134. На смерть Джона Варра
Талант и мудрость, ум и знанья —
Почиют здесь и дарованья
Того, кто в славе упокоен
И вечной памяти достоин.
Читатель, у могилы сей,
Честь воздавая, слёзы лей;
Не ты один оплачешь прах —
Все монументы тут в слезах.
135. На Грилла
Ест, но молитвы не читает Грилл:
То суп горяч – он дует, чтоб остыл,
То, обжигаясь, он бифштекс жуёт,
Ему не до молитвы – занят рот.
136. Подозрения насчёт его чрезмерной близости с дамой
Итак, расстаться мы должны?
Судачат: слишком мы вольны,
Открыты в чувствах и нежны;
Так, невиновных, нас бранят,
И в злобе всяк обидеть рад.
Когда б встречались мы тайком,
Вот это было бы грехом,
И нас сопровождал бы стыд;
А ныне нам он не грозит,
Ведь мы чисты, и злобный глас
Уже не остановит нас:
Не грех нам отпер дверь – войдём
Мы без стыда в неё вдвоём.
Ты хороша, и мне тревожно:
Будь в этом мире осторожна —
Ведь любят сплетни распускать
О тех, в ком красота и стать.
Дурнушки бедные – не в счёт,
Ревнивый взгляд их обойдёт,
А вот красавица – прельстит
Румянцем чувственных ланит
Округлой шейкой; дивный вид
Как подозренья не вселит?
Ты, что прекрасна и юна,
От ласк моих бежать должна,
Боясь молвы, чьего-то гнева?
Ты чистоту теряешь, дева,
Не боле, чем луна, уж точно,
Что и светла и непорочна:
Пусть холодны её лучи,
Прекрасен, чист их блеск в ночи.
А коль решишь, хоть со свиданья,
Уйти, услышь моё желанье:
Чтоб мы встречаться не могли,
Пребудь хоть на краю земли —
От сплетен и меня вдали.
137. Лучше быть одиноким
С женой в приданое ты взял
Гнев, подозрение, скандал.
138. Проклятие. Песня
Клятвопреступник, прочь! но коль вернёшься
Ты к праху моему и посмеёшься
Над ним, священным; коли станешь ты
Топтать дары невинных дев – цветы,
Над красотою женскою глумиться —
О, знай, что не преминул я молиться
Злым фуриям: чтоб здесь тебя, зоил,
Борей, взметнувши прах мой, ослепил.
139. Ужаленный Купидон. Песня
В цветнике вкушая сон,
Был ужален Купидон
Пчёлкой наглой; боль сильна!
Плачет он – тут не до сна.
К матушке взлетел – она
Говорит ему: «Сынок,
Кто тебя обидеть мог?» —
«Змейка с крыльями напала
И в меня вонзила жало».
Мать, что в нём души не чает,
Улыбнувшись, отвечает:
«Ах ты, бедненький малыш!
Было больно, говоришь?
Знай, что от стрелы твоей
Боль и муки посильней!»
140. Росам. Песня
Горю?, горю?! О, росы, мне
Даруйте влагу, я – в огне!
Я жарким пламенем объят!
Его чудесен аромат,
Но жар есть гибель – а она
И в этом пламени страшна;
Неважно, где окончим путь:
В воде ли лучше утонуть
Иль в масле розовом? – Спасите,
Огонь смертельный погасите!
Но нет, я вами не любим:
Спасенье дарите другим.
141. Утешение в беде
Поверженным пусть будет в утешенье:
Нанёс им Полководец пораженье.
142. Видение
Покинут, пребывал я в чаще,
Там, где струил ручей журчащий;
Рыдал я горько, и, сморён
Своей печалью, впал я в сон;
И чудо – предо мной возник
Прекрасной девы милый лик;
Я видел, как, облачена
В тунику, шла ко мне она;
Держала лук свой боевой
С тугой шелковой тетивой;
Я зрел её, от страсти млея,
Она влекла красой своею,
Желаннее небесной манны —
Кудрями, ножками Дианы
И прелестями, что нимало
Её туника не скрывала;
Я страстный пыл сдержать не смог
И пал у обнажённых ног;
Но дева только погрозила
Прутом из мирта, молвив мило,
Но твёрдо: «Милости не жди.
Ты дерзок, Геррик, прочь иди».
143. Люби меня мало, люби меня долго
Ты говоришь – твоя любовь сильна;
А я б хотел, чтобы была она
Пусть и слаба, но чтобы дольше длилась,
Чтоб быстрой смерти с ней не приключилось.
144. О деве, целующей розу
Где розу ты лобзала,
Даря дыханье ей,
Цветов теперь немало —
Венок из роз, скорей.
145. О женщине, умершей от ревности
Ревность, что её сожгла,
С ней в могилу и легла;
