Охнув, брюнетка тут же прикладывает ладонь к губам, извиняется, и виновато улыбается. Давид в ответ одаривает её ничего не значащей улыбкой, вежливо кивает и собирается отойти, но девушка удерживает его и что-то говорит. Улыбка из виноватой становится более открытой и приглашающей. Я уже не раз видела, как девушки реагируют на моего мужа, поэтому и в этот раз не удивляюсь. Давид же особо никакой реакции не проявляет. Коротко мотнув головой, что-то отвечает и направляется к нам.
Занимает своё место рядом со мной.
– Тебя чуть не снесли? – с улыбкой киваю на красивую брюнетку, всё ещё смотрящую в сторону моего мужа.
– Типа того. Жить буду, – потянувшись за бутылкой, наливает себе коньяк, а потом косится на мой бокал, – Долить тебе вина?
– Давай.
– Ооо, Дава вернулся. Ты там себе легкие ещё не выкурил? – смеётся Армен.
– На месте, раз дышу, – усмехается Давид, наполняя мой бокал белым сухим вином.
– Как паровоз, ей Богу. Ани, ты там следи за ним. Даже я столько не курю.
– Да, я тоже заметила, что что-то он зачастил, – соглашаюсь с Арменом, положив ладонь на бедро Давида. – Ты бы и правда, чуть притормозил. Привычка все же вредная это.
– Разберусь, – коротко бросает, вручая мне бокал.
Ребята за столом смеются, мужчины пьют, разговаривая о чём-то своём. Так получается, что спустя минут двадцать девчонки пересаживаются, чтобы было удобнее разговаривать и не кричать через весь стол, а мужчины собираются на правой его половине.
– Я пропустила пять серий из-за этой поездки, – возмущается Лилит, – Ани, ты смотрела?
– Да.
Мы с ней вместе смотрим один сериал, который пока что выходит по одной серии в день. В интернете появляется только через неделю, поэтому если мы пропускаем серию по тем или иным причинам, то потом делимся друг с другом тем, что там происходило.
– Отлично. Я в понедельник забегу днем, когда мужики наши будут на работах, обсудим. И заодно следующую вместе глянем.
– Тогда и я с вами, – присоединяется Анаит, – что это вы без меня удумали сидеть?
– Да куда уж мы без тебя, – улыбаюсь ей. – Заодно Лилит расскажет о своей поездке.
– Ой, дааа. Я столько фоток наделала. Отлично мы съездили, – на её лице появляется умиление, а глаза наполняются взволнованным блеском, – прямо знаешь – иногда все-таки полезно вдвоем куда-то смотаться. С детьми конечно, тоже хорошо, но вот с мужем – прямо топчик. Эдгар даже мне вот что подарил, – протягивает ладонь и демонстрирует красивое колечко с аккуратным камушком.
– Здорово.
– Ой, класс, – с любопытством рассматривает украшение Анаит, – серебро?
– Да. СЕ-РЕБ-РО, – повысив тон, Лилит как-то странно смотрит на своего мужа через весь стол, а тот, отвлекшись от разговора, не сдерживается и громко смеётся.
– Что? – остальные недоуменно крутят головами.
Давид, Ромел и Эдгар вместе работают в ювелирной фирме, поэтому разговоры о драгоценных металлах у них в приоритете.
– Ну расскажи – расскажи, какое ты хотел мне купить, – подруга картинно складывает на груди руки, будто обижается.
– И купил бы, – твердит Эдгар, – нет, ну а что? – разводит руками, смотря на мужчин, – Я предлагал ей заказать кольцо. Из РЕДЧАЙШЕГО, – вскидывает палец вверх, – драг металла. А она отказалась. Вот что за женщина?
– Из какого? – недоумевает Анаит, пока Лилит пилит мужа сощуренными глазами.
– Из осмия, – чеканит вместо него, и все за столом разражаются смехом.
– Это чтобы, когда ты в следующий раз на работе задержался, она тебе с порога подзатыльник влепила и сразу убила? – смеётся Давид.
– Не успела бы, – ехидно играет бровями Эдгар.
– Ну ты блин, – возмущается Лилит, бросая в него через весь стол салфеткой, пока присутствующие окатывают их второй волной смеха.
– Да ладно, я же тебя люблю, – ловит летящий в него бумажный снаряд и делает вид, что жена попала ему прямо в сердце.
– Я вижу! – фыркает она, но уже спустя секунду смотрит на него влюбленными глазами.
Мои губы разъезжаются в улыбке. Я люблю наблюдать за этими двоими. Они всегда так – сначала прикалываются друг над другом, а потом обнимаются, как ни в чём не бывало.
– Лил… – зову негромко подругу.
– М?
– А осмий это….
– Металл драгоценный. Начальник ребят подумывает о том, чтобы вложиться в акции компании, которая его добывает. Давид не говорил?
– Нет. Мы не говорим о его работе особо.
– Ну, в общем, осмий – самый тяжелый драг металл в мире, – объясняет она, отрезая себе кусок мяса. – И токсичный. Им, как и ртутью, дышать нельзя, поэтому украшений из него не делают. Только для специальных целей каких-то используют.
– Аааа, – поняв, наконец, над чем все смеялись, тоже улыбаюсь. – Да уж, подарок был бы отличный…
– Мхм. Правильно сказал Давид – я бы так приложилась к макушке Эда этим колечком, мало бы не показалось.
Мы смеёмся, а чуть позже отправляемся танцевать. Я люблю живую музыку, поэтому с удовольствием присоединяюсь к девчонкам. В какой-то момент обернувшись, замечаю на себе продолжительный взгляд Давида и улыбаюсь ему. Он кивком головы отвечает, задумчиво наблюдая за тем, как я двигаюсь.
Немного потанцевав, возвращаюсь обратно.
– Подашь стакан с водой? – Трогаю мужа за плечо.
Он, взяв его, вручает мне. Смачиваю горло, и возвращаю обратно.
– Потанцуем?
Беру его за руку и тяну. Сейчас звучит медленный танец, и многие наши, разделившись по парам, отправились на танцпол.
Обведя зал взглядом, Давид встаёт, и взяв меня за руку, ведёт за собой в центр.
Обняв за талию, прижимает к себе.
– Твоя любимая песня, – говорит пока мы двигаемся. – ты в детстве ее пела постоянно.
– Да. – С улыбкой заглядываю ему в лицо. – Ты помнишь?
– Сложно не помнить, когда мы с пацанами ловили рыбу на озере, а ты приходила и распугивала её, беря самые высокие ноты.
Давид хмыкает, а я смеюсь.
– Мне казалось, что я очень хорошо пою.
– Возможно, так и было, но мы в тот момент оценить были не в состоянии.
– Я помню. Вы меня все время прогоняли, а я обижалась. Не понимала, почему вам так не нравится, я ведь стараюсь.
Давид усмехается и смотрит поверх моей головы, пока мы медленно топчемся на месте. Да, в детстве, мы с Мариам всегда бегали за ними. Нам хотелось общаться со старшими ребятами, а им конечно же, до нас малявок не было никакого дела.
Помню, как мы прибегали в слезах, жаловались, что они от нас прячутся, а мама моя успокаивала меня. Говорила, что когда я вырасту, то выйду замуж за Давида и тогда он прятаться от меня не будет. Тогда она шутила, конечно. Реальные обсуждения нашей женитьбы пошли уже позже, но я все равно запомнила тот момент. Своим детским мозгом восприняла это как установку.
Перестала бегать за ним по дворам, а просто терпеливо ждала пока вырасту.
ГЛАВА 16. Ани
Ани
Мы отдыхаем в ресторане ещё немного, а потом разъезжаемся.
Приехав домой, Давид отправляется в душ.
Звонить мальчикам уже поздно, мама час назад еще написала, что они ложатся спать. Поэтому я дожидаюсь, когда муж выйдет из ванны, и отправляюсь туда сама.
Освежившись, и приведя себя в порядок, надеваю ночную рубашку. Когда возвращаюсь в спальню, Давид уже лежит в постели, читая что-то в телефоне.
Я же занимаю свое место на правой стороне кровати и укрываюсь.
– Ты еще не ложишься?
Оторвавшись от экрана, он пару секунд смотрит на меня, будто раздумывает над чем-то, а потом блокирует телефон.
– Ты мерила белье, которое мы купили тебе?
На щеки тут же наползает краска.
– Нет.
– Примерь.
– Сейчас?
– А когда ещё? Уже неделя прошла.
Немного растерявшись, встаю и направляюсь к шкафу. Я намеренно откладывала момент примерки. Подобный формат белья – не совсем моё. Кружевные трусики танга и прозрачный бюстгалтер. Не то, чтобы я не люблю красивое белье. Люблю. И часто покупаю себе разные комплекты. Но все они другого дизайна. Более закрытого, практичного. Чтобы было удобно, нигде не терло и не давило.
Давида вроде это всегда устраивало. А на прошлой неделе, когда мы заезжали в торговый центр и накупили мне кучу одежды, он предложил зайти в магазин нижнего белья и сам мне выбрал этот комплект. Нежного бежевого цвета, но все же довольно откровенный.
Натянув трусики, поправляю их сзади. Ощущаются жутко неудобно. Как люди носят такие, которые прямо в ягодицы вонзаются?
Справившись с лифчиком, смотрю на себя и чувствую, как кончики ушей горят. Оно очень откровенное. Очень. Я такие только в сериалах видела.
И зачем Давиду было покупать мне такое?
Подавив смущение, возвращаюсь в спальню.
Муж, что все это время снова, кажется, был увлечен телефоном, переводит на меня взгляд.
Смотрит долго, оценивающе.
Мне же сквозь землю провалиться хочется. Пульс ускоряется, грохочет в ушах.
– Иди сюда, – отложив мобильный, зовёт меня.
– Мне не очень комфортно, – признаюсь, испытывая сильнейшее желание прикрыться.
Ничего поделать с собой не могу. Особенно, когда взгляд мужа настолько откровенный.
– Ты очень красивая.
Сцепив пальцы перед собой, нервно улыбаюсь.
– Спасибо.
Подойдя к кровати, останавливаюсь. Давид опускает ноги на пол и кладет ладони на мои бедра. Разворачивает меня на сто восемьдесят градусов, а я невольно зажмуриваюсь.
Не люблю, когда он так делает. Зачем смотрит? Для чего?
Поднявшись, прижимает меня к себе и гладит живот. Неторопливо, подушечками пальцев ведет по коже.
– Расслабься. Ты выглядишь сексуально, Ани, – произносит на ухо.
До меня доносится запах сигарет и коньяка. Не сказать, что Давид сильно пьян, но и не трезв на сто процентов.
– Тебе нравится? – спрашиваю через призму смущения.
– Да. А тебе?
Веду плечами.
– Не очень.
– Зря.
Потянув бретельки с моих плеч, Давид разворачивает меня к себе и целует.
