– Ну, тогда пойдём, узнавать, послушаем, что скажут. Ведь наверняка зачитают её прегрешения. Полезно послушать.
– Нам бы, наоборот, держаться от подобного подальше, – резонно заметил Хим. – Да и зрелище, я тебе скажу, будет неприятное. Видел я в голове Странника его мир, думаю, если вы не из одного, то из похожих. Хороший такой мир, спокойный, не привыкшие вы к подобному, выдашь себя.
– На казнь не останемся, – решила Лина, – а послушать стоит.
– Тогда пошли, – сдался Хим. – И поторопись, ждать нас не будут.
Они успели вовремя, колдунью как раз приковывали к столбу, вокруг которого уже лежали дрова.
Обычная женщина средних лет, в синем платье, избитая. Волосы тёмные, густые, но среди них уже проглядывают седые нити. Лицо приятное, морщин для её возраста слишком мало, только вот шрам на щеке всё портит, но он свежий, видимо, получила, когда её вязали.
Лина устроилась с самого краю, вперёд не полезла. Вот только ей нужно было на другую сторону площади, как оказалось, главная дорога ведёт сквозь неё.
Рядом с Линой замерли несколько телег, которым не удалось проскочить до экзекуции. На помост взобрался тучный невысокий мужичок в богатых тёмных одеждах с золотой цепью толщиной с большой палец и каким-то знаком на ней, украшенным драгоценными камнями. Ещё там присутствовали мужик в белом балахоне и парочка местных солдат.
– Жители славного города Зильтрага, – завопил пухляш, и народ тут же смолк, а Лина ещё подумала, что странно, что ей название города не перевели, – я, главный судья, обвиняю Шерту Зарал из поселения Хомок в поклонении тёмному богу, получению от него нечистой силы, которую она использовала, чтобы вредить людям, а конкретно подняла на кладбище недавно умершего старосту поселения Хомок, тому есть свидетели, кои были мной выслушаны со вниманием. Вины своей она не признала, но это и не требуется. Свидетельств почтенных граждан более чем достаточно. За свои деяния и попрания заветов светлых богов, она будет сожжена.
– Ну вот всё и выяснилось, – оскалился Хим, – просто и прозаично. А теперь давай назад, пошли, обойдём площадь по маленьким улицам, и ходу отсюда. Не нужно тебе видеть то, что сейчас начнётся.
Лина кивнула, принимая правоту спутника, и сдала назад. Вот только не успела она убраться, да и кто бы успел?
– Проклинаю вас всех, – выкрикнула женщина, – за оговор, за дремучесть, за трусость и жадность.
Мужик в белой рясе на это только улыбнулся, видимо, не было ему дела до её проклятий. Вот только Шерта Зарал не собиралась пустословить, её лицо исказилось, стало чужим, кожа прозрачной, что через неё был виден череп, который сиял каким-то голубоватым светом, а затем она выкрикнула раскатистую фразу на могучем языке, от которого так и веяло древней силой, Заноза не поняла ни слова, а ведь должна была.
– Заткните ей рот, – рванувшись к колдунье, заорал мужик в белой рясе, но было уже поздно.
Лина заметила, как из груди большинства людей, что собрались на площади, взвивается чёрная струйка дыма, их лица стремительно менялись, становясь похожими на жуткие звериные морды, тела корежило, превращая в уродливых четверолапых горбатых существ. Те, кто не подвергся изменениям, бросились прочь, но их было от силы половина. Люди вынесли Лину на боковую улочку, узкую, грязную, но ведущую в нужном направлении.
– Хим, только не надо говорить, я же предупреждал. Кто ж знал, что так будет?
– Согласен, не буду говорить, – оскалившись, произнёс химкерик. – А теперь вытаскивай свой меч, он тебе скоро понадобится.
И словно в подтверждение его слов из переулка вылетело сразу несколько искореженных проклятием людей.
Глава 5
Лина вздрогнула, пришел страх, который буквально сковал её тело. Она даже взгляда отвести не могла от того, что ещё недавно было людьми. Теперь они превратились в жутких кровожадных существ, передвигающихся на четырёх конечностях, да так ловко, словно всю жизнь так скакали. За доли секунды она смогла разглядеть даже мельчайше детали, кое-где на их теле виднелись обрывки одежды, у одного толстая золотая цепочка врезалась в шею, лысые головы лишились волос и были покрыты какими-то толстыми рубцами. Хим, который так и пребывал в образе собаки, рванулся им навстречу, и впервые Лина увидела его поражение. Тварь прыгнула, химерик тоже, они столкнулись в воздухе грудь в грудь, вот только большой чёрный пес отлетел назад, рухнув на мостовую, а сверху на него приземлился проклятый. Удар мощной лапой, на которой выросли нехилые когти, играючи вспорол бок химере.
Всё произошло так быстро, что Лина за это время успела только за рукоять схватиться, но стоило ей это сделать, как ушёл противный сковывающий её липкий страх, вернулась уверенность, проснулась сила, меч с едва слышным скрежетом покинул ножны, и Лина рванула на врага. Восемь метров она преодолела в одно мгновение. Тварь, собравшаяся вцепиться в глотку Хима, уловила движение и вскинула голову, чтобы выяснить, что происходит, как раз для того, чтобы получить мечом по невероятно толстой короткой шее. Вот только результат оказался так себе, то ли шкура оказалась невероятно прочной, то ли защищало эту тварь проклятие, но зачарованный ангелом клинок смог прорубить всего лишь половину. Этого оказалось достаточно, тварь завалилась на бок, суча лапами и вырывая камни из мостовой. Вторая, до этого не вмешивающаяся, в два скачка оказалась рядом, но Лина уже вытащила из туши проклятого клинок, и, подпрыгнув, пропустила под собой разогнавшегося искаженного. Тот оттормозился лапами, резко развернулся, одновременно нанося удар когтями, на случай, если человек решить атаковать в спину. Но лапа встретила пустоту, Заноза ударила в прыжке, вбив узкий, слегка изогнутый, клинок точно в череп твари, после чего приземлилась на плечи всё еще стоящего на лапах проклятого и, оттолкнувшись, вырывая из раны клинок, сделала полноценное сальто назад, приземлившись возле раненого Хима. Тот уже укутался дымкой, принимая истинную ипостась.
Лина завертела головой, выискивая противника, но улица была пуста, а вот город Зильтраг стремительно погружался в хаос. Со стороны площади кричали люди, которых рвали на части, рычали твари, билась где-то в стойле лошадь, почуявшая скорую гибель.
– Хим, ты как? – бросив быстрый взгляд себе под ноги и увидев, что превращение закончено, и на мостовой лежит полноценная химера, поинтересовалась Лина.
– Плохо, – с трудом подняв голову и посмотрев на рану, выдал спутник. – Сильно он меня порвал, зарастет конечно но не быстро, кровь остановилась, но с этой дырой я далеко не уйду. Да ещё, похоже, у него какая-то отрава была на когтях, на меня она почти не действует, но вот регенерации мешает.
Лина еще раз бросила быстрый взгляд на рану, когти сорвали часть бока, вырвав кусок мяса, размером с пару её ладоней, через дыру были видны рёбра, причём одно было сломано.
– Давай в крысу, я понесу тебя, – приказала девушка, – только нужно тару найти.
Лина завертела головой, выискивая, что может ей помочь, но улица была пуста, и кроме них с Химом и двух мёртвых тварей, тут ничего больше не было. Её взгляд скользнул по толстой окованной железом деревянной двери, всего в двух шагах от них, Заноза рванулась к ней и ударом ноги выбила её. После чего вернулась к Химу, который уже обратился в крысу, и, подхватив его, забежала внутрь, прикрыв дверь за собой. Большая комната, кухня, погасшая печь, стол, три стула – массивные, тяжёлые, отлично подходящие, чтобы подпереть дверь. Уложив химерика на столешницу, она быстро подставила спинку под железную ручку, теперь так просто снаружи не выбить.
– Ты тут оборону собралась держать? – проник в её голову едва слышимый слабый шёпот.
– Нет, я собираюсь найти то, в чём можно тебя нести, и свалить из этого города. Когда проклятые созданные этой колдуньей перебьют людей на улицах, то примутся за дома, твари быстрые, убиваются плохо. Думаю, местным вилами от них не отмахаться.
Лина завертела головой, ища, в чём бы можно было тащить здоровенную крысу. Мешок не годится, просто неудобно, хозяйственная сумка, большая, но ручка слабая, а вот это… Девушка подбежала к небольшому комоду с посудным шкафом и выкинула из довольно новой, хорошо сплетённой, крепкой корзины овощи.
– Вот это подойдёт, – сказала Лина, срывая с крюка довольно свежее большое полотенце, и застилая им дно, оставив часть, чтобы накрыть Хима сверху, ведь странно, когда молодая девушка, убегая из города, тащит в корзине здоровенную крысу.
Устроив химерика, она прислушалась к происходящему снаружи. Было тихо, во всяком случае, она не услышала ни рыков проклятых, ни криков людей. Окинув кухню прощальным взглядом, девушка всё же сунула в корзину пару картофелин, кусок жареного мяса, который лежал на противне, и помидор. Будет чем перекусить, когда она вырвется из этого местечка.
– Вот странно, – произнесла она вслух. – Как так получается, стоило нам с Егором появиться в мире, где мы встретили ангела, как рогатые пошли на штурм Москвы, стараясь пробить дорогу для демона. Потом мы оказались в башнях, и снова, стоило нам добраться до ключа, как появился Чужой, а за ним демон. Вот и сейчас, я пришла в город, и тут же колдунья всех прокляла. Как думаешь, есть в этом мире ключ? А то только его не хватает для полного счастья.
Ответа она не получила. Заглянув под полотенце, она увидела, что крыс в отрубе, но жив, во всяком случае, дышит.
– Ладно, Хим, давай выбираться отсюда.
Она повесила корзинку на сгиб локтя и выбила ногой стул, подпирающий дверь. Та сразу приоткрылась, и тут же в образовавшуюся щель сунула морду очередная проклятая тварь, видимо, мимо бежала. Лина рубанула её от души, как шашкой на полном скаку, сверху вниз, вложив в клинок прилично силы, на этот раз развалив череп надвое.
Проклятый рухнул на ступени, ведущие в кухню, залив пол своей чёрной кровью, а Белова просто прошла по туше, тварь была одна, она неплохо погрызла своих мертвых сородичей, похоже, она обедала, когда услышала, как Лина вышибла стул.
Девушка развернулась направо, и уже хотела уйти, но тут вспомнила про золотую цепуху на шее твари, та была внушительной, не бросать же. В два шага она оказалась возле убитого проклятого. Склонившись, девушка сдернула с шеи окровавленное золото, которое перерубила, когда пыталась снести башку. Самое интересное, она узнала ее, эта цепь и подвеска была на шее судьи. Сунув трофей в сумку, девушка двинулась в сторону, куда её вёл Хим, когда они бежали с площади. Теперь главное – не заблудиться, городок хоть и небольшой, но узких улочек хватает.
Она прошла метров пятьдесят, когда увидела несущегося ей навстречу мальчишку, за которым гнался проклятый, у твари из бочины торчали обломанные вилы, причём они ему не сильно мешали, от черенка осталось сантиметров двадцать, загнали их хорошо, и тот со своей короткой шеей просто не мог дотянуться зубами, чтобы вытащить их.
Лина поставила корзинку на мостовую и, взяв разбег, ринулась навстречу противнику. Миновав мальчишку, она сместилась чуть влево, и, разминувшись с проклятым, рубанула его по шее. И снова смогла перерубить её лишь частично, но этого хватило, чтобы тварь с разгону пропахала мордой мостовую, лишившись клыка и части зубов.
Лина вернулась к оставленной посредине улицы корзинке. Мальчишка уже куда-то спрятался, а может, нырнул в очередной проулок между домами. Некоторые, кстати, были настолько узкими, что вполне могли стать убежищем для пацана, ни одной твари не протиснуться. Но думать о сбежавшем мальчишке ей было некогда, прав Егор, они в мирах только гости, не её задача – спасать этот город.
Не прошло и трёх минут, как Лина выбралась на крупный перекрёсток с залитой кровью брусчаткой, заваленный костями и разбросанными вокруг них обрывками одежды. Площадь осталась где-то по правую руку, проклятых не видно, но слева, дальше по улице, раздавалось громкое рычание и звук, словно когти скреблись по железу. Заноза свернула на центральную улицу, и хорошо, что догадалась сначала выглянуть из-за угла, а не выходить в полный рост. Целый десяток тварей обедал, они жрали то, что осталось от жителей и двух сородичей, которые были убиты огнём, во всяком случае, куски шкуры обуглены, да и воняло на всю округу палёным мясом.
Лина медленно отступила, прижавшись спиной к каменной стене. В одиночку с мечом ей тут не прорваться, а ей нужно пройти, чтобы покинуть этот город. Лина посмотрела на противоположенную сторону улицы, узкий проулок, но не настолько, чтобы туда тварь не протиснулась. Но в тесноте им будет не до численного преимущества. Она пройдёт первой, выскочит с другой стороны, там какая-то зелень виднеется, возможно, внутренний двор, и если твари за ней увяжутся, она сможет их бить по одному на выходе.
Заноза еще раз выглянула из-за угла, прикидывая обстановку, до ближайшего проклятого метров десять, он уже обглодал труп какого-то бедняги, и теперь вертел лысой башкой в поисках новой хавки.
То ли он учуял Лину, то ли заметил, как она вполглаза за ним поглядывала, но он сделал стойку, а потом громко рыкнул, привлекая внимание сородичей. Шестеро из них, что почти догрызли трупы, тех, кому не повезло, вскочили на ноги и уставились на собрата. И Лина решилась. Если промедлить, её оттеснят обратно, на улицу, откуда она пришла. Это, конечно, не смертельно, но ей нужно выбраться из города, а не прятаться в нём. И Лина рванула вперёд, перебегая центральную улицу, нырнув в проулок между домами. Твари радостно зарычали и ломанулись следом. Вот только они были массивней Занозы, которая, пусть и не задевая плечами стены, но всё же даже локти в стороны развести не могла. Тварям же пришлось лезть следом, обдирая бока. Лина обернулась, перехватила клинок обратным хватом, в два шага сократила дистанцию. Когда тварь попыталась ударить лапой, не давая ей подойти, просто подпрыгнула и вонзила клинок в череп застрявшей туши. Выдернув оружие, она снова двинулась вперёд, пока идущий следом перелезет, она уже покинет проулок.
Проход между домами остался позади. Лина на секунду замерла, быстро выглянула наружу. Вот этого она никак не ожидала, сразу пять тварей терзали трёх лошадей в небольшой конюшне, ещё две перекрывали выход на улицу, одна стояла с задранной башкой, уставившись своими чёрным глазами в окна второго этажа. «Итого восемь, – прошептала девушка себе под нос. – Сильно много на меня одну. Плюс корзинка эта на руке болтается, и ведь спрятать негде. Хим в отрубе, а значит, его схарчат на раз». Егор потерю друга не простит, они с ним столько миров прошли. Она обернулась, проклятые прибрались через созданную ей пробку, и теперь медленно, обдирая бока, упорно продвигались в её сторону. Их было трое, в принципе, можно их тут положить и выбраться обратно прямо по их тушкам, но кто сказал, что остальные не караулят с главной улицы? В любом случае, если они сейчас рыкнут, то могут привлечь внимание тех, кто возле конюшни обедают, вот тогда она окажется в затруднительном положении, к восьми прибавятся ещё. И Лина решилась, она выскочила из проулка и понеслась в сторону перекрытого парой тварей выхода на улицу, ведущую к воротам, ничем другим она быть не могла.
Первой её засекла тварь, что пялилась в окна. Она резко обернулась и рванулась навстречу. Те, что жрали лошадей, запряженных в небольшую карету, подняли головы и, заворчав, устремились к ней с фланга. Даже одна из тварей, что перекрывала арку, ведущую на улицу, рванула вдогонку остальным. Двор был большим – тут и приличный колодец, дровяной сарай, возле которого валялся окровавленный топор и обглоданные кости. Лина неслась, как сумасшедшая, она чуяла, что скоро и за спиной появятся враги. Если бы здесь было пусто, она бы встретила их у выхода и просто бы раскроила им черепа. Но теперь нужно попробовать прорваться на улицу. Самого глазастого проклятого она рубанула походя, с оттяжкой, раскроив тому башку. Она оттолкнулась и, взмыв вверх, пропустила под собой самого шустрого из едоков. Вот только не учла, что твари тоже умеют прыгать, и тот, что вписался в погоню последним, прыгнул ей навстречу, да ещё как прыгнул, и разминуться в воздухе с ним было нереально.
Удар лапы Лина встретила клинком, даже неповоротливый увалень, который едва мог шевелиться, сжимающий в руках этот чудесный меч, был способен проявить невероятную ловкость и гибкость. Отсечённая лапа ещё только падала вниз, а Лина, оттолкнувшись от морды проклятого, сменила направление и приземлилась на крышу металлического козырька, находящегося над дверью чёрного хода. Подошвы сапог стукнули по железу, и оно отдалось гулом. Лина сделал два шага и прижалась спиной к стене. Она посмотрела вниз, там, метрах в трёх под ней, собрались твари в количестве четырех морд, остальные вернулись к прерванной трапезе. Те, что пришли за ней следом, терзали убитого ей проклятого. Лина пересчитала взглядом противников, их было десять, если считать искалеченного с отрубленной лапой, вроде положение ухудшилось, но на какое-то время она и Хим в безопасности, но вот ломиться дальше – чистое самоубийство. Похоже, она застряла на этом козырьке. Лезть вниз – редкостная глупость, порвут, несмотря на её клинок. До ближайшего окна – три метра, до крыши – чуть больше, около четырех, но с корзинкой не забраться, да и слуховое окно закрыто мощной ставней, не выломать просто так.
Лине захотелось закурить, но она себя переборола, не дай бог, кто увидит, не встречала она ещё тут курильщиков. Девушка присела на корточки, опершись спиной на стену. Да уж, её кульбиты не для каждодневного повторения, такое только в Голливуде да в китайских фильмах бывает, когда шаолиньские монахи, познавшие суть мира, бегают по воздуху, словно по лестнице. А тут всё взаправду получилось, прыжок этот невероятный, удар мечом по лапе, вон она валяется в траве двора, потом отскок на козырек…
– Да уж, – Лина перевела дух.
Одной из тварей, что была меньше всех, надоело ждать. Она взяла разбег, решив сбить человека с козырька. И ей это почти удалось. Толчок, короткий полёт, и вот она грудью рухнула на край козырька. Когти прочертили по железу, оставив в нём глубокие борозды. Тварь чёрными, ничего не выражающими, глазами уставилась на девушку, сидящую в метре от неё, а затем зад начал перевешивать, и проклятый принялся медленно сползать вниз. Заноза поднялась, короткий шаг, чудесный клинок со свистом рассекает воздух, а следом и череп. Тело полетело вниз, только борозды от когтей напоминали о неудачном прыжке и рычание снизу, где твари терзали свалившееся на них сверху мясо. Лина вернулась на прежнее место. Что ж, её убежище неидеально, но пока что признанно относительно безопасным.
Она просидела минут десять, твари больше не делали попыток до неё добраться, просто оставили стражу из двух проклятых, глодающих кости, и разбрелись по двору. Большая часть присоединилась к тем, что доедали лошадей, остальные скрылись в арке.
Лина заглянула в корзинку, Хим был жив, лежал себе на испачканном кровью полотенце, причём рана его выглядела получше, чем когда она двадцать минут назад укладывала его, во всяком случае, сломанное ребро вроде как на место встало. Именно в этот момент на плечо ей упало что-то не слишком толстое и тяжелое. Лина повернула голову и обнаружила свисающую с того самого чердачного окна короткую верёвку с накрученными на неё впопыхах узлами. Девушка посмотрела вверх и увидела здоровенного бородатого мужика.
– Залазь, давай, – скомандовал незнакомец, – госпожа магесса хочет с тобой поговорить, ты произвела на неё впечатление своими скачками.
Лина озадаченно приподняла брови, сидеть на козырьке ей не хотелось, но и иметь дело с очередной магичкой тоже не рвалась, прошлый опыт был не шибко удачным.
– Так долго тебя ждать-то? – пробасил бородач.
Лина с трудом, но убрала меч за спину в ножны, всё же доставать его куда проще, после чего, не без труда, вскарабкалась по узлам к окну, где мужик смог просто втянуть её внутрь. Она бы, наверное, без проблем бы влезла, если бы не корзинка с десятикилограммовой крысой.
– Чего ты в корзинку-то вцепилась, у тебя что там? – закрывая ставню, поинтересовался мужчина.
– А тебе какая разница? – спросила с вызовом девушка. – То, что надо там. Да хоть камни с мостовой, хочу, и таскаю.
– Да мне-то что? – сдал назад бородач. – Твоя ноша. Ладно, пошли за мной, вступай по балкам, а то вмиг провалишься.
На чердаке было темно и пыльно. Единственный источник света – открытый люк метрах в двадцати. Лине приходилось нащупывать потолочные балки ногой. Кое-как они с безымянным мужиком дошли до него и спустились по приставной лестнице, в не слишком широкий коридор, в котором было по три двери с каждой стороны.
– Что это за место? – поинтересовалась Белова. – Я прибыла в ваш город совсем недавно, и ничего тут не знаю.
– Гостиница, – охотно откликнулся сопровождающий, – самая крупная в Зильтраге. Если бы вы шли через главный вход, то непременно бы увидели зачарованную магом вывеску. Называется она «Золотой дракон».
– Дракон – это интересно, – потянула за ниточку Лина. – Это просто пафосное название или есть история?
– По легенде, когда в нашем мире ещё жили драконы-оборотни, один из них именно тут разбивал свой лагерь. Ведь вы в курсе, что остров, на котором стоит замок архимага Итора, называется Драконьим? По слухам, раньше там стояло святилище, в котором драконы приносили клятвы верности друг другу. Но это глубокая древность. И вот по слухам, верховный дракон всегда разбивал свой шатер вот на этом самом месте.
Именно в этот момент они спустились по лестнице в большую трактирную залу, где собралось человек двадцать народу. Похоже, люди забежали сюда в поисках спасения, и как ни странно, нашли его. Все они сидели на левой половине помещения, и только одна женщина, лет сорока, хорошо одетая, с изысканной прической, занимала стол на правой, окна которой выходили во двор, где ещё пятнадцать минут назад Лина демонстрировала проклятым акробатические трюки с мечом. Белова присмотрелась к женщине, вид у неё был усталым, а руки, которые она положила на столешницу, тихонько светились.
– Госпожа магесса, – склонился в поклоне бородач, – я привёл её, как вы и велели.
Женщина повернулась к нему и резко мотнула головой, жест был однозначный, скройся и не мешай, понадобишься, позову. Мужик ещё раз поклонился и молча отвалил за стойку, оставив Лину стоять перед магичкой в одиночестве.
– Садись, – приказала та, указав взглядом на лавку напротив. – Я поддерживаю щит по стенам гостиницы, и это очень нелегко. Так что, я сейчас не в лучшем расположении духа. Проклятым сюда ходу нет, но моих сил надолго не хватит.
Лина, молча усевшаяся напротив, вопросительно уставилась на магессу.
– Госпожа?
Та устало вздохнула, словно сейчас на её плечах лежала вся тяжесть мира.
– Я всё объясню чуть позже, когда этот старый похотливый козел, архимаг Итор, во владениях которого мы находимся, соизволит явиться и навести порядок. Я прошу тебя, не покидать меня, пока мы не поговорим. Но если вкратце, я видела, на что ты способна, и хочу предложить тебе службу. Если ты заинтересована, мы поговорим, если нет, просто вставай и уходи.
– Не вздумай уходить, – неожиданно раздался в голове Лины голос Хима. – Это отличный шанс – и покровительницей обзавестись, и работой. А может, если эта сука Мира не врала, то и дар у тебя имеется, всегда полезно приобрести знания, которые помогут вам с Егором. Не вечно же тебе за рукоять меча держаться.
– Мне интересно ваше предложение, госпожа, – почтительно склонила голову Лина. – Но позвольте узнать ваше имя?
– Я магесса второй ступени Зиера де Рулар, я тут проездом, направляюсь в свою усадьбу в двух днях пути отсюда. А теперь прошу, оставь меня, очень тяжело контролировать щиты и вести беседу. Можешь поесть пока спокойно, силы тебе точно понадобятся.
– Про меня не забудь, – тут же заявил Хим, – мне сейчас надо жрать в три горла. Может, запустишь меня в местный погреб с мясными деликатесами?
– Чтоб тебя хозяин табуреткой пришиб? – зашептала Лина, едва шевеля губами, надеясь на чуткий слуг Хима. – Или из самострела, что на стойке лежит, подстрелил? Попробуем решить дело деньгами.
– Ну, попробуй, – согласился химерик.
Хозяин, тот самый бородач, стоял за стойкой и, похоже, слышал весь разговор с госпожой де Рулар.
– Перекусите? – вежливо спросил он. – Всё за счёт заведения.
Лина мысленно усмехнулась. Странно, если бы было иначе, магесса им жизнь спасает, конечно, в основном себе, но и им попутно. И лучше её не злить.
– Мне бы комнату отдельную, передохнуть надо, чего-нибудь горячего, мясного, вина бокал, и ногу свиную сырую. За ногу заплачу.
– Есть отличный суп из баранины, густой, много мяса и овощей, сварил незадолго до того, как все началось, хотя он немного островат. А нога-то вам зачем?
– Нужна, желательно килограмма на четыре. Но если будет больше, еще лучше.
Трактирщик кивнул.
– Пройдите на второй этаж, первая комната слева свободна, там вам никто не помешает. И привести себя в порядок сможете, таз с умывальником имеется, а то кровью всё лицо залито. А еду вам Хира принесёт, – он мотнул головой в сторону служанки. – За ногу с вас пятнадцать медяшек.
Лина кивнула и, порывшись в сундучке, вытащила запрошенное количество медных монет и выложила их на стойку. Бородач смахнул их себе в руку и указал на лестницу.
– Еда будет минут через десять.
Лина кивнула и пошла в указанном направлении. Что ж, всё вышло неплохо, гораздо лучше, чем могло бы быть. Прав Егор, случай – великая вещь.
Глава 6
Лина выглянула в окно, выходящее на улицу, ведущую к нужным ей воротам, и обнаружила сразу трёх тварей, одна из которых разбежалась и попыталась вломиться в дверь гостиницы. Скорость проклятый набрал приличную, никакая дверь не выдержит. Но защита магессы Зиеры оказалось сильней, тварь отбросило, да ещё шкуру чем-то опалило. Та отскочила к своим собратьям. При этом Лина увидела, как опалённая шкура очень быстро восстанавливается, и пяти минут не прошло, как на обугленном до мяса боку и следа не осталось. А вообще вид из окна удручал, в доме на противоположенной стороне улице, что стоял наискосок, начинался пожар. Из окон второго этажа валил дым, через который были видны языки пламени. Ещё чуть дальше твари порвали целый отряд стражи, поломанные копья, выпавшие из рук мечи, порванные кольчуги. Правда, двух проклятых вояки всё же убили, но размен вышел не в их пользу, все полегли. А так обглоданных костяков на улице хватало. Если город и оправится, то пройдёт немало времени. С площади удалось вырваться многим, твари только перерождались, а вот убежать от них и спрятаться – единицам. Но больше всего Лину интересовал вопрос, чего твари ждут? Они – жертвы проклятия, они должны убивать тех, кого оно минуло, и бежать дальше в поисках новых жертв. А они ведут осаду гостиницы, с не очень активными попытками пробиться внутрь, или жрут людей, которых убили, себе подобных, или животных. Откуда такая неспешность? Конечно, в городе уцелело не так много людей, вообще городок небольшой, и половина, а то и три четверти из них, были на площади, треть стала проклятыми и разбежалась по улицам, догоняя тех, кому повезло. Но вот почему они не продолжают охоту, а жрут?
– Возможно, им требуется есть, чтобы не умереть, – подал голос Хим, высунув крысиную мордочку из-под полотенца. – Я кое-что понимаю в подобных проклятиях, хотя такого не видел, но в голове моего первого хозяина-мага было очень умных слов, вроде – ускоренный метаболизм, короткая жизнь. Подобные твари быстро гибнут, они не полноценные, живут взаймы, они наделены силой, регенерацией, скоростью и ловкостью. Это сжигает их. Думаю, даже если к вечеру архимаг не явится, чтобы их уничтожить, они сами сдохнут.
– Что ж, это разумное объяснение, – ответила Лина вслух.
В этот момент дверь распахнулась, и на пороге появилась высокая, крепкая девица с впечатляющим буфером и не менее впечатляющим задом. Она вошла в комнату и поставила на стол здоровенный поднос, на котором была глубокая миска с густым варевом и деревянной ложкой, несколькими кусками хлеба, от которой шёл просто божественный аромат. Рядом стоял бокал и кувшин с вином, а на второй части лежала большая сырая свиная нога весом килограммов пять, а то и чуть больше. Девица, избавившись от ноши, облегченно выдохнула и, пожелав приятного аппетита, покинула комнату.
Лина же направилась к умывальнику, под которым стоял таз. Надо сказать, что в этом мире уже додумались до обычной садовой поливалки с язычком. Хим же, выбравшись из корзины, сволок ногу, которая по размерам была больше него в два раза, на пол и принялся обращаться в пса, видимо, решил, что ему будет проще расправиться со своей порцией. Он бы и в химеру перекинулся, если бы не было опасности, что его примут за проклятого.
Лина смыла кровь, вытерлась, закрыла на засов дверь и уселась за стол. Варево было горячим, густым, суп не суп, гуляш не гуляш, вроде на Кавказе подобные рецепты, она хоть и умела готовить, но всё же делала блюда куда как проще. Хотя рецепт маминого борща остался в её памяти навечно. Интересно, а есть в этом мире ингредиенты, необходимые для его приготовления? Она бы с радостью тарелочку навернула, всё же привет из дома. Хим, загнав кость в угол, стоя на слегка подрагивающих лапах, уже отрывал внушительные куски мяса. Лина, решив от него не отставать, да и есть хотелось, вооружившись ложкой, зачерпнула жижу из кусков овощей и мяса. Подув, девушка отправила первую ложку в рот, вкусно и остро, был её вердикт, Егору бы наверняка понравилось. Она смолотила всю миску, в которой, наверняка, больше полулитра, и, вытерев рот, плеснула в бокал из толстого мутного стекла красного густого вина.
– Сладкое, – вздохнула, она, но всё равно допила.
Потом, посмотрев на дверь, улыбнулась и вытащила из рюкзака пачку, а оттуда сигарету. Активировав нагревательный элемент, девушка прикрыла глаза и сделала первую затяжку. Что ж, её робинзонада продолжается, уже есть успехи. И если ей удастся какое-то время протянуть без Егора, который точно явится за ней, или её утянет к нему, то она сможет вполне собой гордиться, главное – дожить до этого дня.
Лина бросила взгляд на Хима, тот лежал на полу, прижав лапой обглоданную кость, и обрывал с кости оставшиеся куски мяса. Девушка подошла, присела рядом, раздвинула шерсть и посмотрела на рану. Ну что сказать? Всё стало гораздо лучше, сейчас она выглядела так, будто ей пару недель. Через несколько часов и шрама не останется.
