последним у меня совсем не клеилось.

Душечка вдруг вознамерилась сделать мне приятное и самолично выбрала платье и с гордостью оплатила покупку на выходе в автоматической кассе. Продавцов нигде не наблюдалось, товар выкладывали механизмы. Ну этого и следовало ожидать в продвинутом веке! Надюшечка вся светилась от счастья, так ей понравилось делать для меня подарки. Я решила не портить девице настроения, и примерила платье и даже согласилась с её мнением, что оно мне идёт. В конце концов я здесь гостья. Однако, здесь не небеса, деньги существуют и мне придётся с этим как-то жить и научиться их добывать. Погуляли ещё немного, а потом неспешно прошествовали в гостиницу, где я обитала и там пообедали в кафе на первом этаже. Душечка с воодушевлением поглощала низкокалорийный салат, видимо следила за фигурой, она хитро на меня поглядывала и вдруг подняв стакан апельсинового сока провозгласила тост:

– За знакомство! Ура! Сегодня в честь твоего появления состоится бал, – она явно гордилась собой. Душечка сморщила носик, глазки скосила в сторонку и, вот хитрюга, добавила уже совсем честно:

– Ну не совсем в твою честь бал ожидается, просто так совпало. Сегодня состоится ежегодный грандиознейший Святочный бал, и я озаботилась и зарезервировала нам места. Отказываться от участия в таком мероприятии у нас не принято, заодно и платье выгуляешь. Сейчас доедим и сбеганём в ещё одно местечко, где туфельки подберём. Признаться честно, давненько уже никто обо мне так не заботился, а тут бал, платье нарядное, туфельки! Некому было потакать моим прихотям да и некогда. У сына давно своя жизнь, он посвятил себя молодой жене, что и понятно. А я как всегда была предоставлена сама себе. Да и пока был жив муж за решением бытовых проблем редко проглядывало дружеское понимание. Большинство мужчин воспринимают женщину по статусу чуть выше прислуги и это факт основанный на личном наблюдении. Моему же супругу дорогому и горячо любимому не хватало душевной чуткости, ну и денежных средств баловать меня красивой одеждой и тем более украшениями.

Мою Душечку, родственницу поневоле так и распирало от восторга:

– Мы будем танцевать всю ночь!

– Смотри не лопни от счастья, внученька моя названная, Душечка! – мне стало как-то не по себе, не люблю я шумных сборищ, а тут ещё и в чужом мире.

– Я сделаю из тебя красавицу! Замуж выдам, на свадебке погудим, покуралесим, – Надюшечка словно девчонка – малолетка заподпрыгивала от предвкушения зрелищ. Моя компаньонка развеселилась, а я призадумалась. Живо вспомнилась собственная деревенская свадьба. Меня в тот самый ответственный день обрядили в длинное красивое белое платье, была и фата классическая и тоненькая как паутинка. Молодой супруг смотрелся очень даже солидно в новеньком коричневого цвета костюме в строгом классическом стиле по моде тех лет. На высокого и стройного парня заглядывались девчонки. Тогда мы с ним были весёлые и полные надежд на долгую и счастливую совместную жизнь и смело глядели в будущее. Нам казалось наше будущее предрешено, и нас ожидает сплошная удача как в личной так и в трудовой жизни. Нам же повезло родиться в огромной могучей и очень богатой стране, и никаких катаклизмов не должно было случиться. О боже, как я любила мужа! Моя душа, как гармошка разворачивалась и разворачивалась от избытка чувств и казалась нет предела этим самым чувствам. Не скажу, чтобы мы потом жили душа в душу, но после его гибели я двенадцать лет берегла обручальное золотое колечко, а потом в самый-самый чёрный день отнесла его в ломбард. То тоненькое колечко напоминало мне о крушении больших надежд, о рухнувшем в одночасье счастье в том далёком 1991 году, когда официально объявили о роспуске Советского Союза. На тот период это был самый страшный, самый мрачный день в моей жизни. А потом через несколько лет умерла мать, за ней покинул наш бренный мир мой супруг. Я так и осталась вдовой, так и не встретила больше никого или не хотела никого встретить. Когда мной интересовался очередной неприкаянный кавалер, сердце почему-то болезненно сжималось. Я не могла через себя перешагнуть и сразу обрывала едва наметившие отношения. Перегорело моё сердечко, как лампочка, из эмоций исчезло слово «любовь».

Глава 3 .Да здравствует Святочный бал!

За десертом Душечка так безудержно хихикала, так порывисто размахивала руками, что вся перемазалась лёгким одуряюще вкусно пахнущим кремом от низкокалорийных пирожных. В качестве официантки нас обслуживала улыбчивая миловидная девушка. Мне она очень понравилась, но я не удивлюсь, если ей вдруг окажется лет этак восемьдесят. Чудеса омоложения и в моё время уже были не в диковинку, а теперь видимо доступны и массовому населению. А моей Надюшечке похоже нечаянно с телом ещё и мозги омолодили.

После обеда мы помчались в заведение с непонятной для меня вывеской «сигазин». Это заведение больше напоминало склад. На множестве полок красовалось огромное количество коробок с обувью и все они были совершенно прозрачные, я имею в виду коробки и настолько незаметные, что прекрасно виделась сама обувь. Вот здесь я оторвалась, перемерила пар двадцать туфелек. Большинство перемерянного мне приглянулось и будь моя воля, я бы всё утащила с собой. Что удивительно, на ноге вся обувка сидела как влитая, и было очень приятно ноге в туфле. Но Душечка только отрицательно мотала головой, она искала для меня что-то необыкновенное. Нас обслуживал обаятельный мужчина с красивой спортивной фигурой, которую невозможно было спрятать за униформу обычного продавца-консультанта. Я устала изображать Золушку и выбрала неброские лодочки под цвет нового только что подаренного платья. Молодой человек торжественно уложил их в коробочку, перевязал атласной лентой и с поклоном подал мне в руки. Вот это сервис! Потом мы погуляли немного разглядывая новогодние украшения на зданиях, а когда ноженьки наши подустали, Душечка вызвала повозку с запряжённой в неё лошадкой. Как она это сделала, я так и не поняла, а приставать с вопросами не хотелось, ладно потом разберусь. Я старалась ничему не удивляться, как никак сто лет для меня является достаточно большим сроком для глобальных преобразований в обществе. Кибитка с лошадью, да легко! Я взгромоздилась и в неё, не без помощи Душечки, но вполне себе самостоятельно залезла. Надюшечка легко впрыгнула и с изяществом совершенно не подобающим для её преклонного возраста, уселась рядом. И мы покатили поглядывая на заснеженный город и легко обгоняя редких прохожих.

Внученька решила осчастливить меня глобальной экскурсией по родному городу нового столетия. Поначалу я усиленно вертела головой стремясь посмотреть на всё, что мы проезжали мимо. Дома по прежнему преобладали невысокие чаще по два или три этажа, но становились всё наряднее и богаче в оформлении. Видимо мы приближались к центру города. Территорию вокруг зданий украшали резные по виду чугунные ограды, а также плотные зелёные посадки. В некоторых двориках виднелись деревца с кремовыми стволами, тёмно-зелёными листочками и круглыми величиной со среднее яблоко бардовыми плодами. Однако, селекция тоже шагнула вперёд! Архитектура зданий поражала обилием вычурных балкончиков и разнообразием лепнины. Великолепие всяческих крылечек и верандочек захватило моё воображение. Жилище с годами стало не только моим домом – моей крепостью, но и отрадой душевной. А уж как меня обрадовало подтверждение моей же догадки в том, что сиденье в кабриолете было с подогревом! Не высказать словами.

Душечка не замечая моего состояния, без умолку тарахтела рассказывая про новые возможности для жителей и их традиции, про мэра города, снятые фильмы и отыгранные спектакли, научные открытия по всему миру, технические достижения. Поток информации не иссякал и казалось Душечка никогда не устанет глаголить. По улицам слонялись праздные парочки. Иногда цокали копытами лошадки, запряжённые в маленькие кареты, но чаще попадались одиноко скачущие всадники. К моему великому удовольствию, как по расписанию в пять часов по полудни мы уселись в кафе пить чай. Надо сказать, кафешка была забита до отказа посетителями. За столиками возбуждённо переговаривались и как мне послышалось, на разных языках. Я и по русски не всё понимала, так много новых слов витало вокруг меня в последнее время. Прогресс не стоял на месте и активно развивался, также активно «великий и могучий» пополнялся новыми названиями и определениями явлений. Столики в кафе казалось были сделаны из неведомого мне шершавого материала коричневого, нет скорее шоколадного цвета с круглыми столешницами и все почему-то сервированы на троих, вокруг каждого столика размещалось ещё и по три тоже шоколадного цвета изящных красиво изогнутых стула. Перед входом в зал мы как и полагается приличным людям сдали в гардероб пальто, небрежно подав их многорукому серебристому роботу. У робота имелась полноценная голова, и он улыбался посетителям резиновыми губами, мигал голубыми стеклянными глазками и постоянно вещал: «Добро пожаловать в наше модное заведение», – на нескольких языках. Полумрак зала разгоняли настоящие восковые свечи в витиеватых серебряного вида подсвечниках. Одна свеча стояла и на нашем столике. От свечи исходил лёгкий аромат ландыша и едва уловимое тепло от языка пламени. Как всё мило, по домашнему! Меню плыло бегущей строкой по кругу столешницы напечатанное крупными буквами и повторялось на семи языках. Здорово! Достаточно было ткнуть пальчиком в название блюда и «о-ля-ля!» его доставят сей момент. Для Душечки – Надюшечки всё происходящее являлось ничем иным, как серой обыденностью и поэтому добиться от неё какого либо вразумительного объяснения оказалось сложновато. Дама не понимала, что могло меня так заинтересовать. Ничего прорвёмся! Например, на вопрос о посетителях за соседним столиком активно работающих челюстями:

– Кто это такие?

– Туристы, – весьма лаконично ответила внученька и принялась описывать шествие летнего карнавала в честь дня создания городка Кобелёво. Признаюсь честно, я совершенно не поняла из её дальнейшей речи, какие балы устраивались в городе, кто пел и почему в этот день квас не подавали. Я то и дело отвлекалась на снующих между столиками ярко раскрашенных роботов, и сновали они не просто так, а разнося заказы клиентам. Мы с Душечкой засели в кафе основательно и пили чай долго и с наслаждением с большим количеством выпечки и фруктов. Я очень уважаю и люблю процедуру чаепития, и от неё не смогла даже отвлечь Душечкина болтовня. Из кафе, как потом я добилась от Надюшечки, название которого было ни много ни мало, а «На троих» красноречиво объясняло количество стульев за столиками, мы отправились в гостиницу. Отправились тем самым путём, каким я попала туда в первый раз, а именно «велкнули», ну или попали через комнату контакта. Душечка явно устала от цоканья копыт и изобилия свежего воздуха.

– А где наши покупки? – полюбопытствовала я.

– Да их уже доставили в наши номера, ещё когда мы чай пили в кафе, – скучным голосом константировала неоспоримый факт Душечка.

– Оперативно, – одобрила я сервис нового века.

– В нашем городе самая быстрая доставка во всей стране! – Душечка почти раздувалась от распираемой её гордости. Вот уж не ожидала от неё такого явного патриотизма. Я решила польстить ей немного:

– И в заведении было очень уютно и вкусно накормили пирогами и напоили горячим чаем за что тебе, Душечка, огромное спасибо!