Страница 13 из 14
Она молча смотрит на меня. Такое чувство, что лазером на куски режет. Или автогеном.
– Ириш, ты чего молчишь? Привет говорю.
– Ты поездку в Краснодар подготовил? – спрашивает она, выдохнув чтобы не разораться.
– Практически да. Я сегодня вечером хочу домой полететь. Уволиться и проверить, как там и что. Не хочешь мне компанию составить? Ты же вроде намеревалась тоже сгонять.
– Это ты делаешь, что тебе заблагорассудится, – зло отвечает она, – а я вот работаю так, как этого требуют установленные нормы. Понимаешь? Этим мы с тобой отличаемся. Видишь разницу?
– Ну, типа, – пожимаю я плечами. – Вообще, не понимаю, какое кому дело, сколько я сижу за столом? Разве не результат важен?
– Так у тебя и результата пока нет никакого. Ты уже пол Союза должен был объехать за это время, да только нет. Сплошное топтание на месте. С инициативой каждый дурак выступить может. А ты вот попробуй решение в жизнь претворить и довести до конца.
– Ир, хорош, – качаю я головой. – Я, может, больше других в реализации плана заинтересован.
– Так, всё Брагин, иди ты в жопу. Скажи своему лауреату, пусть ко мне идёт. Он здесь сегодня?
– Слушай, – чуть покачиваю я головой. – Он вчера полиции содействие оказывал, поэтому не мог явиться.
– Полиции? Это на какое же он государство работает, а?
– Ой, ну не придирайся ты к словам, пожалуйста. Подумаешь, оговорился. Ты же поняла, что я про милицию.
– Нет, Брагин, ничего я не поняла. Вот вообще ничего! Ясно тебе?
– Ириш, я тоже тебя обожаю, – усмехаюсь я, поворачиваясь к двери. – Я тогда пошёл, да?
– Убила бы тебя! – бросает она мне в спину, и в тот же момент в стену с грохотом влетает дырокол и рассеивает красивое облачко конфетти.
– Ир, ну ты совсем уже, – качаю я головой и быстро выхожу из кабинета.
Сердитая начальница у меня.
Целый день я занимаюсь рабочими делами не отвлекаясь ни на каких уголовников или представителей силовых структур. Работа кипит, телефоны разрываются. Дел невпроворот. Я загружаю свою команду так, что нам даже некогда перекинуться парой слов не по делу.
В пять часов я отчаливаю, но перед этим захожу в кабинет к Новицкой.
– Ирина Викторовна, я тут вам дырокол решил занести. Ваш-то наверное уже не фурычит, да?
Она смотрит на меня прищурившись и ничего не говорит.
– Я, собственно, доложить хотел, – улыбаюсь я. – По Краснодару всё готово. Во вторник можно ехать. Я вернусь в понедельник и можем сразу мчаться дальше. Ир, слушай, ты точно со мной не хочешь поехать? У тебя дел никаких дома нет?
– Когда ты уезжаешь?
– Завтра утром, скорее всего. Не знаю ещё точно. Как Яна билет сделает, так и полечу. Сегодня хотел ещё к Большаку заскочить на ужин. Не желаешь со мной?
– Может, и желала бы, – пожимает она плечами, – да только возможности не имею. Кто-то же должен работать.
– Ириш, хорош дуться. Вспомни, что мы с тобой, как две переплетённые руки. Общее дело, между прочим, делаем.
– Так, Брагин!
– Знаешь, когда ты сидела без дела, ты мне больше нравилась. Ладно, всё полетел я. Буду нужен, знаешь, где меня искать. Здесь временно в машине телефона нет, но это ненадолго. Машину починим и всё будет, как всегда. Можешь звонить Большаку, если что. Он меня разыщет. Всё, счастливо оставаться. Чмоки-чмоки.
Я поворачиваюсь и иду к двери.
– Брагин! – окликает она меня. – Ну-ка, подойди.
Ну, ёлки. Чуть помешкав, всё-таки подхожу к ней. Она встаёт из-за стола и делает шаг ко мне.
– Ладно, – говорит примирительным тоном. – Не обижайся. Меня просто знаешь как сношают, чтобы мы всё успели. А у нас пока явное отставание от графика.
– Ничего, – улыбаюсь я, – успеем. Выполним и перевыполним, поверь, я точно знаю.
– Почему это? – хмурится она.
– Вопрос чести.
– А у меня что? Вопрос бесчестья что ли?
– Зачем ты меня себе противопоставляешь? – пожимаю я плечами, показывая, что никак это дело не возьму в толк.
– Иди сюда.
Она делает ещё шаг ко мне и обнимает. Нет, не страстно, скорее по-братски. Прижимает к себе и поглаживает по спине. По-братски, да, правда со стороны это выглядит иначе. Поэтому у Толика, который врывается в кабинет, глаза на лоб лезут.
Ирина, надо отдать ей должное, не отскакивает в сторону и не краснеет, как восьмиклассница. Всего лишь прекращает гладить меня по спине.
– Чего тебе, Анатолий? – спрашивает она, не выпуская меня из объятий. – К нам хочешь?
– Простите, – теряется он и пятится к двери.
– Всё, Егор, – усмехается Новицкая. – Ступай.
– Так ты не хочешь поехать? – спрашиваю я.
– Нет, не в этот раз. Давай, Толик, проходи. На объятия не рассчитывай. Ты же никуда не уезжаешь?
– Нет, Ирина Викторовна.
– В Краснодар мы его берём с собой, – говорю я. – И Яну тоже.
– Это какую, Авгиеву что ли?
– Да, – подтверждаю я, – Авдееву.
– Посмотрим, – кивает моя начальница. – Видно будет.
К Платонычу я приезжаю на час раньше назначенного срока. Наташка здесь уже с обеда, когда Трыня из школы вернулся. Она хотела помочь и так даже хорошо получилось. Парни её отвезли и она там с Андрюхой хозяйничала, так что Платонычу ничего делать не придётся.
Когда я захожу, в квартире пахнет просто сумасшедше.
– Егор! – бросается на меня Трыня.
– Здорово, Андрюха! Обалдеть! Тебя и не узнать! Ты куда растёшь-то?
– Да ладно, тебе, смущается он.
– Чего ладно, вон мужик уже какой здоровый. Я б тебя на улице не узнал, точно говорю!
– Ну, – смеётся он, – мимо бы не прошёл. Я бы тебя окликнул.
Мы радуемся, смеёмся, болтаем, пьём шипучку. Наташка припахивает меня с Андрюхой накрывать на стол. Прям какая-то ностальгия. Прошлая жизнь из позапрошлой жизни.
Наконец приезжает Платоныч. Он заносит кучу деликатесов в фирменных пакетах из «Берёзки» и большое блюдо из ресторана, не знаю какого.
– О, сегодня пир на весь мир? – улыбаюсь я.
– Ага.
– Я звал с собой Новицкую, но она сказала, что работы дофига и не поехала.
– В следующий раз привози, – кивает Платоныч. – Хорошая идея. Зря мне не сказал, я бы ей позвонил.
– Ещё и сейчас не поздно.
– Ну, не знаю…
– Это уж, как хочешь, – улыбаюсь я. – Дядя Юра, давай парой слов перекинемся, пока за стол не сели. Пошли в твой кабинет.
– Ну ладно. Наташенька, ты проконтролируй всё, пожалуйста. Лучше тебя, всё равно никто этого не сделает. И спасибо огромное за помощь. Весь день здесь отработала.
– Да что вы, Юрий Платонович, – улыбается она. – Это куда лучше, чем одной в номере сидеть, как Рапунцель.
Мы идём в кабинет. Выглядит он уже вполне обжитым. Книжные шкафы, пока ещё не полностью заполненные, письменный стол, лампа, как у Ильича с зелёным плафоном, диван и куча бумаг на нём.
– На следующей неделе едем в Краснодар, Сочи и Геленджик, – говорю я, – по вопросам нашего «Факела». Хочу предложить устроить выездное совещание со Злобиным и Куренковым.
– Думаешь, надо совмещать?
– Почему нет? Там в Сочи таможенный пункт, всё удобно, всё в одном кусте.
– Не знаю, мне же нужно будет как-то объяснить причину отсутствия.
Я ввожу его в курс последних событий.
– Слушай, надо подальше от всех этих брошей, Ев и прочей ерунды держаться, – качает он головой.
– Ева, как раз, может и пригодиться, – развожу я руками. – Нам нужна помощь в открытии фирм, в коммуникации и всё такое.
– Ох, лучше бы кого-то другого подыскать, раз она плотно с «конторой» сотрудничает. Нам бы лучше не светиться, сам понимаешь.
– Ну да, через неё и подыщем. У меня родственников за границей нет, так что, в любом случае, через КГБ придётся действовать, ну, через Еву то есть. А у тебя нет случайно?
– Родственников? – хмыкает он.
– Ага.
– Надо подумать.
– Серьёзно?
– С тёткой надо поговорить. У неё вроде двоюродная сестра вышла замуж за француза когда-то.
– Ого-го, – удивляюсь я. – Желательно эту инфу не афишировать.
– Так я и не афиширую, – пожимает он плечами. – Знаешь, что меня беспокоит?
– Думаю, догадываюсь, – вздыхаю я.
– Все эти Лимончики, Зурабчики и Пермяки.
– Из этого списка в наличии только Лимончик остался, – усмехаюсь я.
– Ага, но он может кровь попортить неслабо. А нельзя Злобина попросить решить с ним вопрос?
– Не хочет, он как-то участвует в их схеме. Ну а про Чурбанова я тебе сказал. Лимончик пророс во все структуры.
– Это крайне плохо, – качает головой Большак. – Он нам всю малину обделает. Чувствую, не даст спокойно работать. Как-то решать надо с ним. Ты тут большие дела намечаешь, а тыл такой неспокойный. Может, тогда вообще лавочку прикрыть или продать тому же Лимончику?
– Ха, во-первых, он не купит, ему надо нахаляву и чтобы работали другие, а он только баблос рубил. А, во-вторых, нам желательно глобальный контроль установить над этой братией. Глобальный, конечно, не получится, но если авторитет Цвета вырастет, можно будет эффективно решать вопросы на местах. А их решать придётся, поверь. На каждое предприятие с потенциальной прибылью попрут пацанчики. С кем-то будем решать с помощью отрядов, которые я сейчас как раз создаю, а с кем-то без блатных не получится. Так что все эти структуры в обозримом будущем нам понадобятся. А с Лимончиком надо решать, я согласен. Причём не просто решать, а исключительно в нашу пользу. И я очень и очень сомневаюсь, что на сходке Ферик с Цветом одержат победу.
– А чем он может быть связан с Чурбановым? – спрашивает Большак и трёт виски.
– Не знаю, – пожимаю я плечами. – Тут только догадываться можно. Но мне почему-то кажется, что без Галины Леонидовны и её бриллиантового Бори здесь не обошлось.
– Возможно, – соглашается Платоныч. – Слушай…
В этот момент раздаётся звонок в прихожей.
– Ну ладно, – кивает он. – Пошли. По поводу Краснодара я подумаю. Мне, в принципе, в Новороссийск предстоит ехать, может, получится совместить. Посмотрим.
Мы выходим в прихожую встречать Скударнова с женой.
– Ох, как вкусно пахнет! – восклицают они.
Это точно, пахнет волшебно. Я ведь не обедал сегодня.
