Сегодня мне хочется быть беззаботной
Сегодня мне хочется быть беззаботной: ничто не щемит и ничто не тревожит. И в прошлое голову не окунаю. Сегодня я там ничего не увижу. Сегодня мне кажется: прошлого нету. А с будущим как? Вдруг завтра обвалом придавит и больше не даст мне подняться? А может быть так, как вчера и сегодня: войдёт незаметно, как будто сквозь шторы, сквозь тёмное плотное нитей плетенье опять просочится такой серый день. Когда чересчур упиваемся прошлым, когда мы о будущем много мечтаем, сегодняшний день уйдёт неоткрытым, уйдёт неоцененным и незаметным, и станет, не быв ещё, сразу вчерашним. А время придёт – мы о нём пожалеем… Сегодня так хочется быть беззаботной и втайне счастливой. А втайне – сказала я так потому, что стыдно счастливым быть возле несчастных и радостью пениться возле печальных. Нет! Счастье скрывают! В горячих ладонях я спрячу его, как щенка, чтоб прохожим не мог помешать он и чтоб не замёрз он, коснувшись земли остывающей кожи, и чтобы его у меня не отняли, такого смешного и нежного крошку… Сегодня так хочется быть беззаботной!..
Иногда кажется, что всё, чем ты владеешь
Иногда кажется, что всё, чем ты владеешь, – это реалии сегодняшнего дня, и нет поддержки прошлого, как и его самого. Есть только и , и только это является твоей опорой в настоящем. здесь сейчас
Многоточье – бесконечность
Отрицая – принимая. Между ними – многоточье. В нём – развитье и паденье, зарожденье и прорыв. Многоточье – бесконечность, бесконечность – это космос, созидающий на равных и песчинку и миры.
Человек – такой же космос, ограничен только формой. Но и он непознаваем, в многоточье погружён. Открываем слой за слоем: за сознаньем – подсознанье, окружаем сверхсознаньем, продвигаемся и – вдруг! – Застываем, понимая: не продвинулись, не видим – то, что глубже, то, что дальше, отдаляется опять!
В какие-то моменты нам случалось
В какие-то моменты нам случалось почувствовать себя, как на Олимпе – пригубившим нектар, с богами равным.
И это состоянье наша память нам сохранит, для поддержанья веры в себя и как защиту от сомнений.
Как многие теряют в обаянье
Как многие теряют в обаянье, едва начав беседу, открывая себя немного больше, чем разумно. При этом собеседник может думать, что понял что-то в вас. Он забывает, как далеко уводят упованья.
Чужой опыт не конвертируется
Чужой опыт не конвертируется, поэтому приходится всё проверять на себе, с высокой степенью риска, и без гарантии.
Моё отношение к анализу текстов
Моё отношение к анализу текстов через статистику – отрицательное. Однако иногда невольно попадаешь на это поле – например, пытаясь найти подзабытый стих по одному слову. И когда программа тебе выдаёт, что, например, слово «ангел» использовано в твоих творениях тридцать девять раз, то это производит определённое впечатление. Вот это да! Тридцать девять ангелов гуляют по написанным мною страницам, а я об этом и знать не знаю! А другое слово заставит задуматься об иной стороне вопроса – например, ну сколько можно об этажах или шагрени? Тринадцать раз о том и о другом!
Таким образом, есть возможность задуматься и постараться уйти от любимых тем и образов, ища новые краски и метафоры, создать внутри себя некий пропускной пункт, на котором будут остановлены эти слова, зато появится стимул поиска новых!.. Так отдадим должное статистике, которая может стать весьма полезной наукой и практикой!.. А что касается ангелов – не зарекаюсь. Люблю я их! Пусть летают среди нас. Они прекрасны!
Считает он, что каждый должен сказку
Считает он, что каждый должен сказку создать, когда клонится жизнь к закату. И это станет правдой – высшей правдой, которая с фантазией роднится. С фантазией! Не с вымыслом, не с ложью, хотя так часто их объединяют в одно понятье, многое теряя… Кто знает – фантазёрам можно ль верить?.. Потом мы о предвиденье услышим – как объяснить иначе исполненье тех, самых смелых наших представлений о мире, что совсем не так реален и примитивен, если приглядеться? Он, как ребёнок, ожидает чуда, и это происходит непременно, поскольку был заказ пространству выдан и был исполнен кем-то. – Вдруг и вами?..
Вдруг понимаешь, что все книги написаны о тебе
Вдруг понимаешь, что все книги написаны о тебе, раз все они тобою пережиты и, по сути, прожиты. И хорошо, что наши возможности всё-таки ограничены – кто-то считает, что двумя тысячами прочитанных книг – иначе ты не смог бы вместить такое количество историй, коллизий и пертурбаций. Ты либо раздробился бы на миллион отдельных «я», требующих особого отношения, либо застрял в нескольких образах одновременно, как марсианин в одном из рассказов Брэдбери, который перетекал из образа в образ и был для каждого тем, кого хотели в нём видеть, а он просто не мог остаться в одной роли, если рядом оказывался другой страждущий. Он так и погиб, сохранив эту множественность образов в своём облике… А разве мы не делаем это постоянно? Разве не ищем в других что-то определённое, известное только нам – или даже неосознаваемое, но желаемое? И люди пытаются быть теми, кого мы позвали, назвали по имени. Иногда это получается, но чаще иллюзия разрушается к разочарованию обеих сторон. – «Ты прекрасна, но я бы хотел другого!» – «Ты замечательный, но мы говорим на разных языках». – И вавилонская башня – вечный символ непонимания, того, что происходит во все времена с большинством людей, кто стремится понять и быть понятым, – снова готова упасть. Остальные люди говорят на всеобщем языке и вполне довольны результатом. Наступает момент, когда ты становишься более осторожным при выборе как книг, так и собеседников, осознавая, что не все истории ты готов проживать, поскольку они тебе, скажем, неприятны. Ты же не пойдёшь в гости к непонравившемуся человеку!
И ещё соображение про обмен энергиями. С кем-то готов, а с кем-то не хочешь разделить то, чем владеешь. С кем-то обмен взаимный, когда мы рады подарить частицу своей души. Хуже всего бессмысленная трата эмоций и сил на пустое и ложное, на чёрные дыры информационного поля, жадно пьющего из любой лужи, потом возвращая миру грязные воды залитых нефтью морей и рек, фейковые новости, гейзером бьющие в уши и души. И так легко и незаметно для себя стать зомби, считая себя по привычке живым и даже на гребне волны. Поэтому торопитесь, господа, пока есть хотя бы небольшая возможность, выбрать самому то, что читать, смотреть, слушать, о чём думать, чтобы выбрать тот мир, в котором вам хотелось бы жить!..
Валентность
Способность создавать связи. Её мы называем валентность. То качество для всех обще, но каждому – своя мера. И больше не принять. Это недопустимо нашей природой, что каждому предел ставит, со стороны пусть даже неявный.
И если наши заняты связи, то новую принять можно, лишь отказавшись от другой, прежней. Освободив себя и другого, даём возможность выстроить новый канал общения, любви, дружбы.
Так отрабатываем нашу валентность, об этом даже и не подозревая.
Кто устаёт? Кто обрывает связи?
Кто устаёт? Кто обрывает связи? Не дух и не душа – земная сущность, что больше плоти, но за ней уходит, когда приходит время уходить.
Наша внешняя похожесть создаёт иллюзию
Наша внешняя похожесть создаёт иллюзию идентичности, хотя общего – только строение тела и его функции, остальное разнится в таком диапазоне, что наше непонимание мира другого естественно, а островки понимания – чудо и счастье. И всё же: что делать одиночке в мире одиночек? Быть собой, строить свой мир, любуясь другими мирами, но не равняясь и не сравнивая со своим. Тогда нам будет обеспечена яркая, полнокровная жизнь – на всю вечность!
Не снимайте маски с тех, кто в маске!
Не снимайте маски с тех, кто в маске! Право быть открытым и закрытым для кого-то милая забава, для другого – принцип жизни. Риски и ему, что плотно упакован, и тому, кто тронет оболочку. Видишь маску? Сделай вид, что веришь. Есть игра, и ты её участник, если согласился; нет – отступишь, чтобы не мешать и быть свободным.
Глубина взаимонепонимания бесконечна
Глубина взаимонепонимания бесконечна.
Диалог часто получает отражения, не имеющие никакого сходства с тем, что тобой транслировалось, поэтому бессмыслен. Мы можем только отмечать точки зрения других людей, не пытаясь их понять, оспорить или сделать попытку объяснить свою позицию. Наши мнения не могут встретиться, потому что идут разными путями. К этому надо привыкнуть, принять как неизбежность нашего запрограммированного индивидуализма. В этой связи подобно чуду даже небольшое совпадение траекторий наших мыслей. Возблагодарим же за эти счастливые мгновенья близости с другой душой, что чужда и непонятна, за исключением этих искорок озарения!
Тому, кто в книге выбрал стих, скажу
Тому, кто в книге выбрал стих, скажу, что в каждом есть – где слово или строчка, которые являются ключом к открытью смысла уровня другого. Не сразу постигаешь глубину того, что скрыто, спрятано под шифром. Так вложены друг в друга, как матрёшки, тьмы смыслов, толкований, откровений. Кому довольно внешнего каркаса. И тот непрост: слова одно к другому ложатся так и так, перетекают, что диву сам даёшься: в чём секрет?
И если вам случится возвращаться к стихам, прочитанным и вас уже задевшим, то снова что-то происходит с вами: душа опять откликнется, и снова вы остро ощутите те же чувства, что вами здесь же в первый раз владели. А иногда – когда приходит время – стих открывает новый смысл пред вами: ты видишь то, что прежде не заметил. Оно там было, только был незрячим, был не готов для восприятья мысли, что зрелость для ума предполагает. И то же будет с музыкой и звуком, входящим в резонанс с твоею сутью. Закон всеобщ для миропониманья.
И музыка, и запись её
И музыка, и запись её на бумаге
прекрасны.
Когда душа музыканта
Когда душа музыканта и душа инструмента
поют в унисон,
отзываются души слушателей.
Поющие только голосом
неинтересны.
* * *
Человек находится в постоянном поиске
Человек находится в постоянном поиске и не осознавая этого.
Мы все, подобны слепцам: вслушиваемся в окружающий мир и ощупываем его чуткими пальцами, познавая.
И он отвечает нам тем же: вслушиваясь и прикасаясь.
Восхищаясь чужим творчеством
Бывает, что восхищаясь чужим творчеством, сожалеешь, что это написано не тобой или тем, что ты так не смог бы написать. Тогда почему другие произведения вызывают только чистое восхищение, не допускающее наше маленькое ЭГО посмотреться в чужие зеркала? И так должно быть всегда, но… не бывает. Так в чём разница? Возможно, это расстояние между нами как творцами? И тот, кто стоит так высоко, что слепит глаза, воспринимается иначе, чем тот, от кого отделяет несколько ступенек? Или написанное им тебе близко и ты тоже мог бы написать об этом – пусть иначе, не так изящно и точно. Но все эти рассуждения приходят потом, когда всё уже случилось – ты сравнил себя с автором или это даже не пришло тебе в голову. Как много процессов происходит на подсознательном уровне, а после мы выступаем в роли толкователей, трактуя выпавшие карты или прочие гадательные атрибуты! И что интересно, наше толкование будет меняться вместе с нами! Оно всегда будет соответствовать нашему сегодняшнему уровню и состоянию. Поэтому весьма познавательно возвращаться к своим мыслям, соотнося их с тем временем и своим в нём положением… И всё же, возвращаясь к нашей реакции на творчество других авторов – не сравнение может означать и разрыв – личностный, духовный и какой угодно ещё, пропасть, через которую не перепрыгнуть, не преодолеть. Ты её не видишь, но прыгать почему-то не хочется… Но кому-то больно при виде чужого великолепия, хотя это, возможно, о другом – о зависти, например, или от муки осознания собственного несовершенства. Но и здесь всё неоднозначно: кого-то это побуждает к работе над собой, поискам новых красок, новых образов, а кто-то застревает в желании догнать и перегнать, невольно (или намеренно) становясь эпигоном, теряя своё лицо. И некому сказать: «А стоило оно того?» Да и не послушает в гордыне своей… Но этим не исчерпывается диапазон возможных вариантов отношения человека к искусству, как и восприятия мира и его составляющих. Масштаб личности отражается и в творчестве, хотя и здесь возможны исключения… Но если человек способен осознать красоту творения, восхищаться чужими успехами и удачами, он поднимается – над собой вчерашним. Другие эталоны для нас недоступны, поскольку все иные сравнения не имеют смысла: мы же не сравниваем еду со звездой или трамвай с восходом солнца!..
Талант и личность – как два существа
Талант и личность – как два существа в едином теле.
Есть и антиподы. Поэтому по творчеству судить о человеке может быть ошибкой.
Иногда, читая книгу, попадаешь в чужой сон
Иногда, читая книгу, как будто попадаешь в чужой сон, в чужую фантасмагорию. И тебе тяжело и страшно за того, кто живёт в этом мире, кто построил его для себя и своих единомышленников. Но они сбежали в свои миры – туда, где им интереснее и комфортнее. И ты, случайный гость, тоже не задержишься дольше, чем необходимо, чтобы не огорчить хозяина. Но потом, отговорившись срочным делом, тоже сбежишь, радуясь, что ты уже не внутри, а снаружи, возвращаясь в свою реальность, где тебя ждут великие дела и свершения. Только не удивляйся, когда твои гости будут сбегать из твоей сказки, пользуясь надуманными предлогами.
Вспомни себя в той же ситуации! У каждого своя планета, рассчитанная на одного. Другие скатываются с неё, не понимая, почему не могут удержаться. А это твоя сила притяжения. И долго её не выдержать никому другому. Мы можем ходить друг к другу в гости и обмениваться энергиями и картинами мира, но непременно возвращаясь к своему то запущенному, то ухоженному садику – к самому себе, единственному и неповторимому. О, я представляю, сколько будет нападок от тех, кто примет буквально мою метафору! Но занимаясь моим воспитанием, они что-то упускают в своём мире, который требует к себе постоянного внимания и любви.
Входя в резонанс
Некоторые люди, как и некоторые книги, входя в резонанс с моею сутью, становятся катализатором творческого процесса. И я невольно оказываюсь в ином состоянии души, когда слова, как пазлы, как бы сами ложатся, создавая неведомый прежде рисунок.
Наблюдая творчество других людей
Наблюдая творчество других людей, осознаёшь, что мир подобен картине пуантилиста, состоящей из отдельных точек, чья общность – это то, что только кажется со стороны.
Закроешь книгу и уже вернулся?
Закроешь книгу и уже вернулся? А я, бывает, бьюсь, как будто в сети. Не отпускает! Заставляет снова перебирать, переживать, быть с ними. И рад уйти, но крепко держат, ищут сочувствия, участия, вниманья. Мы им нужны! Не обижайте книги! И вас поддержат в трудную минуту!..
Закроешь книгу и к себе вернулся? А мне принять в свой дом и сердце друга, согреть и рядом быть, не отпуская. Поэтому не каждой дверь откроешь. В иную заглянул и отвернулся – пусть ищет у другого пониманья. Кому-то да окажется близка! Есть книги ожидающие или написаны напрасно? Не поверю. Для каждого есть цель и приложенье – для человека, книги, для звезды!..
Желая быть услышанным
Желая быть услышанным, ты слышишь?
Ты хочешь быть услышанным? Но помни, что каждый на свой лад перетолкует. А слушая, готов будь к сожаленью о том, что слышал и потом не принял.
Желая быть любимым, любишь сам? Желая получать, чем одаряешь? Виновных не ищи, и сам ты знаешь, кто пропустил, ошибся, не додумал.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
