Перейти к содержанию

«Там, за зорями. Пять лет спустя»

Автор:

Категория
Современные любовные романы
Год издания
Издательство
Автор
Возрастное ограничение
18+
Обновлено
25.09.2026

Аннотация

Злата Полянская вот уже пять лет счастлива в браке с Алексеем Блотским, но в сердце живут воспоминания о Витале и той первой весне, которую они вместе провели. Нечаянная встреча и единственная ночь, все меняет вдруг -прежняя жизнь летит в пропасть. Приходится делать нелегкий выбор. Но рядом, как и прежде, остаются те немногие близкие люди, которые живут в Горновки, родная деревня, милые сердцу просторы, большом бабушкин дом и мечты о счастье, которое все так же возможно… Злате Полянской на собственном опыте предстоит убедиться, что сбывшиеся мечты – еще не гарантия счастливой жизни. Но чтобы это понять, придется многое потерять.

Читать ««Там, за зорями. Пять лет спустя»» — Оксана Хващевская онлайн

Страница 7 из 10

– Мамочка, два!

– Обязательно, моя лапочка! – улыбнулась в ответ Злата и, чмокнув сначала дочку, потом мужа, покинула кухню.

Усевшись в машину, она надела большие круглые очки в белой оправе, повернула ключ зажигания, выехала на дорогу и покатила к городу. До самого районного центра дорогу по обе стороны обступал лес. Она была совершенно пустынна. Пребывая в прекрасном расположении духа, девушка включила радио и всю дорогу до районной библиотеки подпевала знакомым мотивчикам.

Злата выехала заранее. Она не любила спешить, особенно на дороге, к тому же еще нужно было переговорить с Маргаритой Николаевной и руководством библиотеки. По приезде выяснилось, что на мероприятии будет присутствовать районное телевидение, после встречи они хотят взять у Полянской небольшое интервью.

Злата ничего не имела против. Когда закончилась официальная часть встречи с читателями районной библиотеки, когда иссякли вопросы, люди стали подходить, чтобы сфотографироваться с автором, подписать книгу, выразить свое мнение и сказать слова благодарности. Злата, сидя в кресле за столиком рядом с Маргаритой Николаевной, улыбалась, благодарила. Она не отказывала желающим сфотографироваться с ней, начиная еще с тех времен, когда они впервые выступили с Лешей в Минске на открытой площадке, поздравив ветеранов, но все так же немного смущалась.

Злата никогда не чувствовала себя «звездой». Она просто занималась тем, что ей нравилось, и была счастлива, когда видела, что людям это приносит радость. Люди подходили, отходили, Злата подписывала книги, почти не поднимая головы, и вдруг вздрогнула.

Ей просто протянули книгу… Но эти руки, эти тонкие смуглые пальцы с коротко подстриженными светлыми ногтями… Она узнала эти руки сразу же и подняла голову. И не ошиблась.

Перед ней действительно стоял Виталя. Он протягивал ей книгу и улыбался своей белозубой красивой улыбкой, которую Злата когда-то так любила.

– Привет, Злата Юрьевна! – сказал он.

Полянская лишь кивнула в ответ и, взяв протянутую книгу, поспешно опустила глаза.

– Ты надолго здесь еще? – негромко спросил он, стараясь не привлекать внимания.

Но Злата уже чувствовала на себе взгляды присутствующих, и Маргариты Николаевны в том числе.

Стало ужасно неловко. Показалось, все вокруг сразу поняли: это не просто мужчина, не просто знакомый.

– Нет, – коротко сказала она, желая, чтобы Дорош поскорее ушел.

– Не убегай так сразу. Я хотел бы поздравить тебя лично…

Девушка лишь кивнула в ответ и протянула мужчине подписанную книгу. Он отошел, а Злата не смогла побороть искушение и оглянулась ему вслед.

Дорош шел к дверям неторопливой, ленивой походкой, склонив голову, и листал книгу. Кажется, с их последней встречи мужчина заметно похудел, но это даже было к лучшему: он стал выше и стройнее, и ему бесподобно шли темно-синие узкие джинсы и нежно-розовая сорочка с короткими рукавами. Цвет ее лишь подчеркивал смуглость его кожи.

Злата отвернулась и попыталась сосредоточиться на читателях и автографах. Фотосессия, а потом еще и интервью порядком затянулись.

Полянскую то одолевало нетерпение, то, наоборот, хотелось, чтобы все это длилось бесконечно. То появлялось желание оборвать на полуслове телевизионщика и убежать отсюда, то хотелось говорить и говорить, чтобы потом, покинув библиотеку, убедиться, что мужчина ушел.

Когда Злата вышла из библиотеки, прижимая к груди букет лилий, солнце клонилось к горизонту. В библиотеке работал кондиционер, а на улице, несмотря на то, что близился вечер, было все так же душно и жарко. От прогретого за день асфальта как будто марево поднималось и плыло в неподвижном воздухе. На небе по-прежнему ни облачка…

Оглянувшись по сторонам и не увидев поблизости Витали, Злата опустила на глаза очки и поспешила к своей машине, мечтая поскорее покинуть город и вдохнуть полной грудью чистый деревенский воздух. Она не понимала, как вообще жила когда-то в городе. Теперь любая вылазка в районный центр или столицу заканчивалась для нее головной болью. Уж слишком спертым и загазованным был воздух…

Она уже открыла машину, когда увидела, как из рядом стоящего автомобиля, большого, черного, блестящего, выходит Дорош.

Сердце екнуло, но на лице ничего не отразилось. Злата улыбнулась ему непринужденно и легко, так, как улыбалась всем. Мужчина обошел машину и остановился рядом с ней.

– К тебе прямо не пробиться! – с улыбкой сказал он.

– А то ж! – в тон ему ответила девушка.

– Позволишь пригласить тебя в кафе? Здесь за углом есть неплохое местечко, и мороженое подают у них вкусное.

Злата взглянула на часы у себя на запястье. Время близилось к ужину, и дома ее наверняка уже заждались. К тому же сегодня они собирались готовить шашлыки…

– Я не задержу тебя! – перехватив ее взгляд, сказал мужчина.

– Ладно, если только ненадолго, – поколебавшись секунду, согласилась Полянская.

Она устала. От напряжения и волнения у нее сдавливало виски – первый признак начинающейся головной боли.

Злата хотела домой. Хотела переодеться, принять душ, поцеловать мужа и дочку и, расслабившись, провести вечер в кругу семьи. Но Дорошу она не смогла отказать. Она обрадовалась, увидев его. И снова испытала то трепетное волнение, позабытое уже, которое он привносил в ее жизнь.

Злата не знала, зачем он захотел снова встретиться с ней, нарушив тем самым данное когда-то обещание. Но она понимала, возврата к прошлому нет, а значит, она может вести себя с ним просто и естественно, как с давним знакомым. И ему совершенно не обязательно знать, как дрогнуло сердце при его появлении.

– Недолго! – засмеялся он и характерным жестом предложил ей идти вперед.

Кафе действительно оказалось едва ли не за углом. Оно было новым, поэтому Полянская еще не бывала здесь. Территория была огорожена плетеным забором, под большими тентами стояли столики и стулья. Внутри был небольшой зал, работал кондиционер, но, несмотря на это, сделав заказ, они вернулись на улицу и устроились за одним из немногих свободных столиков, под тентом, дожидаясь, пока официантка принесет им заказ.

Предзакатное солнце золотисто-багряным светом заливало улицы, утомленные жарой, по тротуарам неторопливо прогуливались люди. На дороге ближе к вечеру уменьшился поток транспорта. Злата положила на стол лилии и мобильный, сняла очки. Официантка, принесшая стакан холодной газированной воды, взглянув на Злату, тут же расплылась в улыбке.

– Ой, а вы Злата Полянская, да? Вы уж извините меня за назойливость, но, может быть, вы согласитесь сфотографироваться со мной? Моя мама и бабушка обожают вас! И мне тоже нравятся ваши песни! И мы вообще все в городе гордимся тем, что вы наша землячка, и вами тоже гордимся! Приезжайте к нам с концертом, вот увидите – будет аншлаг! – девушка говорила с такой неподкупной искренностью, с такой теплотой, тронувшей Злату до глубины души и смутившей одно временно.

Виталя смотрел то на официантку, то на Злату, снисходительно улыбаясь, а она чувствовала себя неловко и некомфортно. Нет, конечно, не впервые люди подходили к ней, благодарили, просили автограф и фото на память. Это не ново было для нее, пусть каждый раз немного смущало. Но это впервые происходило в присутствии Дороша, и казалось, будто она хвастается, выставляя напоказ свою известность. А ведь это было не так.

– Спасибо! – сказала она и поднялась из-за стола.

Официантка вытащила из кармана передника блокнот, вырвала листок и подала Злате ручку. Полянская быстро расписалась, а потом сфотографировалась.

Девушка, поблагодарив ее, отошла, а Злата, опустившись на стул, сделала глоток газировки, не сразу решившись поднять глаза на мужчину.

– М-да! – весело произнес Дорош. – Оказывается, с тобой теперь нельзя так просто появиться на людях! Тебя уже узнают в лицо?! Надеюсь, фотографы не сбегутся сейчас?

– Нет, не сбегутся! Меня, конечно, узнают в лицо, но не до такой степени! К тому же с журналистами мы только что общались. А тебя что, это беспокоит? Боишься попасть с компрометирующим фото на первую полосу районной газеты?

– Боюсь скомпрометировать тебя подобным фото!

– Спасибо за заботу! Но… Муж мне доверяет, а остальное… – Правда? Неужели за все эти годы ты ни разу не дала ему повода для ревности?

– Нет, не дала! – заявила девушка.

– Ни за что не поверю!

Злата нахмурилась. Да что он себе позволяет!

Дорош показал ей язык.

Полянская рассмеялась.

– А ты не боишься, что жена увидит? Прости, но мне кажется, тебе она как раз не особенно доверяет!

Виталя рассмеялся, и в его темных глазах заплясали знакомые искорки.

– К тебе она меня не приревнует! – с уверенностью заявил он.

Злата не нашлась с ответом.

– Как у тебя дела? – помолчав немного, снова заговорил мужчина.

– Если одним словом, то замечательно! А вообще приходится много работать! Как-то, знаешь, когда все только начиналось, мне хотелось, чтобы все закрутилось, что-то стало происходить, мы куда-то ездили, что-то делали. Все завертелось не сразу, постепенно набирало обороты, и теперь остановить это невозможно. Да и не нужно, – она не могла рассказывать и пересказывать ему все подробности, понимая, что ему это и неинтересно будет.

Ведь их с Лешей артистическая деятельность только на первый взгляд выглядела такой уж замечательной. Она походила на айсберг. Верх – когда они выходили на сцену, а все, что скрыто под водой, было нелегким трудом.

Потому что для того, чтобы находиться на плаву в отечественном шоу-бизнесе, впрочем, как и в любом другом, одного таланта мало.

Но у них с Блотским была одна цель, к тому же они были молоды и полны энтузиазма и готовы были идти до конца.

– Понятно, – кивнул Дорош.

Злата улыбнулась.

– Тебе, конечно, ничего непонятно, но это и неважно.

– Ну почему же…

– Вот ты зачем книгу купил? Ты же ее все равно читать не будешь?

– А отчего такая категоричность, Злата Юрьевна? Мне очень понравилось, как ты вчера говорила, и мне нравится, как ты поешь! К тому же…

– К тому же я должна и тебя тоже поблагодарить за эту книгу! Да, извини, я не забыла вчера сказать, просто…

– Я понял, – перебил ее Виталя и не стал дальше развивать эту тему.

– Как там Машка поживает? В школу уже ходит?

– В этом году пойдет!

– Я вижу ее иногда возле дома. Как же время быстро бежит. Впрочем, и мой сын в этом году уже окончил школу. Сейчас поступает в университет.

– Ты бываешь в Горновке? – спросила Злата и задержала взгляд на его руке.

Он отпил воды из стакана и опустил ладонь на светлый пластик столешницы. Смуглые пальцы безвольно лежали на столе. На среднем поблескивала золотая печатка. Полянская смотрела на его ладонь и желание коснуться ее росло и крепло в ней. Оно было совершенно не к месту и шло вразрез со всем, что она говорила, как держалась и о чем думала, но оно не отпускало, заставляя пальчики Златы нервно вздрагивать на столе.

Ну чего проще пододвинуть руку и коснуться его. Но делать этого нельзя! Сжав ладонь в кулак, Злата от греха подальше убрала ее под стол и, подняв глаза, наткнулась на внимательный взгляд Дороша. Он смотрел на нее так, как будто все прекрасно понимал, знал, о чем она думает и что чувствует.

Мужчина невесело усмехнулся, а Злата закусила нижнюю губу.

– Я бываю в Горновке. Просто я сменил машину!

– Да, я заметила, – кивнула она.

– А как вообще у тебя дела?

– Замечательно! Работаю, живу…

– Небось, как и прежде, пользуешься бешеной популярностью у девчонок! – не смогла сдержаться Злата и тут же обругала себя.

Вот не хватало еще, чтобы он решил, будто ее до сих пор это волнует!

– Конечно! А как же! Каждые выходные вожу новых на дачу! – Виталя засмеялся.

– А почему бы и нет? Жизнь коротка, что толку потом сожалеть?

– Действительно! – Злата натянуто улыбнулась.

Ей неприятен был этот разговор. Она не хотела обсуждать его любовные похождения. Злата ковыряла вилкой салат и не могла заставить себя съесть хоть немного. Что-то сдавливало горло, поднималось из глубины души, и она снова чувствовала себя так, как будто что-то прошло мимо нее, что-то очень важное, жизненно необходимое ушло безвозвратно и его не вернуть. А все, что было, что есть, теряет свою значимость…

Зазвонивший мобильный не дал ей окончательно пасть духом.

Девушка взглянула на экран.

Звонил муж.

– Извини, – пробормотала она и поднесла телефон к уху. – Да, Лешка! – прочистив горло, ответила она. – Да, встреча закончилась! О, весьма удачно, приехало даже местное телевидение! Да, все уже закончилось, но меня пригласили в кафе, отказаться я не могла! Уже разожгли мангал? Аня с Тимошей приехали? – Полянская улыбнулась. – Замечательно, я уже собираюсь домой. Минут через сорок буду! Конечно, я не стану гнать, не волнуйся! Машка хочет что-то сказать? Говорит, что соскучилась? Скажи ей, я тоже, очень-очень! Все, пока тогда! – не глядя на Виталю, говорила девушка, а когда закончила разговор, подняла глаза на мужчину.

Все это время Дорош не сводил глаз с ее лица.

– Муж звонил? – спросил он.

– Да! Извини, я поеду уже домой! – сказала она и полезла в сумку за кошельком.

– Злата, я сам расплачусь, к тому же ты ничего и не ела, только воду выпила!

– Что-то не хочется мне есть… – сказала она и поднялась из-за стола.

Дорош подозвал официантку и расплатился.

Он нагнал Полянскую на полпути к автостоянке и молча пошел рядом. Возле ее машины они остановились. Девушка повернулась и подняла к нему огромные голубые глаза.

Дорош изобразил на лице беспечную улыбку и протянул Полянской руку.

– Ну что, Злата Юрьевна, будь здорова! – весело сказал он.

Поколебавшись всего секунду, девушка протянула ему ладонь, которую он сжал и затряс. Злату от прикосновения его теплой, влажной и чуть загрубевшей ладони будто током ударило, она поспешно отдернула руку и стала открывать дверцу машины. Усевшись, она захлопнула дверцу и повернула ключ зажигания. И только выруливая с автостоянки, Полянская взглянула на мужчину. Он стоял, засунув руки в карманы брюк, и смотрел ей вслед. Злата неловко махнула ему на прощание рукой и выехала на дорогу.

Глава 7

Крепко сжимая руль, Злата чувствовала, как сжимается сердце. Перед глазами все стояли глаза Витали, и она еще ощущала прикосновение его теплой шероховатой ладони. Из глубины души поднималось что-то темное, непреодолимое… Оно сдавливало горло тоской, ложилось на сердце печалью, сметало все здравые доводы. Желание повернуть сейчас обратно, набрать его номер и хотя бы на мгновение снова оказаться в его объятиях было таким сильным, что приходилось до боли стискивать руль и кусать губы, пытаясь сдержать себя. Это было ужасно! Да, Злата Полянская это знала и чувствовала от этого себя последней дрянью, но это было и не проходило. Прошло пять лет, а ее по-прежнему неудержимо влекло к нему. Она была счастлива той жизнью, которой жила, и не уставала благодарить бога за все, что у нее было, но забыть Дороша не могла. Горновка и родной дом становились все ближе, а девушка чувствовала, что не сможет искренне улыбнуться мужу и взглянуть в его глаза.

Ничего не произошло, Дорош просто пожал ее руку, но Злата чувствовала себя так, как будто только что изменила Леше. И она ведь изменяла ему в своем сердце, в своих мыслях, в тайных желаниях. Она запрещала себе думать о Витале, вспоминать, и она смогла бы. Если бы не он… Конечно, то, что он сказал о девушках, с которыми он «дружил» и возил на дачу, неправда.