– Ах ты, гад гадский! Моя подтягивающая сыворотка от морщин! Ну, попадись ты мне! Я тебе эту сыворотку прямо в глотку вылью, что бы тебе прямая кишка прямо к зубам подтянулась! Три месяца на еде экономила, что бы эту лифтинг-серию к отпуску купить!
Я оставила Людмилу оплакивать нажитое непосильным трудом имущество и пошла в дом, вызывать полицию.
Приехавшие стражи порядка, выслушав Люськин рассказ, здорово оживились, даже как будто обрадовались, словно получили весточку от старого знакомого.
– Ха-ха, Арнольдик нарисовался! То-то, я смотрю, три месяца, как вышел, а ни слуху, ни духу! – весело потирал руки один.
– Так шевелюру, поди, отращивал, кто ж на него бритого-то клюнет! – радостно вторил другой.
– Молодые люди, может, все-таки займемся моей проблемой?
– Таких проблем у нас теперь будет, только разворачивайся!
Как мы поняли из их восторженного обмена мнениями, Эдик, он же Арнольдик – известный в определенных кругах жулик, который обчищал одиноких дамочек, втираясь к ним в доверие. Он изображал страсть, обещал жениться, а через некоторое время, заняв денег, а так же, прихватив у подруги, что можно было унести ценного, смывался. Все наслышаны о таких историях. Но, как ни странно, доверчивые дурочки продолжают попадаться на эту приманку. Арнольдик как раз должен был появиться из мест не столь отдаленных, куда его все-таки упекла одна из разгневанных «невест». Причем, дама была готова все простить, если бы он все-таки женился на ней. Но эта суженая обладала такой внешностью и таким склочным характером, что Арнольдик предпочел отсидку. Люське выпала сомнительная честь стать его первой, после освобождения, жертвой.
Конечно, у Люськи взяли координаты такси, которое доставило ее с вещами в наш двор, и на котором Эдик-Арнольдик смылся с теми же вещами. Он и не подумал перетаскивать их в гараж. То есть часть вещей, под воздействием Люськиного обаяния и под ее присмотром он перенес, а потом сел в такси и уехал. После кражи проходимец обычно брал ноги в руки, точнее, брал в руки добычу и улепетывал из города на ближайшем поезде. Так что преследование по горячим следам уже бессмысленно, но есть надежда, что через некоторое время Арнольдик вернется. Он уже не раз погорал на тяге к родным местам. Люська попыталась рвануть в погоню, но после ознакомления с расписанием поездов убедилась, что злоумышленник за последний час мог двадцать два раза выехать в пяти направлениях. После чего поостыла и принялась собираться в дорогу, комплектуя багаж из оставшихся вещичек.
Около десяти вечера мы с Людмилой, наконец, отбыли в направлении «Эдема» рейсовым автобусом. Из-за позднего времени пассажиров было немного, и мы с Люськиным багажом разместились почти без проблем. Если не считать того, что Люська чуть не опустила свою самую тяжелую сумку на лапу собаке, которая мирно пристроилась спать между сиденьями. Люська – вдохновенная кошатница и собак вообще-то не любит. Собаки ее тоже не жалуют.
– Чья это собака? Уберите собаку! Я же ей чуть на лапу не наступила! – возмущенно взывала Люська к начавшим уже дремать пассажирам.
– Ну не наступили же, – миролюбиво отозвалась хозяйка.
– А если бы наступила, что было бы? – в Люськином голосе слышались панические нотки.
– Это колли. Даже если бы вы наступили ей на голову, ничего бы не случилось. Правда, Лорд?
Пес одарил Люську полным презрения взглядом, и конфликт был исчерпан.
На конечную станцию автобус прибыл около полуночи. Как это ни странно, но у автостанции обнаружилось такси. И минут через сорок мы с Люськой, пожелав друг другу: «Спокойной ночи», разошлись по своим номерам.
Глава 3
Первым пунктом в моих планах на отдых стояло: «выспаться». Но этому плану не суждено было сбыться.
В какую-то несусветную рань я была бесцеремонно разбужена громким кукареканьем. Вот они начинаются – прелести сельского отдыха!
Я выглянула на улицу. Крупная, необыкновенной красоты птица самозабвенно заливалась, сидя на заборе перед моим окном. Его оперение переливалось всеми цветами радуги.
– Кыш пошел, бессовестный! – я запустила в него первым, что попало под руку, по-моему, стаканом.
Петух возмущенно захлопал крыльями и переместился по забору дальше. Он явно был намерен допеть до конца свою утреннюю песню. Послышался звук открываемого окна, невнятная, но угрожающая речь, и какой-то увесистый предмет полетел в траву. Птица захлопала крыльями и перелетела дальше. Я легла в кровать и попыталась заснуть. Но сон не шел. Интересно, он каждое утро так будит отдыхающих? Возмутительно! Стоп! Я на отдыхе, и твердо намерена извлечь из этого процесса все возможные выгоды. Не позволю этому пернатому будильнику испортить первое же утро. Надо подойти к проблеме с другой стороны. Итак, начнем. Что может быть хорошего в ранней побудке? Да все. Это же полезный для здоровья режим. Недаром в народе говорили: «Кто рано встает, тому Бог подает». Надеюсь, во время сиесты эта птица голосить не будет.
Я взяла купальное полотенце и отправилась осматривать окрестности. Я бы и Люську с собой прихватила, но никак не могла вспомнить, в какую комнату ее поселили.
Вообще ночью к концу пути я здорово устала и с трудом боролась со сном. Помню только, что в такси по дороге от автостанции нещадно трясло, и это очень мешало дремать. По прибытии в «Эдем» я с наслаждением растянулась на кровати в своем номере, и сладко проспала до утра. А если бы не голосистая птица, могла бы и до обеда проспать.
За стойкой администратора пила чай неожиданно ярко накрашенная женщина средних лет.
– Доброе утро. Уже поднялись? – приветливо спросила она.
– Да, можно сказать, с первыми петухами. Он каждое утро будет петь?
– Петя? Конечно. Петя у нас золотко! И знаете, что интересно, сначала он с восточной стороны поет. А потом, когда солнце немного поднимется, он на другой стороне кукарекает.
– То есть, он всем одинаково спать не дает. А жильцы на это золотко не жалуются?
– Нет, что вы! Им все любуются. Посмотрите, – женщина достала пакет с фотографиями. – Я его для рекламного проспекта снимала. Не могу выбрать, какой снимок лучше.
Действительно, фотогеничная птица.
– Вот у нас йоги семинар проводили, так они еще раньше Пети поднимались, вокруг сарая садились и ждали, когда он рассвет возвестит, а потом тоже пели, негромко и непонятно, но красиво. А другие и рады, что пораньше поднимутся – с утра воздух-то какой! А вода! Парное молоко!
– Но кто-то, наверное, расслабиться приезжает?
– А, ну эти-то с вечера в баре так нарасслабляются, их не то, что Петя, их из пушки не разбудишь!
Да, выходит, кроме меня, Петя никому не мешает. Наверное, я тоже привыкну. Ладно, пойду, продегустирую воздух и воду. И, накинув на плечи полотенце, я вышла на улицу.
Что ж, оно того стоило. Особенный, по-утреннему свежий воздух, напоенный летними ароматами, капельки росы, ослепительно сверкающие в лучах восходящего солнца, птичий щебет.… Очень напоминает ранние подъемы в пионерском лагере.
– Здорово, правда! – раздался звонкий голосок у меня за спиной.
Хорошенькая девушка, вся такая тоненькая и светленькая, в коротком махровом халатике, вышла вслед за мной на крыльцо.
– Вы новенькая? А мы тут уже вторую неделю. Рано утром всегда хожу купаться. Водичка с утра – чудо! Идемте, покажу пляж. Мы тут медовый месяц проводим. Меня Катя зовут, а вас?
– Рая. А где же…
– Ой, он у меня такой лежебока! Только в первый день вышел на речку с утра. Вообще-то он на работе. Даже на медовый месяц не смог вырваться. Вечером приезжает, да и то не каждый день, утром уезжает.
– Сочувствую.
– Нет, что вы! Я тут прекрасно провожу время – гуляю, купаюсь. Здесь такая тишина. Первое время я все привыкнуть не могла. Сначала казалось, что в ушах звенит. Я теперь сама удивляюсь, какая же это тишина, если птицы поют, ветер шумит. Нет, здесь замечательно! Вот увидите.
– Ну что ж, просто я никогда не слышала, что бы так проводили медовый месяц.
– Так получилось. У нас в квартире ремонт. Там сейчас все равно жить нельзя, вот и совмещаем приятное с полезным. Муж пока со своей мамой живет. А я уж лучше здесь.
– Понимаю. У меня тоже муж сейчас со своей мамой, пока я здесь отдыхаю.
Мы с Катей спустились с крыльца на дорожку.
Небольшую территорию вокруг «Эдема» окружал штакетник, выкрашенный веселой голубой краской. Под окнами – несколько клумб, нельзя сказать, что бы особенно ухоженных. Цветы на них были насажены хаотично, но разрослись буйно и радовали глаз. Между клумбами – густые кусты шиповника, акации, боярышника. Судя по размеру кустарников, их взращивали еще со времен межколхозного дома отдыха. Недавно посаженными выглядели несколько колючих веточек жасмина возле самого крыльца.
Сразу за заборчиком находилась спортивная площадка. Баскетбольные корзины, между столбами натянута новенькая на вид волейбольная сетка, по периметру – лесенки и турники. Вдоль одной из сторон спортплощадки, той, что ближе к забору, вкопаны в землю разноцветные деревянные скамейки. В сторонке – детская горка, качели, беседка.
От гостиницы к реке шла хорошо утоптанная дорожка. Стежка эта вилась по обширной, местами выкошенной луговине между высоких кочек. С другой стороны к широкому проему в штакетнике, наверное, обозначавшему входные ворота, спускалась с холма грунтовая дорога. Видимо, по ней мы и подъехали ночью. Других дорог видно не было.
Мы быстро добрались до небольшого песчаного пляжа. На берегу, немного в стороне стоял аккуратный деревянный сарайчик, закрытый на висячий замок.
– Там хранятся шезлонги и зонтики, – пояснила Катя. – Ключ у администратора, на случай, если захотите что-нибудь оттуда взять. Обратите внимание на песок на пляже.
Я обратила. Песок был крупный, светлый.
– Говорят, это какой-то особенный лечебный кварцевый песок. Его некоторые отсюда домой увозят, что бы делать прогревания.
Речка оказалась неширокой, извилистой и довольно мелководной с приятным песчаным дном и довольно быстрым течением. Обычная, в общем, речка. Катя показала мне глубокое место, где можно было поплавать, не боясь оцарапать коленки о дно.
Я бы не назвала эту воду «парным молоком». Водичка была бодрящая, И купание действительно оказалось чудесным. Чувство бодрости, свежести после него – необыкновенным. Интересно, как там Люська? Неужели до сих пор спит? Нехорошо. Я тут наслаждаюсь великолепным летним утром, а подруга, может, скучает в душной комнате.
От самого пляжа «Эдем», находящийся в ложбинке между двумя холмами, был почти не виден. На холмах росли единичные сосенки. Вдалеке виднелся сосновый бор. Довольно холмистая здесь местность. Наверное, в свое время пришлось специально выравнивать участок под гостиницу. «Эдем» представлял собой очень простое двухэтажное кирпичное здание без всяких архитектурных изысков, с плоской крышей и небольшим козырьком над крыльцом. Входная дверь располагалась не по центру фасада, а справа. Слева находилась застекленная терраса. Далее к зданию примыкала одноэтажная пристройка, по всему видно – кухня. На спортивной площадке атлетического вида молодой человек занимался утренней гимнастикой с двумя малышами. Катя приветственно помахала рукой физкультурникам. Они ответили тем же.
Мы с Катей вернулись в гостиницу. Новобрачная юркнула к себе, а я остановилась посреди коридора второго этажа. Интерьер приятно удивил. Очень светло и просторно. Стены модного и очень приятного для глаз фисташкового оттенка. Двери номеров и оконные рамы цвета слоновой кости. Сочетание небанальное и очень удачное. На стенах репродукции моих любимых импрессионистов. Из общей гармонии выбивалась только металлическая, покрытая облупившейся синей краской, лесенка, ведущая к люку в потолке. Зато широченная лестница, поднимавшаяся на второй этаж из холла, была позаимствована не иначе, как в доме культуры.
Все восемь дверей на этаже были плотно закрыты. За дверью с номером «1» скрылась Катя. Номер «4» – это мой. А вот куда заселилась Люська? Ни за что не вспомню. Ночью нас в комнаты проводила администратор, а потом Люська сама зашла пожелать: «Спокойной ночи».
Я переоделась и спустилась в холл. Дежурной за стойкой не было. Спросить, куда поселили подругу, не у кого. Оставалось подождать. Присела на диванчик и взяла пульт от телевизора, намереваясь ознакомиться с утренними новостями.
К завтраку-то Люська обязательно выйдет! Уж что-что, а поесть она любит. Ни за что не пропустит прием пищи. Каким образом при таком аппетите ей удается сохранять фигуру, как у восьмиклассницы – загадка природы.
Между тем в холл спустился мужчина – за сорок, военная выправка. А может – это и не выправка, а остеохондроз. Ходит, как будто кол проглотил. Худощавый, внешность – ничего примечательного, весь блеклый какой-то, глазу не за что зацепиться. Обручального кольца на пальце нет. Может, сгодится, что бы скрасить Люське отдых. Мужчина подошел ко мне и попытался поднести руку к несуществующей фуражке.
– Виктор. Очень рад пополнению. Вы одна? Я один. Вышел в отставку, развелся. Теперь свободен.
Однако! Сразу берет быка за рога! Люська скучать не будет.
– С подругой. Она еще не встала.
– Очень, очень рад пополнению.
Наверное, он хотел сказать что-то еще, но тут на лестнице послышался топот нескольких пар ног и воинственное улюлюканье. Отстреливаясь из игрушечного пистолета, в холл выскочил упитанный и аккуратно причесанный мальчишка лет семи в коротких штанишках и белой рубашке. Если бы не пистолет – просто идеальный ребенок из хорошей семьи. Следом за ним, размахивая пластмассовой саблей, появился его братец – точная копия, только поменьше ростом. Спустившаяся следом высокая худая женщина с гладко зачесанными седыми волосами поздоровалась со мной и с Виктором и принялась, почему-то по-английски, обращаясь к детям «Алекс» и «Георг», успокаивать расшумевшихся мальчишек. Старший из детей подошел ко мне, чинно попросил пульт и принялся переключать программы. Нашел мультики, и оба брата уселись перед экраном, непрерывно ерзая, и пихая друг друга.
– Доброе утро, Роза Александровна, – Виктор не очень ловко поцеловал женщине руку, – Приветствую вас. Как наше молодое пополнение?
Далось ему это пополнение. Он что, других слов не знает? Взгляд, которым одарила Виктора Роза Александровна, не оставлял никаких сомнений в том, что Люське стоит поторопиться. Дама явно имеет виды на бывшего вояку.
Весело цокая каблучками, спустилась Катя. Свежая, как умытый росой утренний цветочек. Интересно, после ежедневных утренних купаний я тоже буду так выглядеть? Виктор поднялся ей навстречу. Он что, и ее пополнением назовет?
– Катенька, доброе утро! Ну, как дела на семейном фронте? Когда можно ждать пополнения?
О, Боже! Нет, пусть Люська поспит подольше. Это не самое подходящее пополнение в ее коллекцию. Тьфу, и я туда же!
Дама, вплывшая вслед за тем в холл, заставила всех повернуться, даже мальчишки притихли. Это была именно дама, по-другому не скажешь. Роскошные черные кудри спадали на плечи и спину, горделивая посадка головы, необычайная стать крупной фигуры, кошачья грация в движениях. Нет, скорее – тигрица, для кошечки женщина была крупновата. Шамаханская царица приветствовала собравшихся легким кивком головы и выплыла на улицу.
Виктор заворожено смотрел ей вслед.
– Какая женщина, – ни к кому не обращаясь, произнес он вполголоса.
Роза Александровна, похожая рядом с восточной царицей на гербарий, пожала плечами. Катенька восторженно проводила глазами экзотическую даму и коротко вздохнула.
– А где же ваш муж, Катя?
– О, он уже уехал. Дела! – и Катя всплеснула ручками.
– А как зовут это чудо? – я кивнула в сторону входной двери.
– Марианна.
Что ж, имя вполне соответствует внешности.
– Она переживает развод, и моя хозяйка посоветовала ей провести пару недель в сельской тиши, – это Роза Александровна принялась вполголоса давать пояснения. – Хозяйка – это мать Алекса и Георга, а я у них няней. А это – Дима, он гувернер и охранник.
В холл спустился молодой человек с лицом и фигурой греческого бога. Люське все-таки не придется скучать! Однако при появлении Димы с Розой Александровной произошла непонятная метаморфоза. В голосе, до этого скрипевшем, как несмазанная калитка, появилась бархатистая мягкость, а глаза засветились такой нежностью! Однако, вот так гувернантка! На Виктора она так не реагировала. Впрочем, длилось это недолго. Роза быстренько отвела взгляд от юного Аполлона. Да, Люське просто необходимо поторопиться. Конечно, этот гербарий ей не конкурент, но, кто знает?
– Хозяйка гостиницы – милейшая женщина, вот увидите! – Роза Александровна, встряхнув головой, продолжила объяснения. – Она так за всем следит и на кухне прекрасно все контролирует. И прислугу в строгости держит. Кормят здесь отменно, даже хлеб свой выпекают. Почти каждый день пекут. Чувствуете, какие ароматы? Из деревни тоже иногда подвозят, из магазина, но это уже совсем не то, сами понимаете. Молочные продукты тоже свежие, натуральные. Это не совсем легально. Санэпидемстанция такого не может допустить. К их приходу в кладовке всегда лежат упаковки с сухим молоком, банки со «сгущенкой», их и демонстрируют, – гувернантка захихикала с заговорщицким видом. – Для детей это просто находка. Конечно, для них всегда старались покупать натуральные продукты. Но в городе совершенно невозможно уберечь детей от всяких «Сникерсов», это же для них такой соблазн. А здесь – все условия для правильного режима. Телевизор один на всех. И я считаю, что это верно. Зато мы много читаем. Дети постоянно на свежем воздухе. Я очень довольна. Вы видели клумбы?
Я кивнула.
– Замечательные цветники, правда? Мальчики каждый вечер поливают растения.
– Прекрасные цветы выросли, я сразу обратила внимание.
Мальчишки, конечно, услышали и довольно заулыбались.
– И порядок во всем, вот увидите. Мы прошлым летом отдыхали во Франции. Сен-Тропе, может, слышали?
Конечно, слышала. Даже видела – в кино.
– Так вот, если сравнивать уровень цен и сервиса – так вполне соответствует, – Роза Александровна торопилась поделиться информацией. – Правда в начале я заподозрила неладное. Знаете, приехали, на следующий вечер стала вещи разбирать и не смогла найти упаковку ароматизированного талька. Для мальчиков, понимаете ли…. Конечно, сразу заподозрила персонал, потому что точно помню, как упаковывала. Я – к Ирине Васильевне. Она, естественно, принялась оправдываться, и так переживала, так переживала. Нам новую упаковку привезла. Но сейчас я и сама думаю, что, хотя и маловероятно, где-то дорогой утеряли. До сих пор неловко за тот инцидент. Вы увидите, насколько здесь все безупречно. И проблем с акклиматизацией нет, знаете ли. А то на Лазурном берегу пока привыкнешь…
В холл тем временем вышла, мелко семеня и опираясь на трость, старушка в больших очках и пестром брючном костюме. Старушка была невысокая и сгорбленная. Но толстые стекла очков вставлены в эффектную оправу. Костюмчик из струящегося, по виду – натурального, шелка. Да и трость явно куплена не за сто рублей в аптеке.
– Здравствуйте Лада Леонидовна! – громко поздоровалась Роза и опять быстро заговорила вполголоса, повернувшись ко мне. – Бабушка одного из этих молодых бизнесменов. До последнего времени ему в бухгалтерии помогала, а теперь сдала, он ее сюда на свежий воздух поселил. Круглый год живет. Не видит, не слышит, но голова ясная, целыми днями кроссворды отгадывает.
Старушка тем временем просеменила к входной двери, достала из плетеной сумки белоснежную бейсболку и вышла подышать воздухом. Мальчишки, отстреливаясь, тоже выскочили в дверь. Молодой бог, поигрывая бицепсами, проследовал за ними.
Няня Роза Александровна нехотя поднялась и тоже двинулась на улицу.
Виктор сидел, как на иголках – видно, не мог решить – остаться со мной или идти вслед за Розой и Марианной.
– Я замужем, – тихонько подсказала я ему.
– Понял, честь имею, – энергично кивнул отставник, вскочил с дивана, щелкнул каблуками и промаршировал на улицу.
Тем временем, из-за застекленной двери доносились аппетитные запахи и позвякивание посуды. Где же Люська?
Из коридора, вход в который виднелся позади стойки администратора, вышла женщина, которую я с утра уже видела на этом месте. Одета интересно, яркий, но искусно наложенный макияж. По-моему, с утра губная помада у нее была немного другого оттенка, и глаза были накрашены по-иному. Неожиданное зрелище в таком месте и в такое время суток.
