Я опустила глаза и пробормотала:
– Егор Тишинский.
– Кто? – вскрикнула сестра, мгновенно подрываясь с кресла. – Да ты в своем уме? – злилась она. – Он же к женщинам относится хуже, чем к собственным запонкам, – тихонько продолжила, не желая разбудить родителей. – Этот напыщенный осел разобьет тебе сердце. И потом, насколько я знаю, он собирается жениться. – Что? Жениться? Глупое сердце замерло и камнем рухнуло вниз, к моим ногам, тихонько звякая по дорогому паркету.
– Но ведь не было никакого объявления в прессе, – промямлила в ответ.
– Объявления действительно не было – пока. – Сестренка сочувственно посмотрела на меня. – Но Ольга Строганова всегда добивается того, чего хочет, а хочет она Егора Тишинского. – Она-то, может, и хочет, а вот захочет ли он? – С этой дамочкой я тоже немного знакома, такая же беспринципная и наглая тварь, как и он сам. Прошу тебя, не лезь в этот серпентарий. – Саша уселась на пол у моих ног и положила голову мне на колени, крепко обхватывая за икры. Как раньше, я провела рукой по платиновым кудрям, мягко улыбаясь. – Он сделает тебе очень больно, а ты заслуживаешь счастья больше, чем кто-либо из нас.
– Успокойся, малыш. Что бы это ни было, но точно не любовь, да и вряд ли можно полюбить того, кто с удовольствием вытирал об тебя ноги, – спокойно сказала ей.
– Он еще и обидел тебя, – расстроенно пробубнила сестренка. – Понимаю, таким, как Егор, сложно не увлечься: красив, богат, успешен, плюс ко всему еще и умен, но у него холодное сердце, не способное любить. Помни об этом, моя дорогая.
– Не переживай. Все будет хорошо. Ты же знаешь, я у тебя кремень! – растрепала тщательно уложенные Сашкины локоны, она фыркнула. – Что мне какой-то там дракон? На один зубок!
– Просто пообещай мне, что будешь осторожна, – попросила сестра серьезно, заглядывая мне в глаза.
– Конечно, мамочка! – Напряжение, только что витавшее в воздухе, рассеялось без следа. Сашка всегда умела забрать все мои тревоги и печали.
– Совсем с тобой заболталась, пойду будить своего волка. Время отдавать супружеский долг, не то я такие проценты насчитаю – месяц из постели не вылезет. – Сестренка мечтательно вздохнула и крепко обняла меня. – Я люблю тебя, Элен.
– Знаю, – улыбнулась в ответ. – Я тебя тоже, хоть ты и бываешь настоящей занозой в заднице.
Утро ворвалось в мою жизнь потрясающими ароматами маминых сырников с протертой клубникой и сметаной. Желудок жалобно заскулил, сообщая, что дело идет к полудню, а мы еще даже не завтракали. Быстро привела себя в порядок и слетела вниз. За столом, тихонько переговариваясь, сидели родители, на большой тарелке манили румяными бочками поджаристые кружочки.
– М-м-м-м-м, мамуль, ты чудо! – едва не мурлыкала в предвкушении, обняла довольную наяду и поцеловала в щеку. – Доброе утро, пап! – Звонко чмокнула его в макушку.
– Привет, моя девочка! – ласково пророкотал он.
С улыбкой уселась за стол с чашечкой своего любимого ароматного кофе, щедро накладывая себе в тарелку мамино творение. После обеда шумным белым вихрем в дом ворвалась Сашка и утащила меня гулять. Наш участок был крайним у леса и находился довольно далеко от всех остальных, шанс наткнуться на людей был минимален, да и Рус предупредит в случае чего. Огромный серый волк с белоснежной грудкой нетерпеливо скалился. Его искрящиеся весельем глаза задорно сверкали.
– Не догонишь! – крикнула сестра, взмахом руки создавая себе сноуборд из снежинок. Встав на вполне осязаемую доску, она спружинила и широким прыжком бросилась вперед. Зверь, взрывая массивными лапами снег, за ней, я замыкала, соорудив себе такую же доску, как у сестры. Снежные вихри несли нас все дальше. Мы ловко лавировали между деревьев, пересекая поляны и лихо съезжая с небольших горок. Руслан серым пятном ушел резко вправо и на очередном вираже неожиданно бросился сестре наперерез, роняя ее в снег.
– Слезь с меня. – Сашка игриво отбивалась от черного носа, так и норовившего забраться за воротник. Волк облизал ее щеку своим шершавым языком и, отпрыгнув, метнулся за деревья. – Ах так! – Сестра поднялась на ноги и отряхнулась, взмахнула рукой, уплотняя снег под своими ногами, и кинулась в погоню. «Как дети!» – подумала с улыбкой и неспешно пошла следом, наслаждаясь звенящей морозной тишиной.
Выходные промчались как один миг. Перед отъездом родители снова уговаривали лететь с ними к их друзьям на Байкал, чтобы встречать Новый год вместе. Сестра звала в Питер. Они с Русом будут в его стае.
– Соглашайся, Ленок. – Сашкин супруг счастливо жмурился, обнимая сестренку за талию. – У нас столько свободных волков, они ни за что не оставят такую красотку без внимания.
– Вы же знаете, мы с Катей идем в Ирвин, – уже привычно ответила им, – но, если что-то изменится, я обязательно сообщу.
Началась последняя полноценная рабочая неделя перед Новым годом, следующая будет короткой. Каждый раз я с замиранием сердца смотрела свое расписание, опасаясь или, наоборот, надеясь обнаружить там знакомую фамилию, но все оставалось без изменений. Так и не определившись, чего больше в моем отношении к дракону: неприязни или восхищения, – понемногу успокаивалась, возвращая утерянную невозмутимость.
В среду позвонила Катя. Она жутко волновалась, запинаясь на каждом слове. Вообще, это было на нее совершенно не похоже. Огненные саламандры, а моя подруга была одной из самых ярких представительниц этого вида, весьма порывисты, эмоциональны, но при этом уверены в себе. Их внутренний огонь накладывал определенный отпечаток и на характер. Кстати, достать для себя полноценную подпитку резерва им было еще сложнее, чем нам, наядам. Обычный огонь наполнял саламандр крайне медленно, но и не убивал так, как нас мертвая вода. Даже стоя под душем, всегда приходилось удерживать магические щиты, потому что жидкая субстанция стремилась отобрать искру магии, с жадностью впиваясь в барьер, надеясь добраться до вожделенной вкусной энергии. Саламандрам в какой-то степени повезло больше. Даже пламя обычной свечи способно по капле возвращать им израсходованный резерв, но вот настоящим Святым Граалем для них является магма, поднимающаяся к поверхности по жерлам вулканов. Любимым развлечением огненных саламандр является купание в лаве. Весьма экстремально, хочу вам сказать. Хорошо хоть, такие события происходят довольно редко.
Услышав нотки неуверенности в голосе подруги, я, признаться, напряглась, перебирая в голове десятки вариантов того, что могло произойти.
– Лен, мне кажется, я нашла свою судьбу, – с тихим восторгом сказала Катрин.
Глава 7
И вроде бы надо порадоваться за подругу, но внутри что-то неприятно тянет, не дает покоя.
– Когда ж ты успела? – стараясь, чтобы волнение не прорвалось наружу, спросила я.
– Не поверишь, – заметно оживилась она, – в торговом центре. Решила не слишком мучить тебя шопингом, все же пытки запрещены Конвенцией Организации Объединенных Наций, и поискать что-нибудь заранее. Платье, к слову, так и не нашла, зато встретила ЕГО… – голос Кати стал мечтательно-мурлыкающим. – Пока ждала свой заказ за столиком одного из небольших ресторанчиков, увидела этого красавчика сквозь стеклянные двери. Наши взгляды встретились. Не представляешь! Это было лучше, чем прыжок со скалы в расплавленную лаву, обжигающе восхитительно. Он сразу прошел внутрь и присел за мой столик, а дальше мы проговорили, наверное, часа два. – Зная увлекающийся характер подруги, неудивительно. – В общем, в субботу у него корпоратив, и я иду туда с ним, так что составить тебе компанию на нашем ежегодном нудном сборище не смогу, – это она так о предновогоднем приеме, который организует Совет магических существ, он как раз через два дня. – И на Новый год у нас совместные планы. Прости меня, пожалуйста, я плохая подруга, но он такой…
– Что за планы? – Катя, конечно, девушка взрослая, уже разменяла не одну тысячу лет, но слишком подозрительно гладко все складывается.
– Сразу после вечеринки с его коллегами мы едем к нему за город, там и будем встречать праздник только вдвоем. Сказочно романтично, правда? – в звонком голосе саламандры искрился чистый восторг.
– Ага, – признаться, не разделяла ее воодушевления. – А где конкретно располагается его дом? – аккуратно спросила.
– Ай, да какая разница, – привычно отмахнулась несколько взбалмошная подруга, – главное – я буду рядом с ним. И вообще, что за вопросы, Элен? – Ну все, обиделась. «Элен» исключительно для случаев, когда Катрин дулась на меня.
– Прости, просто волнуюсь, только и всего, – попыталась сгладить ситуацию.
– Так не волнуйся, лучше порадуйся за подругу. Глядишь, на свадьбе скоро погуляешь, салатиков поешь, – все еще бурчала Катя, но я слышала, что она уже не злится. Может, и правда моя паранойя разыгралась, и я просто ищу везде подвох? – Так, дорогая, очень надеюсь, что праздники ты как-то без меня протянешь, потому как сразу после я познакомлю тебя с моим мужчиной. На Рождество мы хотим приехать к родителям знакомиться. – Ничего себе скорость у Катрин! И как на это решился ее избранник? В животе поселились ледяные мурашки.
– Кать, пообещай мне, что будешь очень осторожна, – напряженно и крайне серьезно попросила ее, – и перед отъездом напитаешь свой резерв под завязку. Не спорь даже. Ради меня, чтобы мне тут было спокойнее, ладно? И если вдруг хоть что-то на секунду покажется тебе странным, неуместным или пугающим, сразу связываешься со мной.
– Ты так говоришь, будто я в логово к маньяку собираюсь, а не к мужчине моей мечты. – Хоть бы это оказались разные люди! – В общем, Елена Станиславовна, отставить панику. Вернусь – обязательно встретимся. Люблю тебя, снежинка моя.
– И я тебя, мой огонек. – Горечь в горле стала весьма осязаемой, я тяжело сглотнула и сбросила вызов.
Телефон снова зазвонил. Странно. Из клиники. Что могло случиться?
– Леночка, – раздался голос нашего администратора, Ольги Сергеевны. – У нас тут пациент с острой болью. Требует непременно тебя. – О господи, неужели опять? Попыталась придать голосу непринужденность:
– Кто именно?
– Соболев Вадим Юрьевич. – И вроде бы я выдохнула облегченно, но маленькая лапка с острыми коготками разочарования пребольно царапнула в груди.
– Да-да, помню такого. Я скоро буду, – бросила и отключилась. Теперь нужно сосредоточиться на дороге.
Лишь через полчаса удалось добраться до места. Страдающий пациент терпеливо ждал. Можно сказать, ему повезло, что именно сегодня я выехала пораньше. Пригласила его в кабинет, и началась работа.
Вернувшись домой поздним вечером, расположилась на диване в гостиной и задумалась. Может, махнуть с родителями на Байкал или вон с Сашкой и Русом в Питер? Вертела оба варианта и так и этак, но не складывалось. Беспокоить маму с папой – явно не лучший выход. Они с большей охотой пообщаются со старинными друзьями, которых не видели уже года два, чем будут развлекать взрослую дочь. Да и сестра будет занята, все же молодоженам больше захочется провести время наедине, а третий лишний – не мое амплуа. Даже завлекательная на первый взгляд мысль о свободных мужчинах не слишком перевешивала чашу весов. Почему-то при мыслях о мощных, брутальных волках перед глазами упорно появлялся хмурый дракон и осуждающе качал головой. Простонав, упала лицом в маленькую подушку. Слишком много стало Егора Тишинского в моих мыслях. А ведь он наверняка будет на ежегодном предновогоднем приеме. И платья нового, как назло, нет…
Вечер субботы, Вилла Ротонда, праздничный прием магических существ
– Лен, перестань нервничать, – зашипела мне на ухо Сашка, улучив момент, когда мы остались одни. – Вон даже папа странно косится на тебя.
– Да не могу я, за Катьку волнуюсь и…
– И?
– И все, – запальчиво отрезала, в очередной раз поправляя прическу.
– Как же, – неверяще покачала головой сестра. – Твое «и все» еще не явилось, расслабься. – Александра с Русланом приехали немного раньше нас с родителями. Деятельная наяда уже успела перекинуться парой слов со знакомыми. – Идем, лучше познакомлю тебя с альфой Северной стаи. В этом году этот волк решил лично почтить своим присутствием сие мероприятие.
– Сколько пафоса! – улыбнулась я.
– Увидишь его и все поймешь. – Сашка покачала головой и поджала подрагивающие от смеха губы.
Выдохнув, словно перед экзаменом, прошла следом за сестрой в просторный зал, украшенный огнями и зимними композициями с еловыми ветками, усыпанными серебром и ягодами. С потолка свисали крупные хрустальные шары и сосульки, прямо как во дворце Снежной королевы. Пышная зеленая красавица, сверкающая гирляндами и красными с золотом шарами и игрушками, стояла у стены.
– Альберт Робертович. – Для этого вечера сестра выбрала длинное черное платье с глубоким разрезом до самого бедра, расшитое нитями из бисера. Широкая лямка обвивала шею, оставляя довольно провокационный вырез на груди. Судя по тому, как раздулись ноздри Руслана, оказавшегося рядом, он был не слишком доволен. Еще бы, глаза многих мужчин алчно сверкали, глядя на такую красоту. – Позвольте представить вам мою сестру, Елену Безрукову. – Мужчина мгновенно шагнул ближе и, подхватив мою руку, прикоснулся горячими губами к тонким пальчикам.
– Еще один бриллиант в роду Безруковых. Я очарован. – Капризные пухлые губы изогнулись в предвкушающей улыбке. Черные глаза полыхнули азартом, но меня не прельщала роль очередного трофея этого самца.
Альфа действительно был хорош собой. Как и все оборотни, он обладал мощной фигурой и был широк в плечах. Темные глаза, опушенные густыми ресницами, ровные брови, тяжелый подбородок. Пожалуй, несколько грубоватые черты лица, острые, рубленые, но от этого не лишенные своего особенного шарма, что вкупе с бешеной энергетикой создают просто взрывной коктейль. Вон как на меня недовольно взирают красотки в коротких платьях, обступившие его со всех сторон. Интересно, это у него по одной на каждый день недели?
Судя по всему, Альберт Робертович ожидал от меня более восторженной реакции, нежели обычный вежливый наклон головы и дежурная улыбка, Сашка же, наоборот, еще больше развеселилась.
– Отчего же такая красавица сегодня без спутника? – волк снова попробовал завладеть моим вниманием. – Может, присоединитесь к нам, Леночка? – Каждый его жест и поза были призваны если не сразить меня наповал, то глубоко впечатлить, однако мне совершенно не улыбалось конкурировать с уже имеющимися хищницами за лучшего самца в стае. Вон как они напряглись, только скандала не хватало. У меня же платье новое и прическа.
Глубокий зеленый цвет прохладного шелка мне исключительно шел. Почти полностью открытая спина, тонкая сетка лишь отчасти прятала нежную кожу, в центре – широкая лямка, усыпанная сверкающими кристаллами, и две атласные по бокам, декорирующие прозрачную ткань. Они соединялись между плечами, перетекая к груди. Сияющая отделка на пояснице и угловой элемент, стрелой уходящий к копчику, выглядели весьма соблазнительно, заставляя сердца свободных и не очень мужчин биться чаще. Мягкие складки на груди открывали провокационный вид на ложбинку. Длинная юбка обхватывала бедра, свободно стекая ниже к мыскам классических туфель на тонкой шпильке. Высокая прическа, собранная будто чуть небрежно, делала образ завершенным.
– И как тебе альфа? – тем временем спросила у меня неугомонная Александра, утаскивая от братьев-волков подальше.
– Красив, как экспонат Эрмитажа, да только трогать руками не рекомендуется, опасно для жизни. Видела, как напряглась его обворожительная фан-группа? Еще секунда, и они разорвали бы меня за посягательства на своего кумира. Вот уж не надо мне такого счастья, – подытожила я.
– Главное, чтобы он сам не решил тебя осчастливить своей сиятельной персоной, – передразнила моя Сашка. – Так что там с Катрин? Ты так ничего толком и не объяснила.
– Позвонила мне в среду, сказала, что встретила мужчину своей мечты. Сегодня она, кстати, с ним на корпоративе, а сразу после него уезжает к нему в загородный дом аж до Рождества, – рассказала сестре.
– Так и что тебя так взволновало?
– Да сама не знаю, – растерянно пожала плечами. – Предчувствие какое-то странное.
– Перестань. Катя – вполне самостоятельная девочка, если что, и постоять за себя может, все же огненная саламандра, причем не из слабых. Меня больше волнует, что на Новый год ты остаешься одна. Давай с нами в Питер.
– О нет, так много Альберта Робертовича я вряд ли переживу, или не переживет его группа поддержки. Одно из двух.
– Ставлю на тебя, – подмигнула Александра.
– Ты всегда верила в меня, – вернула ей улыбку. – Но как-то не хочется подобных экстремальных развлечений.
– Тогда, может, с родителями полетишь?
– Не волнуйся за меня. В конце концов, прыгну в машину и махну к вам, если что. – Неплохой план, кстати. Стоит его обдумать.
– Так, пора рассаживаться. Идем, покажу, где наши места. – Сашка утянула меня дальше. В большом зале были расставлены отдельные столы, у входа – схема рассадки. Белоснежные скатерти, кольца для салфеток, еловые веточки, ленты и яркие кровавые пятна ягод создавали настоящий натюрморт в каждой тарелке.
Безруковы-старшие уже были здесь, как и Руслан, напряженно выискивающий собственную супругу. С нами были родители Катерины и еще одна молодая пара – лесная нимфа со своим супругом-человеком. Такие союзы перестали быть редкостью в наши дни. Она, кстати, известный редактор, а он – владелец экопарка в Подмосковье. Очень уютное место, везде чувствуется душа владельца, в каждом кованом светильнике или массивной деревянной лестнице. Внезапно под лопаткой защекотало. Раздраженно дернула плечом, пытаясь скинуть странное ощущение, словно кто-то желает прожечь дыру во мне. Не сдержавшись, оглянулась. За соседним столом сидел Егор Тишинский. Заметив мое внимание, он счастливо улыбнулся и отсалютовал бокалом. У меня галлюцинации?
Глава 8
Жар крупными мазками краски брызнул на щеки. Все примечающая Сашка скользнула взглядом назад и крайне недовольно посмотрела на меня. Да-да, знаю, но ничего не могу с собой поделать. Это реакция моего тела на присутствие дракона, он слишком волнует меня, и я злюсь еще сильнее, что не могу контролировать свои эмоции. Неловко подхватила воду, делая шумный глоток, едва не захлебываясь. Папа вопросительно приподнял бровь, я натянуто улыбнулась. Приветственная речь Председателя Совета магических существ прошла мимо меня. Традиционное поздравление с наступающим праздником, и я на автомате подняла свой уже наполненный бокал. Слегка пригубила белое игристое вино – брют, легкий, как дуновение летнего ветерка, с ноткой абрикоса и айвы. Чудесно!
Салат с креветками и кедровыми орешками с апельсиново-горчичной заправкой был выше всяких похвал. От расспросов здесь и сейчас меня весьма кстати избавили официанты, разносившие холодные закуски. Но даже мусс из фенхеля со слабосоленой форелью не смог отвлечь мое скачущее галопом сердце. С трудом досидела до перерыва.
– Идем скорее, – сестра потянула меня в зал, – сегодня я буду танцевать.
– Мне уже страшно, – нервно хихикнула я. Столь решительный Сашкин настрой еще никогда не обходился без эксцессов.
Первые аккорды уже знакомой тягучей мелодии заставили улыбнуться. Найдя взглядом родителей, с удовольствием смотрела, как Станислав Безруков – солидный, крепкий мужчина, подтянутый, все еще очень красивый – невзирая на почтенный возраст, проникновенно посмотрел на свою любимую жену. Уголки тонких губ слегка поднялись, он приглашающе протянул широкую ладонь. Стоило нежным пальчикам Анастасии Безруковой выразить свое согласие, как папа, уверенно и грациозно двигаясь, повел ее в танце по залу. Отец – всегда ведущий, а мама – ведомая. Идеальная пара, возлюбленные, партнеры. Внутри привычно расцвели нежность, уважение и безмерная гордость за них. Несмотря ни на что им удалось пронести свое трепетное чувство сквозь миры и время. Крах привычных условий, испытания, боль потери – все это только сплотило их и нас с Сашкой. Мы стремились защитить наш маленький мир, нашу семью. Это была «их» песня, та, под которую они впервые танцевали в императорском дворце Аттэи.
Засмотревшись на родителей, не заметила опасность.
– Позвольте пригласить вас, прекрасная Элен, – внезапно раздался насыщенный баритон Альберта Робертовича совсем рядом. Перевела глаза: альфа стоял прямо напротив и с легким превосходством взирал на меня. В голове даже мелькнула крамольная мысль – сбежать, но, к счастью, этого делать не пришлось.
– Прошу прощения, Альберт, – от этого голоса позвоночник прострелило, кожу приятно покалывало в предвкушении, – но госпожа Безрукова уже обещала этот танец мне. – Когда, интересно?
– Что ж, – массивная челюсть волка поджалась, желваки под кожей угрожающе заиграли: не привык альфа к отказам, – тогда следующий – мой.
– Это вряд ли, – Егор усмехнулся с превосходством и, не дожидаясь реакции соперника, подхватил меня за локоть, утягивая на площадку. Я едва поспевала за его широким, чуть нервным шагом, молясь не рухнуть вниз со своих умопомрачительных шпилек. О чем я только думала, когда решила надеть именно их? Уж точно не об удобстве!
– Помедленнее нельзя? – недовольно зашипела. Дракон словно очнулся и непонимающе посмотрел на свои пальцы, крепко удерживающие мою руку чуть повыше локтя. Еще немного, и остались бы синяки, настолько мощной была его хватка. Егор завороженно провел подушечками по слегка покрасневшей коже, окончательно растерявшись.
– Прости. – Забывшись, он схватился за идеально завязанную бабочку, пытаясь ослабить узел, и судорожно задвигал массивной шеей.
Не совсем отдавая себе отчет в своих действиях, положила ладонь поверх его, обжигающе горячей, погладила легко и переплела наши пальцы. Как завороженный, он потянул меня ближе, не сводя горящего взора с наших рук, и прижался мягкими губами. Ноздри ровного носа затрепетали, жадно втягивая аромат моей кожи. Время застыло, танцующие фигуры вокруг смазались, мы будто остались одни, сплетаясь взглядами. Шоколадные омуты затягивали, и там, на самом дне, мне вдруг привиделся огромный черный дракон, что смотрел на меня, не мигая, в ответ, обжигая неожиданной нежностью. Широкая ладонь легла на спину, прижимая уверенно еще ближе. Наши тела удивительно совпадали. Его шаг вперед… мой зеркальный назад… поворот… вращение… он ведет через центр… мне все равно, что гости вокруг заинтересованно перешептываются… еще поворот… мои ягодицы вдавливаются в его пах… в ушах словно раскаты грома… я оглохла и почти не слышу музыку, да это и неважно.
Егор закидывает мою руку себе на шею, скользя самыми кончиками пальцев по тыльной стороне к ребрам, опускаясь на живот. Его губы сейчас так близко к моим, глаза сверкают восхищением и яркими искорками желания. Он качает бедрами и резко толкает вперед, перехватывая за руку, вращение – и снова назад… к нему… невыносимо близко.
– Я хочу украсть тебя, – хрипло шепчет он, но волшебство момента оказывается разрушенным язвительными словами:
– Браво, господин Тишинский.
Нас бесцеремонно останавливают. Прояснившимся зрением вижу красивую блондинку в ярко-алом платье.
– Ольга? – Всего на мгновение удивление проскальзывает на лице Егора, а в следующий миг он уже напряжен и крайне рассержен. Меня мягко задвинули за широкую спину, уводя от опасности. Строганова сейчас была ядовитой коброй, готовящейся к броску. Она воспринимала меня как соперницу и теперь хотела вернуть свое. – Что ты здесь делаешь? Как попала сюда?
– Это совершенно неважно, дорогой, – прошипела девица. – Как ты мог променять меня на нее? Безродная дворняжка… – Пухлые губы были готовы выплюнуть еще какое-нибудь оскорбление, но угрожающий рык дракона заставил ее испуганно замолчать.
– Закрой свой рот и не устраивай сцен!
– О, ты еще плохо знаешь меня, любимый. – Ольга многообещающе улыбнулась и похлопала Тишинского по груди, затянутой в дорогую ткань смокинга. – Я всегда получаю то, что хочу.
Досматривать этот спектакль не было никакого желания. Оставив парочку выяснять отношения, отправилась в дамскую комнату, очень рассчитывая, что скандальная девица за это время исчезнет. Освежившись, вышла.
– Не думай, что смогла увести его, маленькая дрянь, – как черт из табакерки передо мной выскочила Строганова. – Он только мой. Не искушай судьбу, не то ведь и беда может случиться. – Девушка сделала вид, что задумалась, постукивая острым ноготком по губе. – Например, с твоими родителями или с тобой самой. Был человек – и нет человека, – легкомысленно рассмеявшись и едва не захлопав в ладоши от сказанного, она уставилась на меня в ожидании ответа.
А что ей сказать? Что я не человек вовсе, как и большинство существ в этом зале, и, чтобы навредить кому-то из нас, понадобится небольшая профессиональная армия? Не факт, что они справятся, но могут попытаться. А вот если папочка узнает, что какая-то наглая человечка посмела угрожать его семье, он сам разберется, да так, что Строгановым еще долго будет аукаться глупая выходка дочери.
– Эй, ты оглохла, что ли? Я тебе говорю! – Не дождавшись от меня никакой реакции, Ольга шагнула еще ближе и резко вскинула руку…
