Но, наигравшись с игрушками и насмеявшись с родителями, Дженни обычно подбегала к раскрытому окну своей уютной комнатки и заворожённо наблюдала за красным закатным солнцем и резво порхающими птичками. Ей всегда хотелось заглянуть за горизонт, отправиться к дальним берегам, девочка завидовала свободе быстрокрылых птиц. Родители не одобряли устремлений дочери, и отец неизменно уносил её от окна.
Однако, когда Джейн исполнилось восемнадцать, она уговорила-таки отца взять её с собой в деловую поездку в заморскую страну. Её не пугали ни долгая изнурительная дорога, ни возможные тяготы в многодневном пути, ни неизбежные встречи с совершенно разными людьми. Всё это воспринималось как глоток свежего воздуха. Долгожданная свобода!
Ведь в своём поместье они вели довольно замкнутый образ жизни. Учителя, гувернантки, редкие друзья семьи. Все очень добрые и заботливые. Но слишком предсказуемые и скучные. То ли дело – другая страна, с абсолютно иными культурой, религией и обществом.
На деловом обеде, куда скрепя сердце взял её отец, Джейн увидела Его. Импозантный, харизматичный, транслирующий абсолютную мужественность деловой партнёр отца произвёл на неё неизгладимое впечатление.
Под натиском красивейших романтичных ухаживаний девушка быстро сдалась и уговорила отца выдать себя замуж. Да-да, именно так. Жизнь представлялась удивительным, захватывающим приключением, полным путешествий и счастья рядом с любимым мужем-красавцем.
Однако реальность оказалась совсем не такой радужной. Свадьбу сыграли наспех, т. к. отцу надо было срочно возвращаться в Англию из-за болезни любимой супруги. Молодожёны тоже вскоре должны были их навестить. Но шло время, а кроме своих роскошных покоев и ближних каменных улочек старого города, Джейн ничего не видела. Супругу быстро наскучила живая красивая игрушка, к тому же на поверку он оказался довольно жестоким и бессердечным человеком.
Джейн было невыносимо чувствовать себя всего лишь куклой, которую держат в красивой коробке и достают только похвастаться перед гостями, которые и за человека-то её не считают. Ей часто снился один и тот же сон. Как она смотрит на мир через окошечко с позолоченной решёткой и сжимает прутья побелевшими костяшками пальцев, усыпанных золотыми перстнями.
Однажды она набралась смелости и взмолилась: «Отпусти меня!». «Иди!» – насмешливо ответил Он после недолгой паузы и широким жестом указал на дверь. И вот она, двадцатилетняя златовласая красавица, стоит посреди чужого города, в чужой стране. С тем, что было на ней. По законам страны и того времени. Чужая. Но зато свободная!
Надо только придумать, как добраться домой. Золота на дорогу должно хватить, но одну никто не выпустит. Попытки прибиться к европейским семьям в роли гувернантки не увенчались успехом. Слишком красивая. Жёны берегли свой очаг. В отчаянии она добралась до Английской дипмиссии. Там ей помогли. Золота хватило.
Вернулась в свой опустевший дом побитой собакой. Униженной, с растоптанным сердцем и потухшим взглядом. Мама умерла, отец постарел лет на двадцать. Теперь её затопило ещё и бескрайнее чувство вины. Липкое, вязкое, связывающее своими щупальцами по рукам и ногам.
После скорой смерти отца Джейн стала затворницей. От той маленькой принцессы-хохотушки с сияющими глазами, какой она уезжала из дома, не осталось и следа. Строить свою семью с такой «запятнанной» репутацией, неверием в любовь и недоверием к мужчинам она даже не стала и пытаться. Чтобы опять попасть в золотую клетку и быть обманутой? Ну уж нет! А быть счастливой совесть не позволит. Сломала жизнь себе и родителям – отвечай! Сама виновата. Недостойна.
От красоты – одни беды, а свобода опасна.
Так и прожила до самой старости, активно занимаясь благотворительностью, чтобы ощущать от жизни хоть какой-то смысл и свою нужность. А точнее, пыталась хоть как-то оправдать своё существование.
Почувствовав, что её время на исходе, Джейн решила исполнить свою детскую мечту и провести последние дни на берегу тёплого океана. И только тогда она ощутила себя действительно Свободной! Дряхлое тело уже никому не нужно, деньги у неё есть, со всеми долгами совести расплатилась с лихвой. И теперь можно наслаждаться тёплым солнышком, ласковыми волнами океана, лёгким ветерком, приносящим ароматы зелени, моря и экзотических фруктов. Мечта сбылась!
Ах, как жаль, что она не позволила этому случиться раньше! И как бездарно прошла жизнь… Кому сделала лучше, отказавшись от неё? Зачем? Для чего? Чувство безвозвратности обрушилось лавиной. Но ощущение скорой кончины, как ни странно, облегчило её состояние. Джейн смерти не боялась, а ждала…
Умерла она там же, на шезлонге, под высоким мангровым деревом, словно замершим в безмолвном танце над белоснежным песком побережья, созерцая безмятежную лазурную гладь океана, ощущая тепло каждой клеточкой своего тела. Умерла с улыбкой на лице.
Она была свободна! Мечта сбылась…
За пределами страха
Её весёлое беззаботное детство закончилось в день смерти родителей. Краски померкли, и всё вокруг стало чёрно-белым.
Когда-то, наблюдая за радостно резвящейся в ярко-золотом пшеничном поле пятилетней дочерью, мама с грустью подумала: «Как же она будет дальше жить в этом жестоком мире?»
Но, обнимая любимого мужа, решила, что пусть малышка хоть детство проведёт в любви.
Семья жила вдали от средневекового скандинавского города с очень суровыми нравами. И вот однажды его жестокость добралась и до их обособленного мирка.
Родители были убиты. Мир пятнадцатилетней Мари разрушен. Ужас, мрак, скорбь и затворничество на многие месяцы. Пока однажды к её домику случайно не забрели двое деток. Мальчик лет пяти и девочка лет трёх. Среди вездесущей серости Мари разглядела яркие красные огонёчки у них в груди. Присмотревшись к деткам, поняла, что они «живые», что они способны чувствовать, а значит, и любить.
Детки тоже к ней потянулись, уж слишком сильно она отличалась от горожан, у которых любые чувства были под запретом. Так как считались недопустимой слабостью в их среде, где надо было постоянно бороться за выживание. Эти двое малышей дали Мари надежду, что не всё потеряно. И она решила попытать счастья и найти для себя работу в городе. Эта отважная девочка смогла перебороть свой ужас перед его жителями и устроилась сначала в семью уже знакомых ей ребят – присматривать за ними. А потом стали приводить других детей, и в её ведении оказался целый «детский сад».
Огоньки были почти у всех деток. Разных размеров, разной яркости, но были! А если у кого-то из старшеньких они уже почти потухли, Мари направляла им ещё больше любви и внимания, и огоньки проявлялись ярче.
Но была одна проблема – никто не должен был догадаться, что она их любит. И что они её на самом деле – тоже. В семьях с ними обращались в лучшем случае нейтрально и холодно, а как правило, жестоко. Поэтому они придумали тайную игру, которая позволяла им сохранять Себя. Только в обществе Мари дети могли отогреться, весело играли и смеялись. Но если бы об этом узнали взрослые, всем не поздоровилось бы.
Однажды Мари принесла им под своим серым холщовым плащом маленький букетик ярко-голубых незабудок. Их цвет она тоже увидела. Как дети радовались, когда она раздала каждому по цветочку! Это воспоминание врезалось в её память на всю оставшуюся жизнь.
Так они и жили, скрывая от всех свои горящие сердца. Физически это было не сложно. Ведь огоньки видела только Мари, даже они сами их не замечали. Сложнее было внутренне, эмоционально.
Время шло, дети сменяли друг друга, вырастали и уходили каждый в своё плавание. Кому-то удавалось остаться «живым», кто-то ломался.
Но к своим сорока годам Мари собрала вокруг себя целую плеяду светлячков, которым пора уже было заводить свои семьи. И они хотели делать это по своему желанию, а не по законам города. Они устали прятаться, притворяться, бояться и жить двойной жизнью, где надо было, как обычно, проявлять жестокость. Решили уйти из города и создать свою отдельную коммуну. Бежать, чтоб никто не узнал. Но этому не суждено было случиться. Один из «потухших», чтобы остановить свою невесту, рассказал всё главе города. Назавтра назначили казнь виновницы «заговора».
Мари стояла на эшафоте и с тоской смотрела на толпу людей внизу. Она всматривалась в лица своих светлячков и безмолвно молила их не проявляться. Самый главный кошмар её жизни воплотился сейчас наяву – она поставила под удар самых близких и дорогих ей людей, воспитанников, которых считала своими детьми.
Боль от осознания того, что сначала она, а потом мучительной смертью умрут все, кто будет рассекречен, кинжалом пронзила её сердце. Мари захлебнулась чувством вины и разочарованием в себе. Она не справилась. Не смогла защитить, уберечь, спасти любимых. Да лучше бы вообще ничего не делала, жила бы себе тихо на отшибе и ни с кем не общалась. Или ушла бы из жизни ещё тогда, после смерти родителей! Тогда остальные ребята были бы живы…
Страх затмил всё её существо, затуманил душу, парализовал сознание. Самым ярким желанием перед казнью стало поскорее умереть, чтобы ничего не чувствовать и больше никогда ни на что не влиять. Знала бы она, насколько судьбоносными станут её желания на многие воплощения вперёд…
Ведь воля Души – закон даже для Создателя.
На Небесах Мари встретилась со своими родителями. И снова ощутила их любовь, тепло и безусловное принятие. Она начала было говорить, как ей стыдно за свою жизнь и что она недостойна их любви.
Но родители обняли её крепко и проявили гордость и восхищение тем, как дочь сумела пронести свою любовь через все невзгоды. Как сумела выстоять и не сломаться. И скольких замечательных людей сумела пробудить и запустить цепочку любви и света.
Но её ответственность кончается там, где начинается ответственность другого взрослого человека. И она не может решать за других, как им распоряжаться своими дарами и жизнями! Она дала воспитанникам всё, что было необходимо для дальнейшего самостоятельного выбора. А действия – за ними!
Когда Душа Мари смогла выйти за пределы страха, она смогла ясно увидеть всю картинку в целом, весь высший замысел своего воплощения.
ЗА ПРЕДЕЛАМИ СТРАХА она увидела, что воспитала Воинов Света. Воинами их сделало общество, а она пробуждала в них Свет.
ЗА ПРЕДЕЛАМИ СТРАХА она осознала, что могла бы изменить ход событий на любом этапе. Они могли бы восстать вместо того, чтобы уходить. Они могли бы восстать, когда начались аресты. Они могли бы восстать во время её казни, если бы она так не молила их не делать этого.
ЗА ПРЕДЕЛАМИ СТРАХА, когда Мари отменила свой запрет на собственное влияние и проявление, она нашла в себе силы вернуться в город и посмотреть, что происходит там после её ухода.
А там Воины Света как будто почувствовали её разрешение действовать, освободились от оков страха и выступили против власти. Единым фронтом, одной стеной, мощной лавиной они свергли действующего правителя, который долгие годы держал всех в слепом ужасе и покорности.
Они показали:
Что сила и жестокость – не одно и то же.
Что способность чувствовать и слабость – не одно и то же.
Что можно любить и вставать на защиту близких.
Что можно быть добрым и при этом отстаивать свою позицию.
И оказалось, что свергнуть бесчеловечный старый режим было намного проще, чем предполагалось. Многие горожане в глубине души ждали этого момента. Особенно женщины, чья природа особенно противилась насилию. Им предстояла ещё огромная работа по переустройству жизни родного города. Но люди знали, что служат Свету и верили в успех!
Душа Мари с небес незримо наблюдала за новой жизнью города и тихо радовалась, восхищаясь и гордясь своими светлячками, которые превратились в прекрасных создателей и творцов своих судеб! Ведь она теперь точно знала, что возможно всё!
ЗА ПРЕДЕЛАМИ СТРАХА.
Вся жизнь в облаках
Милана обнаружила себя прикованной к своему креслу старшего стюарда падающего, как ей казалось, самолёта.
На борту ужас что творилось, но ребята вроде справлялись. Без неё. Конечно, за свою пятнадцатилетнюю карьеру она видела много экстренных ситуаций, но так близко к смерти она себя не чувствовала ещё никогда.
Волной стыда за бездействие её накроет позже. А пока её мысли пронзал бурный поток вопросов, которыми раньше она никогда не задавалась, ибо к рефлексии была не склонна. Что останется после неё? Кто о ней вспомнит? А какими словами? Зачем она вообще жила? В чём был смысл её существования? И для чего вот это вот всё: красота, успех, деньги, путешествия, поклонники, пресловутая свобода, опять же
Казалось бы, у Миланы было всё, о чём мечтает любая девушка. Ну ладно, почти любая. Есть те, кто сразу стремится выйти замуж и нарожать кучу детей. В ценности нашей героини это не входило от слова совсем.
Небо было для неё родным домом. В рейсах она проводила времени больше, чем дома. Да и дома-то, собственно говоря, у неё и не было. Так, одинокая съёмная квартирка перевести дух.
Милана настолько боялась быть БРОШЕННОЙ и ОТВЕРГНУТОЙ, что держала под контролем всё на свете, даже свои чувства. Точнее, она просто однажды нажала кнопку ВЫКЛ у себя в сердце, чтобы создать идеальную картинку своей жизни. А чувства в этом только мешали.
Да, она казалась жуткой стервой, которая из всех отношений неизменно выходила первой при малейшем намёке на настоящую близость. Но после того, как её бросил парень, которого она считала единственным близким человеком, она окончательно поверила в то, что с ней что-то не так и быть брошенной – это её рок, чего она очень сильно стыдилась.
Её биологическая мать отказалась от дочери в роддоме. Её приёмная мать умерла, когда ей было пять лет, и она попала в приют. Не сказать, что она в приёмной семье была обласкана любовью и счастлива, ей с малых лет приходилось завоёвывать себе место под солнцем.
Поэтому, когда к ней начали приставать сторожилы приюта, малышка махалась своими маленькими кулачками как дикий волчонок, не зная ни страха, ни жалости.
Надо сказать, это хорошо сработало, и к подростковому возрасту она держала уже свою «банду», искусно манипулируя и детьми, и взрослыми.
Не то чтобы воспитатели к ним были жестоки. Скорее они проявляли "врачебный цинизм". Это как патологоанатом не может оплакивать всех тех, кому проводит вскрытие. За каждым ребёнком стояла их личная трагедия. И проще было закрыть сердце, ожесточиться, чем каждому сочувствовать и давать любовь без ожиданий. Наверное есть и другие, но Милане не посчастливилось с такими повстречаться.
Свобода и независимость стали для неё главным приоритетом. И при первой же возможности она устроилась на работу "в небо". Видная шатенка, ей очень шла форма стюардессы, идеально подчёркивающая её точеную фигурку. А классические шпильки будто вписывали её в интерьер большого города, подчёркивая принадлежность к его небоскрёбам. Ну и кто же не любит путешествовать? За свою карьеру она повидала такое количество интереснейших уголков Земли, о каком и мечтать не смела. Ведь её ничто не держало!
Иного мнения, видимо, был её парень, который свалил во время первого же рейса. У него как раз сформировалась другая сиротская привычка, чтобы кто-то всегда был рядом. И ушёл он не ОТ Миланы, а К другой девушке, которая могла удовлетворить эту его потребность.
Но Милане уже было всё равно, почему. Важен был сам факт – её бросили. Самый близкий человек. Опять.
Её бойцовский характер позволил быстро сделать хорошую карьеру и обзавестись полезными связями. От воздыхателей она тоже не имела отбоя. Со стороны ей можно было только позавидовать. На это и был расчёт. Чтобы те, кто делал ей больно, утёрлись.
Внешняя картинка была идеальной, она постаралась. А внутрь она предпочитала не заглядывать. Там было слишком больно и стыдно за то, что она ТАКАЯ. Но какая именно, она и сама не знала. Никому не нужная брошенка, отвергнутая всеми значимыми людьми, которые призваны были её любить. А если не любили даже они, значит просто не за что.
И значит надо добиваться всего самой, ни от кого ничего не ожидая, никому не доверяя, а главное – ни к кому не привязываясь.
Но после того рокового рейса что-то изменилось. Она ещё по привычке не стала дожидаться, когда её уволят за профнепригодность, и уволилась сама. К сожалению, так и не найдя в себе сил посмотреть в глаза своей команде, которые были свидетелями её позора, коим она считала произошедшее.
Но дальше Милана сделала нечто совершенно несвойственное своей натуре. Она сняла уединённый домик где-то в глуши и решила разобраться в своей жизни и познакомиться с собой. Найти свои смыслы и определить истинные ценности. Но для этого ей надо было сначала разрешить себе чувствовать.
Это было непросто. Она начала всё из точки ноль, признавая необходимость отпустить всё напускное и посмотреть в истинную суть, какой бы она ни была.
Многие месяцы Милана провела в затворничестве. Иногда впадала в ступор, иногда в отчаяние, но были и радостные моменты. Уже взрослая тётенька за тридцать пять придумала для себя игру, что одна её часть это маленький ребёнок, а другая – его взрослый родитель, который хочет с ним познакомиться и помочь найти смыслы и стать счастливым.
Она никогда не была матерью и не имела любящей мамы сама. Но она старалась изо всех сил! И через какое-то время ей удалось стать мягче и добрее и к себе, и к другим.
И в какой-то момент в её жизни появился мужчина. Заметно старше неё, не слишком красивый, не очень богатый, совсем не статусный, но добрый и искренний. Наверное, страстно полюбить его ей так и не удалось, но в их отношениях было взаимоуважение, взаимопонимание и доверие, а самое главное – она могла быть с ним рядом СОБОЙ, без масок и ролей, в настоящей БЛИЗОСТИ.
С ним она и встретила свою смерть ещё довольно молодой женщиной. Он плакал у больничной койки, не выпуская её руки. Она понимала, что умирает, но ей уже не было так нестерпимо страшно, как тогда в самолёте. Только с немного горькой иронией она подумала, что вот теперь и ей пришло время покинуть человека, который её любит и в ней нуждается.
Но такова жизнь, у неё свои планы и свои законы. Милана уже давно поняла, что махаться с ней кулаками довольно бесперспективно. Она может и выиграет бой, но войну с Миром всё равно проиграет. Надо просто быть в честности, хотя бы с собой.
– Прости!
Нежно промолвила она и ушла с лёгким сердцем…
Подарок Вселенной
А что, если иногда Мироздание преподносит нам великое благо прямо на блюдечке? Бережно ведёт за руку, создаёт вокруг необходимые события, приводит тех самых людей, и в нужное время и в нужном месте говорит: «Бери! Это для тебя!». И тогда всё, что происходит – это наилучший сценарий и щедрый ДАР!
И нужна только смелость – без шор и страхов пройти этот путь и ШИРОКО РАСКРЫТЫМИ ГЛАЗАМИ посмотреть в лицо своей мечте.
Однажды мне приснился «явный» сон.
***
Девушки толпятся в ожидании отбора в гарем. Все пытаются понравиться, щебечут и наряжаются. И только Она, наоборот, держится в тени и закрывает лицо хиджабом. Не хочет быть «одной из».
Хочет и впредь иметь своё мнение, интересы, право на свои слабости и вольности, право выбора и неотъемлемое право любить и быть любимой. Спрашивает у дружелюбной девушки-организатора, удастся ли ей избежать участи наложницы, если она не понравится в первом туре. Помощница недоумённо смотрит на неё и молчит.
А Она каким-то невообразимым образом проходит «слепые» отборы один за другим и остаётся единственной. При этом остаётся СОБОЙ.
У неё в мыслях созревает план побега. Она смело, гордо, с вызовом смотрит на своего «поработителя»… И встречается с Ним глазами. Сразу понимая – это Тот Самый Мужчина, предназначенный ей судьбой. Она утопает в его бездонных проницательных глазах, которые светятся великодушием и мудростью, лаской и мужеством.
Он Рассмотрел её. И Выбрал. Единственную. Сердцем. Навсегда.
Перед внутренним взором пронеслась память о будущем её Души. Она любимая жена и мама его детей.
Его величественная Мать с огромным тюрбаном на голове почтительно и одновременно нежно принимает её в семью и благословляет, совершая строго определённый ритуал.
Без снисхождения, без заискивания. На равных.
Она бесконечно благодарна и безмерно счастлива. И только тень озорства мелькает в улыбке – неужели так бывает?
***
Бывает! В лёгкости, радости и великолепии. Надо только поверить! И никогда не предавать себя.
Женское счастье
Когда мы о чём-то мечтаем, нам порой очень важно наблюдать живой пример. Как это происходит в реальности. Чтобы поверить – так бывает.
Увидеть модель семьи, где все счастливы, познакомиться с человеком, который уже реализовал то, что вы только планируете и т. д. Тогда наш мозг сдаётся и говорит: «Ну ладно, раз у других получилось, значит, и у меня получится, не так уж это и невероятно».
Хочу поделиться с вами одной историей и пожелать вам любви, изобилия, процветания, реализации, свободы и доброты – без страхов, ограничений и боли.
Такое возможно! Теперь я это точно знаю!
***
