Страница 5 из 7
– Потому что это был не Гарри. У этого подонка есть брат-близнец Уильям. Он похитил меня, но не отвез сразу в Зону Б. Решил допросить, как следует, попутно выведав все о тебе, Хантер.
Мое заявление заставило обоих мужчин раскрыть рты и пребывать в шоке.
Глава 5
Эрин Тревор впервые подверглась насилию в тринадцать лет. Когда девочка уже вступила в переходный возраст, она начала меняться и обретать женственность. Отчим, который недавно вышел из тюрьмы, где отбывал срок за непреднамеренное убийство своей жены (согласно статье), часто на трезвую голову засматривался на Эрин.
В очередной вечер субботы, когда алкоголь в крови достиг максимальной кондиции, Пол Тревор зашел в комнату девочки и дождался, когда та выйдет с ванной.
Синяки и ссадины на теле Эрин с тех пор стали регулярным аксессуаром. Пока ей не исполнилось восемнадцать. Не закончив школу, девушка сбежала из провинциального прогнившего городка.
Устроив жизнь в большом городе, нашла достойного человека и вышла замуж. Спустя несколько месяцев к ней домой, когда муж отправился в очередную командировку, заявился непрошенный гость. Как он выяснил ее место жительства, оставалось загадкой.
Отчим выглядел еще более безумным, чем тогда, когда она ушла из дома. Пока он яростно вколачивался в худенькое тельце, все время приговаривал: «Попалась, мышка Эрин. Моя маленькая Эрин. Теперь моя Эрин».
Каким-то чудом ей удалось выгадать момент и вызвать полицию. С тех пор она не видела Пола Тревора. Вернулся муж, и Эрин предпочла умолчать о происшествии, чтобы не вспоминать больше об этом.
Через месяц девушка узнала о беременности. Какое счастье – близнецы!
Ей и в голову не пришло, что эти дети были не от ее мужа – Мартина Бакстера, а от ненавистного отчима. Лишь когда мальчики подросли и стали проявлять аморальное поведение, Эрин обратилась к психотерапевту.
Шли годы, лечение не помогало. Уильяма пришлось в шестнадцать лет отправить в психиатрическую клинику. Гарри же вел себя более адекватно. Или, по крайней мере, успешно убеждал в своей адекватности окружающих.
Спустя три года, после случая с газонокосилкой, Эрин решила разузнать о том, кто именно являлся отцом детей. Подозрения на этот счет часто посещали ее, но садистские выходки Уильяма окончательно развеяли сомнения, как и результаты анализа.
Отцом близнецов был не Мартин Бакстер.
Также в анализах, взятых уже в психиатрической клинике, было указано, что Уильям (как и Гарри) является обладателем двойной Y-хромосомы. Патологический насильник, псих и убийца.
Жить с мыслью, что она породила таких чудовищ на свет, да еще и от такого монстра, как ее отчим, было невыносимо. В один из теплых июльских вечеров Эрин Бакстер выстрелила себе в голову на глазах у мужа. Сердце Мартина Бакстера не выдержало – случился инфаркт.
Полицию вызвали не сразу – все праздновали День Независимости. Скорая помощь тоже приехала слишком поздно – Мартин Бакстер скончался.
Много позже, когда повзрослевшие близнецы дорвались до власти в Зоне Б, они четко поделили свои роли, но таким образом, чтобы можно было удовлетворять свои… нездоровые потребности.
Уильям Бакстер наслаждался страданиями Джоанны Бэйтс, когда часами избивал ее. Но это наслаждение постоянно перебивалось кислым привкусом неудачи – он так и не разузнал никаких подробностей о главе армии Хэйвена. Девушку часто видели с Хантером, а значит она входила в его близкий круг. Возможно, была доверенным лицом.
Пришлось бежать с проклятого корабля, когда этот Хантер прискакал спасать свою девчонку. Уилла тогда знатно задело, а один из мутантов даже сумел прокусить кожу своими зубами.
Отдалившись от корабля на приличное расстояние, Уилл посчитал, что удача ему улыбнулась, потому что рядом с полуразрушенным зданием его внимание привлек багги. Убедившись, что бензина в нем достаточно, Бакстер направился в сторону Зоны Б.
Первый приступ чуть не стоил ему жизни – в глазах потемнело, а тело перестало слушаться. И все это произошло во время вождения. Он едва смог выровнять багги, который был близок к тому, чтобы завалиться на бок. Резко затормозив, Уилл задрал рукав куртки и посмотрел на укус. Кожа потемнела, а от нее в разные стороны извивались черные неровные линии.
Громко выругавшись, он раздраженно выправил куртку и продолжил путь, пока на часах не сработал будильник, отсчитывающий время Прилива.
Спустя две остановки и один приступ, Уильям Бакстер устало привалился к стене бункера, в котором он планировал переждать еще один Прилив. Он бы уже давно добрался до Зоны Б, но после первой остановки в багги закончился бензин, а найти топливо можно было только в бункере, до которого он успел добраться.
Пот градом катился с него, промакивая одежду не хуже орегонского ливня. В глазах становилось все мутнее, а сознание путалось. Он уже с трудом соображал, где находится, а под конец даже имени собственного вспомнить не мог.
Уильям Бакстер умер.
Однако, через несколько часов дернулась сначала правая рука, затем левая. С судорожным вдохом он резко принял сидячее положение. Осматривая свои руки и тело, Уилл не верил своим глазам и ощущениям. Он готов был поклясться, что его последние мысли были о смерти. Да он был уверен в том, что умирает.
Бакстер ощущал в своем сознании чье-то присутствие. Особого гостя, с которым его мысли и желания полностью совпадали.
Они оба жаждали крови.
Оглядев себя, он поднялся с пола и решил принять душ и переодеться. Уильяму, в принципе, всегда было наплевать на гигиену и свой внешний вид, но в таком облачении его запросто примут за мутанта. А ведь ему надо сообщить брату новости, заодно и отыскать Джоанну, если та выжила.
И он до нее обязательно доберется, ведь в мыслях и фантазиях Уильям уже во всех красках представлял, что с ней сделает. Сломанные ребра окажутся лишь поверхностью Марианской впадины пыток, которые он ей уготовил.
***
– Это многое объясняет, – подытожил Уиллер, когда я рассказала им все, что удалось узнать об Уильяме Бакстере. – Спасибо, Джоанна, что поделилась.
Его понимающий тон и теплый взгляд говорили о многом. Да, он понимал, что погружения в свежие и болезненные воспоминания мне давались нелегко. Но если это необходимо для того, чтобы стереть с лица Земли эту ублюдскую семейку, я приложу все усилия, наплюю на собственное самочувствие и пойду по головам тех, кто встанет у меня на пути.
– Ты как? – участливо поинтересовался Хантер, потирая пальцем мою ладонь.
С того момента, как мои глаза, по словам этих двоих, поменяли цвет, Хантер не убирал свою руку. Оказывал поддержку или контролировал ситуацию – сложно было понять. Хотя, и за то, и за другое я была благодарна.
– Спасибо, в норме, – кивнула я, дернув уголком губ.
Подполковник вернулся к штурвалу и стал что-то нажимать на приборной панели.
– Уиллер, долго еще до штаба?
– Вода идет на убыль. Дальше двинемся пешком, но там и осталось немного. Часа за четыре управимся, – ответил мужчина.
– Хорошо, – сказал Хантер и обратился ко мне: – Идем?
– Да.
Возвращались обратно в молчании. Кажется, что для первого дня воскрешения я и так много разговаривала. До сих пор в недоумении, как это вообще возможно – если верить словам Хантера и реакции Терстона, я не могу быть живой. Это просто невозможно. Медик сам констатировал мою смерть.
Так почему я все еще дышу?
Подарок судьбы? Я в это не верю.
Оставшийся час, пока еще высота воды позволяла передвигаться на корабле, я провела в каюте Хантера. Сам он отправился на поиски Терстона и Тацуо – надо было предупредить их, чтобы о моем случае никто не узнал. Неизвестно, как отреагировали бы жители штаба на то, что покусанная мутантами девушка ходит среди них.
Я думала о своей семье. Безумно скучала по дочерям, по маме. Хотелось их обнять, вдохнуть родной аромат и просто забыть обо всем этом. С ними у меня отлично это получалось.
Когда пришло время покинуть корабль, мне показалось, что люди Уиллера как-то особняком от нас держатся, но именно они несли носилки с телом Мэлвина, накрытого темной одеждой. Кортес всегда находилась рядом, как и Элкай с Хантером. Только Терстон с Тацуо присоединились к нам последними.
– Слушай, Терстон, мне жаль, что так получилось, – осторожно произнесла я, виновато глядя на него.
– Ничего, – он закивал головой и нервно усмехнулся. – Все мы, порой, бываем не в себе. Главное, что ты жива. Я рад, что ты с нами, Джоанна.
Признательно кивнув, стала спускаться на землю вместе с остальными.
Суша приветствовала нас грязным и мокрым асфальтом у подножия некогда главного города всей Америки – Вашингтона. Предстояло пройти немало кварталов, чтобы добраться до искомого убежища.
– Так далеко патрули Горла – солдаты из разных городов – обычно не заходят. – Пояснила Ингрид, когда я в очередной раз хотела пополнить знания об этой местности. – Причины две – близкое расположение к побережью и мутанты. Ходили слухи, что синеглазые твари приходят отсюда.
Синеглазые твари.
А я-то теперь кто?
– Но это нам на руку, – продолжала она. – Меньше зевак и потенциальных свидетелей.
– Ага, – кивнула я.
Я вообще во многом с ней соглашалась, просто потому что спорить или разубеждать ее в чем-то не было сил. Голова гудела. Снова этот шелест и рой вернулись, атаковывая многострадальное серое вещество с новой силой. Я не сразу сообразила, когда остановилась на месте. Остальные продолжали путь, будто ничего не происходило, а я слышала…
Существо, которое притаилось на время пребывания на корабле, снова покинуло свое укрытие. Завладев моим сознанием, оно будто усиливало гул и направляло меня. Не в состоянии больше сопротивляться, я позволила ему управлять собой. Голова повернулась влево, где раньше располагался спуск в метро.
Оттуда стали появляться мутанты.
Много мутантов.
И их взгляды устремлены в одну точку.
На меня.
Глава 6
Мутанты двигались бесшумно. Первозданный ужас сдирал мою кожу, обнажая плоть, подставляя мышцы и кости острым иглам страха. Он пронизывал насквозь, лишая любой возможности пошевелиться.
Впередиидущие не замечали ничего, что происходило вокруг них, а монстр, сидящий внутри меня, предвкушающе ликовал. Он жаждал крови, тогда как я пыталась хоть как-то вернуть самообладание.
Оцепенение начало спадать, когда я разглядела, сколько именно вышло мутантов из подземного перехода.
Их было не меньше пары десятков.
Постепенно способность двигаться возвращалась, а внутренний монстр разочарованно рыкнул.
Кто-то коснулся моего плеча, и гул прекратился. Моментально.
– Джоанна, что такое? – обеспокоенно спросил Хантер.
– У нас проблемы, – я жестом указала на толпу мутантов, пытаясь отдышаться так, словно пробежала марафон.
Хантер молча взял меня за руку, и быстрым шагом мы направились к остальным, которые успели отдалиться шагов на десять.
– Уиллер, остановитесь, – почти шепотом позвал он. Подполковник дал своим людям знак прервать движение. – У нас гости.
Хантер кивком указал на выжидающих мутантов. Уиллер кивнул и достал оружие, как и его солдаты, после того, как положили на землю носилки. Кортес и Элкай перепроверили магазины в пистолетах, а мне Хантер дал небольшой револьвер. Медиков отодвинули на задний план, хотя пистолеты у них в руках я успела заметить.
– Ты же умеешь стрелять? – с легким сомнением спросил он.
– Не хуже тебя, – парировала я.
– Чего они ждут? – недоумевала Кортес.
И правда – чего они стоят и не нападают? Дула всех десяти стволов разного калибра направлены на мутантов.
– Может, стимула, – предположил Элкай.
– Тогда чего ждем мы? – задала я, наверное, интересующий всех вопрос.
– По моей команде, – Хантер сделал шаг вперед.
В голове поднялся страшный шум, за которым последовала невыносимая боль, заставив меня вскрикнуть. В этот же момент мутанты с ревом кинулись на нас. Упав на колени и обхватив голову руками, думала, что она просто расколется надвое, потому что гомон не успокаивался.
Звуки выстрелов сотрясали воздух. Кто-то схватил меня за футболку и потянул в сторону одной из уцелевших стен здания. Прислонив спиной к ней, приказал сидеть и не высовываться. Кажется, это был кто-то из людей Уиллера. Боль была настолько сильной, что на несколько мгновений перестала даже что-либо видеть, поэтому лицо не запомнила.
Я сползла по стене, выронила револьвер и, прижав ладони к ушам, притянула колени к себе, и зажмурилась. У гула появилось ощущение, переросшее в эмоцию. Эта эмоция схожа с яростью. Чистой и необузданной. Монстр внутри желал присоединиться к тем, кто нападал.
Наконец, боль стала чуть слабее, что я решила открыть глаза и посмотреть на то, что происходило. Звуки стрельбы прекратились, тишина заполнила пространство, затем начали раздаваться голоса. Сквозь гул в голове сложно было услышать, о чем именно говорили. Встать получилось со второго раза – слабость овладела телом. Выпрямившись, посмотрела перед собой и онемела.
Передо мной стоял мутант.
Он не похож на своих собратьев – был выше и мускулистее. Почерневший рот подрагивал, а руки дергались в микроконвульсиях. Ледяные глаза смотрели точно в мои. Взгляд не пустой, а осознанный.
Гул в голове обретал очертания эмоции, а затем мысли. Едва уловимая, как если попытаться угадать фасон платья по шлейфу. Так и я пыталась ухватиться и распознать эту мысль.
Бесшумно и быстро мутант рванул ко мне.
Шаг назад – уперлась в стену.
Ни шанса.
Схватив за плечи, он повалил меня на землю. Я чувствовала его смрадное дыхание на своем лице. Мутант не спешил кромсать, а в какой-то момент уткнулся носом в шею – туда, где были укусы. Это дало мне время на оценку ситуации. Выбраться из-под него представлялось нереальным, поэтому надо искать способ покончить с ним здесь и сейчас.
Шум в голове мешал логически мыслить, зато удалось рукой нащупать что-то ребристое и металлическое. Изучив подробнее, с облегчением поняла, что это револьвер, который ранее выронила в приступе.
Мутант в это же мгновение оторвался от шеи и яростно зарычал мне в лицо. Всего одно движение, длившееся менее секунды, и его мозги вылетели с противоположной от дула стороны, пачкая меня и все вокруг мерцающей синей массой. Он обмяк и всем телом навалился на меня. Оттолкнуть эту тушу не представлялось возможным.
– Джоанна! – послышался голос Хантера. – Сейчас вытащим тебя отсюда.
– Да, было бы неплохо, – простонала я, облегченно выдыхая.
Хантер, Элкай и пара солдат оттащили мутанта, а Кортес помогла подняться.
– Черт, Бэйтс! – она присвистнула. – Умеешь ты эффектно сработать!
Нервный смешок с моей стороны не заставил себя долго ждать.
