Перезагрузка

– Бедная Соня. Что она сегодня пережила.

– Мы можем выйти. А вы с Соней останетесь чтобы…

– Сначала нужно разведать здесь всё, и когда станет понятно, что здесь безопасно – расконсервировать девушек.

Сергей недовольно посмотрел на неё. В первый же день совместной жизни перечит!

– Без баб, – теперь он это слово он произнёс намеренно, – Мужики с ума посходят.

– Зато, если их пробудить сейчас, а здесь окажется опасно – нас убьют первыми. Мы физически слабее, острее чувствуем боль и у нас более хрупкие кости. Я очень надеюсь, что нашла в своём шкафчике пистолет специально для того, чтобы стрелять по тарелочкам. А если нет? – произнеся эти слова, Полина поняла, что её действительно могут убить. Наверное, при этом у неё изменилось лицо, потому что в ответ Сергей только хмыкнул.

– Ты считаешь, что мы не сможем вас защитить? – раздражённо спросил он.

– Их может оказаться больше. И неприятель может оказаться лучше оснащённым. – Зато мы – мотивированнее, – возразил Сергей.

Поля смолчала. Она понимала, что последнее слово обязательно должно быть за ним, а как же иначе, ведь он здесь альфа-самец. Вернее, он так думает. И продолжать препирательство с ним – просто нарваться на ссору. А начинать семейную жизнь со скандала как-то не очень хотелось. Тем более, что они с Серёжкой – венчанные, а венчание не предполагало развод. Да и муж ей ещё нравился, а после объявления отцом Илларионом их мужем и женой, Сергей стал казаться Полине ещё симпатичнее. Так что лучше уступить. Этот спор ни к чему.

Хотя в чём-то Сергей прав. Без девушек эти парни действительно могут с ума сойти. И чем дальше – тем труднее будет Сергею отстаивать и Полину и свой авторитет.

– «Пробуждение закончится через полтора часа», – прочла девушка на экране – том самом, на котором увидела свой номер, эта надпись дублировалась на панели управления самого саркофага, – а мне казалось, это было мгновенно. Что ж теперь у нас есть свободных полтора часа.

Полина подошла к панели, перекрывающей рельсы с противоположной стороны от зала с саркофагами. Она принялась размахивать своей карточкой, поворачивая её то так, то этак. И уже решила бросить эту затею, как панель с тихим лязгом поднялась вверх, открывая тёмный зев входа. В какой-то момент девушке показалось, что этот вход – пасть огромного чудовища, и пасть эта готова поглотить. По её коже прошёл мороз, но она пересилила страх и шагнула, уверенная в том, что будет так как было в прошлый раз и как только она окажется за порогом – в помещении включится свет. Но свет, почему-то не включился.

– Странно, – буркнула Поля, порывшись в карманах, она нашла телефон и включила фонарь. Подумав, она, включила запись видео.

Минуту спустя раздался её крик:

– Серёжа! Иди сюда!

Парень ринулся в тёмное помещение. В голосе благоверной ему послышался страх. Долго блуждать в потёмках ему не пришлось – местонахождение его жены выдал луч телефонного фонаря.

– Что случилось? – спросил Сергей, подбегая. Поля промолчала. Она продолжала водить перед стоящими плотными рядами саркофагами видеокамерой, стараясь зафиксировать всё.

Молодой человек, заглядывая через её плечо, водил глазами вслед за лучом фонарика, встроенного в телефон, в который была встроена видеокамера. Между ними повисло молчание. Из комнаты с душевыми доносился негромкий гомон голосов, но этих звуков не существовало ни для Поли, ни для Сергея. Всё их внимание захватило то, что они сейчас разглядывали. Серёга собирался что-то сказать по поводу увиденного, но тут сквозь гул саркофага, «расконсервировавшего», как выразилась Поля человека, он услышал скрежет. Сергей оглянулся: вход становился ниже.

– Дверь опускается! – прокричал он и бросился к двери: раз свет в этом помещении не включился – значит, и открыть вход будет проблематичнее. Или вообще не возможно: перед Полькой она не сразу поднялась, в следующий раз может вообще не открыться. Взломать её тоже может оказаться не возможным, ведь мародёрам, которые пытались войти в коридор, где расположены их жилые комнаты не удалось выбить дверь. Сергею казалось, что в этой темени нечего надеяться на сканирование карточки, а раз так – то лучше покинуть это помещение, пока это легко сделать.

Поля еле успевала перебирать ногами, и её муж чуть ли не тащил по полу, держа за руку.

– Быстрее! Быстрее! Уже закрывается на фиг! – не выпуская из руки запястье Полины, он опустился на четвереньки, и его спутнице уже ничего не оставалось, как последовать его примеру. Теперь ему волей-неволей пришлось отпустить её руку.

В мгновенье ока парень переполз через порог. Девушка ползла медленнее и за порогом оказались только её голова, руки и полкорпуса. Однако ползти на четвереньках она уже не могла – дверь опустилась ещё ниже и теперь Поля лежала на животе. Она старалась двигаться по-пластунски, отталкиваясь от пола локтями, но получалось у неё слишком медленно.

– Придавит, – сказал кто-то будничным тоном. Все собрались в помещении с душевыми кабинками, прямо за саркофагом, но смотрели на пытавшуюся выбраться из западни Полю. Не двигался никто. Это поразило девушку, она ощутила себя участницей чего-то вроде потешной сценки, которую потом можно будет обсуждать.

Девушка почувствовала, что уже не может двигаться и остановилась. Вдруг уже ставшие такими родными руки – руки Сергея, схватили её за оба запястья и рванули вперёд, на себя. Девушка прижала пятки к полу, потому что по высоте стопы ноги уже не проходил над порогом и одновременно вход закрылся окончательно.

Поля прислушалась к своим ощущениям, но боли в раздробленных ногах не почувствовала. Она оглянулась. Ноги были целы. Более того: они были здесь, в этом помещении, а не там, в хранилище пустых саркофагов. В помещении стало шумно. Все поздравляли Сергея, хвалили его за то, что он так быстро успел её выдернуть «оттуда» и сделал в самый последний момент, как в голливудских блокбастерах. Как будто это не они минуту назад стояли и спокойно смотрели, как она мучается, пытая выбраться из-под опускавшейся двери и при этом обсуждали придавит её, или нет. На Полю никто не обращал внимания, а она, сдвинув брови и не вставая с пола, принялась рыться в кармане. И, нащупав то, что искала, разгладила брови. Её лицо осветила улыбка.

– Ты чего не встаёшь? – спросил её Сергей.

– Я не потеряла, – довольным тоном сказала Полина и вынула телефон из кармана.

– Давай, – сказал Сергей.

Поля протянула телефон.

– Руку! Я помогу тебе встать.

Девушка положила телефон на пол, встала, опираясь на руку мужа и, подняв телефон, отдала ему. Тот сначала посмотрел отснятое сам, а потом стал показывать запись спутникам.

– Значит, предположение оказалось верным: на нас совершили нападение, – сказал Савва, просмотревший запись, передавая телефон дальше по цепочке. Все парни принимали Полин телефон, смотрели то, что она успела снять и передавали дальше. А Поля, глядя как её телефон «гуляет» по рукам, почувствовала, что начинает нервничать: вдруг потеряют. Как же она тогда без телефона? Наконец аппарат вернулся в её руки, а вдогонку за ним распоряжение:

– Видео не удаляй. Может пригодиться…

***

Поля остановила чтение своих мемуаров и, покопавшись в телефоне, нашла то самое видео, которое действительно не стала удалять, как и велел Сергей. Сначала девушка никак не могла понять, что же на нём изображено, а рассмотрев, почувствовала дрожь. Всё внутри у неё дребезжало и это дребезжание заставило трястись её плечи. Просматривая собственноручно сделанную запись, она видела, поняла весь масштаб произошедшего.

В кадре были саркофаги. Такие же, как тот, который включил Вовка, в тот день, когда они нашли костяную ступню и кровь на полу, и когда была сделана эта съёмка. Только заснятые саркофаги были пустые. Некоторые были совершенно целые и даже с закрытыми крышками, другие – поломанные, с ржавыми пятнами внутри камер и на боках кожухов, с раскуроченными панелями управления и разбитыми вдребезги крышками. Видео записало и звуки: её – Полино тяжёлое дыхание, потом звук шагов – Это подошёл Сергей. Потом был его крик о том, что дверь закрывается и всё завертелось, и экран стал чёрным – это Поля положила его в карман, когда они бежали вон из хранилища саркофагов…

Она отложила телефон, опасаясь, что не сможет совладать с собой и разобьёт его к чёртовой матери. А без телефона ей никак нельзя: телефон помогает ей вспомнить. Она должна знать, что же произошло и где все остальные. Где Сергей? Девушка вспомнила, какое у него гладкое лицо без морщин, какие правильные черты лица и какой ровный нос, а не крючковатый, как у этого и почувствовала, что скучает. Как же ей его не хватает, вот бы он сейчас здесь был! В сердце Поли разлилось тепло от мыслей о молодом муже, от воспоминаний о том, как его сильные руки обнимали её. И вдруг вопрос, возникший в голове, заставил тепло в груди смениться ледяным холодом: а вдруг его убили?

Полина почувствовала, что больше не может читать свой дневник. Страшно. Вернее тревожно. И голова болит неимоверно. Да и «он» скоро уже должен вернуться. Девушка выключила аппарат и, спрятав его, улеглась и уставилась в потолок. Мысли в её голове, раскалывавшейся от боли голове, не обращая внимания на страдания хозяйки этой самой головы, продолжили, как облака в небе плавно плыть своим чередом. У Поли зародились подозрения о том, кто именно совершил нападение на ту … ту … как же это называется? Но прежде, чем начинать что-то предпринимать, а Полина уже приняла решение так это всё не оставлять, нужно узнать, что было дальше. Поля посмотрела на настенные часы: скоро он придёт со службы… мерзкая рожа. «Ещё посмотрим: кто будет последним смеяться!» – думала девушка с ненавистью. Жаль, что физиономия Сергея не попала в кадр, после чистки памяти в голове Полины были только обрывки воспоминаний. Во сне приходили какие-то лица, но быть уверенной в том, где чьё девушка не могла. Но самое обидное было то, что спустя несколько часов после пробуждения, Поля не помнила никаких лиц. А так хотелось глянуть на Серёжу не во сне, а на яву.

Остаток дня она провела в раздумьях. А вечером он после ужина показал ей старый чёрно-белый фильм на незнакомом ей языке. После фильма он болтал без умолку, и вдруг Поля поняла: он говорил не по-русски, не так как говорил Сергей, не так как было написано в её телефоне. Но, тем не менее, она сама не понимая как, его понимала. «Язык, на котором говорю я – не его родной язык! Может быть, вместе с чисткой памяти мне внедрили в голову его язык, – поняла девушка, – Сколько же прошло времени, с тех пор как это происходило? Скорее всего и книги, которые стоят на полках в его кабинете – на его родном языке.»

Той ночью ей снова снился бункер, снова какое-то мельтешение, беготня … А ещё ей снова приснилось лицо Сергея, в этот раз лицо было нечётким и черты размыты, но кожа лица была здорового бежевого цвета … телесного цвета со здоровым румянцем, а не оливкового, как у этого!

Полина еле дождалась его ухода из дома, чтобы вновь приняться за чтение. В какой – то момент ей даже захотелось погнать его на работу пинками, но – она изо всех сил не подала виду о своём нетерпении: он ни о чём не должен догадываться …

***

– Так, девчонки, щас этот голым вывалится, а вы не замужние. Прошу покинуть помещение, – сказал Вовка сидящим на полу девушкам.

– Кто не замужний?! – возмутилась Полина.

– А у тебя первой брачной ночи не было! Без энтава брак – не действительный.

– Давай, Поля, идите, – сказал Сергей, подняв голову над саркофагом.

Девушки уже поднялись на ноги и пошли, но Вовка посчитал нужным их подогнать.

– Давайте, давайте, – он взял обеих за руки и втолкнул в проём услужливо открывшейся двери. Но едва дверная панель встала на место, как с той стороны забарабанили по ней кулаками, раздался крик:

– Дверь откройся!

Дверная панель снова с прежней услужливостью отъехала в сторону и перед Вовкой вновь предстали Поля и Соня, стоящие бок о бок. Лица у обоих были такие, словно они не на дверь, а уже на Вовку готовы были с кулаками броситься.

– Ты нас на параше запер! – не своим голосом проорала Полина. Лицо её было красно от собственного крика, а нос сморщен.

Заглянув через их плечи в помещение и, увидев ряд кабинок, Вовка проговорил задумчиво:

– Действительно, туалет.

И под всеобщие смешки девушки, как королевы, продефилировали к выходу из помещения. Когда вход закрывался, они услышали шлепок – «этот» уже выпал из саркофага. «Надо же, как полтора часа быстро пролетели?» – подумала Полина, а вслух сказала:

– А давай чаю попьём.

В своей комнате Полина усадила гостью на стул, а сама устроилась на койке и, пока ждали чай, девушка, болтая без умолку, принялась рыться в своём телефоне. Ей казалось, что Соня всё ещё в шоке от всего произошедшего с ней и она изо всех сил старалась отвлечь товарку от тяжёлых дум, и одновременно с этим, отвлекалась сама. Поля чувствовала, что и сама недалека от прострации.

Чай с лимоном был горячий, а песочное печенье сладкое и рассыпчатое. После лёгкого перекуса, полегчало обоим. И едва чашка опустела, как Полина, не отрывавшаяся от телефона во время чаёвничья, воскликнула:

– Оппа!

– Что? – спросила Соня.

«О, заинтересовалась, уже лучше», – подумала Поля и ответила на вопрос:

– Здесь есть план бункера! А это точно бункер – здесь лестница вверх имеется.

Девушка встала, подошла к гостье и положила свой телефон на стол. Пока она водила пальцем по сенсорному экрану, они обе внимательно рассматривали линии, полосы, квадраты и параллелепипеды с надписями.

– Гостиная, – прочла Поля и посмотрела на Соню. Соня посмотрела не неё – Это рядом с комнатой с душевыми. Глянем?

– Давай, – согласилась та и девушки, позабыв о чашках и о горящей красной кнопочке, призывавшей включить её, схватили тарелочку с печеньями, побежали смотреть гостиную.

И правда, возле закрытой двери в комнату с душевыми, они нашли ещё одну дверь без номера. И едва рука легла на полотно двери, как она отъехала в сторону и глазам девушек предстала гостиная.

– Уютненько, – сказала Полина и вошла первой.

Она оглядывалась кругом, и улыбка не сходила с её лица. Здесь ей действительно очень понравилось: комната была не такая большая, как то пустое помещение, где они встретились с парнями, но зато не такая тесная, как личная комнатка. Здесь было множество мягких диванов и кресел, торшеры возле них журнальные столики из тёмного стекла, огромный телевизор, что-то вроде стойки, на которой чайный и кофейный аппараты и ещё какая-то загогулина, книжные стеллажи, а на них, конечно же, книги! Бумажные книги намного удобнее читать, чем пялиться в экранчик телефона.

Полина с удовольствием устроилась в кресле. Как здорово, что есть и телевизор, и живые – бумажные книги. Она с видом кота, наевшегося сметаны оглядывала комнату – здорово здесь!

Соня устроилась на краешке дивана.

– Оба на! – это был Сергей, стоявший в проёме и оглядывавший гостиную с порога.

За его спиной она увидела очень молодого, очень высокого худого парня с огненной, короткой шевелюрой и если у Поли были тёмно-рыжие волосы, то у него наоборот – светло-рыжие. Парень был почти голый, если не считать коричневое полотенце, обёрнутое вокруг бёдер.

– Ты осетин? – спросила Полина.

– Да, – ответил тот после недолгой паузы. Он показался Полине заторможенным. Может это первое время после пробуждения он такой?

Сергей оглянулся на стоящего за его спиной парня, потом снова посмотрел на жену.

– Откуда ты знаешь?

Поля улыбнулась:

– Я на Кавказе родилась и выросла. И видела осетин с детства.

– Так, иди – одевайся, нечего перед единственными здесь девчонками не прикрытой красотой мелькать, – сказал Вовка и подтолкнул рыжего кавказца.

Тот послушно пошёл туда, куда подталкивали, а Сергей медленно вошёл в гостиную.

– А мы на полу, как дураки, сидели и сухой спирт жгли, чтоб согреться. Откуда вы узнали про эту комнату?

– В телефоне есть план, – ответила Полина и сама задала вопрос, – Как ты думаешь, это место – что именно?

– Думаю, что бункер. Здесь нет ни одного окна. И явно не корабль – не шатает. Не звездолёт, иначе в воздухе б все летали и в звездолёте, и на корабле гостей бы не наблюдалось. Значит – бункер, – и позвал, – Мужики, идите сюда.

Спустя минуту гостиная наполнилась гулом голосов. И до того просторное помещение, когда в нём все собрались, стало казаться не таким уж вместительным. Соня вжалась в спинку дивана и постаралась стать не заметной. Но ей в сером комбинезоне на зелёном фоне диванной спинки это не очень-то уж удавалось. И хоть в помещении находилось всего восемь человек, Полине показалось, что там было вавилонское столпотворение от того, что пятеро из них метались … «Как в ж**у ужаленные», – ехидно думала Поля, сложив руки на груди и положив ногу на ногу. Ей хотелось встать с кресла и подойти к книжным полкам, но она опасалась, что кто-нибудь обязательно в неё врежется.

Парни проверили бар, громко возмутились, что нет водки, а из алкогольных напитков только квас, но и его пришлось заказывать через экран и получать через 20 минут. Квасу они предложили и девушкам и те не стали отказываться.

Кое-кто нашёл книжечку, которую Полина вначале не заметила. Это оказалось руководство пользователя, которое всей компанией принялись тут же штудировать. Парни включили телевизор, который оказался не только телевизором, но и компьютером. Нашли проектор клавиатуры и, глядя на то, как пальцы тычут на кнопки, отсвечивающие на столе из маленькой коробочки, и дисплей отзывается на команды, отщёлкиваемые на столешнице, Полина очень удивилась – этого в её времена ещё не было. Как не было технологий, при которых для того, чтобы подключить к компьютеру телефон больше не нужен провод. И тут Поля задумалась: а сколько же времени прошло между аварией, в которую они с Димой попали по дороге в село – в гости к их старшей сестре Аринке и тем моментом, когда она пришла в себя здесь?

– Смотри, – сказал Савелий Сергею, когда они пересматривали запись, сделанную Полей, предварительно осветлённую, – рельсы идут дальше. Там есть ещё помещение.

– Я боюсь, что эти помещения для нас не предназначены. Значит – нам нужен программист. Здесь всё автоматизировано и программист сможет вскрыть двери так, чтобы никто не оказался в плену. Нас же с Полей там чуть было не законопатили. Еле успели выскочить. А пока нужно обследовать доступные для нас помещения и, особенно найти выход, посмотреть, что там. Давай, разверни план на весь дисплей, – распорядился тот.

Все присутствующие окружили плотным кольцом экран телевизора-компьютера и внимательно вглядывались в схематичные изображения. Больше всего Полю удивило то, что бункер имел десяток этажей.

– Так я и думал! – сказал один из двух Сань.

– Чего? – последовал уточняющий вопрос.

– Что больше двух этажей!

Следующие пару часов стали для Поли тяжёлыми: они, следуя плану в телефоне, ходили по коридорам помещениям – большим и не очень, поднимались по лестницам. Как оказалось, их жилой сектор находился на самом нижнем этаже. Непривычная к долгой ходьбе девушка очень быстро устала. Устала и Соня. А парни, казалось, только размялись. И когда Сергей обратил внимание, что девушки не только плетутся в арьергарде, но отстают всё больше, повернул обратно и, доведя их до «своего» коридора, велел девушкам сидеть или каждой в своей комнате, или вдвоём в комнате одной из них, и ушёл с компанией обследовать бункер дальше.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.