Маринка сразу же застолбила себе кровать у окна, и мне ничего не оставалась, кроме как устроиться на койке возле двери. Не самое удобное место – от входа до кровати было не больше метра, развернуться негде. Я успокоила себя тем, что это – временное жилище, да и приехали мы не для того, чтобы посидеть в номере. В остальном-то меня все устраивало.
– Что-то я проголодалась, – пожаловалась Марина, и у меня незамедлительно заурчал живот. Последний раз мы ели три часа назад, и это был всего лишь торт.
– Во сколько у них ужин? Пойдем узнаем?
Мы вышли, Маринка закрыла дверь и стала возиться в замке.
– Вот же гадство, – ругнулась она.
– Что случилось?
– Замок не закрывается! Проворачивается ключ и все. Смотри!
Она покрутила ключ и надавила на ручку. Дверь послушно открылась. Маринка закрыла ее, покрутила ключом и продемонстрировала открывающуюся дверь вновь.
Я отобрала у нее ключ и принялась вертеть сама. У нашей Маринки руки растут оттуда, откуда у нормального человека ноги! Дверь прекрасно закрывается!
Я нажала на ручку, и дверь открылась.
Я еще раз прокрутила ключ. Дверь в комнату по-прежнему открывалась проще, чем в холодильник.
– Сломан, – вынесла я очевидный вердикт. – Пойдем-ка, надо натыкать админа носом за такое разгильдяйство. У нас, в конце концов, в номере личные вещи, деньги, документы.
– Вот деньги и документы стоит прихватить с собой, – кивнула Маринка. – Сумки я бы оставила. Кому наши трусы нужны?
– Нам нужны, – отрезала я. – Или ты без них себя чувствуешь достаточно уверенно?
Администратор ютилась в закутке возле входа за высокой стойкой. Я сама не гигант, но по сравнению с ней мой рост можно было бы определить, как средний. Девушку почти не было видно, когда она крутилась на своем стульчике, лишь макушка мелькала, выдавая ее присутствие.
– Елена! – позвала Марина. – У нас проблема!
Дверь за моей спиной распахнулась, ударив меня по плечу, и в коридор проникла дамочка примерно моих лет.
Такая же тощенькая, как я, она умудрилась занять все свободное пространство и раздраженно рявкнула:
– Недобрый вечер! Пока до вас добралась, чуть колеса не растеряла по канавам. Отвратительное место! Вы администратор?
Макушечка мелькнула, и над стойкой появилась голова девушки.
– Секунду. А у вас какая проблема?
– Вы мою решите! – повысила голос стерва. – Я до вас два часа ехала. Номер оплачен, давайте ключи!
Я принялась бесцеремонно разглядывать ее. Симпатичная, хоть и накрашена вульгарно.
Голубые глаза – линзы – совершенно не сочетались с сине-голубым оттенком ее теней. Частая ошибка, которая превращает голубоглазых девушек в моделей с эротических календарей времен молодости моих родителей. Очевидно, что девушка не знала, какой макияж подбирать к этому образу и действовала наобум.
Цвет волос мог бы спасти ситуацию, но и тут она промахнулась! К холодному оттенку кожи она выбрала теплый желтоватый блонд и превратилась в какую-то торговку беляшами с вокзала. Для полноты картины нужна была оранжево-персиковая или перламутровая розовая помада, но хоть тут ее не подвел здравый смысл. Девушка просто не стала красить губы, и, в ее случае, это было самое правильное решение.
Либо она в дороге сожрала помаду от злости.
– Секунду, пожалуйста, – терпеливо произнесла администратор. – Сейчас я провожу вас в номер. Так какая у вас проблема?
Последняя реплика была адресована нам, и Маринка сходу начала жаловаться на замок. Белокурая стерва нетерпеливо топала ножкой и сверлила глазами администратора, всем своим видом демонстрируя раздражение.
Наконец, ей это надоело, и она перевела взгляд на меня.
На ее лице мелькнуло удивление, словно она только сейчас заметила, что кроме ее важной персоны существуют другие люди.
– Мастер будет завтра с утра, – пообещала администратор. – Ночью вы можете закрыть номер изнутри на щеколду. У нас очень спокойно, никто чужой не ходит.
– А постояльцы? Что, все свои? – съязвила я. – Я этих людей не знаю, уж простите. Как я могу им доверять? Давайте номер с целым замком.
– Простите, но все номера забронированы на эти выходные.
– И что нам делать? Таскать ценные вещи с собой? – нахмурилась Маринка.
– Проблема, – фыркнула блонда. – Что у вас там в чемоданах? Золото-бриллианты? Вон камеры кругом понатыканы.
Она махнула рукой вверх, и, проследив за ее взглядом, я увидела глазок камеры. Фантастически наблюдательная дамочка – сходу заметила такую неприметную штуковину.
– Верно! – обрадовалась Елена такому простому решению. – Если кто-то проникнет в ваш номер, то мы сможем посмотреть запись. Если опасаетесь за документы и деньги, то можете оставить у меня в администраторской. Я сделаю опись и завтра вам верну все в целости и сохранности. Как на это смотрите?
– А у вас дверь запирается? – прищурилась Марина.
– Даже сейф есть, – похвасталась Елена. – Здесь на стойке только компьютер, а ценное храним в комнате. Поверьте, ваши вещи будут под моей надежной защитой!
– Ладно, – согласилась я и устало вздохнула. – Других вариантов нет, спасибо и на этом.
– Все? – нагло вклинилась блонда. – Могу теперь я заселиться? В моем номере с замком порядок? Или мне обратно два часа трястись?
Мы не стали наблюдать за развитием скандала и отправились к себе.
Глава 2
Дом постепенно наполнялся отдыхающими.
Скандалистку заселили прямо напротив нас в одноместном номере, угловой трехместный номер бок о бок с ней заняла приятная молодая женщина с двумя детьми, такими же рыжими, как она сама.
Кто поселился через стенку от нас, я не успела узнать. Дверь была закрыта, и из-за нее не доносилось ни звука.
Зато я с облегчением убедилась, что шумное семейство из мамы, папы и ребенка заняло угловой трехместный номер в левом крыле. Это было очень далеко от нас, к моему большому счастью.
Причем, напрягал меня не столько ребенок, сколько его родители. Почему-то они общались друг с другом и с отпрыском исключительно на повышенных тонах.
Чуть позже подъехала то ли пара, то ли семья – красивая утонченная брюнетка с жутковатого вида кавалером, больше похожим на гоблина-переростка. Им “повезло” поселиться как раз напротив скандальной семейки, но я была за них спокойна. Такой мужик запросто утихомирит любого, кто не будет давать отдыхать.
– Ну, могло быть и хуже! – оптимистично заявила Маринка, вытряхивая вещи из сумки на кровать. – Веселой молодежной компанией тут и не пахнет, но природа – загляденье.
– Все отлично, – поспешила я успокоить подругу. – Правда. Сейчас поужинаем, потом прогуляемся перед сном, а завтра с утра на лошадях покатаемся.
– Мама! – раздалось из-за двери, и чьи-то ножки быстро пробежали по коридору. – Там еду раздают!
– О, соседский пацан принес радостную весть, – констатировала я. – Если мелкий не соврал, то жизнь налаживается!
Мы вышли из номера и, уточнив у Елены местонахождение столовой, отправились подкрепиться.
Столовая оказалась под стать всему “Бобриному утесу” – небольшая, но уютная и чистенькая. Еда на линии раздачи источала умопомрачительные ароматы, но меня при этом слегка замутило.
Вдох-выдох. Только носом. Ровно, спокойно, глубоко. Неприятные ощущения отступили, остался только зверский голод.
Столиков было всего четыре, и это был, пожалуй, единственный, но весомый минус. Номеров на базе, насколько я могла доверять своим математическим способностям, восемь. По справедливости, столиков должно быть по числу комнат, ведь далеко не все мечтают о компании на обед. Особенно те, кто селится в номерах-одиночках. Явно же люди хотят отдохнуть от социальных контактов.
А тут, получается, нас вынуждают общаться с другими постояльцами.
Шумная семейка уже заняла один из столиков за окном, а рыжая с детьми расположилась за соседним. Я тут же бросила ветровку на один из стульев пока еще свободного столика. Впрочем, шансов, что мы поедим в одиночестве, у нас не было.
И точно! Пока я выбирала самое вкусное, за нашим столиком обосновались двое парней – совсем молодые, вчерашние, а то и сегодняшние студенты.
К рыжему семейству подсела блондинка, устроившая скандал у стойки. Впрочем, теперь она была мила и любезна. Наверное, успела отдохнуть с дороги и поправить настроение. В чем-то я ее понимала, сама ведь видела, по каким ухабам пришлось добираться.
За соседним столом уютно устроилась колоритная парочка – гоблин со своеей феей, а вскоре к ним присоединилась совершенно невероятная девушка.
Девушке, как я разглядела чуть позже, оказалось “хорошо за пятьдесят”. Тонкая сетка морщинок предательски выдавала ее возраст, зато фигура и осанка были такими, что я невольно расправила плечи.
Это была настоящая стать! С каким достоинством она несла себя, не говоря уж о изяществе, с которым поставила поднос на стол.
Со спины я не дала бы больше двадцати пяти. Да и в сумерках я бы не назвала ее старухой. Если бы не слепящий закатный свет, то правда о ее годах осталась бы тайной. Я ощутила укол зависти – вот достойная старость, вот к чему стоит стремиться. А получится ли?
И все бы ничего, но одета она была так, что меня снова начал мучить приступ тошноты – разноцветная туника, от которой рябило в глазах, обилие каких-то бусиков и цепей с подвесками на шее, звенящие кольца браслетов на обеих руках. Очевидно, решила надеть “все лучшее сразу”. То ли так цепляется за уходящую, а вернее – ушедшую, молодость, то ли просто привыкла к имиджу новогодней елки.
При таких внешних данных и явной работе над собой, так промахнуться с одеждой – это еще постараться надо.
Последним в столовую вошел мужчина.
Мужик, как мужик. Ничего особенного – глазу негде зацепиться. Простые синие джинсы, светлая рубашка поло, средний рост, среднее телосложение, даже залысины были какими-то средними. Но отчего-то его цепкий взгляд мне не понравился.
– А вы тоже отдохнуть приехали?
Такой обыденный вопрос одного из парней выдернул меня из задумчивости, но Маринка сориентировалась первой.
– Празднуем мой карьерный взлет. Не то чтобы прямо взлет-взлет, но есть повод для радости, вот и решили провести выходные вне дома. А вы?
– А мы тоже празднуем! Даня защитил диплом, теперь мой брат – будущий миллионер.
– О как, – улыбнулась я. – Это где учат на миллионеров? А то я бы переквалифицировалась.
Даня, который оказался высоким, худым и сутулым очкариком, меньше всего походил на миллионера. Впрочем, откуда мне знать, как они должны выглядеть на самом деле?
– Айтишник я, – смущенно пробубнил Данил и попытался взлохматить свой русый ежик. – Пока о миллионах говорить рано, но несколько компаний уже готовы меня взять на постоянную работу с хорошим окладом. А я, честно говоря, не знаю, кого выбрать. Они думают, что я торгуюсь, но я правда запутался.
– Хорошо, когда тебя не отрывают с руками, – усмехнулся его брат. – Можно отдохнуть летом. Кстати, я Женя.
– Виталия, – снова улыбнулась я. Маринка тоже представилась и задала логичный вопрос:
– А вы, Женя, не айтишник и не миллионер?
– Я – нищий бывший теннисист, – усмехнулся Женя. – Делал ставку на спорт, а потом словил травму. Громыхнулся со стремянки в лучших традициях премии Дарвина, так что теперь мне светит максимум карьера физрука в школе.
– Да брось, – перебил Даня, и я поняла, что они об этом много разговаривали. – Починят твою ногу, будет лучше прежней.
– Два года уже чинят, – печально улыбнулся Женя. – Да и фиг с ней! А вы чем занимаетесь?
Вопрос был адресован нам с Маринкой. Мне не хотелось сильно вдаваться в подробности моей работы. Если бы это были юные девушки, то я с радостью разрекламировала бы себя – превосходного визажиста, но для парней мои способности вряд ли были интересны.
А вот Маринка с радостью ухватилась за возможность похвалиться своим достижением и с упоением принялась рассказывать о перспективах стать самым крутым Шерлоком.
Мужик в джинсах опустил свой поднос возле разноцветной бабки и довольно громко представился, протянув руку гоблину:
– Григорий!
Тот в ответ протянул свою и что-то буркнул в ответ.
– А ты, Виталия, тоже в органах работаешь? – вопрос Жени застал меня врасплох.
Я поспешно затолкала в рот ложку с рагу и принялась жевать с виноватым видом, мол, я и хотела поговорить, да что-то помешало. Маринка тут же встряла:
– Нет-нет-нет, Витек у нас девушка творческая, некогда ей преступность искоренять.
Учитывая то, что я еще не успела отойти от предыдущего расследования, в которое меня втянула подруга, это звучало иронично. Но меня все устраивало. Если не считать того, что Григорий пялился на меня чересчур внимательно.
Обычно я не обращаю внимания на то, смотрят ли на меня люди, когда я ем, но в этот раз кусок буквально застревал у меня в горле.
Не выдержав, я уставилась прямо ему в глаза. Если что-то хочет, то пусть прямо об этом скажет, черт бы его побрал!
– Что? – вдруг пошел на контакт Григорий.
– Что? – невинно захлопала я глазами.
– Вы на мне сейчас дыру прожжете, – усмехнулся мужик.
В столовой повисла неловкая тишина. Даже Глеб, который елозил и кривлялся, замер и прислушался.
– Я? – удивилась я и отложила ложку. – Мне показалось, это вы что-то хотите мне сказать.
– Если это такой подкат, то уверяю вас, мое сердце уже занято, – издевательски прищурился мужик. – Можете не стараться, вы не в моем вкусе.
Моя челюсть чуть не упала в тарелку от таких заявлений.
