– Твои родители, жених, – пояснил он, прожевав. – Скучаешь по ним?
Я отложила кусок буженины и посмотрела на его высочество с осуждением.
– Вы желаете услышать от меня честный ответ или правильный?
– Вы? – мужчина изогнул бровь и усмехнулся. – Не так давно мы разговаривали на равных и делились самыми нелепыми мыслями.
Я вспомнила ту нашу беседу, когда мы обсуждали самые смешные поступки из детства и невольно рассмеялась. Рен рассказывал, что был страшным озорником и любил подшучивать над близкими. Однажды он опрокинул в кастрюлю с ухой кадушку соли и с ехидством наблюдал, как семья будет есть. Отец сразу понял, откуда уши растут и заставил Рена съесть две тарелки этого супа! С тех пор кронпринц озоровать перестал, но память о том злополучном супе осталась на всю жизнь. И так он красочно это рассказывал, что я смеялась до слез.
– Только не говори, что вспомнила тот суп, – предупредил принц, лукаво прищурившись. – Эту историю мало кто знает, и я не особо горжусь своим поведением в те годы.
– Тебе было шесть. Все дети шалят, – смахнула проступившие в уголках глаз слезы. – Твой отец… Ваш отец… Король, – я замялась, путаясь в словах. – Он очень мудрый мужчина.
– Да, папа такой, – грустно протянул Рен и налил в мой бокал сока. – Я должен извиниться за поведение в кабинете. И за то, что сразу не сказал, кто я. Но ты так страстно желала избежать со мной встречи той ночью, что я не пожелал тебя расстраивать.
– Очень великодушно с вашей стороны.
– Эйвери, давай договоримся. Когда мы наедине – веди себя как прежде. Мне уже давно не было с кем-то так легко, как с тобой. Я не хочу это терять.
Усмехнулась, отпивая сок.
– Вам не кажется, что все это довольно странно?
– Мои извинения?
– В том числе. Аида объяснила, почему вы меня поцеловали. Вы – объяснили, почему не раскрыли своего происхождения. Но прежние отношения между нами невозможны.
– Почему? – изумился Ренальд.
Открыла рот, чтобы ответить, но нашлась не сразу.
– Потому что…
Принц поднял брови и ехидно улыбнулся.
– Ладно, я… Хорошо. Из-за разницы в нашем положении!
– Она была изначально, когда ты думала, что я обычный аристократ.
– Хорошо, не аргумент. Из-за того, что теперь я ваша невеста.
– Кстати об этом, – взгляд Ренальда вмиг утратил веселость. Мужчина отставил свой бокал и произнес: – Я хотел поговорить с тобой по поводу отбора. Точнее, заключить сделку.
– Сделку? Разве у меня есть, что вам предложить?
– Скажу откровенно. Я плохо разбираюсь в женщинах. Сегодняшнее испытание стало для меня настоящим кошмаром, – Рен закатил глаза и поежился. – Слезы, страх, волнение, попытки меня обаять, лесть, лицемерие, заискивание… От этой фальши у меня внутри все сводит. Как и ты, я всего лишь хочу счастья. Разве это так много?
Рассуждая о собственных бедах, я ни разу не поставила себя на место Ренальда. Аида говорила, что он влюблен, но при этом вынужден уделять внимание другим женщинам. Сложно представить, что он чувствует. А о чувствах его избранницы вообще молчу!
– Вы об Агате?
– Шила в мешке не утаишь, – улыбнулся он, вольготно откинувшись на локоть. Светлые волосы принца упали на лоб и виски. Тряхнув головой, он посмотрел на меня. – Ты поможешь ей победить?
Уставилась на Ренальда, пытаясь переварить услышанное. Победить? Я?
– Как я могу ей в этом помочь?
– Впереди вас ждут испытания, когда ей может понадобиться твоя подсказка и поддержка. Я изучил твое досье, ты владеешь магией.
– Это сильно сказано. Я не смогла закончить семестр из-за отбора.
– Но продолжила обучение в замке. Это похвально. Учителя высокого о тебе мнения.
– Это тоже в моем досье?
– Интересные моменты я предпочитаю выяснять лично. Ты прилежная ученица, – похвалил принц, с серьезным видом пережевывая огурец. Смотрелось странно и… мило.
Но тут не возразишь. С персональным учителем я продвинулась намного сильнее, чем на курсе с общим потоком. Теперь мне не представляло сложности отправлять маме весточки с ветром, потому что пятый поток поддавался безукоризненно.
– К тому же, ты общаешься с другими участницами и разбираешься в девушках. В том, что у вас на уме. Я ведь понимаю, что не настолько обаятелен, чтобы сразить сердце каждой. Наверняка многие не хотят становиться моей женой?
Должно быть, поэтому он оставил Лидию среди участниц! Чтобы у Агаты не было соперниц! Не только я выдумала хитрую тактику, но и сам принц!
– Хорошо, – кивнула после недолгого раздумья. – Что я получу взамен?
– Ты! Коварная меркантильная женщина! – притворно воскликнул принц. – Помощи будущему королю мало?
Пожала плечами и отправила в рот кусочек сыра с травами.
– Вы освободите меня, – сказала уверенно, глядя на серебристую гладь озера. Она придавала сил на дерзость. Понимала, что сейчас Рен добр и открыт, но он – наследный принц и в любую минуту его благосклонность может смениться гневом. – Я помогу вам и покину отбор без брака с кем-либо из эйсфери.
– Так неприятна подобная перспектива?
– Вы сами влюблены. Представьте, что вам придется жениться на другой и всю жизнь прожить без любви.
– Договорились, – без заминки произнес Рен. Я перевела на него удивленный взгляд.
– Вы правда это сделаете?
– Есть сомнения?
Моргнула раз, другой, не в силах поверить, что все разрешилось как нельзя лучше. Вот просто играючи! Я помогу Агате стать королевой и не только получу благосклонность будущих монархов, но еще и свободу! Я выйду замуж за Лаэрта! У меня будет дом! Дети! У меня будет все, о чем я мечтала!
С каждой секундой моя улыбка все ширилась и ширилась, а улыбка вещь заразная. Вскоре и Рен улыбался.
– Говорю же – я совсем не разбираюсь в женщинах. Любая аристократка мечтает о браке с сенатором или их детьми. Самые уважаемые эйсфери Таврии. Положение, деньги, обеспеченное будущее, статус. А ты – счастлива, упустив такую возможность!
– А что бы ты почувствовал, получив возможность жениться на Агате? Пусть не сейчас, немного позже, но непременно? – проговорила, счастливо улыбаясь. Из меня буквально лился восторг, что сложно было усидеть на месте. Я поднялась и прислонила ладони к щекам. Хотелось петь, смеяться, прыгать от радости. Осветить весь мир, сделать счастливыми каждый цветок, каждый листик, каждую бабочку! Все вокруг!
– С тобой мои надежды на счастливый брак возрастут. Но, Эйвери, – мужчина поднялся и подошел ближе. – Никто не должен знать о нашем договоре.
Я кивнула, не в силах и слова вымолвить. Так счастлива была в этот момент, что не удержалась и обняла его высочество.
– Вы… я… ты… – бормотала, задыхаясь от счастья. – Спасибо! Просто спасибо!
– Ты поразительная женщина, – ухмыльнулся принц, поглаживая меня по волосам. – Я поговорю с Агатой. Надеюсь, вы сможете с ней поладить.
Я отпрянула от принца, а то вдруг неправильно меня поймет.
– Прости за это. Я просто слишком непосредственна в выражении эмоций! Конечно. Постараюсь с ней подружиться.
– И по поводу твоего возвращения домой. Не сообщай об этом никому. Даже матери. До конца отбора об этом должны знать лишь мы.
– Откуда ты…
– Думаешь, твои письма с ветром остались тайной? Поработай с заклинанием маскировки. Хотя все исходящие магические потоки автоматически сканируются королевскими магами. Безобидные – пропускаются, опасные или подозрительные – блокируются или ставятся на контроль. О нашем уговоре никому.
– Поняла. Спасибо, что предупредил!
О том, что вся наша переписка с близкими, даже магическая, сканируется, я и не подумала. Знала, что письма родных не пропускают, но что просматривают магические… Впрочем, учитывая, что мятежники набирают силу, стоит полагать, что меры защиты в королевстве усилены.
– Я бы с удовольствием задержался еще, но, боюсь, меня скоро хватятся. Ты можешь остаться, слуги потом приберут.
– Я побуду здесь некоторое время. Слишком счастлива. Не хочется возвращаться в замок.
– Доброго дня, Эйвери.
– Доброго дня, ваше высочество!
Принц громко свистнул и ему навстречу, разрывая мощной грудью многострадальные кусты гортензии, выскочил белоснежный жеребец. Зейн смерил его недовольным взглядом, явно ревнуя любимого хозяина, и потрусил ко мне. Мы смотрели вслед удаляющемуся принцу и синхронно вздохнули. Я разделила с гнедым остатки трапезы, позволила ему искупаться в озере, пока никто не видит и наслаждалась солнцем. Если наследный принц обещает мне иммунитет от навязанного брака, значит я могу не опасаться за свое будущее. Главное, чтобы Лаэрт дождался. Чтобы верил, не терял надежды. А он будет ждать. У меня нет и малейших сомнений в силе нашей любви!
Когда вернулась в покои, меня встретил остывший обед. Чтобы не вызывать подозрений, я съела салат и неохотно поковыряла вилкой в картофельном рагу с грибами. Стол, накрытый Реном на скорую руку, мне понравился больше. Местные повара явно заботятся о том, чтобы мы не съели лишнего, хоть Аида и говорит о некой сбалансированной диете. Впрочем, мне ли жаловаться, ведь эта диета прибавила мне пару килограмм в нужных местах. Интересно, Лаэрт оценит изменения в моей внешности?
– Ифа Ромер, куда поставить цветы? – вывела из раздумий служанка, чьего имени я так и не узнала.
– Какие цветы? От кого?
Девушка молча подошла ко мне, позволяя рассмотреть шикарный букет, из-за которого ее худого личика совсем не было видно. Среди пышных фрезий, гортензий и орхидей затерялась золотая карточка.
Витиеватый почерк гласил: «Только лучшее для моей будущей супруги. Э. и. С.».
Эмирек!
Только лучшее? Фрезии и орхидеи – очень редкие и прихотливые цветы, мне это хорошо известно. Одно время матушка пыталась вырастить их в оранжерее, но они требуют вливания магии и… В общем, так и не зацвели, и вскоре она бросила эту затею. Но куда больше орхидей я люблю простые, но искренние цветы: ландыши, астры, георгины. А от гладиолусов в полном восторге! Благо они с удовольствием растут на наших грядках и радуют глаз буйным цветом.
– К букету прилагалась коробочка, – проинформировала служанка и положила на тумбочку рядом со мной небольшой продолговатый футляр из синего бархата.
Сунув карточку обратно в букет, я отчеканила ледяным тоном, даже не поинтересовавшись содержимым коробочки:
– Верните это.
– Но…
– Верните!
Служанка замешкалась, но потом ответила сникшим голосом:
– Как прикажете, госпожа.
И скрылась вместе с подарками. Еще чего не хватало! Стоит принять от Эмирека хотя бы цветы, и он подумает, что я поощряю его ухаживания.
До ужина скучать не пришлось. Ко мне снова наведались модистки. Занятия в честь первого дня отбора отменили, но я решила не пропускать и взяла из библиотеки несколько книг. Это оказалось моей ошибкой, потому что вскоре мое уединение нарушил эйсфери.
– Войдите, – без задней мысли ответила стучавшему и в комнату буквально ворвался Эмирек. Его ноздри едва заметно подрагивали, а двойные зрачки сияли от негодования.
– Ифа Ромер, – процедил он сквозь зубы.
Я едва книгу не выронила, но постаралась сохранить самообладание. Мы одни в комнатах, служанок нет, Аида, как назло, тоже где-то запропастилась. Никто не услышит меня, даже если закричу! Остается надеяться на благонадежность и разумность Эмирека, в чем лично я, глядя на него, очень сомневалась.
– Добрый вечер, – произнесла едва слышно, откладывая книгу. – Чем обязана?
Мужчина вздернул бровь и, заложив руки за спину, медленно прошелся из стороны в сторону, не сводя с меня пристального взгляда.
– Мне ваш отказ расценивать как игру? Желание больше распалить интерес?
– Боюсь, вы неверно толкуете мои намерения. Иногда «нет» означает «нет» и ничего больше, – откуда только смелость взялась? Но я не собиралась давать эйсфери и капли надежды, иначе сомневаюсь, что даже Рен сможет оградить меня от него.
– И с чем связано ваше «нет»? – высокомерно поинтересовался он, вздернув подбородок.
– Я – невеста принца Ренальда. Участница отбора и прошла первый тур.
Мужчина едко рассмеялся и подарил мне ледяной взгляд, от которого по спине пробежали мурашки.
– Не так давно вы пытались меня убедить, что выходите замуж и, якобы, очень любите своего жениха. Как же ветрены ваши чувства. Это дает надежду!
– Отриньте надежду, икт Солдер. Я все еще люблю Лаэрта. Но в силу древнего договора между людьми и эйсфери сейчас я – залог мира. Если бы вы хоть немного знали ту, которую хотите сделать своей, то понимали бы, что я ответственный человек.
– Вы же понимаете, ваши дни в первом отборе – сочтены. Да, Рен решил позабавиться, выбрав вас. Могу его понять, – мужчина прошелся по мне пожирающим взглядом и сделал шаг вперед, но словно ударился в невидимую стену. – Особенно, если он вдыхал твой запах, а он, думаю, вдыхал…
Эмирек повел носом, как пес и быстро облизнул губы, словно перед ним не человек, а сахарная косточка.
– Я не знаю, как еще донести до вас, что ваше внимание мне без надобности. Прошу, оставьте меня в покое! – сказала раздраженно и поднялась.
Эйсфери восхищенно вскинул брови и улыбнулся.
– Я в предвкушении, милая Эйвери. Когда попадешь на отбор для Сенаторов, найди меня. Ты сама будешь умолять, чтобы я сделал тебя своей. Но тогда, боюсь, правила игры будут уже совсем другими.
– Не помню, чтобы разрешала переходить на «ты».
Мужчина вышел, ехидно посмеиваясь своим мыслям, а я стояла, в бессилии сжимая кулаки. Ренальд не допустит такого! У нас уговор и я верю, что он защитит меня от подобной участи. В конце концов, не найдется глупца, который осмелится ради девушки пойти против наследного монарха.
Оставаться в комнате я опасалась, мало ли кому еще придет в голову наведаться в покои невесты принца. Собрав книги, я отправилась в библиотеку, где и засиделась до самого ужина, к счастью забыв о неприятной встрече с Эмиреком.
– Вот ты где! – недовольно воскликнула Аида, распахивая двери. Причем крикнула она раньше, чем меня увидела. Наугад, наверное. – Так и знала, что найду тебя в обнимку с книгами!
– Я ведь говорила, что люблю читать.
– Говорила, говорила, – отмахнулась эйсфери, выхватывая из моих ладоней книгу и заставляя подняться. Я едва успела нашарить ногами туфельки и надеть их, как меня уже поволокли по пустым коридорам замка. – Ты пропустишь ужин!
– Тоже мне беда. Съем холодный.
– Совместный ужин! – весомо поправила Аида. – Теперь ты – полноправная участница первого отбора. Судя по рейтингам – одна из фавориток.
– Рейтингам? – я приподняла бровь и вырвала свою ладонь из руки пылкой наставницы. – Аида, давай помедленней. Я способна идти самостоятельно.
– На ужине будет принц! Я не намерена сбавлять темпы! За опоздание могут назначить штрафные баллы.
Меня снова схватили за ладонь и потянули за собой.
– Такое чувство, словно ты сама хочешь замуж за Ренальда.
– Вот еще! Я просто очень хочу заткнуть за пояс этих зазнаек – наставниц Агаты, Сибриэллы и Раяны. Они полагают, что у их подопечных нет конкуренток. Но мы здорово подправим их самомнение!
Я горестно вздохнула. Хуже инициативной женщины только мотивированная женщина. А соперничество – сильнейшая мотивация.
– Успели, кажется, – выдохнула Аида, остановив меня возле двухстворчатых дверей. – Так, дай на тебя посмотреть… Ай-я-яй, платье бы поменять, но времени нет!
А меня лимонно-золотистый наряд в полной мере устраивал. Модницы замка большие любительницы обтягивающих фасонов, поэтому я надела наряд с подолом в стиле «солнце». Люблю свободу и свобода движений – важная ее составляющая.
– Все, мы готовы, – заключила девушка, перекинув мою косу за спину и подвив свободно свисающие прядки пальцами. – Точно готовы.
Двери, повинуясь воле эйсфери, разошлись в стороны, пропуская нас в просторную столовую. Я едва сдержала смешок. Лимонно-золотые тона в интерьере отлично сочетались с моим платьем. Казалось, если я сяду на стул, обитый лимонным атласом, то сольюсь с ним и меня могут попросту не заметить.
В панорамные окна заглядывал рыже-малиновый закат, расцвечивая лица девушек причудливыми бликами, мешаясь с мягким светом магических светильников и блеском изысканных украшений.
Ренальда не оказалось, хотя стул в центре круглого стола пустовал. Справа и слева от будущего монарха уселись Агата и, кажется…
– Сибриэлла, – подсказала Аида, указав взглядом на симпатичную, но чрезмерно худую блондинку, увешанную драгоценностями. Такое чувство, что я смотрю на шкатулку с украшениями, а не на девушку. Мама всегда говорила, если в человеке чего-то много, значит он пытается от чего-то отвести внимание. За внешним лоском часто внутренняя пустота.
Надменный взгляд темно-синих глаз прошелся по мне и заключил, что я не представляю опасности. Агата же напротив, смотрела на меня настороженно, словно оценивая степень опасности. Наверняка Ренальд рассказал ей о нашем уговоре и, сомневаюсь, что она от подобной перспективы счастлива.
– Ифа Ромер, как здорово, что вы почтили нас своим вниманием, – с насмешкой заявила ифа Орнелла. – Проходите, располагайтесь. Лучшие места, как вы видите, уже заняты.
Лучшее место то, что поближе к выходу, поэтому нет, оно как раз свободно. Но озвучивать мысли вслух я не стала. Наставницы сидели за соседним столом, поэтому мы с Аидой простились.
– Нас здесь совсем не видно, – недовольно заметила Светлозара, когда я расположилась за столом. – Я пришла за час до ужина! За час! Они что, с самого обеда здесь сидят?
– А мне кажется, что расположение за столом не сыграет особой роли, – вымолвила Гарая, которая сидела за Светлозарой. – Возможно, принц и вовсе на ужин не явится.
– Знаете, девочки, – задорно заявила Ермина, та самая полная девушка, которую я запомнила с первого взгляда. – Хорошую бабу ладный мужик откуда угодно заметит! А эти что? Худосочные. Мой батя щеклею ловил и сушил, так вот она когда усохнет, точно так же выглядит, как эта Сволочиллия. Страх и только! Мяса чуть, одни кости. Вкусная, конечно, зараза, но пока наешься – умаешься. А хорошего человека много быть должно. Чтоб отломил ломоть и наелся досыта!
Она дружески пихнула меня полным локтем и подмигнула.
Светлозара фыркнула, а я рассмеялась. Так Ермина задорно разговаривает, что невозможно не проникнуться к ней симпатией!
– Дамы! Дамы, прошу к порядку! – ифа Орнелла похлопала в ладоши, привлекая наше внимание. – Когда вы, наконец, все собрались, у меня для вас несколько объявлений. Первое – слуги уже собирают ваши вещи, потому что сегодняшнюю ночь вы встретите в королевском крыле. Ваши новые покои располагаются рядом с покоями принца.
Девушки не сдержали восторженных возгласов, я лишь переглянулась с Аидой. Наставница весело мне подмигнула.
– В отличие от гостевых комнат, ваши новые покои полностью соответствуют подобающему статусу.
– Подобающему статусу? – переспросила Сибриэлла, жеманно приподняв бровку.
– Об том объявит его высочество, который подойдет с минуты на минуту, – таинственно произнесла распорядительница. – На следующей неделе вас ждет сразу несколько испытаний по прохождению которых каждая получит рейтинг. Отбор покинут претендентки, набравшие меньшее количество баллов.
Распорядительница обвела девушек внимательным взглядом, оценивая реакцию каждой. Я занималась тем же. Мы с Ренальдом заключили сделку, и я планировала свою часть выполнить качественно. Как это прекрасно – помочь возлюбленным соединиться!
– Одна из вас станет будущей королевой Таврии, поэтому не думайте, что решение только за принцем. Учитывается мнение короля и королевы, Сената, народа и, конечно же, мое, – она вздернула подбородок, желая придать своему мнению особую значимость.
Корона меня не волнует, но сердце все равно ускорило бег, а щеки защекотало от предвкушения. Что для нас готовят? За время, проведенное в замке, я успела узнать, что каждый отбор индивидуален. Не бывает двух одинаковых. Распорядительница, принц и королевская чета каждый раз определяют новые испытания, оставляя неизменным лишь финальное – королевское восхождение. Поэтому Рен просил о помощи. Если бы победа Агаты зависела только от него, он и сам бы справился. Хотя пока я не очень представляю, чем могу помочь.
– Первое испытание – королевское. Состоится уже завтра, – торжественным и немного пугающим голосом объявила ифа Орнелла. По спине прошел холодок. – Подробности вы узнаете уже на месте. Посоветую лишь плотно поужинать, потому что путешествовать порталом предпочтительно на голодный желудок.
– Завтрака не будет? – возмутилась Ермина.
– Некоторым лишь бы есть, и без разницы, что платье по швам трещит! – громко заявила Сибриэлла, ничуть не стесняясь быть услышанной.
– Зато нормальная женщина запросто выносит будущего короля Таврии! В отличие от некоторых, мои колени не подгибаются под весом собственного тела.
– Да ты… Да она… Да как она смеет? – запыхтела аристократка и как раз в этот момент распахнулись двери за ее спиной. – Да Ренальд тебя даже руками не обхватит!
– Я что-то пропустил? – будничным тоном спросил принц, шествуя к свободному стулу.
Его лицо было задумчивым и усталым, словно он не мог решить какую-то трудную задачу и ничто сущее его не волновало, включая необхватываемых руками девушек. В каждом его движении, взгляде, рассеянных кивках, которыми он отвечал на приветствия, чувствовалось, что эйсфери сейчас далеко, а девушки все никак уняться не могли. Сибриэлла жаловалась на Ермину, Ермина довольно громко перечисляла принцу свои достоинства. Кто-то заступался за первую, кто-то за вторую, а ифа Орнелла пыталась всех успокоить. В спор вступила даже молчаливая Гарая, вставив что-то про ум и красоту.
Ренальд окинул присутствующих беспомощным взглядом, явно желая сбежать из этого кильдима, а потом заметил меня.
– А вам есть что сказать, ифа Ромер?
Принц говорил спокойно, даже тихо, но его сильный голос заставил всех умолкнуть. Девушки повернули головы в мою сторону и на их лицах читались такие эмоции, что хотелось разучиться читать вообще!
– Быть может… Приятного аппетита, ваше высочество? – произнесла негромко, вскинув бровь.
Ренальд с облегчением вздохнул и, взявшись за ложку, ответил:
– Приятного аппетита, ифа Ромер. Дамы.
Тут же раздался недружный хор растерянно-извиняющихся пожеланий приятного аппетита и застучали серебряные ложки по костяному фарфору. Дамский галдеж, весьма напоминающий воскресный рынок в нашей Гарии, сменился мелодичным перестукиванием столовых приборов.
Когда все справились с грибным крем-супом и слуги вносили второе, его высочество взял слово.
– Во-первых, я бы хотел извиниться за свое поведение на первом туре отбора. Вы должны понимать, что будущая королева Таврии – это огромная ответственность. Мы сейчас говорим не о любви, не о чувствах, а о будущем нескольких сотен миллионов людей и эйсфери. Это будущее зависит от того, сделаю ли я верный выбор.
Мужчина замолчал, остановившись взглядом на Агате. Девушка приятно улыбнулась и опустила взгляд. Ифа Орнелла кашлянула, придвинув к себе тарелку, и принц продолжил.
– Главная миссия королевы – выносить и родить наследника. Будущего короля. К сожалению, не каждая человеческая женщина на это способна, поэтому на первом же испытании мне пришлось прибегнуть к радикальным мерам.
Щеки девушек вспыхнули румянцем. Какой принц, однако, выносливый. Перецеловать целую толпу! И руку дам на отсечение, у меня одной хватило наглости его ударить. А некоторым наверняка даже понравилось…
– Это позволило отсеять большую часть тех, кто точно не сможет справиться с поставленной задачей. Но не будем забывать, что королева – не только мать будущего короля, но и мать народа. Я желаю видеть рядом с собой женщину мудрую, принципиальную, отважную. Она должна четко знать, чего хочет, и знать, как этого достичь.
Перехватила ироничный взгляд его высочества и едва заметно улыбнулась. Да, я знаю чего хочу и, так уж вышло, подвернулся шанс достичь этого. Не стану же я его упускать!
– Вас осталось тринадцать. Каждая достойна моего внимания, каждая обладает определенными качествами, которые я успел заметить и оценить.
Например, главное качество Лидии в том, что она очень хочет домой. Вот и сейчас девушка щедро сдабривает жирный кусок семги солеными слезами. Пытается их скрыть, но получается плохо.
– Поэтому совместным решением его величества короля Керфорда и моего королевского высочества, каждая из вас получит титул. Агата Айлин, – принц мягко улыбнулся своей возлюбленной, получив улыбку в ответ. – Сибриэлла Уоторби, Светлозара Нобли, Раяна Энтери и Эйвери Ромер. Отныне и до конца отбора вы получаете титул «ваше высочество», а на вас распространяется действие закона о защите и привилегиях члена королевской семьи.
Волна охов и вздохов затронула даже меня. Ваше высочество? Я – ваше высочество? Не чересчур ли это?
– Не обольщайтесь, – резко отрезала распорядительница. – Королевой станет только одна. Эта мера – временная. Вы должны в полной мере понимать, что после окончания первого отбора для вас все встанет на свои места. К тому же, обращение условно, но вы должны носить титул с гордостью и не опорочить его!
Последние слова адресовались, почему-то, в мой адрес. Вместо ответа я взяла вилку, нож и аккуратно отрезала кусочек семги.
– Спасибо, ифа Орнелла, – устало произнес Ренальд. – Титул действительно еще одно испытание для моих фавориток. Вы должны доказать, что достойны его носить. Остальные дамы получают титул герцогинь и соответствующие привилегии.
– До окончания первого отбора! – весомо добавила ифа Орнелла. – Но не расстраивайтесь, девушки. Фаворитки всегда могут измениться, – снова взгляд в мою сторону. А я что? Я жую. Причем так, как учили – медленно, не раскрывая рта. – Титул может появиться, а может исчезнуть.
– То есть, у нас есть возможность тоже стать высочествами? – уточнила Ермина.
– Да куда уж тебе? – не удержалась Сибриэлла, но прежде, чем начался очередной скандал, вмешался Ренальд.
– Да, ифа, у всех есть возможность получить титул высочества. Это – знак моего особого расположения. А теперь, с вашего позволения, я откланяюсь. Завтра сложный день, советую хорошенько поужинать и отдохнуть.
С этими словами его высочество поднялся и… сбежал! Нет, со стороны это выглядело так, словно будущий монарх важно удалился из столовой, просто быстрыми шагами. Но я-то видела, что он даже не притронулся к горячему, к тому же, уходил с явным облегчением.
После ухода его высочества девушки потеряли интерес к еде. В отличие от меня и Ермины. Мы подчистили тарелки довольно быстро и покинули столовую в числе первых. На выходе меня подхватила Аида, а к девушке подошла ее наставница. Кажется, на этом отборе делается все, чтобы участницы поменьше общались друг с другом. Возможно, это и к лучшему. Многие девушки не умеют держать себя в руках. Сибриэлла слишком заносчива и высокомерна, а Ермина – эмоциональна и непосредственна. Взрывная смесь, особенно, если каждая пытается покрасоваться перед принцем.
– Мы ведь это обсуждали, – негромко произнесла наставница девушки, но я все равно услышала.
– Да знаю, знаю. Не выдержала. Видеть ее тощую рожу не могу! Родилась с мешком денег в заднице, так значит, все можно?
Аида громко закашляла, а наставница Ермины шикнула.
– Разве нет? Эйвери, ты ведь тоже так считаешь?
– Думаю, что Сибриэлла позволяет себе слишком много. А тебе не стоит вестись на ее провокации. Это может выйти боком, в первую очередь, для тебя. К тому же, теперь у нее титул и оскорбление ее высочества, в том числе словом, может повлечь имущественные санкции.
– Аида, твоя подопечная дело говорит, – заметила наставница, обращаясь к моей эйсфери.
– Перед тобой – будущая королева. Поверь, я не берусь за проигрышные проекты…
Я закатила глаза и вздохнула. Для Аиды я – всего лишь проект, для других участниц – помеха, для Эмирека – желанная добыча. Скорее бы оказаться в своей комнате и рухнуть в кровать! Хоть для кровати я просто обычная девушка.
Мое желание сбылось через четверть часа. Королевское крыло располагалось на четвертом этаже центрального корпуса замка. Точнее, это крыло оборудовали специально для отбора. Комнаты Ренальда располагались прямо в конце коридора, а справа и слева – комнаты участниц отбора. Ермину поселили в одной из дальних комнат, а табличка с моим именем висела сразу после покоев Агаты. Разумеется, комната фаворитки была ближе всех к комнатам его высочества. Если бы их не разделял коридор, предположила бы, что у них есть какой-нибудь потайной ход. Я бы смастерила, чтобы тайком встречаться с Лаэртом. Мы бы обязательно что-нибудь придумали.
В отличие от предыдущих, новые покои действительно оказались королевскими. Мебель качественная, роскошная. Диваны затянуты дорогим бархатом, окна зашторены драпированными занавесками с золотой бахромой, на стенах – шелковые обои с вышивкой. Сочетание цветов тоже радовало глаз. И гостиная, и спальня выполнены в приятных молочно-кофейных оттенках.
Заглянула в спальню и от удовольствия застонала – двуспальная кровать с балдахином, высоченной периной и четырьмя подушками! Вспомнила детство и с разбегу упала сверху.
– Общество Ермины дурно на тебя влияет, – недовольно заметила Аида, останавливаясь в дверях. – Она слишком вульгарна. Не лучшая партия для подруги.
– Аида, без обид, но в вопросе выбора друзей я буду доверять только своему сердцу и чутью, – заявила, скидывая с себя туфельки и раскидывая руки в стороны.
Мягкие перины опускались под весом моего тела, приятно обволакивая со всех сторон. Как я устала за день. Закрыть бы глаза и уснуть! Но я уже успела познать горести сна со шпильками в волосах и макияжем на лице. В Гарии я почти не красилась, а прически носила простые: косы или пучок. Местные же власоведы создают из моих волос многослойные шедевры и спать с ними на голове равносильно самоубийству. На следующий день волосы слипнутся намертво, а от впившихся в кожу шпилек будет болеть голова.
Нехотя вылезла из кровати и направилась к туалетному столику. Аида подошла ближе и помогла освободить волосы от заколок.
– Ты знаешь, что нас ждет завтра?
– Знаю, – обиженно произнесла эйсфери, – но не скажу.
– Аида, не обижайся. Ты слишком споро судишь о людях, а я не такая. К тому же, не умею льстить и скрывать свои эмоции. Зато ты всегда можешь быть уверена, что я с тобой искренна.
– Ты искренне меня недолюбливаешь, – взявшись за расческу, вздохнула девушка.
– Я отношусь к тебе с осторожностью – это разные вещи. У меня нет причин тебя недолюбливать и, надеюсь, не будет.
– Хорошо, – аккуратно расчесывая мои локоны, произнесла эйсфери. – Но я все равно не расскажу, что ждет тебя завтра, потому что это секрет. Дам лишь подсказку – выспись хорошенько.
– Все только об этом и твердят. Видимо, стоит прислушаться, – я примирительно улыбнулась и едва не заснула от мягких касаний девушки.
– Тебе совсем не нравится мой брат? – осторожно поинтересовалась девушка, закончив с моими волосами.
Я посмотрела на нее через зеркало и произнесла со всей серьезностью:
– Я не из тех девушек, чьи отказы продиктованы правилами флирта. Нет, Аида. Мое сердце принадлежит Лаэрту и в нем нет места для других мужчин.
– Тебе стоит забыть о нем, – грустно произнесла эйсфери. – Ведь, ты никогда не вернешься к прежней жизни.
А вот с этим я бы поспорила, но не стану! О нашем договоре с принцем Аиде ни за что не расскажу. Девушка подарила мне такой взгляд, словно я умирала заживо, а потом пожелала добрых снов и ушла.
Умывалась я уже в полусне, а стоило переодеться и лечь на кровать, как сон мгновенно поманил за собой. Мне снились родные края, теплое солнце, мамина улыбка, смех Лаэрта, папин голос. Пожалуй, голос был слишком реальный…
– Эйвери, – услышала сквозь сон. Папа нежно погладил меня по щеке, откинул с моего лица прядку волос и снова позвал. – Эйви…
– Пап, еще пять минуточек, – протянула жалобно, сладко потягиваясь. Объятия уютной кровати не желали меня отпускать. Какой чудный сон!
